home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 19

Это ревность?..

С ВИКТОРОМ МЫ ПОЗНАКОМИЛИСЬ на следующей неделе. По традиции – все в том же кафе. Когда я прибежала после уроков, он и Танька пили кофе и весело о чем-то болтали.

Наверное, не зря говорят, что Бог любит троицу, а первые блины – комом. Виктор оказался самым лучшим вариантом. Во-первых, он обладал вполне себе симпатичной внешностью – привлекательный темноглазый блондин неплохого сложения. Во-вторых, оказался уверенным, веселым и приятным. В-третьих, умело изображал моего парня. Осторожно держал за руку, когда мы репетировали, мило улыбался, заглядывая в глаза и даже аккуратно поправил мне волосы. В общем, как говорится, вжился в роль, и я на какое-то мгновение даже растерялась – его нежность показалась мне искренней. Я вдруг даже подумала, как все-таки, наверное, здорово встречаться с тем, кто нравится. Нет, бариста и официантки продолжали смотреть на нас крайне странно, но я больше не смущалась и чувствовала себя рядом с Виктором комфортно. Как будто бы он и правда был моим парнем.

– Какие ты любишь фильмы, Дарья? – спрашивал меня Виктор с интересом, закинув ногу на ногу. – А какую музыку? А кто твои любимые писатели? Знаешь, а я ведь тоже поклонник творчества Конан Дойля и даже однажды играл в одном студенческом спектакле по мотивам «Шерлока Холмса».

– Самого Холмса? – с восторгом спросила я.

Я обожала все, что было связано с этим героем, – и бессмертную книгу, и старый советский сериал и современный английский. Танька, тянувшая мокко через трубочку, позволила себе улыбочку.

– Нет, – вздохнул Виктор.

– Доктора Ватсона?

– Ох, Дарья, и не его.

– Профессора Мориарти? – обрадовалась я.

– Мистера Хадсона, – ответил Виктор, сделав некоторую паузу.

– Мистера Хадсона? – несколько растерялась я. – Но ведь там была миссис Хадсон…

– Спектакль по мо-ти-вам, – по слогам сказал Виктор, думая, наверное, что подобное произношение поможет мне понять тайный смысл, сокрытый в его словах. – А значит, имелись режиссерские вольности, которые, конечно же, оказались отличными находками.

Я только озадаченно кивнула. И мы снова принялись репетировать.

– Надо придать твоему образу романтичности, – заявил Виктор и жестом фокусника распустил мои волосы, забранные в хвост. Кудряшки тут же рассыпались по плечам. – Так-так-так, неплохо, а теперь надо поработать с губами.

Он снова потянулся ко мне, но я отпрянула.

– Это в каком смысле поработать? – подозрительно осведомилась я.

Таня бестактно захохотала.

– Они должны выглядеть зацелованными, – уверенно заявил Виктор. – Чуть распухшими от поцелуев.

– И как мне это сделать? – еще более подозрительно спросила я.

– Давай я тебе по губам настучу, вмиг распухнут, Кудряха. – Танька явно находилась в хорошем настроении.

– Себе настучи, – обиделась я.

– Зачем физическое насилие? – Виктор задорно блеснул глазами. – Мы с вами – актеры. А значит, нам поможет грим. Ну, или косметика. Татьяна, у тебя есть помада?

– Есть кое-что лучше помады, – тут же полезла в свою бездонную сумочку сестра и вытащила здоровую косметичку. – Парочка классных тинтов.

– Чего? – не поняла я.

Танька печально вздохнула.

– Вот смотрю я на тебя, сестрица, и не могу понять, девчонка ты или парень в юбке. Никакого понятия о бьюти-трендах! Тинт – это жидкий пигмент. С ним губы выглядят более объемными и пухлыми. А может, тебе нормальный макияж сделать? Ну-ка, иди сюда, Кудряха!

– Если Дарья обычно предпочитает ходить с легким макияжем или без него, то лучше не стоит, – вмешался Виктор. – Иначе не будет естественности. А вот с губами можно поработать, да.

– Поработаем, – хищно ответила Танька и принялась за работу.

Сначала нанесла мне на губы немного пудры, затем – один из своих тинтов, закрашивая лишь центральную часть. Эффект получился интересным – губы и правда стали пухлее и ярче, словно их окутала акварельная дымка, но при этом казались натуральными.

– Огонь! – Танька осталась довольна. – Матвеева таки перекосит. Сначала в одну сторону, а потом в другую. Будет думать, что тебя Витек всю ночь целовал. А может, и не только… Я тебе говорила, что Данька твой стал красавчиком?

– Несколько тысяч раз, – любезно ответила я, смотрясь в круглое маленькое зеркальце. – А где ты Виктора вообще взяла?

Актер в это время отошел, чтобы ответить на звонок.

– Он знакомый моей знакомой.

– Тоже в тебя влюблен? – вспомнился мне Кайрат.

– Не-а, – отмахнулась Танька, которая теперь приводила в порядок свои губы.

