home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 12

Подъехав к стоянке у магазина, Марго не увидела своего мужа. Заглушив мотор, она некоторое время смотрела на стеклянную дверь супермаркета. Обычно в это время он уже свободен...

Немного посидев, она направилась ко входу.

— Марго! — окликнул ее Вик. Он появился с другого конца магазина, где находились склады. По походке и напряженному лицу Марго поняла — что-то случилось.

— У тебя все в порядке? — спросила она. — Уж не согласился ли ты выйти в воскресенье?

Спор о работе по выходным тянулся уже несколько лет.

Вик взял ее за руку и повел назад к машине.

— Сегодня я с тобой не поеду. — Открыв дверцу, он втолкнул жену внутрь, потом сел рядом и поднял стекла.

Со стороны склада к ним приближался фургон с прицепом.

«Что будет, если такое чудовище на нас наедет? — подумала Марго. — Одно касание переднего бампера — и ни от нас, ни от машины ничего не останется».

— Что он делает? — заволновалась Марго. — По-моему, парень вообще впервые сел за руль. К тому же этот выезд не для грузовиков, разве нет? Ты сам говорил...

— Послушай, — оборвал ее Вик. — Там, в грузовике — Рэгл.

Марго вытаращила глаза. Потом вгляделась. Рэгл едва заметно махнул ей рукой из кабины.

— Вы что, решили ехать домой на этой штуке? И парковать ее возле дома? — В сознании Марго пронеслась картина: чудовище стоит у крыльца, и все соседи узнают, что ее муж работает в овощном магазине. — Слушай, этого нельзя делать. Я серьезно.

— Я не собираюсь ехать на нем домой. Мы с твоим братом решили немного покататься. — Вик обнял ее и поцеловал. — Когда вернемся, не знаю. Не переживай за нас. Я бы хотел, чтобы ты кое-что сделала...

— Вы оба едете? — перебила Марго. Она ничего не могла понять. — Объясни, наконец, что происходит!

— Главное, что ты должна сделать, — это сказать Биллу Блэку, что Рэгл и я задержались в магазине. Больше ничего. Поняла? Когда бы ни появился Блэк, ты ему скажешь, что Рэгл только что звонил из магазина. Даже если будет два часа ночи. Дескать, я попросил помочь провести инвентаризацию на случай неожиданной проверки.

— Ответь хоть на один вопрос. — Марго уже поняла, что многого от Вика не добьешься. — В ту ночь, когда Рэгла привез таксист, он был с Джуни Блэк, да?

— Нет.

— Ты хочешь увезти Рэгла, чтобы Блэк не нашел и не убил его?

Вик взглянул на жену.

— Ты заблуждаешься, дорогая. — Он еще раз поцеловал ее, потрепал по плечу и открыл дверцу машины. — Попрощайся за нас с Сэмми... Что? — крикнул он, высунувшись из машины. Потом добавил жене: — Рэгл просит передать Ловери из газеты, что он нашел конкурс, где платят больше.

Улыбнувшись, Вик побежал к грузовику, его лицо появилось в кабине рядом с лицом Рэгла.

— Пока! — крикнул Рэгл. Он и Вик замахали руками. С диким ревом, выпуская из трубы клубы черного дыма, трейлер выехал со стоянки. Движение остановилось. Трейлер неуклюже повернул направо и исчез за магазином. Некоторое время до Марго доносился рев набиравшего обороты двигателя.

Они спятили, обреченно подумала Марго. Она машинально повернула ключ в замке зажигания, мотор завелся. Его жужжание окончательно заглушило гул фургона.

Вик пытается спасти Рэгла, увезти его в безопасное место. Джуни говорила, что обращалась к адвокату. Неужели они собираются пожениться? Но Билл может отказать в разводе. Не приведи Бог иметь золовкой Джуни... Размышляя над всем этим, Марго медленно ехала домой.

Трейлер влился в транспортный поток вечернего города.

— Ты не боишься, что эти фургоны исчезают в миле от города? — спросил Вик.

— Им надо завозить еду. Ну, как в зоопарк. — Очень похоже, подумал Рэгл. — Мне кажется, что эти парни, разгружающие коробки с креветками в рассоле и бумажными полотенцами, — связные между нами и реальным миром.

