home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 11

После разговора с Осипенко Соловьев целую ночь не спал, раздираемый мучительными сомнениями. «Неужели Шабанов мог так гнусно предать? – в отчаянии думал он. – Ведь я служил ему верой и правдой! Выполнял любые приказы! И относился он ко мне хорошо, почти как к родному сыну! Или Колька перегибает палку?! Привык жить по волчьим законам! Родной матери небось не доверяет!»

За окном нависла глухая, темная ночь. С улицы, вопреки обыкновению, не доносилось ни звука. Лишь время от времени громко всхрапывал на соседнем диване Осипенко. Сергей курил одну сигарету за другой, лихорадочно перебирая в уме возможные варианты. То он верил в «подставку», то не верил. Так и не придя к определенному выводу, Соловьев тем не менее принял к утру решение, на его взгляд, самое подходящее.

– Чего надумал?! – спросил за завтраком оправившийся, посвежевший Осипенко, с наслаждением глотая горячий крепкий чай. – Если брать барыгу за жопу – могу помочь! Заодно деньжат подзаработаем. Вышибание долгов – моя специализация! Приедем к козлу на хату, поставим к харе ствол и скажем – гони лавы, падла! И братве, и нам за труды! Если не поймет – совершим совместную экскурсию в ближайший лес или на кладбище, подобная процедура здорово коммерсантам мозги прочищает.

– Погоди, не гони коней, – остановил приятеля Соловьев. – Я решил сделать по-другому! Съезжу к нему сам, поговорю... Может, Шабанов здесь ни при чем! Обычное стечение обстоятельств.

– Да уж! – нахмурился Осипенко. – Я всегда подозревал, что ты дурак, но чтоб до такой степени! Собственным глазам не веришь, мудила! Пес с тобой! Поступай как знаешь. Как говорится, гром не грянет – мужик не перекрестится. Потом поймешь, кто был прав, но я от своего предложения не отказываюсь, будет совсем хреново – приходи. А сейчас извини, меня ждут дела. Нужно залатывать дырки в бюджете. Будешь уходить – оставишь ключ у Лидки из сорок седьмой квартиры...

Оставшись один, Сергей попытался заснуть, но ничего не вышло, не позволили накрученные нервы. Весь день он беспрестанно курил и метался из угла в угол, будто раненый зверь. Наконец наступил долгожданный вечер. Осипенко еще не появлялся. Дрожа от нетерпения, Соловьев выскочил наружу, уселся в свою машину, торопливо завел мотор и поехал к дому Шабанова.

Добрался он туда примерно в начале восьмого. Погода на улице оставляла желать лучшего – липкий, сырой воздух, противно моросящий дождь, промозглый подленький ветерок. Зябко поежившись, Сергей запер машину и быстро поднялся вверх по лестнице. (Дожидаться лифта не хватило терпения.) В отличие от многих других москвичей Шабанов не поставил железную дверь, справедливо полагая, что она лишь дополнительная приманка для воров и отнюдь не препятствие для опытного домушника. Взамен он обзавелся современнейшей сигнализацией, за которую выкладывал ежемесячно солидную сумму.

Позвонив, Сергей обостренным слухом уловил доносившийся из глубины квартиры приглушенный голос Шабанова. «Дома, – облегченно подумал он. – Наконец-то. Сейчас решим проблемы, накажем оборзевших бандюг...» Дверь открылась, и на пороге показалась Бэлла Петровна. Глаза мадам Шабановой метали молнии.

– Чего тебе?! – грубо спросила она.

– Николай Васильевич дома?

– Нету!

– Но я слышал голос...

– Убирайся отсюда, проклятый щенок! – истерично завизжала Бэлла Петровна. – Опротивел хуже горькой редьки!!!

– Бэлла Петровна, но... – растерянно забормотал Соловьев.

– Я сказала вон! – верещала жена бизнесмена. – Иначе милицию вызову! Чтоб духу твоего здесь не было! На лестницу начали осторожно выглядывать жильцы соседних квартир. Яростно выматерившись, Сергей побрел вниз.

– На работу можешь не приходить! Ты уволен! – выкрикнула вслед Бэлла Петровна, с грохотом захлопывая дверь...

Задыхаясь от ярости, Сергей вышел на улицу. В воздухе висел промозглый сырой туман. В сероватом мареве мелькали силуэты редких автомобилей и несчастных съежившихся прохожих, которым приходилось тащиться куда-то в такую поганую погоду.

– Ничего, сволочи, ничего! Вы еще вспомните обо мне, – с ненавистью прошипел Соловьев. Теперь у него не оставалось никаких сомнений, и Сергей с болезненной ясностью осознал – Осипенко был абсолютно прав! Какая же ты, Шабанов, сволочь!

Мелькнула мысль – вернуться обратно, мощным ударом вышибить дверь и разделаться с бывшим шефом, а заодно с его истеричной стервозой. Лишь невероятным усилием воли Соловьев удержался от искушения, поскольку умом понимал: если вламываются в квартиру – сработает сигнализация, приедет милиция. А если сигнализация чудом откажет – соседи постараются, позвонят в ближайшее отделение. Нет! Действовать надо по-другому: договориться с Осипенко, подловить где-нибудь гада Васильевича, отвезти в лес... Тогда и с бандитами можно рассчитаться, и себе кой-чего оставить. А пока – срочно ехать к Кольке.

Увлеченный подобными мыслями, Сергей не заметил две темные фигуры, крадущейся походкой приближавшиеся к нему со спины. Лишь в последний момент, что-то смутно заподозрив, Соловьев попытался обернуться, но было поздно. Сзади на шею обрушился жесткий рубящий удар, и он потерял сознание.


* * * | Подставленный | * * *