home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Смутное время

Главную опасность для существования Пагана представляли многонациональные окраины государства с сильными в них центробежными тенденциями. В Паганское царство входили и культурные, развитые города-государства монов и многочисленные горные племена, находившиеся на самых различных ступенях общественного развития. Государство держалось силой армии, какие бы мощные крепости ни строили паганские властители на его границах, какие бы жестокие походы они ни предпринимали против непокорных, подавить стремления покоренных племен к независимости они не могли. Крепости и походы были действенны лишь до тех пор, пока Паган был силен. Но даже во время расцвета его опасность восстаний не исчезала ни на минуту.

Уже через год после смерти Тилуин Мана «банда разбойников», как пишут хроники, а вернее всего, отряд какого-нибудь из подвластных племен захватил и разграбил дворец Кансу I — преемника Тилуин Мана.

Узнав о смерти Тилуин Мана, восстали моны и северные племена. «Хроника Стеклянного дворца» пишет о первых годах правления Кансу I: «Бассейн, страна талаингов (монские города), был охвачен анархией. Нга Тит с острова Теттит отказался повиноваться. Нга Нгве поднял восстание на горе Хкеттин. Зеямин-гала, властитель теков, тоже восстал. Кала (индиец), назначенный управлять страной Цейлон (явное преувеличение), отказался повиноваться. Тенассерим перестал платить дань, и Текинминкатон (король Южного Аракана) забыл о правде и благодарности…». Волнения не утихали почти все царствование Кансу I, из-за чего царю приходилось проводить много времени в походах и карательных экспедициях.

5000 храмов на берегу Иравади

Государство, созданное менее ста лет назад, второй раз за время своего существования находилось на грани гибели. На счастье Кансу, собственно бирманские районы оставались спокойными, и родственники его не претендовали (по крайней мере мы не имеем таких данных) На трон. Бирманская знать была заинтересована в сохранении централизованной власти, однако при условии (конечно, оно вряд ли формулировалось открыто и категорично) уступок со стороны царя, уступок за счет монской знати, занимавшей в Пагане привилегированное положение.

Кансу сам возглавил армию, вышедшую на покорение Тенассерима. Следующим был разбит старый враг Пагана — араканский царь Тенинминкатон, но война в Аракане тянулась до 1118 года.

После подавления основных центров неповиновения Кансу направил посольство с дарами в Наньчжао. Затем, заручившись, видимо, обещанием нейтралитета со стороны могущественного северного соседа, предпринял поход против горного государства Тароп, владетель которого якобы был одним из счастливых обладателей зуба Будды. Поход этот, как и поход Анируды, окончился неудачей.

При Кансу исчезают или почти исчезают монские надписи, и, видимо, монский язык выходит из употребления. Постепенно сходит на нет монское влияние и в других областях жизни Пагана. Бирманская знать не желала делить власть с монскими вельможами. Во второй половине XII века появился первый в Бирме свод законов. Он не дошел до нас, но мы можем судить о нем по ссылкам в надписях. Была разработана система мер и весов. Развивался литературный язык, свидетельством чему является богатый и образный язык надписей.

В XII веке в Пагане велось широкое строительство храмов. Оно достигло такого размаха, что отрицательно сказывалось на общем экономическом положении страны. Например, громадная пагода Швегуджи была возведена в 1131 году в течение полугода, что потребовало напряжения сил всего государства.

Хроники много пишут о путешествиях Кансу, о храмах, заложенных им в различных частях Бирмы, однако в надписях XII века мы не находим упоминаний об этих путешествиях. Кансу царствовал долго, и конец его правления приходится на вторую половину XII века. Надписи тех лет не указывают года его смерти.

Период, последовавший за смертью Кансу, — один из самых темных в бирманской истории. Бирманские хроники тут вступают в полное противоречие с теми данными, которые можно получить из эпиграфики и иноземных хроник и надписей. Хроники дают имя Нарату, убившего Кансу I в 1167 году и царствовавшего до 1170 года. Затем имя его преемника — Наратейнки, продержавшегося на престоле также три года (1170–1173). И только в 1174 году на престол вступает Нарапатиситу (Кансу II) и период смуты заканчивается.