– Неужели и он денег должен? – поразилась я, припомнив Гошу.

– Тоже нет, – отозвалась сестра беспечно.

– Тогда почему он согласился? – не отставала я.

– Потому что я ему заплатила.

– Что-о-о?! – подалась я вперед. – Ты с ума сошла?

– В этом мире правят только любовь и деньги, – подмигнула мне сестра.

– Ты забыла про идиотов. Скажи сколько, я верну, – потребовала я.

– Отстань. Лучше зажми где-нибудь Матвеева.

– Ага. А потом он мне что-нибудь зажмет. Голову, например. – Мне даже представить подобное было сложно. Но сон с поцелуем я все еще помнила.

– Ну и ладно, она у тебя и так плоская. – Моя сестра была добра как никогда.

И сколько бы я ни уговаривала назвать мне сумму, Танька не соглашалась.

Вернулся Виктор, отвесил мне комплимент, поводил меня по залу под руку, на ходу давая советы, как мне себя вести, куда смотреть и что говорить, а потом мы вернулись за столик – до окончания тренировки Дани было еще полчаса. Зато к нам подошла одна из официанток и с огромным любопытством поинтересовалась:

– Вы уже наши постоянные клиенты, можно сказать. Мы всегда вам рады, только мы не понимаем… Что вы делаете?

– У нас кастинг, – не растерялась Танька. – На роль ее парня.

– В кино? – удивилась официантка.

– В интернет-сериале, – заявил Виктор, которому явно было знакомо слово «импровизация». – Проект студентов из академии искусств.

– Как интересно, – захлопала в ладоши официантка.

– Хотите поучаствовать? Меня зовут Виктор, позвоните мне, – с деловым видом сунул ей в руку свою визитку актер. – Вы хорошенькая. И фактура у вас, – его взгляд переместился ниже шеи, – очень даже ничего.

Официантка зарделась и обещала перезвонить.

– Бабник, – сообщила мне на ухо Таня. И все мои симпатии к Виктору растаяли.

В час икс мы вышли из кафе и направились – уже в третий раз! – на до боли знакомую аллею. Ждать Матвеева. Ветер на улице был таким, что весь мой романтический образ рассыпался к фигам собачьим. Мало того что волосы вздымались вверх, так еще и липли к губам, грозя разрушить эффект зацелованности. Виктор же, несмотря не непогоду, играл свою роль отлично. Он нежно вел меня, изображая влюбленного парня с того самого момента, как мы покинули кафе. Таня пряталась в его машине, разбитой старой «Тойоте».

Надо сказать, сейчас все шло по плану. Матвеева мы с Виктором, идущие за руку, увидели издалека. И когда Даня, перекинувший через плечо спортивную сумку, почти с нами поравнялся, Виктор вдруг остановил меня и заботливо спросил:

– Девочка моя, тебе холодно?

– Немного, – призналась я.

Из-за пронизывающего ветра меня действительно бросало в дрожь. А может, в дрожь бросало из-за эпитетов, которыми меня награждал Виктор. И было ужасно смешно. Он вдруг стянул с себя теплый белоснежный шарф, который очень гармонично смотрелся с его модным пальто, накинул его на меня и стал аккуратно завязывать, тепло улыбаясь.

– Спасибо, – хрипло поблагодарила я Виктора, видя, какими глазами на меня смотрит Даня. Полными отвращения. Как будто я была гигантской мухой.

– Привет, – громко сказала я ему, то ли расстроившись, то ли рассердившись – сама не поняла.

– Привет, – бросил он, чуть замедлив шаг.

– Это кто, малыш? – спросил тотчас Виктор.

– Одноклассник, – ответила я.

Эй, Клоун, видишь, у меня тоже может быть парень! Видишь, видишь?! Почти такая же башня, как ты, только милая!

– Понял. А то уже приготовился ревновать. – И Виктор погладил меня костяшками по щеке.

Матвеев заметил это. Точно заметил и почему-то сильнее сжал ремень сумки, перекинутой через плечо. Я думала, что он остановится, но Даня просто пошел дальше. А Виктор, снова взяв меня за руку, потянул вперед, воркуя какие-то нежности. И… едва не врезался в двух моих старых знакомых. Милейших гопников, с которыми я уже имела честь видеться дважды. Да какого черта они тут ходят чуть ли не каждый день в одно и то же время?! Небось, караулили!

Выглядели они красочно. У одного была распухшая губа, у второго – подбитый глаз. Общение с Кайратом таки не прошло даром.

Они оба смотрели на меня очень и очень неприятно. Я даже попятилась.

– Приветули, а вот и ты, – сказал парень с носом-картошкой.

– Вы кто? – спросил с недоумением Виктор.

Не то чтобы он испугался, но занервничал. Я тоже занервничала. Без Кайрата у меня были все причины нервничать.

– Параллельная вселенная в манто. Твоя девчонка? – осведомился второй гопник у Виктора, глядя на меня. Запомнил, что называется.

– Моя, – с вызовом сказал тот. – А что вы хотели?

