home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 8

Если денежные затруднения загнали вас в тупик обращайтесь в банк «УБИК»! И тут же избавитесь от всех проблем. Судите сами: предположим, вы заняли под процент пятьдесят девять кредиток. Это составит…


Убик

Солнечные лучи заливали элегантную комнату отеля, и Джо Чип, щурясь, рассматривал величественную обстановку: на огромных неошелковых занавесках способом ручной печати было изображено развитие человека от одноклеточного организма Кембрийского периода до первых летательных аппаратов начала двадцатого века. Великолепный комод — имитация красного дерева, четыре хромированных стула с подвижными спинками…

Джо сонно любовался комнатой и вдруг осознал, что Венди так и не постучала в его дверь. От острого разочарования Джо даже вздрогнул. А может, стучала, да он не проснулся.

В любом случае его империя разрушилась в самый момент ее создания.

Сразу же вернулась усталость вчерашнего дня. Джо мрачно слез с огромной кровати и оделся. В комнате было необычно холодно. Джо поднял трубку и набрал номер гостиничной службы.

— …по возможности ему оплатить, — донеслось из трубки. — Вначале, конечно, установите, действительно ли Стентон Мик принимал в этом участие или за него действовала гомосимулирующая субстанция, и если это так, то почему, а если нет, то каким образом… — Голос монотонно жужжал, обращаясь не к Джо, а скорее к самому себе. Джо он просто не замечал, словно его и не существовало. — Судя по предыдущим отчетам, Мик всегда действовал как порядочный человек и соблюдал правовые и этические нормы, принятые в Системе. Исходя из этого…

Джо повесил трубку. Его шатало. Он покрутил головой, пытаясь собраться с мыслями. Голос принадлежал Ранситеру. В этом сомнений не было. Он снова поднял трубку и прислушался.

— …Мик затеет судебный процесс. Он может себе это позволить, не говоря о том, что поднаторел в тяжбах. Так что прежде, чем подавать рапорт в Общество, надо проконсультироваться с нашими юристами. Если дело получит огласку, нас могут обвинить в клевете…

— Ранситер! — воскликнул Джо.

— …и не сможем доказать по крайней мере…

Джо повесил трубку.

Этого я не понимаю, сказал он себе.

Вернувшись в ванную, он плеснул в лицо ледяной водой, причесался гигиенической одноразовой бесплатной расческой, затем, немного подумав, побрился гигиеническим бесплатным одноразовым лезвием. Освежив лицо бесплатным лосьоном, распечатал бесплатный одноразовый стаканчик и выпил воды.

Может, им удалось оживить его? — подумал Джо. И сразу подключили к моему номеру? Ранситер, как только придет в себя, обязательно захочет поговорить со мной. Но почему тогда он меня не слышит? Не может же у них получиться односторонняя связь? Или это технические неполадки, которые несложно устранить?

Джо вернулся к видеофону, решив на этот раз позвонить в Мораториум Возлюбленных Собратьев.

— …не самый подходящий человек, чтобы возглавить фирму, учитывая его постоянные трудности, особенно в том, что касается…

Я не смогу позвонить, понял Джо. Не смогу даже вызвать дежурного.

Из угла его огромной комнаты донеслось мелодичное позвякивание, и металлический голос произнес:

— Говорит установленный в вашем номере бесплатный аппарат новостей. Подобные аппараты стоят исключительно в системе отелей «Рут» по всей Земле и в пределах колоний. Наберите интересующую вас тематику новостей, и через несколько секунд вы получите свежайший выпуск газеты, составленный по вашему индивидуальному заказу. Напоминаю: бесплатно!

— Недурно! — Джо Чип подошел к машине. Журналисты наверняка уже прослышали об убийстве Ранситера. Они постоянно просматривают списки поступивших в мораториумы.

Джо нажал клавишу: «ВАЖНАЯ МЕЖПЛАНЕТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ». Из щели немедленно полез отпечатанный лист.

О Ранситере не упоминалось. Неужели еще рано? Или Обществу удалось придержать новость? А может, Эл сунул владельцу мораториума горсть кредиток? Но все деньги Эла у меня, недоумевал Джо. Эл никого не может подкупить.

В дверь комнаты постучали.

Отложив газету, Джо осторожно приблизился. Скорее всего, на мой след напала Пат Конли, размышлял он. С другой стороны, могли прилететь наши из Нью-Йорка. Теоретически это может быть даже Венди. Хотя маловероятно. Теперь уже действительно поздно.

