home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 8

Полковник ФСБ Дмитрий Корсаков

Последние числа мая 2007 г. Г. Н-ск

Конец мая внезапно "порадовал" жителей Н-ска невиданной доселе жарой. Столбик термометра перевалил за отметку 37° по Цельсию и угрожал двинуться дальше. Над крышами домов и между ними застыло раскаленное марево. На дорогах плавился асфальт. Несчастные горожане мухами липли к фонтанам, к любым, даже загрязненным водоемам, но это им мало помогало. Тепловые удары стали обыденным явлением. А некоторые умирали от жары в прямом смысле слова – в метро, на улицах, в наземном общественном транспорте… Особенно тяжело приходилось сердечникам и гипертоникам. Пульты дежурных "Скорой помощи" принимали громадное количество звонков. И даже абсолютно здоровые люди с нетерпением ждали хотя бы небольшого похолодания…

Но я не страдал от майского зноя и практически не замечал его. Рано утром, по прохладе, я отправлялся на работу, выслушивал доклад Филимонова о текущих делах, давал ему ряд цеу, плотно ужинал и… Заваливался спать в комнате без окон, с мощным кондиционером. В середине дня меня будили, кормили легким обедом, давали снотворное, если нужно, и вновь укладывали в "люлю". А вечером я окончательно просыпался, умывался, чистил зубы, брился, принимал душ, "завтракал", накачивался крепким кофе и возвращался домой – бодрствовать ночь напролет. Столь странный распорядок продолжался уже трое суток и был установлен сразу двумя письменными приказами генералов Нелюбина и Рябова. Но не подумайте, что у моих начальников от жары "поехала крыша"! Просто в настоящий момент проводилась операция "Приманка", где я играл главную действующую роль. Она являлась завершением зачистки чипированного спецназа мятежников и…

Впрочем, расскажу все по порядку. Сама зачистка имела кодовое название "Скорость", полностью ему соответствовала и закончилась спустя восемь часов после ее начала. Отправив меня в больницу, Борис Иванович передал досье еще живых зомби в аналитический отдел и вежливо (но грозно) попросил "максимальной отдачи в кратчайшие сроки". К утру зеленые от усталости аналитики выдали ему полный расклад по каждой "мишени". Адреса реального проживания и работы, маршруты передвижения и т. д. и т. п.

Кроме того, они с точностью до девяноста пяти процентов указали места, где удобнее всего разделаться с "объектами". Генерал сердечно поблагодарил аналитиков, пообещал "в долгу не остаться" и моментально задействовал ликвидаторов. Группами по два человека (один "исполняет", второй страхует) они рассыпались по городу и окрестностям. Чипированных подстерегали в укромных закоулках и без лишних слов уничтожали выстрелами в затылок. За ликвидаторами по пятам следовали "уборщики"[42]. И те и другие действовали с высочайшим профессионализмом. В результате ни мирные жители, ни тем более милиция ничего подозрительного не заметили. К середине дня чипированный спецназ мятежников перестал существовать. Конечно, такая оперативность потребовала колоссальной концентрации сил задействованных в зачистке спецов… (Как признался потом Нелюбин, и ликвидаторы и уборщики буквально валились с ног от изнеможения. – Д.К.) Но игра стоила свеч. Когда Кукловод понял, почему один за другим «отключались» его законсервированные придатки, было уже слишком поздно.

С этой радостной вестью осунувшийся от нервного напряжения генерал и заявился ко мне в больницу в семь часов вечера.

– Управились, слава богу! – с порога объявил он и обессиленно опустился на стул. – Вы честно заслужили третью звезду и, пожалуйста, не сравнивайте себя больше с Брежневым!

– Не буду, – угрюмо ответил я. – Покойный генсек даже в период старческого маразма не допускал таких вопиющих проколов в работе, как некоторые чрезмерно обласканные начальством полковники ФСБ!

– Не понял?! – приподнял брови Нелюбин. – О чем это вы?!

– О собственной профнепригодности! Я-то, идиот, воображал, будто расколол Маркаряна до задницы, а он все же скрыл один важнейший факт, – в моем голосе зазвучали нотки отчаяния. – "Ночной мститель" продолжает гулять на свободе и…

– Эй, доктор! – не дослушав, крикнул Борис Иванович и, когда тот прибежал, осведомился ледяным тоном: – Хотелось бы узнать, любезнейший, чем вы тут занимаетесь?! У пациента категории "А" сильный жар, а вы пальцем не шевельнете!

