home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню



Пятый Далай-лама


Его Святейшество начал с разъяснения, что будет давать учение и посвящение Падмасамбхавы и его Восьми Проявлений из цикла учений глубинного чистого видения, открытых великим Пятым Далай-ламой Нгавангом Лобсангом Гьяцо. Он родился в королевской семье в Захоре в 1617 году, стал выдающейся личностью и сыграл одну из самых динамичных ролей в истории Тибета. Посреди хаоса, царившего вXVII веке по всей Центральной Азии, он в 1642 году взял на себя бразды правления всеми тибетскими землями от Ладака до Ташиенлу. Через десять лет китайский император Шун Чин пригласил Нгаванга Лобсанга Гьяцо к себе в резиденцию, где он был принят как равный и получил императорский свиток, на котором было написано золотыми чернилами: «Далай-лама, Держатель Ваджры и Владыка Учения».

Пятый Далай-лама впервые объединил в Тибете духовную и светскую власть, построил дворец Потала, основал систему национального здравоохранения и ввел образовательные программы. Он мастерски владел словом, а его исторические и автобиографические сочинения служат ценнейшим материалом для изучения истории того периода. Он ушел из этого мира на шестьдесят шестом году жизни (1682 г.) в резиденции Потала во время медитации на Курукуллу, божество, связанное со способностями овладения и подчинения. Это было расценено как благоприятный знак и указание на силу его просветленной активности в будущем.

Нгаванг Лобсанг Гьяцо занимает видное место в линии передачи учений Ньингмапы, а Дуджом Ринпоче написал о нем в своей знаменитой Истории школы Ньингма, поместив его среди других важных тертонов.[3] Это упоминание связано с его откровениями чистого видения Гъячен Нъернга, что означает Двадцать пять запечатанных учений. Пророчества нескольких откровений чистого видения говорят о Пятом Далай-ламе как о воплощении просветленной активности царя Трисонг Дэцена. Он ощущал глубокую связь с традицией Ньингма и Гуру Падмасамбхавой, а среди его важнейших учителей были такие великие ньингмапинские мастера, как Цурчен Чойинг Рангдрол, Кхентон Палджор Лхундруп, Тердаг Лингпа и Минлинг Терчен Джюрме Дорже.[4] Он был особенно близок линии мастеров традиции Северного сокровища, к которой относился Ригдзин Годем, часто появлявшийся в его видениях. В своих автобиографических текстах Пятый Далай-лама часто упоминает Пема Ригдзина, первого Дзогчен Ринпоче, которому он дал совет основать монастырь Дзогчен в Кхаме. Он называл его «великим дзогпаченпо, обладающим полным пониманием Ньингтиг». Вот что пишет о нем Дуджом Ринпоче:

Особый интерес представляет сам способ, посредством которого Далай-лама получал откровения, вошедшие в состав «Учений глубинного чистого видения», появление которых было предсказано в терма — пророчестве славного Таши Топгьяла:[5]

Ты, кто ныне пришел как царь темноволосых,

Твое пятое воплощение через чистое откровение

Явит «двадцать пять» — с пятью особыми сокровищами ума.

Когда Пятый Далай-лама отправился в прославленный монастырь Самье, сложились благоприятные условия для открытия важных терма. Но, несмотря на то, что терма были открыты, в соответствии с особыми обстоятельствами места и времени, он не стал их обладателем. Уже позднее, когда в видениях ему на самом деле явились бесчисленные просветленные проявления Трех Корней, в соответствии с пророчествами и полученными ранее посвящениями он записал двадцать пять частей учения, названного Сангва Гьялчен. Вместе с комментарием, составленным с его слов, эти учения составляют два тома. Он даровал эту передачу и наставления в основном держателям линий традиции старых переводов, среди которых были Тердаг Лингпа и видьядхара Пема Тринле. В результате эти учения широко распространились, а линия передачи стала непрерывной, сохранившись в чистоте до наших дней.[6]

