home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 7

Когда он приехал, дома не было ни души. На мгновение его охватила паника.

— Марго!

Вик метался по комнатам, отчаянно пытаясь взять себя в руки.

Наконец он заметил открытую дверь на задний двор. Вышел и огляделся. По-прежнему никаких признаков домашних. Ни Рэгла, ни Марго, ни Сэмми — никого.

Вик пошел по дорожке мимо бельевых веревок, мимо клумбы с розами к прилепившемуся к забору сарайчику Сэмми.

Как только он постучал, открылась смотровая щель и блеснули глаза сына.

— Привет, папа!

Засов вытащили, и дверь распахнулась. В сарае с наушниками на голове сидел за столом Рэгл. Рядом с ним перед большой стопкой бумаги — Марго. Оба что-то строчили, покрывая лист за листом торопливыми записями.

— Что происходит? — спросил Вик.

— Ведем радиоперехват, — ответила Марго.

— Это я вижу. Но что вы принимаете?

Не снимая наушников, Рэгл повернулся к нему. Глаза его блестели.

— Ловим их радиостанции.

— Чьи? — воскликнул Вик. — Чьи радиостанции?

— Рэгл говорит, могут потребоваться годы, чтобы это узнать, — сказала Марго. Она была необычайно оживлена. Сэмми вообще застыл в экстазе. Вик никогда не видел их в таком состоянии.

— Мы научились на них настраиваться, на их волну, — продолжала Марго. — И уже приступили к записи. Вот, посмотри. — Она пододвинула к нему кипу бумаги. — Мы записываем, что они говорят.

— Радиолюбители? — переспросил Вик.

— Да, — Рэгл кивнул, — а также переговоры между кораблями и базой. База, очевидно, где-то поблизости.

— Кораблями... — повторил Вик. — Ты имеешь в виду морские суда?

Вместо ответа Рэгл показал наверх.

О Боже, подумал Вик. И тут он почувствовал их возбуждение и нервозность. Их безумие.

— Когда они проходят над нами, — стала объяснять Марго, — звук ясный и чистый. Примерно одну минуту. Потом затухает. Мы слышим их разговоры, не просто обмен позывными, а разговоры. Они много шутят.

— Да, очень много, — подтвердил Рэгл. — Прямо хохмачи какие-то.

— Дайте послушать, — попросил Вик.

Он сел за стол, и Рэгл надел на него наушники.

Радиообмен продолжался. Кто-то передавал информацию. Вик немного послушал.

— Расскажите, что вы тут выяснили. — Он был слишком возбужден, чтобы воспринимать гудяший в наушниках голос. — Вы можете что-нибудь объяснить?

— Пока ничего, — сказал Рэгл, но в голосе его звучало удовлетворение. — Неужели ты не понимаешь? Мы знаем, что они есть.

— Мы и раньше это знали, — заметил Вик. — Каждый раз, когда они пролетали.

Рэгл и Марго, да и Сэмми, вроде, тоже несколько разочаровались. Возникла пауза, Марго посмотрела на брата. Рэгл произнес:

— Это трудно объяснить...

Снаружи послышались голоса. Марго предостерегающе подняла руку. Все замерли.

Кто-то был во дворе и искал их. Вик услышал шаги на дорожке. Снова, на этот раз совсем близко, раздался голос:

— Есть тут кто-нибудь?

— Это Билл Блэк, — негромко сказала Марго.

Сэмми приоткрыл смотровую щель.

— Да, — прошептал он. — Это мистер Блэк.

Отодвинув сына в сторону, Вик приник к щели. Билл Блэк стоял посередине дорожки, озираясь в поисках хозяев. Он выглядел растерянным и озабоченным. Ясно, что он только что побывал в доме и обнаружил его незапертым и пустым.

— Интересно, что ему надо? — посетовала Марго. — Давайте сидеть тихо, и он уйдет. Думаю, он пришел пригласить нас на обед или прогулку.

