home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


2

Шофер был из торговой делегации Земли. На Альфе Центавра 3 сейчас гостило, включая земную, три делегации с разных планет. Все они собрались здесь для представления августейшим очам последних достижений своих цивилизаций, причем каждая тешила себя надеждой на особое внимание Высокородных. Между тем совсем недавно открытая планета Земля, в силу новизны и экзотичности товаров, имела несравненно больше шансов на успех. Можно было надеяться, что Высокородные не откажут себе в удовольствии (а Земле — в милости) приобрести для Мира Владык такую изысканную забаву как бой с быком.

После долгой езды по городу машина наконец выскочила на космодром. Джим увидел вокруг гладкую как стол бетонную пустыню, тянущуюся до самого горизонта. Вдалеке возвышался яйцеобразный предмет — корабль Высокородных.

Шофер подвез Джима к самому кораблю.

— Подождать?

Джим покачал головой, выгрузил багаж и проводил глазами машину, умчавшуюся в направлении города. Скоро она пропала из виду.

Джим поставил чемоданы на гладкий бетон и повернулся лицом к кораблю. Снаружи корабль выглядел весьма странно. Не видно было ни иллюминаторов, ни люков, ни каких-либо иных отверстий. Может статься, никто из находящихся на борту не заметил появления Джима. Либо не обратил внимания. Джим уселся на один из чемоданов и стал ждать.

Ждать пришлось около часа. По истечении его Джим совершенно внезапно очутился не на бетоне взлетного поля, а в похожем на яйцо отсеке с темно-зелеными стенами. На полу был разостлан такого же цвета ковер, а на ковре валялись в беспорядке разноцветные подушки. Рядом с собою Джим обнаружил свой второй чемодан.

— Извини, что заставила ждать, Волк, — произнес женский голос. — Я занималась другими приемышами.

Джим встал, обернулся и увидел говорившую. В сравнении с остальными Высокородными рост ее был невелик — около пяти футов десяти дюймов. Кожа, хоть и напоминавшая цветом белизну оникса, как у принцессы Афуан, была чуть-чуть темнее. Приблизительно как кожа индейца против кожи бледнолицего. Глаза тоже были темнее — густо-золотые с красными искорками, в отличие от лимонно-желтых глаз Афуан. Овал лица имел более округлые очертания. Женщина улыбалась, причем улыбалась так, как никогда не позволила бы себе улыбнуться холодная принцесса голубых кровей; на лице ее, от линии носа, собирались симпатичные крохотные лучики-морщинки. Распущенные по плечам золотистые волосы вились пушистыми локонами, чем, по мнению Джима, выгодно отличались от прямых, как солома, шевелюр прочих Высокородных.

Улыбка ее внезапно исчезла, лицо потемнело от прихлынувшей крови. Она краснела! Джим изумился, наблюдая это явление у представительницы великой расы.

— Гляди сколько хочешь! — гордо и с вызовом сказала она. — Мне стыдиться нечего!

— Стыдиться? — озадачено воскликнул Джим. — Чего?

— То есть как?..

Смущенная, она умолкла. Краска отлила от щек. Внезапно во взгляде проступило раскаяние.

— Извини, — сказала она. — Ну, разумеется, для Волка разницы никакой, так?

— Очевидно, так, — произнес Джим. — Но, вероятно, только потому, что Волк не совсем понял, о чем идет речь.

Она рассмеялась, хотя в голосе послышались печальные нотки. Затем легонько потрепала его по руке.

— Скоро ты все поймешь, даже если ты и Волк. Видишь ли, я — в некотором смысле дегенератка, то есть в моем генном наборе случайно объявился какой-то давным-давно вымерший ген… О нет, родители мои принадлежат к Высокородным. И Афуан никогда не изгонит меня из своего окружения. Однако, с другой стороны, она почти не удостаивает меня вниманием. Потому я и вожусь со всякими приемышами вроде тебя. — Она кинула взгляд на его чемоданы. — Здесь твои одежда и снаряжение? Сейчас я их пристрою.

В ту же секунду чемоданы исчезли.

— Минуточку, — возразил Джим.

— В чем дело? — Она удивленно уставилась на него.