При описании правления Нарату и Наратейнки, особенно первого, бирманские хроники не жалеют черной краски. Он-де и убийца престарелого отца, которого задушил подушкой, он же и узурпатор, ибо трон получил в обход законного престолонаследника — старшего брата. Он же и убийца старшего брата — отравитель. Его преступления были так велики и невиданны, что глава буддийской церкви в возмущении покинул страну и отправился на Цейлон. Многие монахи бежали туда же от преследований. В стране воцарилось беззаконие. Наконец князь Патеикая (чужестранец?) убил отвратительного царя.

Надписи же повествуют совсем о другом. Да, Нарату, настоящее его имя — Имто Сьян, занимал паганский престол. Он начал строить храм Дхаммаянджи, который должен был стать крупнейшим храмом Пагана, но оставил его незавершенным. Из надписей известно, что строительство храма было начато и прервано в 1165 году. Таким образом, хроники ошибаются, утверждая, что Кансу I дожил до 1167 года. Уже за два года до этого на престоле сидел другой царь.

Казалось бы, путаница почти неразрешимая, тем более что в бирманских надписях не встречается других упоминаний ни о Имто Сьяне, ни о кончине Кансу 1. Но неожиданно на помощь здесь приходят летописи другого государства. Это — надписи и хроники Цейлона, относящиеся ко второй половине XII века.

В цейлонской надписи Деванагала говорится: «Человек по имени Бхуваннадита, царь Араманны, сказал: „Мы не будем заключать договора с островом Ланка“. И тогда Его Величество (цейлонский царь. — И. М.) скомандовал: „Погрузите людей на тысячи кораблей и пошлите их в поход на Араманну“. И Кит Нуварагал, подчиняясь этому приказанию, взял штурмом город Кусумья, и… через пять месяцев король Араманны направил послов со словами: „Мы заключим договор“».

Эта надпись датируется 1165 годом, когда внезапно прервалось строительство храма Дхаммаянджи в Пагане. Из надписи можно заключить, что в 1165 году перед самым началом муссона цейлонский царь Параккама Баху I (1153–1186) приказал начать военную кампанию против Араманны, то есть Раманадессы, страны монов, — этим именем цейлонцы продолжали называть Паганское государство. Для перевозки войск были использованы тысячи кораблей. Полководец Киттинагаригиры (Кит) взял штурмом Кусумья (Бассейн) — город в нижнем течении Иравади, после чего паганский царь запросил мира.

Обратимся теперь к цейлонской хронике Чулавамса, которая подтверждает все, что сказано в надписи, и дополняет ее текст рядом интересных деталей.

Очевидно, отношения Цейлона с Паганом ухудшились уже в царствование Тилуин Мана, когда у последнего завязались отношения с южноиндийскими правителями Чолами (приезд принца в Паган), врагами Цейлона. В то же время, наверное, обнаружились противоречия между Паганом, стремящимся забрать в руки все побережье Тенассерима, и Цейлоном, которому со своей стороны был важен Тенассерим как пункт на торговом пути на Восток. Эти противоречия обострились к середине XII века, когда бирманские цари прервали торговые от ношения с Цейлоном.

По версии Чулавамсы, бирманский царь прекратил торговлю с Цейлоном слонами, резко подняв на них цены, и пресек традиционный обычай давать слона за корабль с грузом подарков с Цейлона. Цейлонские послы были арестованы на Тенассеримском побережье. Кораблям с Цейлона было запрещено заходить в бирманские порты. И, наконец, цейлонская принцесса была перехвачена на пути в Камбоджу. Царь Параккама Баху решил наказать бирманского царя и возложил это поручение на полководцев Аддикку и Китти. За пять месяцев был построен большой флот. На корабли погрузили годовой запас продовольствия и оружие, включая стрелы с железными наконечниками, эффективные в борьбе со слоновьей кавалерией. В снаряжение экспедиции входили даже лекарства от болезней, гнездящихся в болотах Нижней Бирмы, и средства от яда, которым бирманские солдаты смазывали наконечники стрел. В состав армии были включены и лекари.