Они подождали.

Билл Блэк бродил по двору, пиная траву.

— Эй, люди! — крикнул он. — Да куда вы делись, черт побери!

Тишина.

— Я себя буду по-дурацки чувствовать, если он найдет Нас здесь, — нервно рассмеялась Марго. — Как будто мы — дети... А он ужасно смешон. Представляю, как он вытягивает шею, пытаясь нас разглядеть. Неужели думает, что мы прячемся в траве?

На стене сарая висела игрушечная лазерная винтовка, подаренная Сэмми к Рождеству. Вся в грозных насадках и прицелах. На коробке было написано: «Бластер для поражения ракет и роботов. Оружие двадцать третьего века. Способно разрушать скалы». Несколько недель Сэмми носился по дому, разя все подряд, потом наступила весна, и бластер был водворен на стену, как трофей, устрашающий одним своим видом.

Вик снял винтовку с крюка. Открыл дверь сарая и вышел наружу.

На дорожке, спиной к нему, стоял и кричал Билл Блэк:

— Эй, люди, где вы?

Вик присел, наставил ствол на Блэка и произнес:

— Ну, теперь тебе конец.

Билл резко повернулся, увидел оружие и побледнел. Потом медленно поднял руки. И лишь тогда разглядел сарайчик, Рэгла, Марго и Сэмми, выглядывающих из двери, яркую эмаль игрушки и все ее насадки, рожки и кольца. Руки опустились, и он сказал:

— Ха-ха!

— Ха-ха, — ответил ему Рэгл.

— Что вы делаете? — спросил Блэк.

Из дверей дома Нильсонов показалась Джуни Блэк. Она медленно спустилась с крыльца, подошла к мужу и положила руку ему на плечо; оба стояли нахмурившись.

— Привет, — сказала Джуни.

Из сарая вышла Марго.

— И чем вы, интересно, здесь занимаетесь? — спросила она Джуни таким тоном, от которого у женщин идут мурашки по коже. — Бродите по нашему дому, как по собственному?

Блэки опешили.

— Что ж, — продолжила Марго, скрестив руки. — Не стесняйтесь.

— Слушай, успокойся, — остановил ее Вик.

— Ну да! — Марго резко повернулась к мужу. — Они просто взяли и зашли к нам в дом. Прошлись по комнатам. Ну и как, понравилось? — Она снова переключилась на Джуни. — Кровати заправлены? Шторы не пыльные? Нашли что-нибудь интересное?

Рэгл и Сэмми вышли из сарая и подошли к Вику и его ясене. Вчетвером они смотрели на Джуни и Билла Блэков.

Наконец Блэк сказал:

— Извините. Мы всего-навсего хотели пригласить вас вечером поиграть в кегли.

Джуни глупо улыбалась, стоя рядом с мужем. Вику стало ее жаль. Очевидно, ей и в голову не приходило, что таким образом можно кого-нибудь обидеть, а о неприкосновенности частной собственности она, похоже, вообще не слышала. В свитере и синих брюках, со схваченными в узел волосами, она походила сейчас на забавного ребенка.

— Вы не имели права вламываться в чужой дом, — не унималась Марго. — И ты это прекрасно знаешь, Джуни.

Джуни вздрогнула, попятилась и окончательно растерялась.

— Я...

— Я же сказал, что мы просим прощения, — перебил ее муж. — Чего вам еще надо, ради всего святого? — Он тоже сильно смутился.

Вик шагнул вперед и протянул руку. Инцидент был исчерпан.

— Ты, если хочешь, оставайся, — сказал Вик Рэглу, — а мы пойдем в дом, подумаем насчет обеда.

— Что вы там делали? — спросил Блэк. — То есть, конечно, это не мое дело, можете не отвечать, но на вас лица нет.

— Вам в сарай нельзя, — вмешался Сэмми.

— Почему? — спросила Джуни.

— Вход только членам клуба.

— Разве мы не можем вступить?

