home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


61. Бой

– СМЕРТЬ ПАРАЗИТАМ! УНИЧТОЖЬТЕ ИХ ВСЕХ!

Пятый разъяренно выкрикнул этот приказ, увидев вбежавших стражей с обнаженными мечами. Одиннадцатый, Восьмой и Второй устремились им навстречу.

На мальчишек тем временем надвигался Третий.

– Выколи этому безголовому глаз, – посоветовал Сопля.

– Хорошая идея, шеф, – усмехнулся Заика, собиравшийся нацелиться на коленный сустав робота.

Он принялся широко размахивать своим пылающим зонтиком, заставив ворклокса попятиться.

– Осторожнее! – крикнул Сопля командиру стражей. – С потолка сейчас начнут падать стеклянные глыбы!

Немо и Заика переглянулись, одновременно поняв, откуда мальчик всё знает. Он воспользовался Кадраном! Полицейский отшвырнул пистолет, в котором уже не было пуль. Шестой со своими хоботами наступал на безоружного инспектора. Увидев это, Немо бросил тому свой меч, и Жозеф Деланкр ловко поймал его в воздухе.

– Берегите его! Он мне дорог! Это меч моего предшественника!

– Не беспокойтесь! Сегодня его не обагрит кровь – только машинное масло и пар! Но как же будете сражаться вы?

Немо, подобно Заике, решил воспользоваться пламенем. Он выдернул из стены флаг Великобритании, обмотал ткань вокруг древка и сунул в огонь. Через секунду в руках у стража было пылающее копье.

Заика тем временем тщетно пытался ослепить Третьего. Но кровь из ссадины на лбу слепила его самого, не давая как следует прицелиться. На Немо напали сразу двое ворклоксов – Второй и Восьмой, – и командиру пришлось перехватить древко посередине, чтобы орудовать одновременно обоими его концами. Гедеон пытался помочь начальнику, при этом бормоча под нос какие-то странные слова, но не успевал атаковать, а лишь отбивался. Роботы пытались взять Немо в тиски, и тому приходилось крутиться, как волчок, чтобы его не сцапали. Жорис за спиной командира отражал удары единственной руки Одиннадцатого. Эта непропорционально огромная конечность двигалась быстро и била сильно, словно компенсируя отсутствие второй. Каждый такой удар мог стать для человека последним. Лишай тоже сражался с яростью обреченного. Тем более он проживал этот бой уже второй раз и знал, как ужасно всё может обернуться. Он несколько раз нападал на Шестого, но тот, несмотря на свои многочисленные хоботы, двигался с обескураживающей быстротой.

Не обращая внимания на идущий вокруг бой, Пятый и Сопля стояли друг напротив друга на сцене и переругивались.

– Я еще не придумал способ, но я сейчас тебя так разукрашу, мало не покажется! – рокотал робот.

– А ты у меня запоешь противнее, чем шарманка! – фыркал мальчик, ища глазами хоть какое-нибудь оружие.

Пятый схватил охапку искрящихся проводов, висевших на стене, и сунул себе в рот, словно желая подзарядиться. По его механическому телу прошли сильные конвульсии, и ворклокс, казалось, впал в неукротимое бешенство.

Стражи, периодически обмениваясь врагами, бились под грохот железа и яростные крики.

Жорис увернулся от удара Одиннадцатого, но робот тут же набросился на Гедеона, испуганного и дрожавшего. Немо навалился на ворклокса всем весом, пытаясь оттолкнуть от упавшего юноши. Однако в этот миг выпустил из поля зрения собственных противников и оказался открыт жутким, покрытым лезвиями рукам Второго. Пока Гедеон поднимался на ноги, Жорис отбил летевший в затылок Немо кулак Восьмого. Командир не успел даже обернуться, чтобы, в свою очередь, помочь старому солдату. Буквально за долю секунды на того обрушилась вся мощь трех автоматов, и он, бездыханный, был отброшен чьей-то железной рукой в глубину павильона, к ногам Шестого.

– Минус один, – хвастливо протрубил Восьмой.

