home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 6

Передача

— Мы считаем, что корабль-цветок гайджин создан на основе старой схемы прямоточного двигателя Бассарда, — сказала Салли Бринд.

Она развернула экран своего программируемого дисплея на одной из отполированных временем стен лунной пещеры Немото. Бросив взгляд на экран, Мора увидела на нем схему какой-то старинной разработки. Это был сделанный в разрезе чертеж совершенно немыслимого космического корабля, испещренного невероятным количеством пояснительных надписей и стрелок.

— Эта идея возникла еще в 60-е годы XX-го столетия…

Расположенное в японском секторе обратной стороны Луны, жилище Немото представляло собой грубо выдолбленную под слоем реголита пещеру. Теперь, такого рода жилища считались на Луне устаревшими. Совсем рядом находилась обсерватория, оборудованная приборами наблюдения в инфракрасном спектре, с помощью которых Немото впервые обнаружила признаки деятельности гайджин в поясе астероидов. Судя по всему, именно здесь Немото прожила большую часть двух последних десятилетий. Мора подумала, что сама она не выдержала бы здесь и пары часов.

Она сразу же заметила, что если не принимать в расчет убогое ложе Немото, то здесь даже некуда было сесть. Впрочем, и Салли и Мора старались этого не замечать. К счастью, благодаря незначительной гравитации, голый каменный пол не слишком терзал тонкую плоть, которая обтягивала хрупкие кости Моры.

Впрочем, имелись и некоторые свидетельства послабления человеческой природе — клочек потрепанной, старой циновки и размещенный в нише, простенький синтоистический алтарь. Однако, даже здесь, в жилой части пещеры, значительная часть пола и стен была заполнена научным оборудованием. Здесь стояли какие-то белые ящики, которые моги быть источниками энергии, датчиками, или контейнерами с образцами, а также парочка старых маленьких дисплеев. По всему полу тянулись кабели.

В полном соответствии с описанием Салли, Немото оказалась мрачной, худощавой женщиной с глубоко ввалившимися глазами, под которыми залегли тени. Ее интенресовали лишь собственные научные идеи. Она то и дело вскакивала и двигаясь мелкими шажками, подходила к своим приборам, чтобы их настроить. Иногда она вдруг начинала поливать залитые ярким светом галоидных ламп маленькие растения, которые пышно цвели на прикрепленных к стенам полочках.

Из банки, которую держала в руках Немото, нехотя вытекала вода. Подрагивая словно желе, большие, плоские капли медленно падали на крошечные зеленые листочки. Как ни странно, этот процесс действовал успокаивающе.

Между тем, Салли продолжала свой анализ предполагаемых технических возможностей гайджин.

— Прямоточный двигатель всегда рассматривался как один из способов решить проблему межзвездных перелетов. Огромные расстояния, которые отделяют нас даже от ближайших звезд, потребуют огромного количества топлива. Прямоточный двигатель Бассарда позволяет обойтись без топлива.

— Дело в том, что космос вовсе не является пустым пространством. Даже в межзвездном вакууме есть облака разреженного газа, главным образом водорода. Автор данной концепции Бассард, предложил втягивать этот газ, увеличивать его концентрацию, а затем инициировать реакцию ядерного синтеза, точно такую же какая происходит в глубинах Солнца, где водород сгорает, вступая в реакцию с гелием.

— Проблема заключается в том, что эти газовые облака настолько тонкие, что входная камера должна иметь гигантские размеры. Чтобы забрать газ из огромных облаков, которые достигают сотен тысяч километров в окружности, Бассард предложил воспользоваться магнитными полями.

Она вывела на экран следующую картинку: воображаемый звездолет, удивительно похожий на какое-то морское животное. Скорее всего он похож на кальмара, подумала Мора.

Корабль имел цилиндрический корпус с выступающими из него гигантскими отростками магнитных захватов, перед которыми пульсировали вспышки света.

— Для того, чтобы магнитные заборники могли втянуть этот межзвездный газ, он прежде всего, должен иметь электрический заряд. Направив на облако множество лазерных лучей, как показано на экране, вы разогреете газ до состояния плазмы, которая будет иметь такую же высокую температуру, как поверхность Солнца. Концепция Бассарда кажется довольно необычной, но все же она лучше, чем любой из ваших топливных двигателей.

— Если не считать того, что она никогда не сможет работать, — пробормотала Немото, усердно занимаясь своими пустяками.