— Надеюсь, он еще дышит, — сказал Вик, вспомнив про водителя.

Они дождались, пока на стоянке останется один трейлер. Улучив момент, когда Тед, водитель, укладывал внутри фургона коробки на погрузчик, они с Рэглом закрыли и задвинули засовом тяжелые металлические двери. Потом кинулись в кабину прогревать мотор. На все ушло не больше минуты. Как раз в этот момент приехала Марго.

— Будем надеяться, что это не рефрижератор, — заметил Рэгл.

— А не лучше ли было оставить его в магазине? В складские помещения никто не заглядывает.

— Я интуитивно чувствую, что с ним все в порядке, — сказал Рэгл. — Не спрашивай, каким образом.

Вик промолчал. Он посмотрел на дорогу. Центральная часть города осталась позади, машин стало меньше. Магазины уступили место роскошным виллам, маленьким современным домикам в один этаж с огромными телемачтами. У подъезда стояли дорогие автомобили, за высокими выкрашенными под красное дерево заборами сушилось белье.

— Интересно, где нас остановят? — спросил Рэгл.

— Может, нигде.

— Остановят, но мы к тому времени, надеюсь, пересечем границу.

Дома попадались все реже. Грузовик мчался мимо заправок, шумных кафе, киосков с мороженым, мотелей. Утомительный парад мотелей... Словно мы уже проехали тысячу миль и вот въезжаем в незнакомый город, подумал Рэгл. Нет ничего более чужого и неприветливого, чем вывески заправок и мотелей на окраине родного города. Ты их не узнаешь, а вроде бы должен к ним что-то испытывать.

Но мы больше не собираемся здесь жить. Мы уезжаем. Навсегда.

Они уже выехали в открытое поле. Последний перекресток, железнодорожная колея... Вдали показался бесконечно длинный товарный поезд. Над фабричными трубами застыли клубы дыма.

— С этим ничто не сравнится. Особенно на закате, — сказал Вик. — Кстати, вон твое жареное мясо.

Справа Рэгл увидел вывеску «Жареное мясо и напитки Фрэнка». Достаточно современно, чисто, новые машины на стоянке. Трейлер промчался мимо. Закусочная осталась позади.

— Ну вот, на этот раз ты выбрался дальше, — заметил Вик.

Дорога уходила в гряду холмов. Я шел вверх, вспомнил Рэгл. Захотелось погулять? Неужели я мог так нагрузиться?

Они ехали и ехали. Бесконечные поля и холмы, дорога с редкими знаками — все слилось в монотонный, однообразный пейзаж. Вдруг, совершенно неожиданно, холмы исчезли, и трейлер вылетел на длинный и плавный спуск.

— Фу ты, — выдохнул Рэгл. — Аж мороз по коже. Вести такую махину под уклон... — Он уже перешел на низшую передачу, достаточную, по его расчетам, чтобы удержать трейлер. Хорошо, что мы без груза, подумал он. Пожалуй, справлюсь. Пока прогревался двигатель, Рэгл успел изучить табличку переключения передач. — Зато у нас чертовски мощный сигнал.

Он пару раз нажал на кнопку, и Вик чуть не подпрыгнул. В конце спуска виднелся черно-желтый указатель, рядом можно было различить несколько наспех построенных ангаров. Выглядело все довольно мрачно.

— Ну вот, — проговорил Вик. — Ты это имел в виду?

Возле ангаров уже стояли в линию несколько трейлеров, возле них ходили люди в форме. Над дорогой качался на ветру знак:

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИНСПЕКЦИЯ

СЕЛЬХОЗПРОДУКТОВ

ГРУЗОВОМУ ТРАНСПОРТУ

ДВИЖЕНИЕ ПО ПРАВОМУ РЯДУ ЧЕРЕЗ ВЕСЫ

— Это нам, — прошептал Вик. — Весы. Нас будут взвешивать. Если они все проверяют, то обязательно откроют фургон. — Он посмотрел на Рэгла. — Может, придумаем что-нибудь с Тедом?

