home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 5

Два последующих дня прошли без приключений, в обычном для Семенова режиме. Сам он с утра пораньше отправлялся в офис, жена и дети оставались дома. (Общую школу отпрыски бизнесмена не посещали. С ними занимались приходящие учителя.)

Приняв на себя руководство службой безопасности, я распределил обязанности так: один из секьюрити разъезжал повсюду со мной и Семеновым. Трое оставались в усадьбе, стеречь семью Валентина Михайловича, которой, по моему мнению, ничего особенного не угрожало. К слову сказать, означенные охранники были все той же, знакомой читателю четверкой. По условиям контракта они, оказывается, постоянно проживали вместе с работодателем и только изредка получали увольнение на сутки, повидаться с родными… В принципе я предпочел бы обойтись вовсе без напарника (являвшегося, по сути, дополнительной обузой). Однако один новый телохранитель вместо нескольких привычных вызвал бы недоумение у деловых партнеров Семенова. Посыпались бы ненужные вопросы. Поэтому я брал с собой в поездки Гену Ромова как наиболее боеспособного из имеющихся в наличии «быков». Поначалу я пытался вдолбить ему в голову некоторые стандартные поведенческие установки в случае внезапного нападения злоумышленников, но не добился сколько-нибудь ощутимых результатов. Умишком парень впрямь не блистал. (А может, педагог из меня хреновый?) Так или иначе я вскоре махнул на него рукой и ограничился тем, что заставил Ромова постоянно носить под одеждой бронежилет.

А к исходу третьего дня началось!

Около семи вечера мы втроем отправились из офиса домой. За рулем семеновского «Мерседеса» сидел Геннадий. Я устроился рядом с ним. Валентин Михайлович расположился позади. Ромов вел машину по обычному, наикратчайшему маршруту (проспект Космонавтов, поворот на Коломенский вал, а дальше – через Ситцевский переулок на Котляковское шоссе и прямиком до усадьбы). В ноябре смеркается рано, и город уже успел погрузиться в темноту, разгоняемую лишь жидким светом уличных фонарей. Столбик термометра опустился значительно ниже нулевой отметки. С угрюмого, сплошь затянутого облаками неба сыпались колючие крупинки мелкого снега…

У въезда в Ситцевский переулок Геннадий неожиданно затормозил. Дорогу преграждала свежевырытая яма, обнесенная веревочным ограждением с наспех намалеванной вывеской: «Ремонтные работы». Но… никаких рабочих-ремонтников в окрестностях не наблюдалось! Подступы к яме освещал мощный прожектор, а вдоль ограждения нетерпеливо расхаживали двое гаишников с автоматами наперевес, которым, по логике вещей, делать здесь было абсолютно нечего. Едва завидев нашу машину, один из них, с погонами лейтенанта, повелительно поднял полосатый жезл, дескать – «Стоять смирно!». Второй, с сержантскими лычками, украдкой передернул затвор «АКС-74-У».

«Похоже на засаду!» – подумал я, внимательно присматриваясь к лейтенанту, сразу показавшемуся мне чем-то знакомым. «Лицо овальное… лоб высокий… нос длинный, с горбинкой… карие глаза… острые скулы… слегка скошенный подбородок». Ба-а-а!!! Да это же Аркадий Пашаев! Тот самый подельник покойного Давыденко, с кем они похитили и убили журналиста Алексея Соломкина. А вот морда второго лжегаишника в фототеке полковника отсутствовала. Прав оказался Владимир Анатольевич, говоря о наличии киллерского резерва у депутата Бориса Одеждина!!! «Лейтенант» между тем деловито двинулся к «Мерседесу», жестом приказав нам обоим выйти из машины. «Сержант», держа палец на спусковом крючке, начал заходить с другой стороны. План их был предельно ясен. Под видом ментов выманить наружу телохранителей, расстрелять в упор, а затем похитить Семенова вместе с автомобилем и трупами охранников, на которых потом можно свалить вину за бесследное исчезновение бизнесмена. Украли, мол, шефа, волки позорные!..

– Не вздумай вылезать! – шепнул я Геннадию, уже потянувшемуся к дверной ручке. – Они не те, за кого себя выдают. По моей команде резко дашь задний ход. Понял?

Мгновенно побледневший Ромов неуверенно кивнул, а сообразительный Валентин Михайлович упал на пол и попробовал забиться под заднее сиденье.

– Эй вы, в «мерине[9] почему не выполняете приказ?! – гневно закричал Пашаев.