— Нет.

— Почему?

— Не можете, и все, — сказал Сэмми, глядя на отца.

— Да, это так, — Вик кивнул. — Вы уж извините.

Он, Марго и Блэки направились в дом.

— Мы еще не обедали. — Марго никак не могла преодолеть враждебность.

— Да мы и не собирались играть в кегли прямо сейчас, — затараторила Джуни. — Мы только хотели поймать вас, пока вы не придумали чего-нибудь другое. Слушайте, ребята, если вы еще не садились за стол, может, пообедаем у нас? Будет ножка ягненка, компот из груш, кроме того, Билл купил по дороге целую кварту мороженого. — Голос у нее дрогнул, она повернулась к Марго и спросила: — Ну что, согласны?

— Спасибо, — ответила Марго. — Как-нибудь в другой раз.

Билл Блэк, казалось, еще не успокоился, он держался несколько в стороне, с холодным достоинством.

— Мы всегда рады видеть вас у себя, — сказал он, подталкивая жену к выходу. — Захотите поиграть в кегли — ждем к восьми, нет — воля ваша, мы не в обиде.

— Ну пока, увидимся, — прощебетала Джуни, когда Билл выводил ее из дома. — Надеюсь, вы придете.

Она умоляюще улыбнулась, и дверь за ними захлопнулась.

— Да, — проговорила Марго. — Мы им устроили холодный душ.

— Можно разработать целую психологическую теорию, изучая поведение людей, когда они испуганы и еще не пришли в себя, — заключил Вик.

Накрывая на стол, Марго заметила:

— А Билл Блэк вел себя разумно. Поднял руки, когда увидел оружие, и опустил, когда разглядел, что оно игрушечное.

— Почему он пришел именно в этот момент? — спросил Вик.

— Должен же он был когда-нибудь зайти?

— Пожалуй, — согласился Вик.

Запершись в сарае, Рэгл Гамм слушал радио и время от времени делал пометки в тетради. За годы участия в конкурсе он выработал собственную систему скорописи и сейчас не просто фиксировал то, что слышал, но успевал записывать свои комментарии и соображения. Шариковая ручка, подарок Билла Блэка, летала по бумаге.

Наблюдавший за ним Сэмми не выдержал:

— Ну и быстро же ты пишешь, дядя Рэгл!.. А прочитать потом сможешь?

— Смогу, — ответил Рэгл.

Сигналы, вне всякого сомнения, шли с расположенного неподалеку аэродрома. Рэгл уже узнавал оператора по голосу. Теперь он хотел разобраться, что за воздушные суда то и дело садились на летное поле, потом снова взлетали. Они проносятся над головой с умопомрачительной скоростью. С какой? И почему никто в городе не знает об этих полетах? Или это секретные военные базы для новых экспериментальных моделей? Разведывательные ракеты... следящие корабли...

— Уверен, что ты рассекретил японский код времен войны, — сказал Сэмми.

После слов мальчика Рэгла вдруг опять охватило ощущение полной бессмысленности происходящего. Заперся в детском сарае, напялил наушники и часами слушает сделанный школьником детекторный приемник... Поймал станцию наведения и рад...

Наверное, я спятил, подумал Рэгл. Разве так ведет себя бывший военный? Мне сорок шесть, молодость давно позади. А я целыми днями слоняюсь по дому и зарабатываю на жизнь ответами на вопрос «Где теперь появится Зеленый Человечек?» Решаю конкурсные задачки в газете, в то время как у других уже жены, дети, свой дом и работа.

Я недоразвитый. Психически отсталый. А эти галлюцинации? Все правильно. Ненормальный. Инфантильный лунатик. Ну чего я здесь сижу? Бред — это в лучшем случае. Фантазирую о ракетах, армии и секретности. Параноик.

