home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 6

Телевизор грохотал; Джон Изидор — сквозь великую пустоту здания — спускался на нижний этаж по устланным пылью ступеням; еще шаг — и он узнал знакомый голос Бастера Френдли, радостно болтающего для своей многомиллионной аудитории: .. Стоп, друзья! (Щщелк, трракк, щщелк!) Самое время для короткого прогноза погоды на завтра; для начала порадуем жителей Западного побережья США. Со спутника «Мангуст» нам передали, что осадки будут особенно ощутимы около полудня, а потом слегка утихнут, так что если кто из вас, проторчав все утро дома, намылится выйти прогуляться в это время… говоря о ваших ожиданиях, осталось всего десять часов до того момента, когда я сообщу нечто чрезвычайно важное; скажу вам, друзья: это действительно стоит посмотреть. Я припас для вас поразительную новость. Возможно, вы предполагаете, что это обычное… Изидор постучался; телевизор мгновенно замолчал, канув в небытие. Он не просто замолчал, он перестал существовать, как будто стук загнал его в могилу. Изидор чувствовал, даже сквозь закрытую дверь, — смолкший голос из ТВ не в счет — присутствие в квартире живого существа. Непонятые способности, вдруг проснувшиеся в нем, воспроизвели — или на самом деле восприняли — ощущение молчаливого ужаса, исходящего от загнанного в дальний угол квартиры незнакомого существа, в страхе притаившегося в безнадежной попытке избежать встречи с ним, с Изидором.

— Эй, — позвал он. — Я живу наверху. Я услышал звук телевизора. Может быть, познакомимся, а? — Он подождал, прислушиваясь; ни звука, ни движения; его слова не убедили и не успокоили незнакомца. — Я принес кусочек маргарина. Вам,

— добавил он, стоя вплотную к массивной двери, чтобы его голос проникал внутрь квартиры. — Меня зовут Дж. Р. Изидор, и я работаю на известного ветврача, мистера Ганнибала Слоата; я не бродяга; у меня есть работа. Я вожу фургон мистера Слоата. Дверь осторожно открылась, и он увидел на фоне комнаты сжавшуюся робкую фигурку, девушка выглядывала из-за двери, прячась за ней, но крепко за нее держась, как будто черпала из двери силы, чтобы устоять на ногах. Страх придавал ей нездоровый вид; черты лица и линии тела казались размытыми, казалось, что она не живое существо, а скульптура, которую разбили, а потом наспех склеили. Ее большие глаза растерянно уставились на гостя, а губы скривились в неудачной попытке улыбнуться. Он внезапно догадался и сказал:

— Вы думали, никто не живет в этом здании. Вы думали, оно давно опустело. Кивнув, девушка прошептала:

—Да.

— По-моему, это чертовски здорово, когда у тебя есть соседи, — заметил Изидор.

— Смешно, но вы мой первый сосед, — улыбнулся он. — Хотя, видит бог, в этом нет ничего смешного.

— Значит, кроме вас, здесь никого нет? — спросила девушка. — Кроме вас и меня?

— Она почувствовала себя увереннее; отпустив спасительную дверь, она выпрямилась и поправила растрепавшиеся темные волосы. Теперь он смог убедиться, что у нее отличная, хотя и миниатюрная, фигурка, красивый разрез глаз и длинные черные ресницы. Застигнутая его появлением врасплох, она была одета лишь в пижамные брючки; в комнате, он отметил, царил беспорядок. Чемоданы, лежавшие повсюду, были открыты, а их содержимое разбросано по грязному полу, что показалось Изидору вполне естественным: она въехала в квартиру совсем недавно.

— Да, кроме вас и меня, в здании никого нет, — ответил Изидор. — И я не стану вас беспокоить. — Он нахмурился: его подарок, с которым он явился, памятуя о традициях довоенных лет, принят не был. Видимо, девушка не имела представления о том, что такое подарки. Или она не знала, для чего нужен маргарин. Он интуитивно это почувствовал. Казалось, девушка озадачена маргарином еще сильнее, чем появлением гостя. Страх, видимо, возникал в глубинах ее беспомощного сознания.

— Старина Бастер, — произнес он, надеясь снять сковавшее ее напряжение. — Он вам нравится? Я смотрю его каждое утро, а потом еще и вечером, когда возвращаюсь домой; я смотрю его за ужином. Смотрю и ночную передачу, пока не отправляюсь спать или пока не отключится ТВ.

