home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


…В конце тоннеля



Театральная площадь

…В конце тоннеля

ПРЕМЬЕРА

«На дне» в «Ведогонь-театре»


Литературная Газета 6252 (48 2009)

Режиссёр Александр Кузин, чья версия трагедии «Царь Фёдор» А.К. Толстого на сцене «Ведогонь-театра», что в Зеленограде, получила всероссийский резонанс, недавно в той же труппе поставили другую великую трагедию российского театра – философскую притчу М. Горького «На дне».


Хрестоматийный сюжет про обитателей ночлежки в сугубо камерном пространстве обрёл новое звучание – тихое, на первый взгляд беспафосное, но внятное, обращённое к сущностным проблемам жизни.


Узкое пространство тоннеля кажется многослойным. Но ему положен предел свинцово-серой стеной. Свет здесь если и есть, то отражённый и неясный. Решётчатые перегородки не допускают бытового тепла и человеческих связей (художник Кирилл Данилов).


Возле этой глухой стенки мается последними муками Анна (Марина Бутова). Бессильный вопль Клеща: «Пристанища нету!» – оттого особенно безысходен. В ту же серую твердь упирается и подобие стола, за которым собираются в финале обезличенно единые обитатели ночлежки.


Едкий, гнусный, с какими-то прокисшими мозгами Костылев (Александр Казаков) всех, начиная с молодой жены, боится и ненавидит. Злая красавица Василиса (Светлана Лызлова), резкая и ненасытная, даже из страсти своей стремится извлечь выгоду. А сестра её Наташа (Зоя Даниловская) живёт с таким странным для самой себя озлоблением, что трудно назвать это тоской по идеалу.


Настя (Наталья Табачкова) – девица необъятных габаритов («Чистый Рубенс!»), сильная и смелая, свою придуманную жизнь ценит не меньше, чем Барон (Виталий Стужев) свою бывшую, которую возрождает в памяти, растерянно ужасаясь: зачем жил?


Ещё один романтик – Актёр (художественный руководитель театра Павел Курочкин). В горящем его взоре светится восторг сценической игры. Перед этой памятью он так же беззащитен, как сыгранный до этого исполнителем царь Фёдор – перед бездной зла.


Молодой артист Алексей Ермаков играет Ваську Пепла человеком крепким, к которому, как ни странно, зло мира не прилипает. Ему на пользу любой опыт, и никакая тюрьма хребта не перешибёт.


Странник Лука – Александр Бавтриков приходит сюда ненадолго, умело объясняя каждому его нутряную суть. Это одних страшит, других бесит, а в третьих возрождает забытые способности к самоанализу.


Сатин – Пётр Васильев в последнем монологе, однако вовсе не возвышенно говорит про гордость за человека. Он мучительно прорывается к простоте и правде сквозь пьяную одурь, стыдясь себя и стараясь забыться: «свет в конце тоннеля», судя по всему, страшит каждого.


Александр ИНЯХИН




Литературная Газета 6252 (48 2009)



Литературная Газета 6252 (48 2009)



Ювеналова ювенильность | Литературная Газета 6252 (48 2009) | Реквием и телу, и душе