Воспользовавшись секундным замешательством своего робота, едва не наступившего на тело старого стража, Деланкр атаковал его с фланга. Но Шестой опять проявил чудовищную проворность – он молниеносно отпрянул в сторону, и несчастный инспектор со всего разбегу врезался в украшенное витражами окно второго этажа. Шестой несильно, словно играючи, подтолкнул жандарма в спину, и тот, вопя от ужаса, вывалился наружу.

– Минус два! – захохотал Шестой.

Сопля метнулся в сторону, чтобы подобрать меч Жориса. И как раз вовремя. Наэлектризованные кулаки Пятого обрушились в пустоту. Однако робот разил теперь с утроенной силой, и мальчик понял, что не сможет долго ему противостоять. Даже с оружием в руках. К тому же жар от огня становился уже невыносимым.

Немо был просто пьян от бешенства. На его глазах только что погиб тот, кто когда-то спас ему жизнь на мосту у башни Колдуний. Обезумев от горя и боли, страж бросился на Восьмого. Ничто теперь не могло его остановить…

Второй схватил командира стражей за воротник и замахнулся свободной рукой. Однако нанести смертельный удар роботу помешал Гедеон. Ворклокс, не ожидавший нападения с этой стороны, замешкался. Но лишь на секунду. В следующий момент лезвие рассекло лицо Немо, и кровь брызнула на железного убийцу. Второй поймал руку Гедеона и сжал так сильно, что юноша заорал не своим голосом. Потом два человека были отброшены, словно соломенные чучела, на металлический пол. Хруст ломающихся костей раздался в тишине на миг приостановившегося сражения. Воины больше не двигались.

Сопля подбежал к Заике – единственному, кто еще продолжал стоять на ногах.

– Как ты?

– Отлично. Всего-то сотня ранений. И некоторые на голове, – оскалился тот, вытирая рукавом кровь, заливавшую глаза.

– Ты заметил, что в бою ты не заикаешься?

– А ты заметил, что уцелели только мы?

– Да неужели?! – улыбнулся Сопля.

– Гильотина?

– Гильотина, братишка!

Тут Третий схватил горящую палку, которой размахивал Заика, и поднял вверх вместе с мальчишкой. А потом изо всех сил швырнул того вниз. Заика упал с тяжелым грохотом. И остался лежать неподвижно. Мертвый или без сознания? Сопля бросился к другу.

Итак, он остался один. Один против всех. Один среди битого стекла, горящего брезента, плавящейся крыши. Задыхающийся от едкого дыма, в разодранной одежде, покрытый синяками и ссадинами, сжимающий обеими руками слишком тяжелый для него меч убитого воина.

Шестеро ворклоксов медленно приближались к своей последней жертве, готовясь подарить измученному мальчишке самый волшебный опыт его короткой жизни.


Почти полночь

Ему было уже некуда отступать. Нога уперлась в плечо по-прежнему неподвижного Заики. Роботы приближались, скаля зубы. И в этот момент какой-то железный шарик обрушился сверху на их головы.

– ПШ-Ш-Ш-Ш-Ш-Ш…

Следом посыпались другие дымовые шашки, зал наполнился характерным шипением. Царь Ксефон влетел в павильон через разбитую стеклянную крышу, сея панику в рядах механических убийц. На спине у мифической птицы сидели Спичка и Хромой, свистевший в окарину. Они соскочили на пол, усеянный осколками, и опиникус тут же взмыл вверх и исчез в парижской ночи. Ветер, который подняли его могучие крылья, даже задул несколько небольших возгораний. В этот момент Заика пришел в себя. Он поднялся, поддерживаемый двумя вновь прибывшими, оглушенный и залитый кровью, но настроенный по-прежнему решительно.

– А мы вас уже почти не ждали! – насмешливо произнес Сопля. – Если бы это были не вы, то я бы высказал всё, что думаю, о тех, кто так сильно опаздывает!

– Что с Плаксой? – спросил Заика.

– Она с Жоржем Убри, мы сказали, что с нами слишком опасно, – ответила Спичка, с ужасом разглядывая израненных товарищей. – Старик сейчас занят летающим кораблем ворклоксов. Долгая история. Потом объясню.