Это параноидальный психоз, когда кажется, что ты — точка приложения огромных усилий миллионов мужчин и женщин, миллиардных затрат и сложнейшей техники... Когда вся вселенная вращается вокруг тебя. От меня исходят важные сигналы... к звездам. Рэгл Гамм — цель всего космического процесса, от первоначального взрыва до конечной энтропии. Смысл существования материи и духа — во взаимодействии со мной.

— Дядя Рэгл, а ты сможешь расшифровать? Это японцы?

— Тут нечего расшифровывать. Диспетчер сидит в башне Радиолокационного наблюдения и наблюдает за посадкой военных самолетов. — Он повернулся к мальчику, не сводящему с него горящих глаз. — Это обыкновенный человек, парень лет тридцати. Ходит раз в неделю в бассейн и смотрит телевизор. Такой же, как мы.

— Только он враг, — сказал Сэмми.

— Что за глупости? — Рэгл рассердился. — С чего ты взял? Это все выдумки.

Моя вина, тут же подумал он. И выдумки мои.

Голос в наушниках произнес:

— ...я понял, ЛФ-3488. Принял правильно. Продолжайте полет. Сейчас вы прямо над нами.

Сарайчик задрожал.

— Вот он, проходит! — возбужденно зашептал Сэмми.

В наушниках звучал голос:

— ...совершенно чисто. Нет, все отлично. Сейчас вы над ним.

Над ним, подумал Рэгл.

— ...там внизу, — продолжал голос. — Да, прямо под вами сам Рэгл Гамм. Хорошо, мы приняли. Давайте.

Вибрация затихла.

— Улетел, — выдохнул Сэмми. — А может, приземлился.

Рэгл Гамм снял наушники и поднялся.

— Послушай немного, — сказал он.

— А ты? — спросил Сэмми.

— Пойду прогуляюсь.

Рэгл распахнул дверь сарая и вышел на свежий, прохладный вечерний воздух.

Свет на кухне... Сестра и зять сейчас там. Готовят обед.

Все, уезжаю, сказал он себе. Я давно собирался. Больше ждать нельзя.

Рэгл тихо обогнул дом и приблизился к парадному крыльцу. Потом вошел внутрь и осторожно пробрался в свою комнату. Ни Вик, ни Марго его не слышали. Там он извлек все деньги из ящиков стола, карманов, конвертов, взял мелочь из вазочки. Надев пальто, через парадную дверь вышел наружу и быстро зашагал по тротуару.

Где-то через квартал показалось такси. Рэгл махнул рукой, и машина остановилась.

— Довезите до междугородной автостанции, — попросил он водителя.

— Хорошо, мистер Гамм, — ответил шофер.

— Вы меня знаете?

Вот она, паранойя. Кажется, будто все только обо мне и думают.

— Конечно, знаю, — сказал водитель, трогаясь с места. — Вы — победитель конкурса. Я вас видел в газете и как раз подумал — надо же, этот человек живет в нашем городе. Может, когда-нибудь я его подвезу.

Если меня опознают таксисты, решил Рэгл, к сознанию это не имеет отношения. Вот когда разверзнутся небеса, и ко мне по имени обратится Господь... это уже психоз.

А вообще отличить трудно.

Такси мчалось по темным улицам мимо домов и магазинов. Наконец у пятиэтажного здания в центре города машина остановилась.

— Приехали, мистер Гамм!

Водитель выскочил из машины и открыл ему дверцу. Рэгл выбрался на тротуар, роясь в карманах в поисках кошелька. Пока таксист пересчитывал деньги, Рэгл взглянул на здание. В свете фонарей оно показалось ему знакомым, узнаваемым даже ночью.

Это была редакция «Газетт».

Рэгл снова сел в машину.

— Мне надо на междугородную автостанцию.

— Как? — Водитель застыл, словно пораженный громом. — На автостанцию? Ну конечно, черт меня побери!

Он прыгнул за руль и завел мотор.