— Кто… — хотела что-то сказать девушка, но сразу же остановилась, рассерженно сжав губы. Очевидно, рассердившись на саму себя.

— Бастер Френдли, — объяснил он. Казалось странным, что девушка ничего не слышала о самом остроумном комике телевидения. — Откуда вы приехали? — спросил он с любопытством.

— Не думаю, что это самое главное. — Она окинула его быстрым взглядом и, казалось, заметила нечто такое, что уменьшило ее сомнения; тело заметно расслабилось, а поза стала естественнее. — Буду очень рада, если вы составите мне компанию, — сказала она. — Но позже, когда я немного освоюсь. Только не сейчас, конечно.

— Почему? — ошарашенно спросил он; почти все ее ответы приводили его в подобное состояние. Возможно, подумал Изидор, он слишком долго жил здесь в одиночестве. Возможно, он выглядит в глазах других людей несколько странно. Говорят, что для пустоголовых именно это и характерно. Он нахмурился еще сильнее. — Я мог бы помочь вам распаковать вещи, — предложил он, ожидая, что дверь вот-вот захлопнется перед его носом. — И расставить вашу мебель.

— У меня нет мебели, — сообщила девушка, — а все эти вещи, — она обвела рукой комнату, — они, здесь стояли и раньше.

— Они вам не подходят, — заметил Изидор. Он мог определить это с первого взгляда. Стулья, ковер, столы… все насквозь прогнило; жертвы неумолимого времени, они все глубже погружались в пучину прошлого. И полной заброшенности. Никто не жил в этой квартире долгие годы. Даже он не мог представить себе, как девушка собирается жить в такой обстановке.

— Послушайте, — искренне сказал Изидор, — если как следует осмотреть дом, можно найти мебель поприличнее. Где-нибудь найдется лампа, где-нибудь стол…

— Спасибо за совет, — кивнула девушка. — Я так и поступлю. Сама все сделаю.

— Вы в одиночку собираетесь осмотреть все эти квартиры? — Он не мог поверить в это.

— Почему бы нет? — переспросила она и вновь напряглась, на ее лице появилась отчетливая гримаса страха; она боялась сказать что-нибудь несуразное или ответить невпопад. Изидор постарался объяснить:

— Я пытался сделать это. Однажды. С тех пор я мчусь прямиком в свою квартиру, стараясь не вспоминать, что она в доме не единственная. Квартиры, в которых никто не живет… сотни квартир с имуществом, оставшимся от людей, даже семейные фотографии и одежда. Те, кто умер, не могли ничего взять с собой, а те, кто эмигрировал, просто не захотели. Все это здание, кроме моей квартиры, полностью захламлено.

— Захламлено? — Она опять ничего не поняла.

— Хлам — бесполезные вещи вроде разорванных конвертов, пустых спичечных коробков, оберток от жевательных резинок или использованных гигиенических салфеток. Когда никого нет поблизости, хлам самовоспроизводится. Например, если вы не уберете хлам в своей квартире, прежде чем лечь спать, наутро, проснувшись, вы обнаружите, что его стало в два раза больше. И его повсюду становится все больше и больше.

— Понимаю, — растерянно ответила девушка, не зная верить ему или нет.

— Так звучит Первый Закон Хлама, — произнес он. — Хлам всегда вытесняет нехлам. Как закон Грешема о фальшивых деньгах. В квартирах этого дома давно уже некому воевать с хламом.

— И он полностью захватил дом, — досказала за него девушка и кивнула: — Теперь я все поняла.

— Квартира, которую вы себе выбрали, — сказал он, — слишком захламлена, чтобы в ней жить. Но можно будет подобрать вам другое место, как я уже сказал, с более низким уровнем захламленности. Но… — он прервал свои рассуждения.

— Почему — но?

— Нам не удастся победить хлам, — ответил Изидор.

— Почему? — Девушка вышла в холл, прикрыв за собой дверь; она предстала перед ним, прикрыв ладонями маленькие высокие груди, и все же она вышла с явным намерением разобраться в том, что он говорит, или ему, по крайней мере, так показалось. Главное, что она наконец-то слушала его.

— Никто не справится с хламом, — произнес он. — Можно ненадолго победить его только в одном месте. Мне в данное время удалось уравновесить чашу весов между хламом и нехламом в своей квартире. Но стоит мне умереть или куда-то надолго уехать, и хлам тут же возьмет свое. Это универсальный принцип, он действует везде во Вселенной. Наша Вселенная движется к финальной стадии полного и абсолютного Захламления. — Но мгновенно уточнил: — Исключая, конечно же, склон великого восхождения Уилбера Мерсера. Девушка вопросительно на него посмотрела:

— Непонятно.