Пятый Далай-лама начал переживать опыт чистого видения с самого детства; эти видения начались в шестилетнем возрасте и продолжались непрерывно всю его жизнь Все они в хронологическом порядке описаны в его автобиографии.[7] В десятый день седьмого месяца года огненной обезьяны (1656 год), в возрасте сорока лет, Далай-лама приготовился совершить в десятый день лунного месяца особое подношение гуру, собрав вместе девять различных образов Падмасамбхавы из циклов терма, которые открыли Ньяндрел Ньима Одзер, Гуру Чованг, Сангдже Лингпа, Ратна Лингпа, Кункьонг Лингпа и Транго Шераб Одзер! Он начал выполнять практику вместе с несколькими монахами из монастыря Намгьял, и почти сразу перед ними явился Гуру Ринпоче, который даровал ему посвящение. Он узрел все девять танцующих в мандале проявлений Гуру Ринпоче,[8] которые затем растворились в нем. Затем появилась Еше Цогьял, которая сопроводила его во дворец, где пребывал сам Падмасамбхавы в окружении восьми своих проявлений. Это откровение было основой, на которой нынешний Далай-лама собирался давать учение в Париже.

В начале семинара Его Святейшество пояснил, что посвящение Падмасамбхавы и его Восьми Проявлений8 является садханой гуру (гуру йога, тиб. bla sgrub) из цикла Сангва Гьялчен. В этот раз Его Святейшество впервые даровал данное посвящение на Западе; позднее он еще раз передал это учение в Калифорнии в 1989 году. В январе 1992 года по особой просьбе седьмого Дзогчен Ринпоче, связанной с открытием нового монастыря в Коллегале, Южная Индия, он начал передавать полный цикл учений из цикла Сангва Гьялчен, а также передачи цикла Кагье (тиб. bka' brgyad) и Дорже Дролло. Из его речи на этом посвящении взято это замечательное высказывание:

Когда я получил передачу тайных наставлений Пятого Далай-ламы, я был совсем еще юным. Хотя в то время я и не уделил этому факту много внимания, тем не менее, хорошо помнил множество благоприятных сновидении и знал, что между нами существует особая связь. Позже в Лхасе я нашел труды Пятого Далай-ламы, сохраненные последующими Далай-ламами. Среди них были особо тайные наставления в виде иллюстрированных манускриптов. Позднее я взял эти тексты и провел личный ретрит в течение нескольких месяцев, практикуя Кагье, Хаягриву, Авалокитешвару и других идамов. Я чувствовал себя счастливцем, ведь благодаря моим молитвам и устремлениям, я оказался в длинной линии передачи тех, кто именуется Держателями Лотоса. Мне кажется, это напрямую связано с Пятым Далай-ламой.

Перед тем, как начать посвящение 1982 года в Пагоде де Винсен, Далай-лама объяснил его смысл и дал краткую характеристику основы, пути и плода в учении Дзогчен.[9] Он коснулся той темы, которая проходит через все его учения: сходство, различие и единство традиции новых переводов и Дзогчена традиции старых переводов с точки зрения окончательного смысла, воззрения и практики Высшей Йога-тантры. Кроме того, подготавливая почву для последующих учений 1984 и 1989 годов, он особо подчеркнул важность прямого введения в состояние изначального знания, чистого осознания ригпа (тиб.rigs pa).

Для Его Святейшества был приготовлен трон у подножья золотой статуи Будды. Перед ним в переполненном помещении пагоды расположились учителя, представляющие главные школы тибетского буддизма: Ньёшул Кхен Ринпоче, основательFPMT (Фонд сохранения традиции махаяны) Лама Еше, Дагпо Ринпоче, Таклунг Цетрул Пема Вангьял Ринпоче, Согьял Ринпоче, ламы и геше из всех буддийских центров Франции. Через два дня Далай-лама еще раз побывал в здании пагоды, где дал краткое учение буддийской общине. На этой встрече в середине первого ряда сидел Жак Ширак. В конце сессии Далай-лама с поклоном попросил его никогда не забывать о необходимости заботиться о парижанах.


Предисловие | «ДАЛАЙ ЛАМА О ДЗОГЧЕНЕ»: Учения о Пути Великого Совершенства | Его Святейшество Далай-лама Чистое видение