— Конечно, я же помню! Мы разговорились об этом конкурсе, и я стал думать про газету. — Он ехал, оглядываясь на Рэгла и улыбаясь ему. — Вы так прочно ассоциируетесь с «Газетт»... вот такой я растяпа.

— Все в порядке.

Они ехали очень долго. Постепенно Рэгл перестал различать улицы. Он уже не представлял, где находится. Справа чернели силуэты фабричных зданий; несколько раз ему показалось, что такси миновало железнодорожный переезд. Вокруг простирались безжизненные промышленные районы, не горело ни огонька.

Интересно, подумал Рэгл, а что он скажет, если я попрошу вывезти меня из города?

Он наклонился и похлопал водителя по плечу:

— Эй!

— Да, мистер Гамм?

— Как насчет поездки за город? Про автобус забудем.

— Простите, сэр, — сказал водитель, — я не могу выезжать на междугородную трассу. Это запрещено. Мы возим по городу и не имеем права конкурировать с автобусной линией. Таковы правила.

— Вы же должны иметь возможность зашибить немного на стороне?.. Давайте, сорок миль, со счетчиком, держу пари, не впервой будет.

— Нет, — водитель покачал головой, — я этим не занимаюсь. Другие — может быть, а я — нет. Не хочу терять работу. Если дорожная полиция заметит на трассе городское такси, его тут же остановят. А еще с пассажиром... Все, прощай, лицензия. А она стоит пятьдесят долларов.

Пытаются помешать мне уехать из города, думал между тем Рэгл. Это входит в их заговор.

Я точно спятил.

Или нет?

Как же узнать? Какие у меня доказательства?

Посреди бескрайнего ровного поля сияла неоновая вывеска. Такси остановилось.

— Приехали, — объявил водитель. — Автостанция.

Рэгл открыл дверь и вышел из машины. Но вывеска была другая. Вместо ожидаемой «ГРЕЙХАУНД» Рэгл увидел «АВТОБУСНЫЕ ЛИНИИ НОНПАРЕЛЬ».

— Эй! — воскликнул он встревоженно. — Я же просил «Грейхаунд»!

— Это то же самое. Такая же автобусная компания. А «Грейхаунда» у нас вообще нет. По законам штата в таком маленьком городке, как наш, может действовать только одна автобусная компания. «Нонпарель» здесь давно, уже несколько лет. «Грейхаунд» хотел перекупить, но они не согласились. Тогда «Грейхаунд»...

— Ну хорошо, — перебил его Рэгл. Он заплатил по счетчику, оставил чаевые и пошел к прямоугольному коричневому зданию — единственному на многие мили вокруг. Со всех сторон здание окружала дикая трава. Сорняки, битые бутылки и обрывки бумаги. Заброшенная окраина. Вдали виднелись огни заправки. Больше ничего. Рэгл поежился от ночной прохлады и толкнул деревянную дверь зала ожидания.

В лицо ударила волна спертого воздуха и приглушенный гомон. Скамейки были заняты спящими матросами, унылыми, измученными беременными женщинами, стариками в пальто, командированными с портфелями, коммивояжерами с образцами товаров, детьми, которые ерзали и пищали.

К окошку кассы выстроилась огромная очередь. Даже не входя внутрь, Рэгл понял, что очередь не движется. Он закрыл за собой дверь и встал в конец.

Никто не обратил на Рэгла внимания. Сейчас, пожалуй, было бы неплохо, чтобы мой психоз стал реальностью, подумал Рэгл. Хотел бы я, чтобы они все вокруг меня забегали. По крайней мере, можно было бы пробиться к окошку.

Любопытно, часто ли ходят автобусы?.. Он закурил и попытался расслабиться. Прислонившись к стене, несколько разгрузил ноги. Это мало помогло. Интересно, сколько я здесь проторчу?