— При правильном…

Мора была осведомлена о том, что министерство обороны и авиакосмические силы США, уже сделали глубокий и разносторонний анализ данной концепции и пришли к аналогичному заключению. Что касается выводов, сделанных Салли, то они основаны лишь на предвзятых исследованиях разнообразных групп сторонников идеи освоения космоса и бывших сотрудников НАСА, осевших в различных структурах министерства сельского хозяйства. Оба этих источника вполне стоят друг друга, подумала Мора.

Проблема схемы Бассарда заключалась в том, что фактически, лишь сотая часть поступающего газа могла использоваться в качестве топлива. Все остальное скапливалось бы перед разгоняющимся кораблем, лишь затрудняя работу его магнитных заборников. Прекрасному творению Бассарда пришлось бы израсходовать массу энергии, чтобы прорваться сквозь этот затор. Поэтому его корабль никогда не смог бы развить скорость, необходимую для межзвездного перелета.

Чтобы обойти это главное препятствие, Салли представила множество разработок, сделанных на основе главной идеи. Наиболее перспективным казался проект со странным названием УТМР — (*в английском оригинале Ram—Augmented Interstellar Rocket. Сокращение RAIR по звучанию напоминает английское слово rare — «редкий») «Усиленная Тараном Межзвездная Ракета.» Согласно данной разработке, приток межзвездного водорода значительно снижался и должен был использоваться только для пополнения запаса водородного топлива, которое уже нес звездолет. Считалось, что схема УТМР работала бы в два или три раза эффективнее, чем система Бассарда и вероятно смогла бы развить скорость равную 10 или 20 процентам от световой.

— Насколько мы можем понять из данных, переданных Бруно, — продолжала Салли, — корабль-цветок гайджин во многом вполне соответствует схеме УТМР. И хотя он имеет необычный внешний вид, тем не менее, в нем нет ничего непонятного. Перед тем как оборвалась связь, Бруно прошел сквозь то, что показалось нам струей выхлопных газов.

Мягко говоря, попал в ловушку и был демонтирован, подумала Мора.

— Выхлопные газы состояли из типичных продуктов прямой реакции ядерного синтеза дейтерия и гелия-3. Вот уже несколько десятилетий мы на Земле в состоянии осуществлять такого рода реакции.

Салли явно проявляла нерешительность. Эта маленькая и очень серьезная женщина волновалась.

— Здесь возникает ряд вопросов. Мы можем обдумать десяток способов, посредством которых можно было бы улучшить конструкцию корабля гайджин. И хотя наши технические возможности не позволяют нам тотчас это сделать, но все эти схемы безусловно не противоречат известным нам законам физики. Так например, реакция ядерного синтеза дейтерия и гелия-3 пока получается у нас слишком грубой и малоэффективной. Но существуют гораздо более продуктивные альтернативы, такие как реакции бора и лития. Мне всегда казалось, что как только инопланетяне наконец, дадут о себе знать, мы сразу же убедимся в том, что они владеют технологиями, которые превосходит наши самые смелые мечты, что они обладают возможностями, которые мы не в силах себе даже представить. Чтож, корабль-цветок выглядит весьма привлекательно, но это не то средство, которое мы бы выбрали для полета к звездам…

— Особенно в этом районе, — невозмутимо добавила Немото.

— Что вы имеете в виду? — спросила Мора.

Прежде чем ответить, Немото слегка улыбнулась. Под натянувшейся, тонкой как бумага кожей лица, стали еще заметнее ее скулы. — Хотим мы того или нет, но теперь мы стали частью межзвездного сообщества. Это обязывает нас усвоить географию нашей новой территории. Межзвездное пространство, газы, которые могли бы стать источником энергии прямоточного двигателя, не является однородным. Так получилось, что наше Солнце находится не в самом туманном уголке спирального рукава Ориона. Фактически мы двигаемся сквозь то, что называется МОС — межоблачной средой. Эта среда не слишком хороший источник энергии для прямоточного двигателя. Но корабль-цветок разумеется, не предназначен для межзвездных полетов, — сказала она не сводя глаз с Моры. — Похоже вы удивлены. Но разве это не очевидно? Даже для того, чтобы достичь Альфы Центавра, этим кораблям, с их скоростью, которая составляет малую часть от скорости света, потребовались бы многие десятилетия.

— Но ведь существует эффект замедления времени, — сказала Мора, — часы замедляют ход, когда увеличивается скорость…

Немото отрицательно покачала головой. — Десять процентов от скорости света это слишком низкая скорость для того, чтобы такой эффект стал заметным. Корабли-цветки являются межпланетными кораблями. Созданные для полетов со скоростями намного ниже скорости света, они должны находиться в относительно плотной среде, характерной для тех областей космоса, которые прилегают к звездам. Гайджин являются межпланетными путешественниками. Лишь случайно они стали межзвездными первопроходцами.