– Нет у меня жара! – вскинулся я.

– А вы взгляните на себя в зеркало, – посоветовал генерал. – Доктор, снимите со стены и дайте ему полюбоваться. Надеюсь, хоть на это вы способны!..

Из зеркала на меня диковато глянула землистая физиономия с воспаленными, лихорадочно блестящими глазами.

– Ну и?! – Нелюбин смерил перепуганного врача испепеляющим взглядом.

– Он ч-читал в-всю ночь, – заикаясь, начал эскулап. – Ту самую тетрадь, которую вы разреш-шили ему в-взять с с-собой. Утром немного п-поспал и с-снова взялся за чтение. От еды наотрез отказался. Мы с-собирались накормить его внутривенно, но он рявкнул: "Отстаньте!", а в противном случае пообещал всех нас в "бараний рог скрутить"… Учитывая р-репутацию полковника Корсакова, мы не р-рискнули применить силу!.. Пробовали связаться с вами, но… не получилось!.. За два часа до вашего прихода он опять уснул. Мы решили, что кризис миновал, однако… – Доктор горестно умолк.

– Па-а-аня-тно, – нараспев протянул генерал. – Кризис, стало быть, миновал, вы успокоились и отправились на боковую. Тэк-тэк-тэк…

Врач задрожал как осиновый лист и сник в ожидании суровой кары.

– Не мучьте понапрасну человека, Борис Иванович, – счел нужным вмешаться я. – Он ни в чем не виноват! Горячки у меня в помине нет, а выгляжу паршиво… Гм! На то есть весомая причина!.. Кстати, я хотел бы извиниться перед доком и прочим медперсоналом за свой отвратительный характер и безобразное поведение! А вас прошу выслушать меня очень внимательно!

– Только за ужином! – отрезал Нелюбин. – Иначе…

– Хорошо, хорошо. Договорились!..

Хлебая наваристый мясной бульон, я известил генерала о семьдесят третьей сожженной колдуном папке. Описал "царство всеобщего страха" в усадьбе фонда "Прометей" и подробно рассказал о "ночном мстителе".

– Так вот где собака зарыта, – задумчиво молвил Борис Иванович, поднялся со стула и пошел извиняться перед врачом. Потом вернулся, в изысканных выражениях извинился передо мной и сказал:

– Теперь ясно, почему Кукловод пытался взорвать больничный и жилой корпуса. Под одним расположен центр слежения, ну а второй – для отвода глаз. (О папках он, по счастью, не знал.) В центре слежения наверняка сохранились видеозаписи казней. Из них мы выудим фотопортрет мстителя (как бы он там ни маскировался), обработаем на компьютере и по нему, по портрету вычислим это существо… А вы, Дмитрий Олегович, напрасно так себя изводите. Ведь, по вашим же словам, Маркарян сам забыл имя-фамилию своего любимчика. А номер нам бы ничего не дал. Поэтому успокойтесь, примите снотворное и как следует отоспитесь. Поработали вы на пять с плюсом, а дальше – наши заботы. Разберемся! Я буду постоянно держать вас в курсе дела…

Нелюбин полностью выполнил обещание. И я, лежа на больничной койке, как бы наблюдал со стороны за попытками коллег изловить чертова "мстителя". Фотографию они добыли быстро и по ней установили личность зомби. Им оказался бывший майор спецназа ГРУ, участник обеих чеченских войн Денис Ломакин, тридцати пяти лет от роду, уволенный со службы четыре месяца назад за длительные, регулярные запои. Информацией смежники делились неохотно. (Обычное явление.) Тем не менее нелюбинцы получили от них сведения, необходимые для розыска убийцы. Домашний адрес, имена-фамилии родственников и друзей, а также данные о трех его постоянных любовницах. На подготовку ушло двое суток. А затем по всем адресам одновременно выехали группы захвата и…

…повсюду обнаружили разлагающиеся трупы! В общей сложности шестнадцать человек. В том числе отца, мать и сестру чипированного спецназовца. По заключению судмедэкспертов, бывший майор поголовно вырезал родных и близких в ночь после побега из усадьбы. Кукловод учитывал возможность идентификации ценного придатка по записям казней и решил перестраховаться, на случай если не удастся уничтожить центр слежения до того, как о нем проведает ФСБ.

На поимку убийцы Нелюбин бросил все имеющиеся у него ресурсы, но… безрезультатно. Тот будто в воду канул.