За полчаса очередь продвинулась на несколько сантиметров, причем от окошка никто не отошел. Рэгл вытягивал шею, пытаясь увидеть кассира. Не получалось. Окошко заслонила толстая пожилая тетка в черном пальто. Вначале Рэгл думал, что она покупает билет. Но она все не отходила от кассы. Передача денег длилась бесконечно. Стоявший сзади нее тощий человек средних лет в двубортном костюме уныло грыз зубочистку. За ним, поглощенные собой, мурлыкали двое влюбленных. После них очередь сливалась в одно целое, Рэгл уже не мог никого различить и видел только бесконечные спины.

Спустя сорок пять минут он по-прежнему стоял на том же месте. Может ли помешанный чокнуться, размышлял Рэгл. И сколько же надо простоять за билетом на «Нонпарель»? Выберусь ли я вообще отсюда?

Он ощутил нарастающий страх. А может, я простою здесь до самой смерти? Неизменная реальность... тот же человек впереди, тот же молодой солдат сзади, те же несчастные Женщины с пустыми глазами на скамейках вокруг...

Солдат позади него завозился, толкнул Рэгла и пробормотал:

— Извини, дружище.

Рэгл проворчал что-то в ответ.

Солдат сцепил руки и хрустнул костяшками. Потом облизнул губы и сказал, обращаясь к Рэглу:

— Послушай, будь другом, предупреди, что я за тобой. Прежде чем Рэгл успел ответить, солдат повернулся к стоящей позади него женщине:

— Простите, миссис, мне надо выйти посмотреть, как там мой приятель. Запомните, что я здесь стою, хорошо?

Женщина кивнула.

— Спасибо.

Солдат проталкивался через толпу в самый угол зала ожидания. Там, широко расставив ноги, уронив голову и бессильно свесив руки, сидел его товарищ. Наклонившись, солдат принялся трясти его и что-то возбужденно объяснять. Сидящий поднял голову, и Рэгл увидел мутный взгляд и перекошенный, безвольный рот пьяного. Вот бедолага, так нализаться! Сходил в увольнение... Рэгл вспомнил, как во время службы несколько раз уезжал в тяжелом похмелье с автостанции, торопясь попасть на базу.

Солдат поспешно вернулся в очередь. Снова нервно облизнул губы, посмотрел на Рэгла и сказал:

— Ну и очередь, слушай. Совсем не движется. Я здесь, наверное, с пяти вечера. — У солдата было гладкое молодое лицо, искаженное тревогой. — Мне надо вернуться на базу. Фил и я должны быть к восьми, иначе нас посчитают самовольщиками.

Рэгл решил, что ему лет восемнадцать-девятнадцать. Светловолосый, несколько худощавый, серьезный. Конечно, из них двоих за все проблемы отвечал он.

— Да, не повезло. А далеко до базы?

— Там, на трассе, есть аэродром. Собственно говоря, ракетная база. Аэродром был раньше.

О Господи, подумал Рэгл, вот откуда летают эти штуки.

— Прошлись, значит, по барам? — как можно безразличнее спросил он.

— Да нет, будь проклят этот город, — с нескрываемым отвращением ответил ему солдат. — Разве здесь найдешь хоть одно приличное заведение? У нас был недельный отпуск, мы добираемся с побережья. На машине.

— На машине, — повторил Рэгл. — Почему же тогда вы здесь?

— За рулем Фил, — объяснил молодой солдат. — Я не умею водить. А он пьян. К тому же у нас настоящая развалина — «додж» тридцать шестого года, ему цена пятьдесят зеленых. И шину надо менять.

— Если бы нашелся человек, умеющий вести машину, вы бы поехали? — спросил Рэгл.

Солдат тупо уставился на Рэгла:

— А шина?

— Вхожу в долю. — Рэгл схватил солдата за руку и потащил его через зал ожидания к осевшему приятелю. — Может, не будем его трогать, пока не подгоним машину? — спросил Рэгл. Было видно, что Фил не только не сможет идти, но и вообще вряд ли поднимется. Похоже, он даже не понимал, где находится.

— Слушай, Фил. Этот парень поведет машину. Дай ключи.