— Тогда как они сюда попали? — задала Мора вполне обоснованный вопрос.

— Тем же способом, каким Мейленфант покинул систему, — улыбаясь ответила Немото.

— Так скажите же наконец, каким именно.

— Телепортацией.


Мора привезла сюда Салли Бринд поскольку была сбита с толку и даже обеспокоена тем обстоятельством, что спустя целый год после исчезновения Мейленфанта, не произошло ровным счетом ничего нового.

В поведении гайджин не было отмечено каких-либо явных изменений. И вообще, вся эта тема уже давно перестала волновать общественное сознание. Комментаторы выбросили из головы замечательное путешествие Мейленфанта, списав его со счетов, словно одну из побочных сюжетных линий в медленном и довольно скучном повествовании, которое продолжается десятилетиями. Философы как и прежде спорили до хрипоты, делая отчаянные попытки определить, как повлияет присутствие гайджин на судьбу человечества. Военные как всегда пытались найти решение проигрывая множество зловещих сценариев нападения гайджин, среди которых преобладало их вторжение на Землю и Луну. Огромные, вооруженные до зубов корабли-цветки подгоняли глыбы астероидов к беззащитным планетам землян.

Между тем, правительства и другие ответственные структуры различных стран пребывали в нерешительности.

Откровенно говоря, фактов по-прежнему было слишком мало. Все новые и новые вопросы возникали быстрее, чем появлялись ответы. В общественном сознании формировался образ этаких инопланетных захватчиков, причем в большей степени, этому способствовали древние стереотипы научной фантастики, а не какие-либо научно обоснованные факты. Мора с ужасом понимала — что-то здесь не сходится. Получалось, что история идет дальше, оставив на обочине столь значимую встречу с гайджин.

Вот поэтому она и устроила эту встречу. В конце концов, Немото была первым человеком, который обнаружил присутствие гайджин. Она быстро поняла какие последствия вызовет ее открытие и сразу же нашла человека, Рейда Мейленфанта, который, как потом выяснилось, сумел наилучшим образом помочь ей разъяснить суть этого открытия всему миру, и даже приумножить ее достижения.

Если кто и сумел бы помочь Море найти дорогу в лабиринте возможных сценариев развития будущего и добраться до сути дела, то это несомненно была бы Немото.

Так значит все же телепортация?


Мора закрыла глаза. Придется представить себе как с помощью электронной почты эти гайджин переправляют себя с одной звезды на другую, подумала она и подавила чуть было не вырвавшийся наружу дурацкий смех.

Немото продолжала колдовать со своими приборами и растениями.

— Давайте уточним, — предложила Салли, медленно выговаривая каждое слово. — Вы считаете, что обруч, который обнаружил Мейленфант, является чем-то вроде узла телепортации. Тогда почему же они не разместили эти…ворота…в поясе астероидов? Почему же они установили их так далеко, на самом краю нашей системы, и это несмотря на все трудности и усилия, которые несомненно были с этим сопряжены?

Немото хранила молчание, предоставив молодым женщинам возможность самим добраться до сути дела.

Салли нервно щелкнула суставами пальцев. — Если вы телепортируетесь в другую звездную систему, — продолжила она, — то вы, прежде всего, должны отправить к ней поток самой разнообразной информации, воспользовавшись для этого обычными сигнальными каналами, то есть световыми волнами и радиоволнами. А точкой которая примет эту информацию с минимальными искажениями будет солнечный фокус данной звезды, где усиление сигнала будет в сотни миллионов раз… Но Мейленфант не может этого знать. Он не сумел бы разобраться в механизме телепортации.

— Но у него отличная интуиция, — с улыбкой заметила Немото.

— Он понял, что это именно ворота и прошел сквозь них. В конечном счете, его целью является контакт.

— Я считаю, — упрямо сказала Мора, — что телепортация была бы невозможна. Ведь для этого нужно отобразить местоположение и скорость каждой частицы, входящей в состав объекта, который вы хотите переместить. А это нарушает принцип неопределенности, который состоит в том, что из-за квантовой нечеткости, невозможно точно отобразить местоположение и количество движения отдельной частицы. А если вы не сумели сделать такое отображение, то как вы сможете закодировать, переместить и воссоздать такой сложный объект, каким является человек?

— Если вы будете делать это так грубо, то не сумеете, — сказала Немото. — Возможно что в квантовой Вселенной ни один из таких классических процессов просто не действует. Чисто теоретически, мы знаем всего лишь один способ осуществления телепортации: неизвестная нам квантовая структура может быть разобрана на части, а затем из них же воссоздана. Как видите, абсолютно традиционный подход, но совершенно нетрадиционная взаимосвязь элементов структуры…

— Прошу вас, Немото, — решительно прервала ее Мора.