Столь же загадочным образом чемоданы очутились на прежнем месте.

— Да нет, ничего особенного, — успокоил ее Джим. — Просто мне понадобится еще кое-что. Я говорил с вашей Афуан — в городских стойлах осталось полдюжины боевых быков, которые будут нужны мне для представлений. Афуан велела передать, что разрешает погрузить быков на борт.

— О!.. — воскликнула девушка. — Впрочем, это не мое дело. Попробуй мысленно представить, где находятся твои быки.

Джим напряг память. В голове возникла картина: ряд приземистых строений возле представительства Земной Торговой Миссии. При этом он пережил странное ощущение: словно мозг его легонько пощекотали перышком. Внезапно он обнаружил себя находящимся неподалеку от стойл, внутри каждого из которых виднелась клетка с замороженной тушей быка. Девушка стояла рядом.

— Да-а… — протянула она, и они тотчас оказались в просторном складе с обитыми металлом стенами; здесь размещались, образуя ровные проходы, разнообразные ящики, штабеля непонятных предметов. Тут же появились и клетки с быками.

Джим нахмурился — в помещении было довольно тепло, градусов двадцать.

— Вообще-то они заморожены… — начал он, но девушка перебила:

— Об этом не беспокойся. — Она весело улыбнулась, вероятно извиняясь за то, что прервала его. — Я дала задачу механизмам корабля. — Улыбка стала еще шире. — Если хочешь убедиться, подойди и потрогай.

Джим приблизился к клеткам, вытянул руку, но существенных изменений не уловил. Потом, прикоснувшись к прутьям клетки, внезапно почувствовал страшный холод. Он обратил внимание, что мороз идет не изнутри надежно изолированной клетки, а откуда-то извне. Джим поспешно отдернул руку.

— Понятно, — сказал он. — Теперь все в порядке. С быками хлопот не будет.

— Хорошо, — ответила она.

И вновь они переместились — на этот раз в большой и светлый зал более привычной для Джима прямоугольной формы. Одна стена была прозрачной — сквозь нее просматривались пляж и океан, раскинувшийся до горизонта В самой комнате обитали самые разнообразные и причудливые создания, каких могла породить Природа — от маленькой рыжей белочки до странного лохматого существа, являвшего нечто среднее между обезьяной и человеком.

— Это мои приемыши, — сказала за спиной Джима девушка. Он посмотрел в ее смеющиеся глаза. — То есть, конечно, они собственность Афуан. Те, которыми занимаюсь я — принадлежат лично ей. Вот… — Она остановилась приласкать белочку, которая с готовностью выгнула спину, точно довольная кошка. — Это Ифни.

Разглядывая приемышей, Джим не увидал ни привязей, ни клеток. Тем не менее животные — как показалось Джиму — держались друг от друга на приличном расстоянии.

Внезапно девушка ахнула.

— Прости меня, Волк, — спохватилась она. — Ведь у тебя тоже есть имя. Как тебя зовут?

— Джеймс Кейл, — буркнул он в ответ. — Джим.

— Джим, — повторила она, чуть склонив голову набок, стараясь как можно правильнее выговорить непривычное имя. На имперском наречии звук «м» звучал довольно долго, отчего краткое «Джим» приобрело в ее устах некоторую музыкальность.

— А тебя как звать? — осведомился Джим.

Она вздрогнула и взглянула на него с огромным удивлением.

— Но ты должен называть меня Высокородная, — заметила она надменно.

Мгновение спустя все ее высокомерие улетучилось, словно в девушке взяла верх природная мягкость.

— У меня, конечно, есть имя, даже не одно, а несколько дюжин. Но в быту — ради краткости — предпочитаю обходиться одним. Я — Ро.

— Благодарю тебя, Высокородная, — почтительно произнес он.

— Нет уж, называй меня Ро!.. — Она внезапно замолкла, словно испугавшись собственных слов. — По крайней мере, когда мы вдвоем. В конце концов, ты — тоже человек, Джим, хотя и Волк.

— Насчет этого тебе придется меня просветить, Ро, — сказал Джим. — Почему вы все называете меня Волком?

Какое-то время она озадаченно смотрела на него.

