home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 6

У Бентли разболелась голова. Шум голосов смешивался с движением тел в сверкающих одеждах. Пол был усеян окурками и различными осколками. Все в зале стояло вверх дном, словно в нем долго свирепствовала банда. От мерцающих, изменявших форму огней потолка становилось больно глазам. Какой — то человек сильно толкнул его, проходя мимо. Прислонившись спиной к стене, какая — то молодая женщина с сигаретой в зубах сняла сандалии и массировала ноги ногтями, покрытыми ярко — красным лаком.

— Чего тебе хочется? — спросила его Элеонора.

— Уйти.

Попивая из своего стакана, она непринужденно провела его сквозь толпу к одному из выходов.

— Все это может показаться лишенным смысла, — сказала она ему, — но Веррик проделал это с конкретной целью. Он…

Херб Мур преградил им дорогу. Его лицо было налито кровью. Вместе с ним был бледный тихий Кейт Пеллиг.

— А! — Вот вы где, — не очень уверенно произнес Мур. — Он наполовину осушил свой стакан и уставился на Бентли. — Вы добились того, чего хотели, не так ли? — Он шлепнул Пеллига по спине. — Вот оно, самое важное событие нашей эпохи, и вот оно, самое важное из всех живых существ. Посмотрите на него хорошенько, Бентли!

За все время Пеллиг не произнес ни слова. Его тело было вялым. Он переводил бесцветный, лишенный выражения взгляд то на Бентли, то на Элеонору. Даже его кожа, волосы, ногти были бесцветны, почти прозрачны. Он производил впечатление чего — то асептического — без вкуса, без запаха, без цвета…

Бентли протянул ему руку.

— Привет, Пеллиг.

Пеллиг взял его руку и безжизненно, бессильно пожал ее. Его кожа была холодной и слегка влажной.

— Что вы думаете о нем? — спросил агрессивно Мур. — Неплохо, правда? Самое крупное открытие после изобретения колеса.

— Где Веррик? — спросила Элеонора. — Пеллиг никогда не должен удаляться от него.

Мур побагровел еще больше.

— Как смешно! Кто…

— Вы слишком много выпили. — Элеонора посмотрела по сторонам. — Ох уж этот Риз! Он наверняка до сих пор где — нибудь спорит.

Бентли смотрел на Пеллига, как загипнотизированный. В Кейте было что — то отталкивающее — существо бесполое, расплывшееся, гермафродитное. Пеллиг не имел даже стакана в руках — он не имел ничего.

— Вы не пьете? — спросил его Бентли.

Пеллиг покачал головой.

— А почему бы и нет? Возьмите стаканчик Метанового бриза. — Бентли неловко обернулся к подносу предлагаемому проходившим мимо роботом Мак — Милланом.

Несколько стаканов упали и разбились. Робот остановился, все убрал и вытер.

— Держите. — Бентли всунул стакан в руку Пеллига. — Пейте, ешьте, развлекайтесь. Завтра кто — то умрет, но это будете, безусловно, не вы.

— Хватит, — прошептала ему на ухо Элеонора.

— Пеллиг, — продолжал Бентли, — как вы чувствуете себя в шкуре профессионального убийцы? Все — таки вы не похожи на убийцу. Вы не похожи ни на что, даже на человека.

Вокруг них начали собираться люди.

Элеонора тянула Бентли за рукав.

— Ради бога, Тэд! Веррик идет.

— Оставь меня. Это мой рукав. Это почти все, что у меня осталось. — Он снова впился глазами в пустое лицо Пеллига. Все в его мозгу бурлило, нос и горло мучительно болели. — Пеллиг, что заставляет вас убивать человека, которого вы никогда не видели, человека, который вам ничего не сделал, несчастного, невинного человека, волею случая оказавшегося на пути сильных мира сего? Временное препятствие…

— Что вы хотите этим сказать? — процедил сквозь зубы Мур. — Что вас не устраивает в Пеллиге? — Он усмехнулся. — Пеллиг мой товарищ.

Расталкивая людей, появился Веррик.

— Мур, уведите его отсюда. Я вам говорил подняться. — Он указал последним присутствующим на дверь. — Вечер окончен. Возвращайтесь домой. Когда вы мне будете нужны, я с вами свяжусь.

Люди поспешили к выходу. Несколько роботов обслуживали раздевалку. Несколько маленьких группок задержались, с интересом разглядывая Веррика и Пеллига.

— Пойдем наверх, — сказал Веррик. Он подтолкнул Пеллига. — Бог знает, как уже поздно! — Сгорбившись, он начал подниматься по широкой лестнице, повернув в сторону взлохмаченную голову. — Все — таки мы сегодня славно поработали. Я иду спать.

С трудом держась на ногах, Бентли громко крикнул ему вдогонку.