Поздно, подумал Рэгл. Инспектора их уже увидели. У первого ангара две черные полицейские машины стояли так, чтобы в любой момент выскочить на шоссе. От них мы не уйдем, решил Рэгл. Ничего не оставалось, кроме как проследовать на весы. Он сбросил скорость и хотел уже остановиться, когда инспектор в отутюженных темно-синих брюках и голубой рубашке с бляхой показал, чтобы они проезжали.

— Нам не надо останавливаться, — возбужденно прошептал Рэгл. — Это все для видимости! — Он помахал инспектору в ответ, Вик сделал то же самое. Тот уже повернулся к ним спиной. — Они не останавливают фургоны, только машины с пассажирами. Мы проскочили!

Ангары и знак остались позади. Мы действительно выбрались, думал Рэгл. Ни одна другая машина здесь бы не прошла. А эти фургоны целыми днями мотаются туда-сюда... В зеркало он увидел, как мимо инспектора проехали еще три трейлера. Стоящие в линию у ангара грузовики оказались макетами, как и все прочее.

— Ни один, — сказал Рэгл. — Ни один из них не остановился.

— Ты был прав. — Вик откинулся на спинку сиденья. — Думаю, если бы мы поехали на «фольксвагене», нам бы сказали, что некая разновидность насекомых поразила обивку машины. Японские жуки... Необходимо, мол, вернуться, все опрыскать и пройти повторный осмотр через месяц. И так до бесконечности.

Рэгл заметил, что после контрольного пункта изменилась сама дорога. Теперь она разделилась на две, по шесть полос в каждой, стала абсолютно прямой и ровной. И под колесами уже не бетон. Он не мог определить, по какому покрытию они сейчас едут.

Это уже снаружи, думал Рэгл. Внешняя дорога, которую мы никогда не должны, были увидеть.

Грузовики сзади и спереди. Одни везут продовольствие в город, другие идут порожняком обратно. Муравьиные Дорожки — взад и вперед. Бесконечное движение. И ни одной легковой машины. Только рев дизельных трейлеров.

Вдруг Рэгла осенило: исчезли рекламные щиты.

— Зажги фары, — сказал Вик. На равнину и холмы опустилась вечерняя мгла. У идущего навстречу тяжеловоза фары уже горели. — Надо соблюдать правила. Какими бы они ни были.

Рэгл включил свет. Вечер казался спокойным и грустным. Низко над землей пронеслась птица, в воздухе мелькнул четкий силуэт крыльев.

— Как у нас с топливом? — спросил Рэгл.

Наклонившись, Вик разглядел показания прибора.

— Полбака. Честно говоря, я не представляю, на сколько ему хватает одной заправки. Без груза мы должны уйти на приличное расстояние. Многое зависит и от рельефа. Тяжелые машины много топлива тратят на подъемы, часто застревают или ползут на самой низкой передаче со скоростью десять миль в час.

— Наверное, пора выпустить Теда, — сказал Рэгл. До него вдруг дошло, что здесь могут оказаться бесполезными их деньги. — Нам надо покупать топливо и еду, а мы не знаем где. И вообще не знаем, сможем ли мы тут что-нибудь купить. При нем должны быть кредитные карточки. И действующие деньги.

Вик вывалил на колени кучу бумаг из бардачка.

— Кредитные карточки, маршрутные листы, талоны на питание. А денег действительно нет. Посмотрим, что можно сделать с кредитными карточками. Обычно ими пользуются в мотелях. Если они здесь есть. Как ты думаешь, попадется нам мотель?

— Не знаю, — ответил Рэгл.

Тьма поглотила ландшафт по обе стороны дороги; междугородные трассы не освещались, и подсказки ждать не приходилось. Одна плоская равнина до самого горизонта. Там небо окрашивалось в сине-черный цвет. Появились звезды.

— Мы можем дождаться утра? Или надо ехать всю ночь?

— Не знаю, — упрямо процедил Рэгл.

На повороте фары высветили кусок забора и какие-то вьющиеся растения. Такое чувство, будто все это уже было, подумал Рэгл.

Вик продолжал изучать добытые бумаги.