— Разве ты… Ну конечно! Ты единственный из всех, кто этого не понимает!

Она снова, как в прошлый раз, покраснела. Очевидно, виною тому был темный оттенок кожи, благоприятный для обильного притока крови. Но для Джима это оказалось в новинку. Взрослая женщина, к тому же голубых кровей, а краснеет как школьница!

— Это не слишком подходящее имя… Оно значит… Словом, ты — человек, который потерялся в лесу и был воспитан дикими зверьми, а стало быть, понятия не имеет, что такое быть человеком. — Краска все гуще заливала ее лицо. — Извини… Мне не стоило тебе говорить… называть тебя Волком. Но я исправлюсь. Я тебя буду всегда называть Джимом. Отныне и всегда.

Джим улыбнулся.

— Это не имеет значения.

— Нет, имеет! — жестко сказала она, рывком подняв голову. — Я знаю, каково становится, когда кому-нибудь придумывают кличку. Я никогда не позволю издеваться над моими… то бишь принцессы Афуан… питомцами.

— Спасибо тебе, — поблагодарил Джим.

Ро ласково потрепала его по руке.

— Идем, полюбуешься на моих приемышей. — Она пошла вперед.

Джим покорно отправился следом, разглядывая все, что попадалось на пути. Существ, находящихся в питомнике, на первый взгляд ничто не удерживало. Между тем, окруженные со всех сторон невидимым барьером, они не могли приблизиться друг к другу ближе, чем на пять—шесть футов.

Любопытным было то, что все они походили на земных животных, либо живущих поныне, либо вымерших в давние геологические эпохи. Сам по себе этот факт был замечателен: он как будто подтверждал гипотезу, что население Империи и люди Земли произросли из одних корней. Согласно гипотезе, цивилизации различных планет развивались строго параллельно. Однако разительная схожесть фаун отдаленных друг от друга миров, в конце концов, еще не доказывала полного сходства и наследственности во всем остальном.

Нечто любопытное Джим подметил и в поведении питомцев. Большинство животных, даже весьма свирепого вида, с готовностью отзывалось на ласки девушки. Но попадались и такие, которые никак не реагировали на знаки внимания. Например, большая, ростом с южноамериканского ягуара, кошка, напоминавшая окраской леопарда, а мордой — скорее лошадь, чем кошку. Спокойно позволяя себя гладить, этот зверь, однако, хранил совершенное равнодушие. Напротив, существо, похожее частью на обезьяну, частью — на недоразвитого человека, всячески льнуло к заботливым рукам, печально заглядывало в глаза Ро, когда та говорила с ним, и, словно в ответ, покачивало головой.

Оставив питомцев, Ро повернулась к Джиму.

— Теперь ты увидел их всех. Может, ты согласишься помогать мне ухаживать за ними? Дело в том, что я не в состоянии уделять зверям достаточно внимания, сколько нужно. Афуан, случается, месяцами не вспоминает о них… О нет, с тобой такого не произойдет! — Она внезапно осеклась.

— Видишь ли, с тобой особая история. Ты предназначен устраивать зрелища пред очами самого Императора. К тому же ты — не животное.

— Благодарю, — процедил сквозь зубы Джим.

Она удивленно на него посмотрела, потом рассмеялась и тронула его руку знакомым жестом.

— А сейчас можешь осмотреть свою комнату.

Тотчас возникло новое помещение. Как и в предыдущем зале, одна из стен имела иллюзию прозрачности, открывая вид на берег океана. Настоящий он был или нет? Футах в тридцати от них вздымались и пенились волны прибоя.

— Здесь ты будешь жить, — сказала Ро.

Джим огляделся. Нигде никакого намека на выход.

— Может, ты научишь бедного Волка, как ему попасть из этой комнаты в соседнюю?

— В соседнюю? — Она нахмурилась. Он сразу понял, что Ро восприняла вопрос буквально.

— Прости, — сказал он. — Наверное, ты не поняла. Я имел в виду — отсюда в любую другую комнату. А если на то пошло — скажи-ка, что находится там?

Он указал на стену, расположенную против экрана.

Ро взглянула туда, куда был направлен его палец, вновь нахмурилась и покачала головой.