– Главарь роботов уничтожен. Машина тоже. Но это, как я вижу, их не остановило, – озабоченно добавил Хромой.

– А Ратиган? – спросил Сопля.

– Убит.

– Что же, значит, нас всего четверо.

Спичка с Хромым огляделись, и только тут до них дошел весь ужас ситуации. Они увидели тела погибших стражей, разнесенный вдребезги павильон, останки некоторых богачей, имевших несчастье очутиться на пути ворклоксов. В отблесках пожара картина выглядела как конец света. Девушка поискала глазами Кадран. Поняв, что магические часы разбиты, она испытала приступ отчаянья. Прощайте, надежды на возвращение Обрубка. И Ратигана. И всех остальных убитых в последние дни. Ее мысли скакали с предмета на предмет, душа наполнялась то ужасом, то бешеной решимостью. Нервы натянулись до предела.

Сопля обернулся к друзьям. Огоньки пламени плясали в его глазах.

– Извините, но у меня свои счеты с этим типом, – он ткнул пальцем в сторону приближавшегося к ним Пятого.

– Нет! Не надо! – вскричал Хромой.

– Не волнуйся. Они уже убили меня однажды. Невозможно умереть два раза! По крайней мере, теперь я так легко им не дамся!

Сопля улыбнулся другу и решительно развернулся к Пятому, чтобы отомстить за пронзенного копьем Обрубка.

– ЭЙ, ТЫ! – взревел он что есть силы, своим самым взрослым, самым звериным голосом, готовясь подкрепить вызов, брошенный врагу, ударом меча.

Мальчишка сжал оружие и прыгнул к роботу, потрескивавшему от электричества. Тот, разумеется, его ждал. Сопля занес меч, но слегка задержал руку, и, когда Пятый увернулся, удар пришелся ему прямо по голове. Это не помешало ворклоксу ткнуть мальчишку в бок кулаком. От удара тока волосы у того встали дыбом, из носа брызнула кровь. Однако он быстро оправился и нанес противнику еще несколько ударов, которые тот более-менее успешно отбил. Сделав вид, что отступает, Сопля взбежал по ступенькам на сцену, а потом резко развернулся и прыгнул на робота. Меч наполовину вошел тому в шею. Лезвие отражало пламя, бушевавшее в павильоне. Робот пытался вытащить его, но никак не мог достать. Однако это ничуть не замедлило скорость ударов, которые ворклокс обрушивал на мальчишку. Сопля, оступившись, упал. Защищаясь от кулаков Пятого, он поднял руку, как уже много раз делал во время боя. Однако теперь в ней не было меча, несколько сдерживавшего противника. Дикая боль пронзила его насквозь. Мальчик страшно завизжал. Кровь хлынула на пол, и кисть отлетела в сторону.

Трое друзей, увидев, что он искалечен, закричали. Но Сопля поднялся на ноги, бледный, как полотно, обливаясь холодным липким потом. Он оторвал рукав рубашки и обмотал вокруг запястья. Мальчика сотрясала дрожь, и он походил на одержимого. От его тела, казалось, исходил пар. Сопля чувствовал, что силы его на исходе, и решил пойти ва-банк.

– Любишь электричество, тварь? – хрипло выкрикнул он.

Потом метнулся туда, где со стены свисали спутанные обгорелые провода, подпрыгнул, схватил их здоровой рукой и изо всех сил метнул весь клубок в разъяренного Пятого, который еще не успел среагировать на маневр противника.

– На, зажрись, жестянка!

Провода обмотались вокруг рукояти меча, торчавшей из шеи монстра наподобие антенны. Ток побежал по лезвию, и Пятый стал стремительно нагреваться, дрожа и дымясь от энергии. Из дыры, проделанной мечом, посыпались искры, потом брызнул гейзер черного машинного масла. Робот рухнул на пол, сотрясаясь от судорог короткого замыкания.

Дым и запах расплавленного металла поднимались от гигантского распростертого тела.


60.  Среди огня? | Почти полночь | 62.  Жизнь и смерть



Loading...