— Послушайте Веррик! Мне в голову пришла мысль.

А почему бы вам самому не убить Картрайта? Исключите посредника. Это ведь будет более научно.

Не оборачиваясь и даже не замедлив шагов, Веррик неожиданно разразился смехом.

— Я с вами поговорю завтра. Возвращайтесь к себе и ложитесь спать.

— Нет, — упрямо возразил Бентли — Я здесь, чтобы выяснить, какова ваша стратегия и я не уйду отсюда, пока не узнаю этого.

На первой лестничной площадке Веррик остановился и обернулся.

— Что? — спросил он.

По его тону, как и по его взгляду ничего нельзя было понять.

— Вы меня прекрасно поняли.

Бентли показалось, что все вокруг него заметалось и он закрыл глаза. Когда он открыл их, Веррик уже исчез и Элеонора тянула его за руку.

— Глупец, — резко сказала она ему. — Что это на тебя нашло.

— Он ненормальный, — нетвердым голосом сказал Мур. — Он увлек за собой Пеллига. Уведите его отсюда Элеонора, иначе он начнет здесь пожирать ковры.

Бентли растерялся. Он открыл было рот, но не произнес ни звука.

— Он ушел, — наконец вымолвил он. — Они все ушли: Веррик, Мур и этот восковой паяц.

Элеонора втолкнула его в комнату и закрыла за собой дверь. Она закурила сигарету и жадно затянулась дымом.

— Бентли, ты совершенно ненормальный.

— Я пьян. Это все этот горлодер Каллиосто. А правда, что тысяча рабов медленно задыхается в метановой атмосфере ради того, чтобы Веррик смог залить глотку?

— Садись. — Она пододвинула к нему стул и принялась ходить перед ним кругами, прямая, как марионетка. — Все рушится. Мур настолько горд своим Пеллигом, что готов показывать его всему миру. Веррик никак не приспособится к своему новому положению, он все думает, что по — прежнему имеет своих телепатов для поддержки. О, господи!

Она отвернулась от Бентли и закрыла лицо руками. Бентли смотрел на нее, ничего не понимая. Она скоро взяла себя в руки и достала платок, чтобы вытереть глаза.

— Я могу что — нибудь для вас сделать? — с надеждой спросил он.

Ничего не отвечая, она высыпала из чашки лежавшие в ней конфеты, налила в нее из кувшина воды, умыла лицо и вытерла его вышитой занавеской.

— Послушай, Бентли, — сказала она. — Уйдем отсюда.

Она быстро вышла. Бентли поспешно встал и последовал за ней. Ее маленький силуэт с голой грудью тихо, как привидение, скользил среди мрачных владений Веррика: витрин, впечатляющих статуй, лестниц, покрытых мягкими коврами.

На каждом повороте стоял робот, ожидая возможных приказаний.

Они вышли на пустой этаж, погруженный во мрак и тишину. Элеонора подождала, пока он догнал ее.

— Я иду спать, — чистосердечно призналась Элеонора. — Ты можешь тоже идти или вернуться, как хочешь.

— Вернуться? Куда?

Он шел следом за ней по коридору, в который выходили приоткрытые двери комнат.

Бентли услышал голоса. Некоторые показались ему знакомыми: голоса мужчин и неясные бормотания женщин. Вдруг Элеонора исчезла.

Он оказался в полном одиночестве.

Бентли двинулся на ощупь в зыбкой, полной неизвестности темноте. Он сильно ударился о какую — то мебель и целый каскад предметов посыпался сверху и рассыпался у его ног. Ошеломленный, он попытался отступить. Раздался грубый голос:

— Что вы здесь делаете?

Это был Херб Мур. Его лицо медленно появилось из темноты. Вначале бледное, призрачное, оно постепенна налилось кровью.

— Ваше место не здесь! Убирайтесь вон! Идите к другим таким же отбросам! Класса 8–8! Не смешите. Кто вам сказал!..

Бентли ударил его. Из разбитого лица брызнуло что — то жидкое.

Бентли оказался оторванным от земли, затем начал задыхаться, зажатый липкой массой. Он сопротивлялся, стараясь ухватиться за какую — нибудь опору.

— Хватит! — приказала Элеонора. — Ради бога, остановитесь вы оба!

Бентли остановился. Рядом с ним тяжело дышал Мур, вытирая окровавленное лицо.

— Я вас убью, негодяй! Вы еще пожалеете о том, что ударили меня, Бентли.

Бентли заметил, что он сидит на чем — то низком и, наклонившись вперед, старался снять ботинки.

Его куртка валялась перед ним. Вскоре рядом с ней на шикарном ковре оказались его ботинки. В комнате был свежий воздух, стояла полнейшая тишина, в углу мигал свет.

— Запри дверь, — совсем рядом раздался голос Элеоноры. — Мне кажется, Мур совершенно потерял голову. Он, как ненормальный, бродит по коридорам.