— Все дело в сути мерсеризма. — Он вновь почувствовал недоумение. — Разве вы не участвуете в слиянии? Разве у вас нет эмпатоскопа? После паузы девушка осторожно произнесла:

— Я не захватила его с собой, полагая, что здесь подберу другой.

— Н-но в-ведь эмпатоскоп, — произнес он, заикаясь от волнения, — это самое ценное, что принадлежит каждому из нас! Он — часть тела, как нога или рука; с его помощью мы общаемся с другими людьми, соприкасаемся с их мыслями и чувствами, он — средство против одиночества. Хотя… зачем я объясняю… вы знаете и без меня… Это все знают. Мерсер не отталкивает от себя даже таких, как я… — Он замолчал. Резко, но слишком поздно; он уже все ей сказал, и теперь она знает, кто он такой. Изидор прочитал на ее лице быстрое, как вспышка, неожиданное отвращение. — Я почти прошел тест, — сообщил он сбившимся, дрожащим голосом. — Я не конченый специал, всего лишь умеренный; совсем не такой, о которых вы, несомненно, слышали. Но ведь это не причина даже для Мерсера…

— Насколько я осведомлена, это считается основным недостатком мерсеризма. — Голос ее прозвучал отчетливо и безразлично; она не более чем констатировала известный ей факт, догадался он. Факт своего отношения к пустоголовым.

— Видимо, мне лучше подняться к себе, — сказал он и двинулся в сторону лестницы, сжав в ладони кусочек маргарина, который стал мягким и пластичным, вобрав в себя тепло его руки. Девушка наблюдала за тем, как он уходит, но ее лицо абсолютно ничего не выражало. Неожиданно она крикнула ему вслед:

— Подождите! Повернувшись, он переспросил:

— Зачем?

— Мне нужна ваша помощь. Помогите подобрать подходящую мебель. Из других квартир, как вы и предлагали. — Она двинулась ему навстречу, ее обнаженное до талии тело было гладким и грациозным: ни грамма лишнего веса.

— В какое время вы возвращаетесь с работы? Вы сможете мне помочь? Изидор обрадованно поинтересовался:

— А вы могли бы приготовить ужин? Если я вернусь домой с продуктами?

— Нет. У меня слишком много самых разных дел. — Девушка так легко отказалась от его предложения, что он отметил: она отмахнулась, даже не поняв смысла вопроса. Теперь, когда рассеялся ее первоначальный страх, в ней стало проявляться что-то еще. Что-то более странное. И, подумалось ему, достойное сожаления. Холодность. Будто дыхание пустоты между населенными мирами, а фактически из ниоткуда; вакуум рождался не из того, что она говорила или делала, наоборот — из того, чего она не говорила и чего не делала.

— В другой раз, — сказала девушка, развернулась и неспешно двинулась в свою квартиру.

— Запомнили мое имя? — нетерпеливо воскликнул он. — Джон Изидор, и я работаю…

— Вы уже сообщили мне, какой фургон водите и на какую фирму работаете. — Она резко остановилась, толчком распахнула дверь. — Ваш хозяин — какой-то ужасный тип по имени Ганнибал Слоат, который, я уверена, существует только в вашем воображении. Меня зовут… — Прежде чем войти в квартиру она бросила на него последний, полностью лишенный теплоты взгляд и настороженно произнесла: — Я Рейчел Роузен.

— Из «Роузен Ассошиейшн»? — спросил он. — Крупнейшего производителя гуманоидных роботов Солнечной системы, которые используются в нашей колониальной программе? Непонятное выражение промелькнуло на ее лице, но тут же исчезло.

— Нет, — ответила она. — Я ничего о них не слышала. Я не знаю, чем занимается эта корпорация. Думаю, ее деятельность — плод вашего больного воображения. Джон Изидор и его личный эмпатоскоп. Бедный мистер Изидор.

— Но ваше имя подразумевает, что вы…

— Мое имя, — отчеканила девушка, — Прис Стрэттон. Это мое имя по мужу; я пользуюсь только этим именем и никогда не называю себя иначе. Вы тоже можете называть меня Прис. — Она о чем-то задумалась и сказала: — Нет, лучше если вы будете обращаться ко мне «мисс Стрэттон». Ведь мы совсем не знаем друг друга. По крайней мере, я не знаю вас.


Глава 5 | Мечтают ли андроиды об электроовцах? | Глава 7