— Вот машина теолепортации, — сказала Немото, указав рукой на какой-то вытянутый чурбан, — К сожалению, в данный момент я могу за один раз телепортировать лишь один единственный фотон, одну крупинку света.

— Салли, вы что-нибудь понимаете?

— Думаю, да, — ответила Салли. — Дело в том, что квантовая механика предполагает наличие взаимосвязи частиц, разделенных большими расстояниями. Однажды вступив в контакт, два объекта уже никогда полностью друг от друга не отделяются. Эта жуткая путаница называется корреляцией ЭПР.

— ЭПР?

— В честь Эйнштейна-Подольского-Роузена — физиков, которые вплотную подошли к этой идее.

— Я не перемещаю сам фотон, — сказала Немото, — я перемещаю описание фотона. Его квантовое описание. Вот передатчик, а вот приемник, — сказала она, поочередно хлопнув рукой по двум ящикам. Они содержат запас структур, которые взаимдействуют согласно законам корреляции ЭПР. То есть, однажды вступив в контакт, они, как выразилась Салли, навсегда перепутались.

— Я позволяю своему фотону… взаимодействовать с вспомогательными частицами, которые находятся в приемнике. Фотон поглощается, а его описание уничтожается. Но извлеченную мной информацию о взаимодействии можно передать дальше и она поступит в приемник. Там я могу использовать другую половину моей перепутавшейся пары, чтобы воссоздать первоначальную квантовую структуру.

— Приемник обязательно перепутается с передатчиком, — добавила Салли, которая все еще понимала о чем идет речь. — Тем, кто все это создал, оставалось лишь доставить на место ворота приемника, тот самый обруч, который обнаружил Мейленфант, но сделать это нужно было каким-то обычным способом, например с помощью досветовых космических кораблей, таких как корабль-цветок. В соответствии с законами корреляции ЭПР, ворота взаимодействуют с другим объектом — передатчиком, который находится далеко дома. Передатчик производит измерения самого себя и неизвестной квантовой структуры объекта, который подлежит телепортации. Затем, передатчик посылает воротам приемника записанный в классическом виде результат измерений. Получив эти данные, приемник может превратить структуру своего ЭПР-близнеца в точную копию неизвестной квантовой структуры, которая находится в передатчике…

— Так значит теперь у вас два фотона, — медленно сказала Мора, обращаясь к Немото. — Оригинал и его версия, которую вы воссоздали.

— Нет, — возразила Немото, теряя терпение. — Я ведь уже объясняла. Первоначальный фотон уничтожается когда он отдает свою информацию.

— Мора, — обратилась к ней Салли, — квантовая информация не похожа на информацию в том ее классическом виде, в котором вы привыкли ей пользоваться. Квантовую информацию можно видоизменять, но не дублировать.

Она изучающе посмотрела на Мору, в надежде, что та ее поняла.

— Но даже если мы не ошиблись в отношении принципа действия, существует уйма вещей, которые лежат за пределами нашего понимания. Судите сами. Немото может телепортировать один единственный фотон, а ворота гайджин могут телепортировать объекты, масса которых соответствует массе человека. Тело Мейленфанта содержит…

— Приблизительно десять в двадцать восьмой степени атомов, — продолжила за нее Немото. — Это десять миллиардов миллиардов миллиарда. И следовательно, чтобы хранить эти данные, понадобится такое же количество килобайт, величиной приблизительно того же порядка, что и атомы. Если не больше.

— Да, — согласилась Салли. — Приведу одно сравнение, Мора. Все когда-либо написанные книги вероятно уложились бы всего в какую-нибудь тысячу миллиардов килобайт. Масштабы сжатия данных при телепортации должны быть впечатляющими. Если бы мы овладели только одной этой технологией, наши компьютеры и телекоммуникации полностью бы преобразились.

— Есть еще один момент, — сказала Немото. — Тело Мейленфанта было полностью уничтожено. Значит потребовалось бы извлечение и хранение эквивалента энергии нескольких бомб мощностью в тысячу мегатонн…

Его тело было уничтожено. Как буднично произнесла эти слова Немото!

— Итак, — медленно сказала Салли, — сигнал, который кодирует сущность Мейленфанта в данный момент передается и находится где-то на линии между передатчиком и приемником…

— Или на линиях, — уточнила Немото.

— Линиях?