— Что ты на это скажешь?

Он вытащил яркую длинную полоску бумаги. Рэгл прочел:

ЕДИНЫЙ СЧАСТЛИВЫЙ МИР

На люминесцентных концах ленты в форме буквы были нарисованы змеи.

— Она прилипает с изнанки, — сказал Вик. — Наверное, наклеивается на бампер. — Спустя мгновение Вик тихо пробормотал: — Рэгл, давай я подержу руль. Рассмотри ее получше. — Он взялся за руль и передал ленту Рэглу. — Внизу. Мелким шрифтом.

Подняв ее к лампочке в потолке кабины, Рэгл прочел:

— «Федеральный закон запрещает передвижение без данной ленты». — Он вернул ее Вику. — Нам придется столкнуться со многим, чего мы не понимаем.

Ленточка его встревожила. Это как мандат. Она должна быть на бампере или где-нибудь еще.

— Да их здесь много. — Вик вытащил из бардачка целый клубок. — Наверное, приклеивают каждый раз, когда делают ходку. А при въезде в город срывают.

На ровном участке дороги, где не было других грузовиков, Рэгл съехал на обочину, остановил машину и поставил ее на ручной тормоз.

— Пойду взгляну, хватает ли ему воздуха. — Открыв дверь кабины, он добавил: — Заодно спрошу про ленточку.

— Сомневаюсь, что он ответит, — нервно сказал Вик.

В темноте Рэгл осторожно дошел до конца фургона, там поднялся по металлической лестнице и постучал в дверь.

— Тед! Тед, или как там тебя! Все в порядке?

Из фургона раздался хрипловатый голос:

— Да! Все в порядке, мистер Гамм!

Даже здесь, подумал Рэгл. На обочине пустого шоссе между двумя городами. Меня опять узнали.

— Послушайте, мистер Гамм! — Водитель прижался ртом к двери. — Вы же не представляете, что здесь, верно? Вы и понятия не имеете. Послушайте, у вас нет ни малейшего шанса избежать неприятностей для себя и всех остальных. Поверьте мне на слово. Я вас не обманываю! Придет время, вы меня вспомните. И скажете спасибо. Вот, возьмите.

В щель между створками двери просунулся квадратик белой бумаги и полетел к земле. Рэгл поймал его. Карточка, на обратной стороне которой водитель написал номер.

— Ну и что?

— Когда доедете до следующего города, оставьте машину и позвоните по этому телефону.

— Далеко до следующего города?

После паузы водитель сказал:

— Я не уверен, но должно быть близко. Отсюда, знаете ли, не очень удобно следить за расстоянием.

— Тебе хватает воздуха?

— Хватает. — Водитель отвечал покорным, но странно взволнованным голосом. — Мистер Гамм, вы должны мне верить. Мне все равно, сколько вы меня здесь продержите, однако в течение часа или двух вам придется вступить с кем-нибудь в контакт.

— Почему? — спросил Рэгл.

— Не могу сказать. Послушайте, вы достаточно хорошо все продумали. Значит, кое-какие представления у вас есть. И вы должны понимать, что это не чья-то прихоть — выстроить все эти дома, улицы и навезти туда старых машин.

Продолжай, подумал Рэгл.

— Вы даже не знаете, как управлять фургоном с прицепом. А если попадется затяжной спуск? Это штука берет сорок пять тысяч фунтов; сейчас, конечно, она столько не весит. Но вас может занести. Кроме того, не под всякую эстакаду можно проехать без риска. Вы, скорее всего, и не подозреваете, какие у нее габариты, не знаете, какую передачу включать на спуске, и все такое.

Водитель замолчал.

— Для чего нужны клейкие ленточки? — спросил Рэгл. — С Девизом и змеей?

— Слушайте, мистер Гамм, — взревел водитель, — если лента все еще не приклеена, вас могут в любую минуту разнести в клочья! Видит Бог, я говорю правду.

— Как ее надо клеить?

— Выпустите меня, тогда покажу. Я не буду вам объяснять. — С водителем начиналась истерика. — Откройте, и я приклею сам, иначе, клянусь Господом, вы не разминетесь с первым же танком.

