home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА XXXIII

Они остановились на полянке небольшой рощи неподалеку от города, жители которого утопали в богатстве и жили в свое удовольствие. Ух и второй чужеземец ждали Ауту в летающей лодке.

Возвращаясь из Содома, Аута шел между палатками пастухов, поклонявшихся богу Элохиму. Теперь он точно знал, кто живет в этих двух городах. За исключением небольшого числа поселившихся на окраинах бедняков, за мощными стенами Содома и Гоморры жило много высших чиновников из разных стран, жрецов, умеющих искусно управлять людьми, крупных военачальников, родовитых богачей, владеющих землями и тысячами рабов, надменных торговцев, владеющих быстроходными кораблями. Ауту особенно удивило известие, что Великий Жрец прибыл из своего города Белая Стена и временно обосновался в Содоме.

Когда Аута возвратился в летающую лодку и рассказал друзьям обо всем, они переговорили с Хором, и тот согласился с их планом.

— Почему вы не можете отправиться в Хор-Дешер, когда захотите? — спросил Аута. — Ведь со Святой Вершины лодка поднималась дважды…

— Есть две причины, — сказал Ух. — Со Святой Вершины мы поднимались не в сторону нашей планеты; для того чтобы достигнуть ее на два года раньше, мы должны отправиться с Земли в тот момент, когда наша планета будет находиться перед Землей на самом большом расстоянии. Тебе кажется это странным, но на звездных дорогах так часто случается. Хор-Дешер, как ты любишь называть нашу звезду, пока еще находится близко к Земле. Мы ждем, когда она удалится, с тем чтобы побыстрее попасть на нее… Придет время, и для тебя попять это будет намного проще. С другой стороны, когда мы поднялись впервые с берега Атлантиды, а во второй раз — с вершины, наш корабль не был поврежден…

— Как! — испуганно воскликнул Аута. — Он сейчас испорчен?

— Не совсем, — ответил Ух. — Но мы подумали об этом еще прежде, чем вернуться на Землю! С ровной земли трудно подняться, без того чтобы не повредить место… ну, то самое место, откуда вырывается белое пламя, которое движет корабль. У нас на планете есть специально построенные башни, которые дают возможность выхода пламени вниз, в нечто похожее на пустой колодец…

— Понятно. Вы хотите построить башню.

— Да, так как за эти два взлета место выхода пламени немного испортилось и Мин едва мог отремонтировать… Теперь мы не имеем права рассчитывать на случай… У нас есть время, и Хор позаботится о необходимой нам башне. Скажи, а от кого ты узнал все эти новости, о которых ты нам рассказывал?

— Более всего от пастухов, живущих на окраине Содома… Знаете, как они называют наше плато? Люди у подножия гор в стране Хару называют его Крепостью Бога Солнца, что на их языке обозначает Баалбек. Всех вас называют одним именем — Баал Шамим, то есть хозяином небес…

— Хорошо, Аута! — сказал другой чужеземец. — К этим именам мы привыкли. Но, уничтожив эти два города, не совершим ли мы несправедливое дело? Там же живут невиновные люди.

— Невиновных людей там нет, они живут в землянках за городскими стенами! — воскликнул Аута. — Не со мневайтесь более и уничтожьте их: бедные люди возрадуются этому.

— Хорошо! — сказал Ух после некоторого раздумья. — Ты с нашим другом пойдешь и скажешь этим людям, живущим за городскими стенами, чтобы они уходили. Постарайтесь добраться туда до вечера. У нашего друга есть все необходимое… Возьми и ты это! — И он протянул страшное оружие с голубым стволом.

Ух остался в летающей лодке. Аута И чужеземец отправились в путь.


Лодка над Атлантидой (С иллюстрациями)

К вечеру они были в Содоме у Лота. Старец при виде их встал и пошел к ним навстречу. Вглядываясь снова в серебряные одежды, которые не раз приходилось ему видеть, он решил, что эти двое не кто иные, как те, кого считают ангелами. И тогда Лот сказал им:

— Прошу вас, мои повелители, зайдите в дом вашего раба.

Аута незаметно сделал знак чужеземцу, что это именно тот человек, которому можно доверять. Войдя в дом Лота, Аута рассказал о плане уничтожения двух крепостей. Лот, неплохо разбиравшийся в людях и хорошо знавший жителей землянок на окраине Содома, сказал, что многие бедняки уже покинули свои жилища и надеются, что боги покарают эти крепости. Из Гоморры, по его сведениям, бедняки тоже ушли.

Но не успели путники лечь спать, как жители Содома окружили дом.

Снаружи послышался шум толпы. Раздались чьи-то возбужденные голоса:

— Где люди, которые пришли к тебе этой ночью? Приведи их к нам, мы хотим посмотреть на них!