— Неужто вы думаете, что применение этой технологии ограничено одним единственным маршрутом?

— То есть вы хотите сказать, что существует целая сеть ворот? — уточнила Салли, нахмурившись.

— Возможно, они размещены в гравитационных фокусах каждой звездной системы. Да, пожалуй так оно и есть.

Внезапно, Мора отчетливо представила себе эту сеть, которая посредством телепортации соединяла звезды, разделенные огромными пространствами пустого космоса. Это были главные магистрали скоростного перемещения данных, по которым можно было путешествовать, забыв о таком понятии как течение времени. — Боже мой, — пробормотала она. — Это дороги империи.

— Получается, что эти ворота построили гайджин, — сказала Салли, пытаясь следовать логике рассуждений Немото. — Верно?

— Нет, — мягко возразила Немото. — Для этого гайджин слишком… примитивны. Они, как и мы, были ограничены пределами своей звездной системы. На своих примитивных, оснащенных прямоточными двигателями кораблях, они исследовали окраины своей системы и случайно наткнулись на ворота. А может быть кто-то другой надоумил их заглянуть в этот дальний уголок, так же как нас надоумили это сделать гайджин.

— Но кто, если не гайджин? — спросила Мора.

— В данный момент это для нас непостижимо, — ответила Немото.

Она так внимательно разглядывала свою убогую аппаратуру, как-будто пыталась выяснить ее возможности.

Между тем, Салли Бринд встала на ноги и неторопливо прошлась по тесной комнатке. Благодаря слабой лунной гравитации, она двигалась медленно и плавно, как это бывает только во сне.

— Чтобы преодолеть расстояния между звездами, даже сигналу телепортации потребуются годы. Это означает, что никто там в космосе, не разработал технологию перемещения со сверхсветовой скоростью. У них нет никаких приводов деформации пространства, никаких пространственных червоточин. Вам не кажется, что это свидетельствует о низком уровне технологий?

— В такой Галактике, развитие любых процессов, будь то межцивилизациолнные контакты или конфликты, займет по меньшей мере десятилетия, — сказала Немото. — Если Мейленфант направляется к звезде, его сигналу потребуются годы, чтобы ее достичь, но еще больше времени пройдет прежде, чем мы узнаем что с ним стало.

— Тогда что мы должны делать все это время? — холодно спросила Мора.

Немото улыбнулась. На ее лице еще больше обозначились и без того острые скулы. — Да собственно ничего, — сказала она, — только ждать. И попытаться не умереть.


В течение последующих спокойных лет Мора Делла часто размышляла о Мейленфанте.

Где теперь бывший астронавт?

Даже если Немото оказалась права, и его тело было действительно уничтожено в тот момент когда подробная информация о составе и деятельности его организма и мозга понеслась к звездам, то где же находится его душа? Отправилась ли она вместе с ним в луче лазера? А может быть она уже исчезла?

И окажется ли то, что будет воссоздано из этого самого сигнала, настоящим Мейленфантом, или только его искусно сделанной копией?

И все же, во всей этой туманной физике один факт не вызывал никаких сомнений — человек одержал победу. Мейленфант нашел эти таинственные ворота. И прошел через них. Мора вспомнила с каким негодованием она наблюдала за тем, как гайджин беззастенчиво присваивают себе ресурсы пояса астероидов и с какой легкостью они захватывают Бруно. Теперь же, туда откуда они пришли, отправился Мейленфант. Воспользовавшись транспортной системой самих же гайджин, он приближался к центру их цивилизации. При этой мысли Мора испытала чувство какого-то свирепого удовлетворения.

Эй, гайджин, получите весточку…

Но ей не было суждено узнать о результатах телепортации.

Воспользовавшись всеми имевшимися ресурсами, среди которых было и умение Немото понимать суть происходящего, Мора сделала все от нее зависящее, чтобы пробудить сознание людей и заставить их перейти к планированию конкретных действий. Но вскоре пришло время отойти от дел и окончательно покинуть коридоры власти. Она уехала домой, в маленький городок под названием Блю Лейк, расположенный в северной Айове. Здесь, в самом сердце Среднего Запада, находилось ее старое поместье.

Мора уже не оказывала влияния на политические круги. Она была для этого слишком стара.

Мне осталось совсем немного, размышляла она. У меня нет сил продолжать жить, подобно Немото ожидая того момента, когда Вселенная начнет одну за другой раскрывать свои тайны. На этом моя история заканчивается. Так что теперь Мейленфант, тебе придется стареть в одиночку.

Да поможет тебе Господь.


Глава 5 Седловая Точка | Многообразие космоса | Глава 7 Приём