Не исключено, что это подосланный Холлисом убийца. Нас убирают одного за другим.

Джо распахнул дверь.

На пороге, подрыгивая от нетерпения и потирая пухлые ладошки, стоял Герберт фон Фогельзанг.

— Ничего не понимаю, мистер Чип, — затарахтел он. — Наши специалисты работали над ним всю ночь. И не получили ни единой искорки. В то же время электроэнцефалограф фиксирует слабую мозговую деятельность. То есть идет послежизнь в какой-то неизвестной нам форме. Мы установили электроды по всей коре. Я, право, не знаю, что еще можно сделать, сэр.

— А метаболизм мозга?

— Наблюдается, сэр. Мы пригласили эксперта из другого мораториума, он обнаружил его с помощью своего оборудования. Очень хорошие показатели. Примерно такие мы фиксируем сразу после смерти.

— Как вы меня нашли? — спросил Джо.

— Позвонили в Нью-Йорк мистеру Хаммонду. Потом я звонил вам сюда, но номер постоянно занят. Я посчитал необходимым прийти лично.

— Видеофон сломан, не работает. Я сам никуда не могу позвонить.

— И мистер Хаммонд пытался до вас дозвониться, но ничего не вышло. Он попросил меня напомнить вам, что вы должны кое-что сделать до отъезда из Цюриха.

— Поговорить с Эллой?

— И сообщить ей о безвременной кончине ее супруга.

— Я могу одолжить у вас немного кредиток? — спросил Джо. — На завтрак.

— Мистер Хаммонд предупредил меня, что вы попытаетесь занять денег. Он также проинформировал, что дал вам достаточно, чтобы расплатиться за номер, выпить…

— Эл исходил из того, что я сниму дешевую комнату. А свободной оказалась только эта, чего он, конечно, не мог предвидеть. Включите мой долг в счет, который вы ежемесячно направляете Корпорации Ранситера. Я, кстати, исполняю в настоящее время обязанности директора фирмы. Вы имеете дело с позитивно мыслящим, энергичным человеком, который шаг за шагом поднялся по служебной лестнице с самого низа до последней ступеньки. И я могу, как вы хорошо понимаете, пересмотреть нашу позицию в отношении вашего мораториума и выбрать другой, поближе к Нью-Йорку.

С ворчанием Фогельзанг вытащил из кармана твидовой тоги бумажник из искусственной крокодиловой кожи.

— Мы живем в жестоком мире, — заметил Джо, принимая деньги. — Человек человеку — волк.

— Мистер Хаммонд просил вам передать, что транспорт из Нью-Йорка прибудет приблизительно через два часа.

— Отлично.

— Чтобы у вас было больше времени для беседы с Эллой, мистер Хаммонд пришлет корабль прямо в мораториум. А я готов забрать вас сейчас. Мой вертолет на крыше отеля.

— Это Эл придумал? Чтобы я вернулся в мораториум вместе с вами?

— Совершенно верно.

— Высокий, сутулый негр, лет тридцати? На передних зубах золотые коронки с тиснением, слева черва, потом трефа и бубна?

— Тот самый человек, который прилетел с вами с космодрома Цюриха. И ожидал вместе с вами в мораториуме.

— Были ли на нем зеленые вельветовые панталоны, серые гетры для гольфа, открытая блуза из шкуры барсука и туфли из искусственной кожи?

— Я не видел, во что он одет. На видеоэкране было только его лицо.

— Может, он передал какие-нибудь условные слова, код, пароль?

— Я не совсем понимаю, в чем дело, мистер Чип, — пожаловался владелец мораториума. — Я говорил с тем самым человеком, который был с вами вчера.

— Я не могу рисковать и садиться в ваш вертолет, — сказал Джо. — Не исключено, что вас послал Рэй Холлис. Это он убил мистера Ранситера.

Глаза Фогельзанга едва не вылезли из орбит.

— Вы уже проинформировали Общество?

— Проинформируем. В свое время. Пока мы должны вести себя чрезвычайно осторожно, чтобы Холлис не поубивал нас поодиночке. Он хотел расправиться со всеми сразу. Там, на Луне.