Лот вышел к ним и сказал:

— Прошу вас, братья, не навлекайте на себя несчастье!

Но кто-то снаружи закричал:

— Лот тоже чужой здесь, а хочет быть нашим судьей!

Вскоре шум послышался у самой двери. Путники вскочили на ноги и немного приоткрыли дверь. Они втащили Лота внутрь дома. Аута бросился к окну и направил ствол голубого оружия прямо в глаза людей. Аута не знал, что его оружие не убивает, а только лишает сознания того, на кого оно было направлено. Стоящие перед домом тут же отпрянули, схватившись руками за глаза, им показалось, что они ослепли. Одни с криком бросились назад, другие, не видя ничего перед собою, попробовали ворваться в дверь. Налетая сослепу друг на друга, они начали драться у входа в дом.

Когда все успокоилось, Лот сказал, что пришедшая из города толпа состояла из чиновников, старшин и торговцев рабами.

На рассвете гости разбудили Лота. Аута посоветовал ему уйти из города со всеми своими домочадцами.

— Беги отсюда, спасайся! Не оборачивайся назад и нигде не останавливайся. Беги в горы, беги скорей, иначе погибнешь.

На это Лот грустно ответил:

— Нет, господин! Я не успею достичь гор прежде, чем твой гнев догонит меня и убьет. — И он протянул руку в сторону горизонта, туда, где виднелось что-то похожее на стену.

Это был городок, носивший название Цуар. Чужеземец, угадав, о чем Лот хочет сказать, заметил, что этот городок будет вне опасности. Лот продолжал:

— Вот ближайшая крепость, она маленькая, и я скроюсь в ней. Разреши мне бежать туда.

— Ну ладно, мы выполним и эту твою просьбу, — ответил Аута, — оставим целой крепость, о которой ты говоришь. А теперь беги туда как можно быстрее.

Лот нагрузил на телегу, запряженную ослами, свой скудный скарб, приказал родственникам сложить палатки, собрать стадо и тронулся с ними в сторону города Цуара.

Сначала зятья подумали, что старик сошел с ума, и не хотели его слушаться. Когда же мимо них прошли двое чужеземцев в блестящей одежде, зятья Лота подчинились и последовали за ним.

Вместе с Лотом в крепость пошли и другие люди, кого успели предупредить. Не предупрежденным остался всего лишь один человек — старец Авраам, к которому и направились путники. Когда они подошли к его хижине, Авраам встал и поклонился им земным поклоном.

— Это мы… — начал было разговор Аута.

Но старик хитро улыбнулся и сказал:

— Я знаю, кто вы! Ты — Енох, знаток небесных тайн, а другой — ангел господа бога. Вы пришли наказать злодеев из Содома и Гоморры.

Аута подумал, что медлить более нельзя. Он перевел своему товарищу слова старика. Но Авраам заметил, что только тот, кого он назвал Енохом, знает его язык, и смиренно спросил:

— Енох, на каком языке я должен говорить, чтобы было приятно и понятно ангелу господа бога?

— Ты, может быть, знаешь язык роме? — спросил, улыбаясь, Аута.

Довольный тем, что он знает этот язык, Авраам обратился к чужеземцу на языке, который он выучил когда-то в Та Кемете. Смиренно и в то же время с достоинством он спросил, не пощадят ли они тех немногих невинных людей, которые живут в крепости. Авраам прекрасно знал, что всех их тайно предупредили о том, что надо уходить но не мог отказаться от удовольствия поговорить с тем, кого он принимал за ангелов.

Пока Авраам ходил к себе в хижину собирать своих родственников, из крепости прибежал человек. Это был Утнапиштим. Аута с тревогой спросил его:

— Утнапиштим, все знают в этом городе?…

— Еще не все… Но никто, за исключением уехавших уже бедняков, не верит этому. Их этой ночью предупредил Лот. Господа смеются, зная, что вас мало, а у них огромное войско… Я удивляюсь Великому Жрецу, который прекрасно знает, что пережила Атлантида.

— Утнапиштим, беги скорее! Если хочешь, беги в Цуар, но лучше в горы. И, пока не доберешься до Цуара, не оборачивайся назад.

Чужеземец спросил его еще раз:

— Авраам говорит, что в Содоме и Гоморре остались бедняки, это же хорошие люди!

Утнапиштим расхохотался:

— Беднота Содома и Гоморры? Они все ушли.

— А ты почему остался, если знал обо всем? — спросил Аута.