– Сейчас, командир, одну минутку. Только штаны подтяну! – опустив боковое стекло, громко ответил я, резко отворив дверцу, сбил с ног подошедшего почти вплотную «сержанта», выпрыгнул на припорошенный снежком асфальт и через капот выстрелил в голову мнимому «лейтенанту». С размозженным пулей черепом он кулем повалился на землю. Оглушенный, «сержант» потянулся к выроненному автомату, но я опередил его, всадив депутатскому мокрушнику пулю в лоб. Следующим выстрелом я погасил прожектор, и тут безлюдные прежде окрестности внезапно ожили. Причем самым нехорошим образом! Послышались разноголосые, злобные вопли. Захлопали беспорядочные выстрелы. Очевидно, пособники убиенных киллеров никак не ожидали подобного оборота событий. Тем не менее они умудрились доставить нам массу неприятностей. Одна из пуль долбанула меня в защищенную бронежилетом грудь и повалила навзничь, несколько изрешетили капот и выбили задние стекла «Мерседеса», а остальные продырявили шины. Новенький быстроходный автомобиль превратился в никчемную груду металла. Морщась от боли, я перевернулся на живот, подобрал автомат покойного «сержанта» и осмотрелся по сторонам. Судя по вспышкам, в нас стреляли из нижних окон старого, недавно выселенного дома.

Тщательно целясь, я дал по ним три короткие очереди. Пыл нападавших заметно поутих. Пальба на время прекратилась.

– Выбирайтесь из машины и ползком к ближайшей подворотне! – прохрипел я, обращаясь к Семенову с Ромовым. – Давайте в темпе! Пока нас конкретно не прижали!!!

Те послушались беспрекословно, но, едва они вывалились из продырявленного, дымящегося «мерса», огонь возобновился с новой силой.

– Быстрее! Быстрее! – поторопил я, расстреливая по окнам остаток магазина.

Геннадий вдруг дернулся, болезненно вскрикнул, но движения не прекратил. Я поднял пистолет, выбрал наугад один из зияющих чернотой проемов без рамы, и, когда там мелькнула чья-то смутная тень, плавно нажал спуск. Выстрел оказался удачным. Сперва из окна выпал длинный продолговатый предмет, похожий на винтовку, а потом – безжизненно свесилось по пояс широкоплечее тело. Товарищи убитого на секунду опешили, чем дали возможность коммерсанту с охранником благополучно достигнуть спасительной подворотни. «Слава богу», – с облегчением подумал я, мысленно перекрестился, поднялся на ноги и, петляя, словно заяц, бросился вслед за ними. Наемники депутата немедленно отреагировали ожесточенной стрельбой, мою левую ляжку ужалил огненный шмель, но этим, по счастью, и ограничилось.

Две с половиной секунды спустя я уже стоял в подворотне рядом с прижавшимися к стене Семеновым и Ромовым. Валентин Михайлович дрожал в крупном ознобе, а Геннадий беззвучно хватал ртом воздух, как вытащенная из воды рыба.

– В спину попали? – догадался я.

Ромов молча кивнул. На глазах секьюрити блестели слезы.

– Ничего страшного. У тебя под рубашкой броник. Не помрешь! – утешил я. – Мне вон тоже в грудину шарахнуло. Больно, блин! Ребра, наверное, сломаны. И ногу в придачу зацепило… А теперь хорош прохлаждаться! Надо сваливать отсюда, да поживей. Лечиться будем после!

С максимально возможной скоростью мы двинулись проходными дворами к проспекту Космонавтов. Подальше от места происшествия. Нас никто не преследовал. Вероятно, противник понес значительные потери, а может, лишился в перестрелке непосредственных руководителей операции. Так или иначе, они не захотели испытывать судьбу в темном лабиринте глухих дворов и двориков, где преимущество было на нашей стороне… Попутчики вели себя прилично, истерик не закатывали. Только Семенов давился частой, нервной икотой.

В последнем перед проспектом дворе я наконец позволил себе внимательно обследовать рану на ляжке. Она оказалась совсем не опасной, хотя и доставляла множество неприятных ощущений. Пуля прошла по касательной, выдрав небольшой клочок мяса, а плотно прилипшая к ране брючная ткань остановила кровотечение. В общем – повезло!

– Ну что же, будем ловить такси или частника, – завершив осмотр, сказал я. – Надеюсь, Валентин Михайлович, у вас имеются в кармане наличные?…


* * * | Депутат в законе | * * *