Армия выглядела как «плавучий остров». Не все корабли добрались до Бирмы. Некоторые утонули в пути, другие отбились, а один пристал к Андаманским островам и захватил много пленных. Военачальник но имени Китти высадился в городе Бассейн и взял его. Аддика, другой полководец, направился с основным отрядом на север, к городу под названием Паппхалама, и оттуда пошел дальше, к столице бирманцев Уккаму (Пагану), неожиданным штурмом взял его и убил царя… Затем под бой барабанов он провозгласил захват Бирмы и присоединение ее на вечные времена к Цейлону.

Трудно теперь выяснить, какая часть цейлонской хроники правдива и где преувеличения. Однако интересно, что бирманские хроники косвенно подтверждают показания цейлонской летописи, утверждая, что Имто Сьян погиб от рук иностранцев.

Итак в 1165 году цейлонские войска вторглись в Бирму и, по всей вероятности, паганский царь погиб от руки сингалезов. Если считать, что цейлонцы убили Имто Сьяна, то возникает вопрос, кто наследовал ему. Хроники вводят имя царя Наратейнки, который царствовал три года (1171–1174) и, кроме дворцовых интриг, ничем не прославился. Его убили по приказанию его брата Нараптиситу, ставшего впоследствии царем под именем Кансу II.

Нет ни одной надписи, где бы говорилось о короле, царствовавшем между Имто Сьяном и Кансу II. Больше того, надпись, найденная на горе Тецо, дающая нам список ранних царей Бирмы, упоминая о Кансу I и Имто Сьяне, после него помещает непосредственно Кансу II. Хроники же не могут представить ни одного факта из жизни Наратейнки, на который можно было бы опереться для дальнейших поисков исчезнувшего царя.

А может быть, с 1165 по 1174 год в Пагане не было никакого царя и там правил цейлонский наместник? Так полагает, например, бирманский историк Тан Тун. Но это уж очень маловероятно. Представьте себе, что цейлонцы в течение десяти лет правят в Пагане и держат в руках территорию, превышающую территорию самого Цейлона силами одного только экспедиционного корпуса, вдали от баз, в месяцах пути от дома морем, в окружении горных племен, имея под боком непокорные каруины долины Чаусе. Продержаться очень мало шансов. В то же время ни в одной паганской надписи, ни в одном цейлонском источнике не пишется о десятилетнем иноземном владычестве. Ни одного предмета не найдено в Пагане, который бы подтверждал такую оккупацию. Противоречит этому и сама цейлонская надпись Давагала. Какой смысл ей преуменьшать силы и возможности Цейлона? А ведь в ней достаточно ясно сказано, что «через пять месяцев бирманский царь прислал послов предложением заключить договор». Так кто же сделал это предложение и кто посылал послов?

Логичнее предположить, что бирманские хронисты, как всегда, отражая паганскую историю в общих чертах правильно, сдвигают во времени некоторые события. Вполне возможно, что в 1165 году был убит Кансу I, а его преемник Имто Сьян вступил на престол за два года до срока, указанного в хрониках, и, возможно, не без помощи цейлонцев. Возможно и то, что именно при Имто Сьяне произошла неудачная война с Цейлоном. В любом случае Имто Сьян остался в народной памяти как весьма непопулярная фигура, и именно в его образе сконцентрировались отрицательные черты жестокого властителя. Ведь бирманские хроники, как и хроники многих других государств, — сплав исторического труда и фольклора с присущими тому и другому особенностями.


Годы расцвета | 5000 храмов на берегу Иравади | Период реформ



Loading...