Бентли подошел к двери и повернул в замке ключ. В центре комнаты Элеонора, подавшись вперед и подняв ногу, медленно расшнуровывала сандалию. Ошеломленный, он смотрел на нее почти с религиозным чувством. Одним движением ног она сбросила сандалии, расстегнула свой облегающий тело костюм и сняла его. Ее голые лодыжки блеснули на свету, заплясали перед ним. Не будучи более в состоянии выносить это, Бентли зажмурился. Затем он почти упал на нее, и она его обняла.

Он чувствовал под собой ее влажные руки, ее трепещущие груди с красными твердыми сосками. Она подпрыгнула, задрожала и снова сжала руками его тело.

Рычание в его голосе усиливалось и плескалось через край. Он закрыл глаза и кротко отдался несущему его потоку.

Он проснулся нескоро. В комнате стоял ужасный холод. Ни одного звука, никакого проявления жизни. Он поднялся: непреклонный, суровый, голова полна неясными фрагментами.

Сквозь открытое окно проникал серый свет раннего утра, хлестал резкий ледяной ветер.

Он оглянулся по сторонам, стараясь собраться с мыслями.

Тут и там среди сваленных горой покрывал и одежд виднелись очертания лежащих человеческих тел. Он споткнулся об эти тела, полуголые руки, меловой бледности ноги. Все это шокировало и ужасало. Он увидел Элеонору, спавшую около стены. Одна рука ее была вытянута вперед, маленькая кисть сжата в кулачок.

Она нервно дышала сквозь приоткрытый рот. Продолжая пробираться вперед, он вдруг резко остановился.

В слабом свете он различил черты своего друга Эла Дэвиса, спокойно спавшего в объятиях жены.

Оба полностью отключились оттого, что их окружало.

Он стал различать и других. Некоторые храпели. Один мужчина заворочался, просыпаясь, другой застонал и пошарил руками вокруг, ища покрывало. Под его ногой, которой он раздавил стакан, образовывалась маленькая черноватая лужица.

Вот другое знакомое лицо, брюнет с приятными чертами лица…

Да это его собственное лицо!

Он отступил к двери и оказался в холле, утопавшем в желтом свете. Охваченный ужасом, ничего не видя, он побежал вперед. Голые ноги проворно несли его по нескончаемым пустым коридорам, вверх по бесконечным лестницам. Он куда — то повернул и оказался в алькове, из которого не было выхода. Он стоял против большого зеркала.

Неясный силуэт парня в зеркале. Безжизненное насекомое, подвешенное в желтеющей водной глубине. Он тупо уставился на льняные волосы, невыразительные вялые губы, бесцветные глаза. Руки безвольно висели, словно в них не было костей.

Тихое, неподвижное, что — то бесцветное и выхолощенное, смотрело на него пустым остановившимся взглядом и не издавало ни звука.

Он завыл, и изображение исчезло. Он углубился в коридор цвета пыли. Его ноги едва касались ковров. Он не чувствовал больше под собой земли.

Он взлетел, как бы подталкиваемый вверх ужасом. Он был только чем — то воющим под высоким куполом крыши.

С вытянутыми вперед руками, слепой и испуганный, он несся с ошеломляющей скоростью, врывался в двери, пересекал комнаты, мчался по коридорам, безнадежно кружил по одному месту, тщетно бился в витражи, пытался куда — нибудь вырваться.

С сильным треском он наскочил на кирпичный камин. Едва не разбившись, он свалился на толстый пыльный ковер. Мгновение он оставался лежать, не будучи в состоянии подняться. Затем встал и исступленно двинулся вперед, не убирая рук от лица, закрыв глаза и раскрыв рот.

Впереди он услышал звуки. Из полуоткрытой двери струился желтый свет.

Пять человек сидели вокруг стола, заваленного бобинами и отчетами. Астреоническая лампочка, миниатюрным теплым солнцем висевшая в середине комнаты, загипнотизировала его.

Прихлебывая из чешечек кофе, люди перешептывались и что — то записывали. У одного из них были могучие покатые плечи.

— Веррик! — закричал Бентли. Как он ни напрягался, голос его был лишь слабым писком насекомого. — Веррик, помогите мне!

Веррик бросил на него разгневанный взгляд.

— Чего вы хотите! Я занят. Мы занимаемся делами.

— Веррик! — закричал он, охваченный паникой. — Кто я?

— Вы Кейт Пеллиг, — раздраженно ответил Веррик. Своей огромной лапой он вытер лоб и отодвинул лежавшие перед ним бобины. — Вы убийца, утвердженный Конвентом. Менее чем через два часа вы должны быть готовы приняться за работу. Задача перед вами поставлена.


Глава 5 | Вино грез. Сборник | Глава 7



Loading...