home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Особые наставления премудрого и славного царя

Прежде всего, я бы хотел отметить очень важный момент. В буддизме теория и практика неотделимы друг от друга и, в отличие от некоторых небуддийских традиций, в нем нет таких учений, которые ограничиваются лишь философскими понятиями. В то же время, некоторые буддийские учения могут отличаться друг от друга расстановкой акцентов. Есть такие наставления, в которых подробно объясняются стадии практики, а есть и другие учения, в которых детально разбираются основные философские понятия. Обратимся к трудам великих мастеров Индии. Ученый Нагарджуна в своих Шести Собраниях рассуждений, уделял первостепенное значение именно убедительным доводам. Шантидева в работе Вступление на путь бодхисаттв (Бодхичарьяаватара) освещал более практические моменты, хотя девятая глава этого трактата, в которой говорится о мудрости, адресована тем, кто не способен прямо войти в переживание истинного воззрения, поскольку для этого необходимо предварительно подготовить свой ум при помощи интеллектуальных рассуждений. Нагарджуна в своем Хвалебном собрании объясняет немного по-другому. Подобные восхваления также относятся к циклу третьего поворота колеса Учения, таким, как Восхваляя Дхармадхату, Высшая тантра Махаяны, один из пяти трактатов Майтрейи, комментарии на сутры татхагатагарбха из этого цикла.

Следует упомянуть также песни переживания махасиддхов, доха, которые в некотором смысле являются наставлениями по практикам Ануттарайоги, высшего уровня Ваджраяны. Эти песни рождались спонтанно, как непосредственное выражение прямого переживания, в них нет пространных философских рассуждений, они отличаются простотой слога и точностью выражения сути. Итак, некоторые трактаты великих мастеров четырех школ тибетского буддизма Сакья, Ньингма, Кагью и Гелуг — делают акцент на теоретической основе, другие уделяют больше внимания выражению глубоких переживаний личного непосредственного опыта практикующего. К этим последним и относится текст Дза Патрула Ринпоче Три наставления, проникающие в суть.

Патрул Ринпоче был великолепно образованным мастером и непревзойденным бодхисаттвой, но при этом отличался исключительной скромностью. Однажды возле дома, где жил Ринпоче, собралась шумная толпа учеников, ожидавших наставника. Но Дза Патрул в тот момент нуждался в тишине и спокойствии, поэтому он незаметно ускользнул от них в соседнюю долину, где нанялся слугой в один из деревенских домов. В его обязанности входили все виды работ по дому, в том числе по утрам он выносил ночной горшок пожилой хозяйки. Тем временем исчезновение Ринпоче было обнаружено, и неутомимые ученики стали прочесывать соседние деревни. Наконец они добрались до того самого дома, где служил Дза Патрул. «Не видали Патрула Ринпоче?» — спросил хозяйку дома один из учеников. «Здесь никаких лам нет, — пожала плечами женщина. — В доме кроме моей семьи живет только старик в потертой одежде, я недавно наняла его слугой». Ученикам потребовалось совсем немного времени, чтобы узнать правду. Когда хозяйка дома поняла, какой великий мастер ей прислуживал, в стыде и смятении она рухнула перед ним на колени и разрыдалась. Эту историю мне рассказал Кхуну Лама Тендзин Гьялцен, вместе с которым мы изучали Бодхичарьяаватару.

Теперь я прочитаю коренной текст:

Здесь содержатся Особые наставления премудрого и славного царя вместе с комментариями.[42]

Хвала Учителю!

Воззрение — Лонгчен Рабджампа, обширное безграничное пространство.

Медитация — Кхенце Одзер, лучи мудрости и любви.

Действие — Гьялве Ньюгу, деяния бодхисаттв.

Всякий, кто практикует подобным образом,

С легкостью обретет просветление в этой жизни,

А если и нет, то будет счастлив. Как чудесно!

Что касается воззрения, Лонгчен Рабджампы,

Есть три наставления, проникающие в самую суть практики.

Во-первых, расслабься и успокой свой ум,

Без мыслей, не концентрируясь и не пытаясь их разогнать.

Пребывая в покое этого простого состояния,

Внезапно выкрикни «Пхат!», слог, разбивающий ум вдребезги,

Сильно и резко. О чудо!

Не осталось ничего. Ум поражен, прикован к месту изумлением,

Но тем не менее все прозрачно и ясно.

Свежее, чистое и внезапное, а потому неописуемое состояние:

Распознай его как чистое Осознание дхармакайи.

Это первое сущностное наставление — о прямом знакомстве лицом к лицу с состоянием ригпа.

Итак, в тексте объясняются такие понятия, как воззрение, медитация и действие. На самом деле воззрение пронизывает все три слова, или наставления, и первое из них — это «прямое знакомство лицом к лицу с состоянием ригпа». В данном контексте, как я уже говорил, воззрение есть способ обретения убежденности, избавления от сомнений.