Танки, подумал Рэгл. Ему стало не по себе. Он спрыгнул с лестницы и пошел к кабине.

— Наверное, придется его выпустить, — сказал он Вику.

— Я слышал, — ответил Вик. — Его так или иначе надо выпускать, мы уже выбрались.

— Он мог бы ехать с нами.

— Я бы не стал рисковать.

Рэгл вернулся, поднялся по лестнице и выдернул засов. Дверь распахнулась, и водитель, все еще бормоча ругательства, тяжело спрыгнул на землю.

— Вот лента, — сказал Рэгл. — Что нам еще надо знать?

— Вам лучше бы знать все, — с горечью произнес водитель. Опустившись на колени, он наклеил ленту на задний бампер и разгладил ее кулаком. — Как вы собираетесь заправляться?

— По кредитной карточке, — ответил Рэгл.

Водитель со смехом выпрямился.

— Эта кредитная карточка годится для... — Он замолчал. — Для города. Это имитация обычной карточки «Стан-дард Ойл». Ими не пользуются уже двадцать лет... Все ограничено, и керосин для грузовиков тоже.

— Керосин, — повторил Рэгл. — Я думал, он на дизельном топливе.

— Нет. — Водитель помолчал, потом нехотя выдавил: — Это не дизель. Труба ложная. На самом деле здесь турбина. Тягач потребляет керосин. Но вам его не продадут. Вас мгновенно раскроют. А вы... — его голос снова поднялся до зловещего крика, — вы не можете рисковать. Не имеете права!

— Сядешь в кабину? — спросил Рэгл. — Или останешься здесь? Решай сам. — Ему хотелось быстрее поехать.

— А ну вас к черту!

Водитель развернулся и пошел по обочине, засунув руки в карманы и наклонив корпус вперед.

Когда его силуэт растворился во мгле, Рэгл подумал, что это он во всем виноват. Не надо было открывать дверь. Теперь уже ничего не поделаешь, я не могу догнать его и ударить по голове. В драке он справится с нами обоими.

Как бы то ни было, толком он ничего не объяснил. Мы не за этим ехали.

Рэгл вернулся к кабине.

— Сбежал. Хорошо, что хоть с монтировкой не кинулся.

— Нам лучше трогать. — Вик поежился. — Хочешь, я поведу? Он наклеил ленточку?

— Наклеил.

— Интересно, скоро он нас заложит?

— Его так или иначе пришлось бы отпустить, — ответил Рэгл.

В течение часа им не попалось ни одного признака жилья или какой-либо деятельности человека. Затем совершенно неожиданно за крутым поворотом и спуском замелькали яркие голубые огоньки.

— Ну вот, — сказал Вик. — Что будем делать? Если мы остановимся...

— Попробуй не остановись.

Рэгл уже разглядел перегородившие дорогу автомобили и людей в форме.

К трейлеру, покачивая фонариками, шли несколько человек. Один из них скомандовал:

— Заглуши мотор. Свет оставь. Выходи.

Выбора не было. Рэгл открыл дверцу и спустился, Вик последовал за ним. Человек с фонариком был в форме, но в темноте Рэгл не мог ничего разобрать. Он осветил лица Рэгла и Вика и приказал:

— Откройте фургон.

Рэгл повиновался. Человек в форме и двое его помощников забрались внутрь. Потом спрыгнули на землю.

— Все в порядке. — Один из них вручил Рэглу лист бумаги — какой-то стандартный бланк.

— Можете проезжать.

— Благодарю.

Рэгл и Вик молча залезли в кабину, завели мотор и тронулись с места. Спустя некоторое время Вик произнес:

— Давай посмотрим, что он тебе дал.

Рэгл вытащил из кармана бланк. «Сертификат пограничной зоны. Проход 3.4.98».

— Вот тебе и дата! — воскликнул Рэгл. — Третье апреля тысяча девятьсот девяносто восьмого года.

— Они вроде остались довольны, — сказал Вик. — Во всяком случае, того, что они ищут, у нас нет.

— Они были в форме.

— Да, похоже на армию. Один с автоматом, но я не разобрал, с каким. Наверное, идет война или что-то в этом роде.