— Вам нужна защита, — изрек Фогельзанг. — Советую немедленно обратиться в полицию Цюриха, они пришлют человека, который обеспечит вашу безопасность до отлета в Нью-Йорк. А по прибытии…

— У меня сломан видеофон. Я уже говорил вам. Все, что я слышу, — это голос Ранситера. Поэтому и до меня никто не может дозвониться.

— В самом деле? Как странно. — Владелец мораториума прошел в комнату. — Разрешите послушать? — Он вопросительно потянулся к трубке.

— Одна кредитка, — объявил Джо. Фогельзанг снова полез в карман тоги и раздраженно протянул Джо три монеты.

— Я беру с вас цену одной чашки кофе, — сказал Джо.

Примерно столько они и заломят, подумал он и вспомнил, что еще не завтракал. Говорить с Эллой придется натощак. Можно, правда, принять амфетамина, наверняка отель предоставляет его бесплатно.

Плотно прижав трубку к уху, Фогельзанг пожал плечами:

— Я ничего не слышу. Даже гудка. Пробивается какое-то потрескивание. Очень слабое. — Он передал трубку Джо.

Джо тоже услышал лишь далекий фон. Звук доносился будто за многие тысячи миль. Это было так же странно, как и голос Ранситера, если то был голос Ранситера.

— Я верну вам кредитку, — сказал Джо, вешая трубку.

— Не беспокойтесь.

— Вы же не услышали его голоса.

— Давайте вернемся в мораториум. Как предлагал ваш мистер Хаммонд.

— Эл Хаммонд — мой подчиненный, — строго произнес Джо. — Решения принимаю я. И я считаю, что прежде, чем говорить с Эллой, мне надо вернуться в Нью-Йорк. Сейчас важнее продумать официальный рапорт Обществу. Когда вы говорили с Элом Хаммондом, он не сказал вам, все ли инерциалы вылетели вместе с ним из Цюриха?

— Все, за исключением девушки, которая провела ночь с вами в этом отеле. — Владелец мораториума озадаченно огляделся, лицо его приняло встревоженное выражение. — Кстати, где она?

— Как ее звали? — спросил Джо. Из глубин подсознания уже выплывали страшные картины.

— Мистер Хаммонд не сказал. Он думал, вы знаете. С его стороны было бы неэтично называть мне ее имя, учитывая все обстоятельства. А разве она…

— Никто не приходил.

Кто же это мог быть, подумал Джо. Пат или Венди? Он обошел весь номер, рефлективно избавляясь от страха. Господи, хоть бы это была Пат.

— В стенном шкафу, — сказал Фогельзанг.

— Что? — Джо остолбенел.

— В таких дорогих номерах обычно огромные стенные шкафы. Думаю, стоит туда заглянуть.

Джо прикоснулся к ручке, пружинный механизм распахнул дверцы.

На полу шкафа лежал высохший, почти мумифицированный, похожий на кучу гнилья труп. Наклонившись, Джо попытался его перевернуть. Тело весило всего несколько фунтов. Конечности распрямились, шурша, как бумага. Волосы казались неестественно длинными, лицо закрывала спутанная черная копна. Джо присел на корточки и замер. Он не хотел знать, кто перед ним.

Сдавленным голосом Фогельзанг прошептал:

— Он совсем старый. Почти высох. Как будто пролежал здесь сотни лет. Я спущусь и вызову управляющего.

— Не может быть, что это — взрослая женщина, — вслух рассуждал Джо. Это останки ребенка, сказал он про себя. И значит, это не Пат и не Венди. — Как будто из печи, — выдохнул Джо. — Воздействие очень высокой температуры в течение длительного времени. — Или взрыв, подумал он. Очень сильный взрыв бомбы.

Он молча уставился на ссохшееся, почерневшее лицо. Он уже понял, кто это. С большим трудом, но он узнал.

Венди Райт.

Значит, ночью, рассуждал Джо, она вошла ко мне, и тут с ней начало что-то происходить. Она почувствовала это и уползла, забилась в шкаф, чтобы я ничего не узнал. Значит, это наступило в последние часы или минуты (Джо очень надеялся, что именно минуты) ее жизни. Она не издала ни звука. Не разбудила меня. А может, не смогла разбудить, не сумела привлечь мое внимание. И, не сумев, забралась в стенной шкаф.

Господи, хоть бы это произошло быстро.

— Ничего нельзя с ней сделать? — спросил он Фогельзанга. — В мораториуме?

— Слишком поздно. При таком распаде не остается даже следов полужизни. Это и есть та девушка?