Отныне, находишься ли ты в покое или в движении,

Приходят ли гнев или вожделение, счастье или печаль,

Во всякое время, в любых обстоятельствах

Узнавай эту уже познанную тобой дхармакайю,

И два ясных света, уже знающие друг друга мать и сын, воссоединятся.

Покойся в этом состоянии неописуемого Осознания.

Покой и блаженство, ясность и поток мыслей — отсекай их снова и снова

Внезапным ударом слога искусных средств и мудрости.

Без различения между медитацией и состояниями после нее,

Без разделения времени на медитативные сессии и перерывы,

Оставайся всегда в этой нераздельности.

Однако пока не достиг устойчивости,

Важно медитировать в стороне от дел и отвлечений,

Разделив практику на медитационные сессии.

В любое время, в любой ситуации,

Пребывай в потоке дхармакайи.

Реши с абсолютной уверенностью, что превыше этого нет ничего.

Вот второе сущностное наставление: «Прими решение пребывать в этом едином состоянии и только в нем».

Если тем временем возникнут радость или печаль, привязанность или отвращение, —

Любые рассудочные мысли, чередой идущие одна за другой;

Будучи узнанными, они не оставят следа.

Распознавай дхармакайю, в которой они все освобождаются.

Подобно тому, как исчезают письмена на воде,

Процесс возникновения и освобождения становится естественным и непрерывным.

Тогда все, что бы ни появилось, станет пищей для пустотности обнаженного ригпа,

А все движения ума — внутренней энергией Царя дхармакайи.

Они изначально чисты и не оставляют следов. О радость!

Все продолжает появляться также, как и прежде Разница в способе освобождения, вот в чем суть!

Без этого понимания медитация становится путем умножения иллюзий,

А с этим знанием, даже без медитации, пребываешь в дхармакайе.

Вот третье сущностное наставление: «С прямой уверенностью пребывай в состоянии освобождения от появляющихся мыслей».

Далее следует колофон:

Истинное воззрение объединяет в себе эти три сущностных наставления,

А медитация, которая есть союз любви и мудрости,

Сопровождается действием, свойственным бодхисаттвам.

Даже если все будды трех времен соберутся вместе,

Они не смогут дать учения, превыше чем это.

Далее следуют строки, рассказывающие об истории возникновения этого текста:

Эта драгоценность, сокровенная сила ригпа,

Принесенная из глубин запредельного озарения

Открывателем сокровищ [тертоном] дхармакайи,

Не похожа на богатства и клады земли.

Здесь содержится последний завет Гараба Дорже,

Самая суть мудрости трех передач Учения.

Я вверяю ее своим сердечным ученикам, запечатав печатью тайны.

Они глубоки, эти слова, идущие из моего сердца.

В этих сердечных наставлениях ключ ко всему знанию.

Не теряйте его.

Таковы Особые наставления премудрого и славного царя.

Теперь вернемся к началу и обратимся к комментариям на коренной текст.

Хвала несравненному владыке сострадания, моему коренному Учителю, наделенному великой добротой.

Здесь я объясню, как принять в свое сердце и практиковать истинные воззрение, медитацию и действие. Во-первых, поскольку коренной Учитель полностью воплощает в себе Будду, Дхарму и Сангху, тот, кто искренне его почитает, в действительности преклоняется перед всеми объектами прибежища. И потому: «Хвала Учителю!»

Я уже говорил вам, что в традиции Ваджраяны связь с коренным учителем считается главным моментом практики. Особенно это касается учения Дзогчен, поскольку преданность мастеру играет решающую роль для ученика, получившего от него прямое введение в знание своей изначальной природы — состояние саморожденного ригпа — и продолжающего тренироваться пребывать в этом состоянии. Именно поэтому коренной текст начинается со слов: «Хвала Мастеру!», а в комментариях говорится, что почитая своего Мастера, оказываешь почтение всем объектами Прибежища.

Теперь, что касается основной темы: если вы практикуете от всего сердца с пониманием, что истинное состояние коренного Учителя и мастеров линии передачи нераздельны с истинным состоянием вашего ума, это и есть основа воззрения, медитации и действия. Поэтому воззрение, медитация и действие объясняются в этом тексте через значения имен моего коренного учителя и мастеров линии передачи.

Дза Патрул Ринпоче так объясняет значение воззрения, медитации и действия потому, что для практикующего нет никого важнее, чем его коренной Учитель и мастера линии передачи. Первым он обращается к Лонгчену Рабджампе, одному из мастеров его линии преемственности. После он упоминает Джигме Лингпу, но под другим именем: Кхенце Одзер. И наконец, он призывает своего коренного учителя, Гьялве Ньюгу, то есть Дза Трама Ламу Джигме Гьялве Ньюгу. Патрул Ринпоче использует имена трех мастеров, чтобы объяснить суть воззрения, медитации и действия.