На пятый день безуспешных поисков Борис Иванович снова пришел ко мне в палату и принес с собой дивиди-плеер.

– Я понял, чего… вернее, КОГО оно дожидается, – с порога заявил генерал. – Вас??!! Но прошу, не надо как всегда прибедняться, дескать, "фигура малозначительная" и тому подобное! – с ходу просек Нелюбин вертевшиеся у меня на языке возражения. – Учтите, Дмитрий Олегович, это даже не мое личное мнение, а заключение аналитического отдела!

– Ну, тады ой, – глупо сострил я.

– Через неделю вас выпишут, – не обратив внимания на дурацкую реплику, спокойно продолжил генерал. – И тогда начнется операция "Приманка". Днями будете отсыпаться в Конторе, а по ночам у себя на квартире поджидать "мстителя". Пока же просмотрите записи казней, изучите его почерк, характер… Да, да – именно характер! Как следует из дневника Маркаряна, компьютер дает Ломакину лишь установку на ликвидацию конкретного человека. (Плюс нечувствительность к боли.) В остальном же оно действует, импровизирует и изощряется вполне самостоятельно. Вы же, как нам известно, хороший психолог…

– А может, сегодня просмотрю, а завтра выпишусь?! – загорелся я. – Самочувствие нормальное, силы практически восстановились и… Уж больно не терпится порвать на куски эту тварь!

– Через неделю, – отрезал генерал и во избежание дальнейшей дискуссии покинул палату….

Делать было нечего. Я долежал оставшуюся неделю, покорно перенося тиранства врачей и в свободные часы внимательно изучая записи ночных казней. Нелюбин оказался прав. На основании увиденного я сделал немало полезных выводов… А непосредственно перед выпиской мне принесли заверенные копии известных читателю приказов и заставили расписаться в получении. (Очевидно, опасались, что я не захочу дрыхнуть дни напролет и начну потихоньку заниматься "текучкой" моего отдела.)

Вот так я и зажил по описанному в начале главы распорядку…

Сегодня на завтрак подали тертую кашицу из кокосовых орехов, бутерброды с паштетом "Эльсинор" и большую чашку черного кофе.

– Кокосовые орехи силы придают, – сказал зашедший без стука Логачев с большим свертком под мышкой.

– Ты чего там приволок? – насторожился я.

– Специальное снаряжение, которым ты уже пользовался, – "трико" и шейный доспех, – ответил он.

– Зато жив останешься, задание выполнишь, – невозмутимо парировал седой богатырь. – Не забывай, они тебе дважды жизнь спасли[43]. К тому же генерал приказал. А приказы, как известно, не обсуждаются.

– Возникли новые обстоятельства! – догадался я.

– Именно, – утвердительно кивнул Петр Васильевич. – За твоей квартирой ведется тайное наблюдение – очень грамотное, профессиональное. Мы засекли его только сегодня, да и то по чистой случайности… Наблюдает, несомненно, "ночной мститель". И грядущей ночью оно заявится "в гости". Так считают "яйцеголовые" из аналитического отдела. С вероятностью восемьдесят процентов из ста.

– Неплохие шансы, – оживился я. – Спасибо, что не ликвидировали урода, когда засекли!

– Зря благодаришь, – грустно усмехнулся Логачев. – Если б могли – обязательно замочили! Но, к сожалению, мы в тот момент находились далеко, а существо засек… спутник!

– Ого-го! – подивился я. – Неужто космические войска к операции подключили?!

– Нет, – покачал головой полковник. – Утром Нелюбин заехал к ним по делам и промежду прочим попросил проверить твой дом из космоса, в виде небольшого, дружеского одолжения.

– А фотку сделали?

– Со спины, "мазком". Иначе не получилось. Оно ужасно хитрое и осторожное. На, полюбуйся!

Логачев протянул мне цветную, широкоформатную фотографию.

– Да-а-а, настоящий мастер слежки, – осмотрев ее, констатировал я. – На снимке затылок, кусок верхней части туловища и кисть руки… С хорошо знакомой татуировкой! Аналитики правы. Это действительно оно!!!

– А теперь запоминай инструкцию, – когда я позавтракал и стал натягивать снаряжение, проворчал Логачев. – Оно умное, на мякине не проведешь. А спят в пижаме в такую погоду одни сумасшедшие, поэтому…


Краткие выдержки из личного дневника Артура Давидовича Маркаряна, сотрудника благотворительного фонда "Прометей" | Отряд зомби | * * *