— Но… я не знаю… — пробормотала она. — А какая разница? Ты волен пойти куда хочешь. Расположение комнат не играет никакой роли.

Джим мысленно сделал зарубку на память.

— Но мне ведь надо знать, как перебраться из комнаты в комнату.

— О да, конечно, — догадалась она. — Конечно, ты не знаешь. Здесь все делает корабль. Достаточно наладить связь с ним; и он исполнит все, что ты пожелаешь. — От пришедшей в голову мысли Ро просияла. — Хочешь посмотреть корабль? Я тебе покажу. А пока — почему бы тебе не освоиться в собственных апартаментах? Осмотрись, прибери вещи, сделай все, что нужно, а я потом вернусь. Когда бы ты хотел меня видеть?

Джим с натугой перевел пятнадцать земных минут в единицы времени Империи.

— Отлично. Я приду. — Ро улыбнулась и исчезла.

Оставшись в одиночестве, Джим осмотрел комнату. Ковры и разноцветные подушки напомнили яйцеобразную камеру, куда с площадки космодрома переместила его Ро. Стоявший в углу внушительных размеров куб он поначалу принял за кровать. Затем долго отыскивал глазами ванную. Ничего похожего. Однако стоило мыслям о ванной более-менее оформиться, как взгляду его предстал небольшой закуток с теснившимися внутри унитазом, мини-бассейном и еще каким-то предметом непонятного назначения.

Он повернулся к соседней стене и взял в руки чемоданы. Краем глаза уловил, что ванная бесследно исчезла в стене. И снова: едва он взгромоздил оба чемодана на верхнюю плоскость куба, раздвинулись секции другой стены, и открылись внутренности платяного шкафа.

К этому моменту Джим уже почувствовал какой-то невидимый контакт между собой и кораблем. Точнее, к обычной гамме ощущений добавилось новое, постороннее. Не найдя иного разумного объяснения феномену, Джим решил для себя, что это и есть «связь с кораблем».

Он попытался вообразить свои вещи висящими в шкафу, и те послушно очутились на месте. Единственный странный момент — вещи хотя и висели в надлежащем порядке, но без видимых подпорок и вешалок. Прямо в воздухе.

Джим удовлетворенно кивнул. Собравшись закрыть шкаф, он вдруг что-то вспомнил и снял с прозрачной вешалки шотландский костюм с кинжалом. Одевшись, отправил в шкаф свое походное облачение.

Шкаф закрылся. В это время в комнате возник посетитель. Джим ожидал увидеть Ро, но перед Джимом стоял высокий, ростом около семи футов, мужчина с кожей цвета белого оникса.

— Вот ты где, Волк, — произнес Высокородный. — Пойдем. Мекон хочет видеть тебя.

Они переместились. Комната, где они оказались, была пуста. Лишь в дальнем углу, на возвышении из подушек, возлежал зверь — кошка с лошадиной мордой, в точности такая, какую Джим видел среди питомцев Ро. Животное подняло голову и впилось в Джима пристальным взглядом.

— Обожди здесь, — сказал Высокородный. — Мекон прибудет через минуту.

Джим остался наедине с огромной, устрашающего вида кошкой. Едва спутник исчез, кошка покинула свое ложе и ленивой походкой направилась к Джиму.

Джим оставался спокоен. Зверь на удивление жалобно взвизгнул — звук был настолько тонок, что странно было слышать его от внушительного животного. Короткий и толстый хвост поднялся трубой. Массивная голова пригнулась к полу, едва не касаясь нижней челюстью ковра. Пасть раскрылась, обнажились длинные острые клыки. Продолжая тонко визжать, кошка приближалась ползком на брюхе и не умолкала ни на секунду. Визг становился все громче, постепенно превратившись в пронзительный грозный вой.

Джим ждал не двигаясь. Примерно в двенадцати ярдах от Джима зверь замер. Хвост ходил из стороны в сторону, как метроном. Утробный вой заполнил комнату.

Трудно сказать, сколько времени стояли они друг против друга. Секунды превратились в годы. Наконец вой оборвался. Зверь взвился в воздух, целясь Джиму в горло.


предыдущая глава | Волк. Зарубежная Фантастика | cледующая глава