Истинное воззрение прежде всего состоит в понимании того, что вся полнота бесчисленных проявлений (Рабджам) сансары и нирваны в совершенстве пребывает и по своей природе тождественна всеобъемлющему измерению обширного пространства (Лонгчен) природы будды, которая есть истинная природа реальности, свободная от любых рассудочных построений. Итак: «Воззрение — Лонгчен Рабджам, обширное безграничное пространство».

Дхармадхату, свободная от любых рассудочных построений (тиб. spros med), называется также татхагатагарбха. Во всех школах Ваджраяны (как старой, так и новых) говорится об этой природе будды, мудрости ясного света. Поскольку невозможно установить в ней наличия подлинного, независимого существования, ее называют «свободной от любых рассудочных построений». По своей сути она изначально чиста, по своей природе она спонтанно присутствует. Природа будды является основой для всех проявлений сансары и нирваны, это безбрежная ширь, обширное пространство, бесконечная протяженность, в которой все появляется и где все растворяется. Чистая по самой своей сути, она и есть то, что мы называем воззрением. В этом обширном пространстве заключено все, и все, что в нем содержится, совершенно в своей завершенности.

Медитация — это единство пустоты и сострадания: мудростью (кхен, тиб. khyen) практики глубокого постижения, випашьяны, решительно постигать сущность воззрения (которое состоит в свободе от любых рассудочных построений), и одненаправленно пребывать пустоте, соединенной с искусными средствами практики шаматхи, любящей доброты (це, тиб. tse). Итак: «Медитация — Кхенце Одзер, лучи мудрости и любви».

Как только ученик приходит к пониманию смысла воззрения, в нем естественным образом появляется искреннее, подлинное сострадание ко всем существам, не обладающим этим драгоценным знанием. Вот что, на мой взгляд, подразумевается под словами «Медитация — Кхенце Одзер, лучи мудрости и любви».

Сочетав такое воззрение с медитацией, практикуй шесть парамит ради блага всех живых существ, придерживаясь пути бодхисаттв, «молодых ростков состояния будды». Итак: «Действие — Гьялва Ньюгу, деяния бодхисаттв».

Если ваша практика проникнута подлинным пониманием единства искусных средств и мудрости, создается основа для совершения деяний бодхисаттвы, и результат ваших действий приносит подлинное благо всем существам. Поэтому в коренном тексте сказано: «Действие — Гьялва Ньюгу, деяния бодхисаттв».

О том, кто практикует такое воззрение, медитацию и действие говорят, что он наделен счастливой судьбой. Поэтому «всякий, кто практикует подобным образом...»

Тот, кто способен удалиться в уединенное место, отложив мирские заботы и полностью сосредоточив свой ум на практике, обретет в этой жизни освобождение в изначально чистой основе. Поэтому сказано: «... с легкостью обретет просветление в этой жизни».

Если ваша практика является подлинной, если она проникнута пониманием ключевых моментов воззрения, медитации и действия, вы сможете уже в этой жизни обрести освобождение в природе будды.

Если же это не удается, то одна только тренировка ума в таком воззрении, медитации и действии принесет знание о том, как превращать в Путь сами жизненные трудности. Надежды и страхи, сопровождающие обычные действия повседневной жизни, перестанут вас беспокоить, и в последующих рождениях вы будете все более и более счастливы. Итак: «А если и нет, то будет счастлив. Как чудесно!»

Даже если вам не удастся обрести полное освобождение в природе будды в этой самой жизни, то, тренируясь, сочетая мудрость и искусные средства, вы обретете устойчивость и уверенность в реализации. Вы уже не сможете оказаться во власти неблагоприятных обстоятельств, потому что у вас появится возможность превращать их в Путь. В последующих воплощениях сила этой практики поведет вас ко все более устойчивым состояниям счастья. Такие мысли способны вызвать в человеке подлинную радость. Подведем итог: в этой жизни вы не должны позволять себе попадать под влияние мечтательных ожиданий, страхов и других неблагоприятных переживаний, а учиться превращать их в Путь, и тогда в последующих жизнях вы будете обретать все более благоприятные условия.

Чтобы шаг за шагом объяснить благие воззрение, медитацию и действие, прежде всего я подробнее расскажу о том, как войти в сердечную сущность практики и тренироваться в воззрении. Итак: «Что касается воззрения, Лонгчен Рабджампы...» Вся полнота наставлений содержится в Трех Заветах. Поскольку они попадают в самое сердце сущности практики, то в корне пресекают все заблуждения. Итак: «Есть три наставления, проникающие в самую суть практики».

Воззрение описывается тремя наставлениями, которые затрагивают или «ударяют» в самую суть.


Коренной текст посвящения и комментарии | «ДАЛАЙ ЛАМА О ДЗОГЧЕНЕ»: Учения о Пути Великого Совершенства | 1. О ПРЯМОМ ВВЕДЕНИИ В СОБСТВЕННОЕ СОСТОЯНИЕ РИГПА