— Да. — Джо кивнул.

— Вам лучше покинуть гостиницу. Прямо сейчас. Ради собственной безопасности. Холлис — это же его работа? — поступит с вами точно так же.

— Истлевшие сигареты, — пробормотал Джо. — Телефонный справочник двухлетней давности. Прокисшие сливки и кофе с плесенью. Устаревшие деньги. Общая черта — возраст. Она еще на Луне говорила, когда мы пробирались на корабль, что чувствует себя старой.

Джо замолчал, пытаясь подавить переходящий в ужас страх. Но что значит голос Ранситера по видеофону? Здесь связи не было.

Голос Ранситера в трубке не укладывался ни в какую теорию и не поддавался объяснению.

— Мне кажется, — сказал фон Фогельзанг, — она подверглась интенсивному облучению. Некоторое время назад.

Получила сверхдозу.

— Я считаю, ее убил взрыв. Тот же, который уничтожил Ранситера.

Частицы кобальта, догадался вдруг Джо. Она вдохнула их с раскаленной пылью. Значит, нас всех ждет такая смерть, пыли мы наглотались одинаково. И я, и Эл, и все остальные. И в этом случае уже ничего не поделать. Слишком поздно. Вот о чем мы не подумали. Нам не пришло в голову, что это был маленький атомный взрыв. Теперь понятно, почему Холлис дал нам уйти.

Только…

Это объясняет смерть Венди и рассыпающиеся сигареты.

Остается телефонный справочник, деньги и протухший кофе со сливками.

Остается голос Ранситера, монотонный монолог по видеофону, который прекратился, как только Фогельзанг взял трубку. Как только попытался послушать кто-то другой.

Мне надо вернуться в Нью-Йорк, решил Джо. Все, кто был на Луне, все, кто попал под этот взрыв, должны собраться вместе и найти выход. Наверное, это единственный шанс. Пока мы не погибнем один за другим, как Венди. Или еще более страшным способом, если такое только возможно.

— Распорядитесь, чтобы сюда прислали полиэтиленовый мешок, — сказал Джо владельцу мораториума. — Я заберу ее с собой в Нью-Йорк.

— Вы не считаете, что это дело полиции? Такое ужасное убийство. Их надо поставить в известность.

— Давайте мешок, и хватит об этом.

— Как хотите. Это ваш служащий. — Владелец мораториума направился к выходу.

— Теперь уже нет, — проговорил Джо. Надо же, чтобы она оказалась первой, подумал он. А может, в некотором смысле это и к лучшему. Я тебя не оставлю, Венди, я заберу тебя домой, твердил про себя Джо, с ужасом сознавая, что все его планы рухнули.

Прервав общее молчание, Эл Хаммонд обратился к собравшимся в конференц-зале инерциалам:

— Джо прибудет с минуты на минуту. — Он посмотрел на часы. Остановились они, что ли?

— Предлагаю пока посмотреть вечерний выпуск новостей, — сказала Пат Конли. — Интересно, дал Холлис ход сообщению о смерти Ранситера?

— В газетах ничего не было, — заметила Эди Дорн.

— Телевидение передает самые последние новости. — Пат вручила Элу пятидесятицентовую монету, с помощью которой включался стоявший в дальнем углу конференц-зала внушительный цветной трехмерный аппарат, гордость Ранситера.

— Хотите, я брошу за вас монету, мистер Хаммонд? — с готовностью спросил Сэмми Мундо.

— Давай, — рассеянно пробормотал Эл и кинул монету. Мунди поймал ее и затрусил к телевизору.

Адвокат Ранситера Вальтер Уэйлс нервно поерзал в кресле и побарабанил тонкими аристократическими пальцами по «дипломату».

— Вам не стоило оставлять мистера Чипа в Цюрихе. Без него мы ничего не можем предпринять, в то время как завещание мистера Ранситера требует безотлагательных действий.

— Вы читали завещание, — сказал Эл. — И Джо Чип его читал. Мы знаем, кого Ранситер хотел видеть во главе фирмы.

— Но с юридической точки зрения… — начал Уэйлс.

— Ждать осталось совсем недолго, — оборвал его Эл.

Он задумчиво чертил на лежащем перед ним листе бумаги.

Потом перечитал написанное:


Глава 7 | Убик | УСТАРЕВШИЙ ТЕЛЕФОННЫЙ СПРАВОЧНИК