home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Восстание монов

Анируда умер в 1077 году. Возможно, еще при жизни его начались волнения на монском юге, но угрожающего для Пагана размера они достигли при преемнике Анируды, Ман Лулане, который, вступив на престол, принял титул Шри Баджабхарана — «Победитель, несущий молнию».

Вступив на трон, Ман Лулан был вынужден предпринять дальний поход на юг. Поход был успешным, Ман Лулан дошел до современного города Мергуи, значительно расширив к югу владения Паганского царства. Но стоило бирманским войскам уйти, и восстание монов вспыхнуло с новой силой и приняло такой размах, что само существование государства оказалось под угрозой. Это произошло, по утверждению хроник, в 1083 году, то есть через шесть лет после смерти Анируды. Во главе монов встал Янмакан (Нга Раман, или «проклятый мон» бирманских хроник). Янмакан был близок к царствующему дому монов, ибо воспитывался и жил при паганском дворе, и хроники приписывают Ман Лулану, известному также под именем Солю, слова о своем враге: «Нга-Раман сын моего наставника, и он вскормлен со мной одной грудью». Возможно, что Янмакан был одним из монских принцев.

К началу восстания пленный монский царь Татона Макута и его ближайшие родственники, вернее всего, уже умерли. Из позднейших надписей следует, что единственный оставшийся в живых из прямых наследников Макуты, его внук, не присоединился к Янмакану, а бежал на гору Поупа, в район восточнее Пагана, где, возможно, были монские поселения, откуда намеревался поднять восстание самостоятельно. Однако, когда престол Пагана занял другой царь, он уговорил монского принца не восставать против бирманцев и в знак дружбы отдал свою дочь за сына принца.

Восстание Янмакана было весьма серьезным, и бирманские войска, предводительствуемые, очевидно, Ман Луланом и знатным бирманцем Тилуином Маном, потерпели жестокое поражение, в результате чего Тилуин Ман бежал в Чаусе (именно в Чаусе, а не в Паган), а Ман Лулан попал в плен, где и погиб.

В освещении хроник Ман Лулан — ничтожный предатель, жалкий человек, поражение которого предопределено тем, что он не любит своего «сводного брата» Тилуин Мана и целыми днями играет в кости. Хроники не знали или умалчивали о походе Ман Лулана на юг и превратили царя в злодейский антипод благородного и более удачливого Тилуин Мана, известного более под именем Чанзитты. Хроники приписывают поражение в войне исключительно глупости Ман Лулана и уверяют, что Тилуин Ман хотел спасти царя, выкрасть его из вражеского лагеря, но тот решил, что лучше уж ему остаться в плену у своего друга детства, нежели быть спасенным Тилуин Маном. Когда тот уносил его на спине из монского лагеря — дело было ночью и никто не заметил, что паганского царя похищают, — перепуганный Солю закричал «помогите». Стража всполошилась. Тилуин Ману пришлось бросить царя и спасаться бегством. Но Солю глубоко ошибся, полагая, что моны пощадят его, — чтобы обезопасить себя от дальнейших попыток похищений, они его казнили.

В 1084 году моны захватили Паган[2], но дальнейшее их наступление было приостановлено, ибо каруины долины Чаусе избрали нового бирманского царя — Тилуин Мана, который и опирался на экономическую и военную мощь каруинов.

Идеал паганского царя, величайший государственный деятель Пагана — таким встает Тилуин Ман (Чанзитта) со страниц хроник и легенд. История его рождения и детства удивительно поэтична и стала основой для создания многих замечательных бирманских поэм и легенд.

По версии хроник Тилуин Ман — незаконный сын араканской принцессы, предназначенной в жены Анируде, и паганского вельможи, посланного Анирудой сопровождать свою невесту. Вельможа влюбился в принцессу, она ответила ему взаимностью. Узнав об этом, царь разгневался и приказал убить родившегося у них младенца. Но мать убежала с сыном в лес. Потом Тилуин Мана усыновил волшебный змей Нага. Когда мальчик подрос и вернулся в Паган, он победил всех паганских богатырей и отразил стрелой четыре стрелы, выпущенные в него с четырех разных сторон (эпизод, заимствованный из жизнеописания Будды-Готамы). Анируда взял Тилуин Мана на службу, сделал полководцем, и вместе со своими верными друзьями — богатырями — он совершил целый ряд подвигов.

После смерти Анируды Чанзитта снова удалился в ссылку, но в решительный момент был призван на мощь Ман Луланом. Как известно, Ман Лулана он спасти не смог, бежал в долину Чаусе, где и был провозглашен царем.

5000 храмов на берегу Иравади

Храм Татбинью, построенный в 1144 году при царе Кансу I.

Самый высокий храм Пагана — около 70 метров


5000 храмов на берегу Иравади

Храм Годопалин, конец XII века. Один из крупнейших храмов Пагана


В версии хроник вызывает сомнение уже то, что принцесса из Аракана появилась при дворе Анируды в 50-х годах XI века, то есть как раз в то время, когда ее «сын» с товарищами-богатырями возглавлял армию Анируды в войне с монами, не говоря уже о других подобных хронологических и логических смещениях. Интересно и другое — оказывается, Тилуин Ман ни в одной из своих надписей не говорит, что он — сын араканской принцессы, что он связан с каким бы то ни было царским семейством. Тилуин Ман достаточно туманно заявлял, что он — родственник Солнца. Араканская принцесса впервые появляется в хрониках XVI–XVII веков. Не упоминает Тилуин Ман в своих надписях и об участии в походах Анируды, за исключением участия в разгроме монов в 1084 году, то есть уже после смерти Анируды.

5000 храмов на берегу Иравади

«Тилуин Ман» значит — царь Тилуина. Один из каруинов Чаусе назывался Тхилаин, что при тогдашнем разнобое в написании могло читаться и как Тилуин. Надпись, оставленная дочерью Тилуин Мана, гласит, что она владеет землями в Чаусе. Все это дает основание предполагать, что Тилуин Ман — представитель старой бирманской родо-племенной верхушки, владетель одного из каруинов и конфликт его с Анирудой, опоэтизированный в легендах и хрониках, — отражение конфликтов старой и новой паганской аристократии. Итак, Тилуин Ман не родственник Анируде, ветвь которого кончается со смертью его сына Ман Лулана.

Тилуин Ман, вступив на вакантный паганский престол в 1084 году, собрал в Чаусе бирманское ополчение и выступил навстречу монам. Теперь уже моны находились в невыгодном положении. Они оторвались от своих городов, очутились среди враждебно настроенных деревень. Бирманцы же защищали свои дома.

В решительном сражении Тилуин Ман нанес монам сокрушительное поражение. Вождь монов Янмакан погиб, и разбитые монские отряды в панике бежали на юг, преследуемые бирманцами. Юг Бирмы вновь вошел в состав Паганского царства.

Однако, разгромив монов, Тилуин Ман не стал продолжать политики своих предшественников. Наоборот, он понимал, что Пагану невыгодны постоянные войны с монами. И вот в конце XI века начался процесс «монизации» Пагана. Монские вельможи приглашались в столицу, монский язык стал основным языком надписей и документов, монская архитектура и искусство господствовали в Пагане, и при описании празднеств мы встречаем упоминание о монах-вельможах и священнослужителях, принимавших в них участие. Тилуин Ман достиг в стране мира в первую очередь путем соглашения с монами.


Паган становится столицей Бирмы | 5000 храмов на берегу Иравади | Годы расцвета



Loading...