Военная диктатура, подумал Рэгл.

— Они рассмотрели наклейку на бампере? — спросил Вик. — В этой нервотрепке я даже не обратил внимания.

— Я тоже, — признался Рэгл.

Немного погодя впереди показались огни города. Самые разные: ровные ряды фонарей — должно быть, улицы, — неоновые вывески и надписи...

— Через пограничный пункт мы прошли нормально, — заметил Вик. — Если нам это удалось, значит, мы вполне можем зайти в закусочную и взять пару бутербродов. Я так и не ел после работы. — Он отвернул рукав и взглянул на часы. — Десять тридцать. Не ел с двух часов.

— Мы остановимся, — сказал Рэгл. — Попытаемся заправиться, если не получится — бросим грузовик.

Стрелка показывала, что бак почти пуст. Топливо кончилось на удивление быстро, хотя и проехали они немало. Несколько часов непрерывной езды.

Едва начался город, как Рэгл почувствовал, что чего-то не хватает. Заправок. Когда шоссе приближается к городу, даже небольшому, первое, что бросается в глаза, — это вереница заправочных станций по обе стороны дороги.

— Паршиво, — пробормотал Рэгл. Хотя, впрочем, не было и движения. Ни машин, ни бензозаправок — или керосиновых, если у них так принято. Неожиданно Рэгл сбросил скорость и свернул с главной дороги. У обочины он остановился.

— Правильно, — одобрил Вик. — Лучше пойдем пешком. Мы слишком мало знаем, чтобы разъезжать на этой штуке по городу.

Они вылезли из машины и растерянно остановились под тусклым уличным фонарем. Дома вроде бы были обычные — небольшие, одноэтажные, квадратные, с черными в ночной темноте лужайками. Дома, подумал Рэгл, не очень изменились с тридцатых. Особенно когда смотришь ночью.

— Что будем делать, если нас остановят? — спросил Вик. — Вдруг они потребуют удостоверения? Надо договориться заранее.

— Как мы можем договариваться, если не знаем, что у нас спросят? — Слова водителя не выходили у Рэгла из головы. — Там видно будет.

Первые же огни оказались придорожным кафе. Внутри у стойки ели двое мальчиков. Светловолосые, с виду — старшего школьного возраста. Прически одинаковы: высоко торчащие гребни с воткнутыми перьями. На обоих были сандалии, яркие голубые халаты, напоминающие тоги, на руках металлические браслеты. Когда один наклонил голову, отхлебывая из чашки, Рэгл увидел на щеках татуировку. И уже совсем не веря глазам, Рэгл понял, что у него подпилены зубы.

За стойкой стояла официантка средних лет в обычной кофточке и с обычной прической. Но подростки... Рэгл и Вик разглядывали их через окно, пока официантка не подняла голову.

— Давай лучше войдем, — сказал Вик.

Дверь при их приближении открылась.

Молодые люди пристально следили, как вошедшие усаживаются за столик в нише. Интерьер кафе, обстановка, надписи и освещение показались Рэглу обычными. Меню тоже. Но вот в ценах было не разобраться: 4.5, 6.7, 2.0. Понятно, что это не доллары и центы. Рэгл огляделся, словно пытаясь определиться с выбором. Официантка взяла свой блокнот.

Один из парней кивнул начесанной головой в сторону Вика и Рэгла и проговорил подчеркнуто громко:

— А у парней в галстуках — жим-жим.

Его товарищ захохотал.

Официантка подошла к столику.

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, — пробормотал Вик.

— Я вас слушаю.

— А что бы вы посоветовали? — спросил Рэгл.

— Смотря насколько вы голодны.

Деньги, подумал Рэгл. Проклятые деньги.

— Значит, так, — сказал он, — ветчина, сэндвич с сыром и кофе.

— Мне то же самое, — попросил Вик. — И пирог а ля мод.

— Простите?

— Пирог с мороженым.

— О! — Официантка кивнула и отошла к стойке.

Один из парней сказал отчетливо:

— Ребята в галстуках раскатали губу. Тебе не кажется... — Он заткнул уши большими пальцами, и второй опять захохотал.