— Я хотел уйти, мне же нечего терять и нечего оставлять — вся моя торговля при мне: в сердце и в ногах. Я решил подождать: вдруг, думаю, еще раз придется свидеться с тобой. Вот и увиделись, а теперь потихоньку пойду в Цуар.

Все посмотрели вслед Утнапиштиму. С того момента, как Аута ночью ослепил людей, более уж никто не осмеливался трогать путников в серебряной одежде. Солдаты расхаживали по стенам, словно не замечая их.

— Пора возвращаться в нашу летающую лодку, — сказал чужеземец, посмотрев в сторону Гоморры, которая виднелась неподалеку.

Города так разрослись, что начали сближаться друг с другом; вероятно, в один прекрасный день они могли бы слиться. Чужеземец пошел вдоль стены в сторону ближайшей от Содома окраины Гоморры и, выбрав место, где его никто не мог увидеть, достал из кармана коробочку величиною с детский кулак; открыв ее, он взял серебряную тонкую стрелку и присоединил к одному из концов коробки Аута раскопал под стеной землю и, после того как чужеземец ввернул в коробку едва заметную стрелку, положил ее в сделанную ямку и закопал. Стрелка торчала из земли всего лишь на ширину ладони.

— Твой друг не ошибся? Из Гоморры ушли все, кто должен? — спросил чужеземец.

Аута успокоил его:

— Конечно, ушли. Они принимают нас за богов и считают наш приказ повелением неба. Иначе никто не поверил бы, что мы сможем уничтожить даже дом, а не то что две огромные крепости. Ты видел, как смеялись зятья Лота?

Аута и чужеземец отправились к летающей лодке.

Там они застали молчаливо ожидающего их Уха. Они заняли свои места, и лодка поднялась в воздух. Летели очень высоко, огибая стороною Содом и Гоморру. Аута, привыкший за столько времени к невидимым лучам чужеземцев, догадывался, каким способом будут уничтожены города. После полуночи лодка направилась к городу Цуар. Там она низко опустилась и повисла над городскими воротами. Внизу было видно, как со своим скарбом с юга двигались люди. Ух дал Ауте сильную подзорную трубу и попросил посмотреть на лица людей. Они шли с зажженными факелами, и их было хорошо видно издали.

Лодка снова поднялась вверх и полетела к двум крепостям. На полпути она сделала круг и повернула назад. Все окна лодки и прозрачный пол были теперь закрыты створками. Ух зажег в лодке свет. Другой чужеземец положил на колени коробку с вращающейся в ней стрелкой. Коробка была связана со стеной лодки тонкой нитью, похожей на веревочку.

Чужеземец сдвинул стрелку на определенное место, потом нажал кнопку, и почти тотчас же вдалеке послышался приглушенный грохот, а через некоторое время лодка закачалась в воздухе, несмотря на то что была на большой высоте. Такое с ней не случалось даже при самых сильных ветрах. Чужеземец отложил в сторону коробку и что-то начал считать. Потом он сказал Уху, чтобы тот открыл створку прозрачного пола и спустился перед воротами городка Цуар.

Еще в полете к Цуару Аута заметил в стороне, где, как ему было известно, находились две крепости Содом и Гоморра, огромный гриб из черного дыма и небо, испещренное перекрещивающимися, словно в жаровне, полосами белого цвета.

Начало светать. Лодка опустилась около ворот города. Собравшиеся люди смотрели на горизонт как завороженные. И когда солнце взошло над землею, в Цуар вошел Лот. Аута окликнул его. Лот подошел к нему со всей своей родней и тут же упал в пыль с поднятыми к небу руками.

— Где твоя жена? — спросил его Аута.

Лот заплакал:

— Она не послушалась, оглянулась и превратилась в соляной столб.

Аута вздохнул. Он был уверен, что Лот не мог ее увидеть, так как если бы он оглянулся, то и сам не пришел сюда. Соляной столб был его выдумкой, однако женщина погибла.

Подул сильный ветер. Лот удивился тому, что трое в серебряной одежде глядели назад. Он все еще не осмеливался смотреть туда. Лот крикнул своим домочадцам, чтобы те не входили в Цуар. Но они почти все вошли в город, чтобы отдохнуть, так как очень устали от дороги и волнений. Тогда Лот позвал своих двух незамужних дочерей, выбрал из стада несколько овец, одного осла и тронулся дальше в сторону гор. Он побоялся селиться в городе Цуаре.

Пошел дождь, страшный, косой, пенящийся дождь с резким ветром.

Аута и чужеземцы поднялись в летающую лодку, и она рванулась в воздух сквозь густую пелену рассвирепевшего дождя.

Город Цуар вскоре исчез из виду.


ГЛАВА XXXII | Лодка над Атлантидой (С иллюстрациями) | ГЛАВА XXXIV