– Поговорить о поведении твоей крали, – сплюнул гопник.

– Настрадались мы из-за твоей телочки, – закивал его приятель.

– Выбирайте выражения, молодые люди! – заявил Виктор.

«Молодые люди» засмеялись, выдали парочку непечатных выражений и двинулись на нас. Танька в припаркованной неподалеку «Тойоте» картинно приложила ко лбу руку. Боже, надеюсь, газовый пистолет при ней?

– Оставьте нас в покое, – заявил Виктор.

– В чем проблема? – раздался вдруг за моей спиной знакомый голос.

Я моментально обернулась – так и есть: Даня. Он стоял и бесстрашно смотрел на гопников.

– О, Дан! Здорово, мужик! – обрадовались вдруг те. Интересно, как они вообще познакомились?!

– Здорово. – Матвеев любезно обменялся с ними рукопожатиями. – Что вы от нее хотите?

Он кивнул на меня. Воцарилась напряженная атмосфера. Парни переглянулись. Мы с Виктором – тоже.

– А она тебе кто, Дан? – спросил обладатель носа-картошки. – Подружка? Слушай, так она уже с третьим тут встречается!

– Сестра, – сказал Матвеев. – Это моя сестра. И если вы ее тронете, парни, я вас урою. Слов на ветер я не бросаю, знаете.

Я облегченно выдохнула. Виктор, кажется, тоже. Гопники переглянулись во второй раз. И почему-то заулыбались.

– Да ладно тебе, Дан, мы ж просто чисто по-братски проучить ее хотели! – похлопал один из них Матвеева по плечу.

– А то ее вчерашний дружбан нам табло набил, сильный, черт, – добавил второй.

И они, перекинувшись с Клоуном еще несколькими фразами, ушли. А Виктор тут же схватил меня за руку.

– Благодарю, юноша, – обратился он к Дане. – Не хотелось вступать в драку – не люблю калечить людей, не мой стиль. Однако за честь дамы вступиться пришлось бы.

Даня мрачно на него посмотрел. Кажется, он сомневался в том, что Виктор умел калечить людей в драках. А может быть, его никто еще не называл юношей.

– Ты в порядке, моя девочка? – спросил Виктор у меня, продолжая играть роль влюбленного. – Ты же знаешь, я бы тебя никогда не дал в обиду. Никому.

Матвеев усмехнулся. Как же мне стало неловко! Я так хотела доказать Дане, что у меня может быть парень и я ничем не хуже других девчонок, так хотела заставить его ревновать, но когда дело дошло до этого, то я почувствовала себя совершенно неуютно. Как будто сделала какую-то очередную глупость. Я даже сказать ничего не могла в ответ.

– А вы же Дашенькин брат? – продолжал Виктор, которого, в отличие от меня, происходящее не выбило из колеи. – Как вас зовут? Давно хотел познакомиться с родственниками. Или все-таки одноклассник?

– Я ей никто, – негромко сказал Даня. – Развлекайтесь. Не буду мешать. – И он повернулся, чтобы уйти.

– Спасибо, – сказала я дрожащим голосом, вырвав руку из пальцев Виктора.

Даня обернулся.

– Не меняй парней как перчатки, – произнес он тихо. И ушел.

– А ты его задела, – довольно говорила потом Таня. – Ты его очень задела, сестренка. Обожаю ревность. В разумных пределах, конечно, – добавила она.

– Я думал, он меня ударит, – признался Виктор. – Не то чтобы я испугался, разумеется, нет, но вступать в драку со школьником мне не хотелось.

– Такой школьник и прибить ненароком может, – рассмеялась сестра, которая все не могла отойти от того, как Матвеев вырос и изменился.

– Дашенька, между вами что-то было?

– Между нами была ненависть, – вздохнула я.

– От ненависти до любви – одно свидание, – хмыкнула Танька. – Так давай устроим вам это свидание! Какой телефон там у твоего Данечки? Я договорюсь.

– С ума сошла? – волком взглянула я на нее, все еще видя перед глазами лицо Дани, на котором были написаны злость и отвращение. – Только попробуй!

– А зря! Я уверена, что ты ему нравишься, – заявила Таня, невозмутимо рассчитываясь с Виктором.

– Благодарю-с. Второе свидание будем делать? – спросил актер.

Сестра вопросительно на меня взглянула. Я покачала головой.

– Ты думаешь, я правда ему нравлюсь? – тихо спросила я Таньку, перед тем как мы попрощались.

– Правда, Кудряха. Не тупи. Завоюй его. Я ведь знаю, что и он тебе нравится. Чувства – это здорово.

– А у тебя почему парня нет? – подозрительно посмотрела я на сестру.

– У меня нет чувств, – призналась Таня и подмигнула мне: – Ведьмы любить не могут.

Как позднее оказалось, могут, да еще как, правда, выбирают при этом крайне странных личностей вроде собственного преподавателя в университете, но это уже совсем другая история.


Глава 18 Вторая попытка | #ЛюбовьНенависть | Глава 20 C импатия



Loading...