Когда официантка принесла сэндвичи с кофе и отошла, один из парней крутанулся на стуле и сел лицом к ним. Рэгл заметил, что татуировка на щеках соответствует рисунку на браслетах. Он разглядывал причудливые линии, пока не догадался — сюжеты с античных ваз: Афина с совой, Кора поднимается с Земли.

На этот раз молодой человек обратился непосредственно к ним:

— Эй вы, лунатики!

По шее Рэгла побежали мурашки. Он сделал вид, что занят своим сэндвичем; напротив склонился над тарелкой бледный и потный Вик.

— Эй!

— Хватит, или выставлю за дверь! — вмешалась официантка.

— Ребята в галстуках, — сказал ей парень и снова заткнул уши большими пальцами. На нее это, однако, не произвело впечатления.

Нет, подумал Рэгл, так я здесь не выживу. Водитель был прав.

— Пойдем, — бросил он Вику.

— Да, время.

Вик поднялся, прихватив сэндвич, и нагнулся допить кофе.

Теперь расчет, подумал Рэгл. Мы обречены.

— Нам пора, — сказал он официантке. — Посчитайте и пирог. Сколько всего?

— Одиннадцать девять. — Официантка протянула счет.

Рэгл открыл кошелек. Все внимательно следили за его действиями. Увидев банкноты, официантка воскликнула:

— О Боже! Сколько лет я не видела бумажных денег! Думаю, они еще в ходу. Ральф, — обратилась она к первому парню, — государство еще принимает бумажные деньги?

Тот кивнул.

— Подождите, надо пересчитать... Получается 1.40. Только сдачу я дам в жетонах. Если не возражаете. — С извиняющимся видом официантка взяла из кассы несколько пластмассовых кружочков, шесть из которых отдала Рэглу, получив от него пять долларов. — Спасибо.

Когда Рэгл с Виком ушли, она снова склонилась над помятой книжкой в обложке.

— Ну и ну, — бормотал Вик, ковыляя рядом с Рэглом по темной улице. — Вот так испытание. — Они дожевывали остатки своих сэндвичей. — Ну и детки... Ублюдки чертовы!

Лунатики, подумал Рэгл. Они что, узнали нас?

— Какие планы? — спросил Вик. — Нашими деньгами, во всяком случае, можно рассчитываться. К тому же у нас теперь есть немного местных. — Он щелкнул зажигалкой, чтобы получше рассмотреть жетоны. — Из пластмассы. Вероятно, экономят металл. Очень легкие. Как продовольственные жетоны во время войны.

Да, подумал Рэгл. Продовольственные жетоны. Монетки из какого-то непонятного сплава, не из меди. А теперь жетоны. Талоны.

— Никакой светомаскировки, между прочим. Везде свет.

— Все-таки здесь все по-другому, — начал Вик. — Свет горит, когда... — Он вдруг замолчал. — Слушай, я не понимаю. Я помню Вторую мировую войну. Но вообще-то я ее не должен помнить! Она же была пятьдесят лет назад. До моего рождения. И я не жил ни в тридцатых, ни в сороковых. И ты не жил... Может, хватит с нас? Выбрались. Увидели все это. — Его передернуло. — У них подпилены зубы.

— И говорят они на каком-то варварском жаргоне.

— Ну.

— Раскрашены, как африканские дикари, носят украшения... — А мне, тем не менее, сказали «лунатик», подумал Рэгл. — Они знают, — сказал он вслух. — Знают про меня. Но им все равно. — Ему почему-то стало не по себе. — Зрители. Циничные, насмешливые молодые лица.

— Странно, что они не в армии, — заметил Вик.

— Может, скоро попадут.

Рэглу эти мальчишки показались совсем юными. Лет шестнадцать или семнадцать.

Они все еще стояли на углу, когда по пустынной улице раздались шаги.

— Эй ты, лунатик! — Из темноты ленивой походкой вышли два парня, скрестив руки, остановились в свете фонаря, равнодушные и безразличные. — Ну-ка, ребята, стоп-стоп.


Глава 11 | Свихнувшееся время | Глава 13