— Это ты, Уэйд? — тупо пробормотал Фил.

Уэйд склонился над товарищем и принялся выворачивать его карманы.

— Вот они. — Он протянул ключи Рэглу и сказал, обращаясь к Филу: — Слушай, ты остаешься здесь. Мы пойдем к машине и все сделаем. Потом заедем сюда за тобой. Ты понял? Понял или нет?

Фил кивнул.

— Пошли, — сказал Уэйд Рэглу. Они толкнули дверь и оказались на темной, холодной улице. — Лишь бы этот скот не ударился в панику и не пошел нас искать.

Как все-таки темно вокруг! Рэгл едва различал потрескавшийся, поросший сорняками тротуар.

— Задвинули станцию к черту на кулички, — проворчал Уэйд. — Если город большой и имеет свои трущобы, автостанцию всегда размещают в трущобах, а если городишко маленький — ее непременно загонят в тартарары.

Они то и дело сбивались с пути, и тогда приходилось пробираться сквозь завалы и заросли.

— Хоть глаз выколи, — пожаловался солдат. — У них что, один фонарь на две мили?

Хриплый крик заставил обоих остановиться. Рэгл обернулся. В свете неоновой вывески автобусных линий «Нонпарель» метался другой солдат: вывалился из зала ожидания и теперь пытался определить, в каком направлении ушел его друг. Потом бросил на землю чемодан и отчаянно завопил.

— О Господи, — простонал Уэйд. — Придется возвращаться. Иначе он свалится где-нибудь — и конец.

Он зашагал назад, и Рэглу ничего не оставалось, как повернуть следом. Когда они подошли, солдат вцепился в руку Уэйда и, навалившись на него, зашептал:

— Вы, парни, решили меня бросить, да?

— Ты должен подождать здесь, — сказал ему Уэйд. — Присмотри за багажом, а мы сходим за машиной.

— Вести буду я, — пробормотал Фил.

Уэйд принялся снова объяснять ему ситуацию. Рэгл стоял и думал, сможет ли он все это вынести. Наконец Уэйд подхватил один чемодан и решительно направился к машине.

— Все, пошли, — бросил он Рэглу. — Бери второй чемодан, иначе Фил его где-нибудь бросит.

— Меня как будто катали по земле, — тупо бормотал Фил, ковыляя сзади.

Они все шли и шли. Рэгл уже давно не ориентировался ни во времени, ни в пространстве. Впереди появился уличный фонарь, он приближался, некоторое время заливал их ярким желтым светом, постепенно тускнел и исчез. А впереди начинал светиться следующий. Путники вышли на стоянку возле квадратного здания какой-то фабрики и принялись бродить среди грузовиков. Фил прислонился к забору, уперся головой в согнутую руку, пытаясь уснуть.

Одна из машин привлекла внимание Рэгла.

— Не эта? — спросил он.

Солдаты уставились на машину.

— Похоже, — возбужденно проговорил Уэйд. — Эй, Фил, что скажешь, это наша машина?

— Конечно, наша, — кивнул Фил.

Машина просела на одну сторону. Шина была спущена. Все правильно. Нашли.

— Теперь надо отыскать шину, — сказал Уэйд, забрасывая чемоданы на заднее сиденье. — Нужен домкрат, снимем колесо и посмотрим, в чем дело.

Пока они рылись в багажнике, Фил отошел в сторону и, запрокинув голову, уставился в звездное небо.

— Теперь целый час так проторчит, — ворчал Уэйд, поднимая машину домкратом. — Здесь рядом есть заправка, там можно поменять шину.

Он довольно умело снял колесо и откатил его в сторону. Рэгл выпрямился.

— Где Фил? — спросил Уэйд, оглядываясь. Того не было видно. — Черт бы его побрал. Опять забрел куда-нибудь!

— Слушай, давай пойдем на эту заправку. У меня нет времени торчать здесь всю ночь, да и у вас, я думаю, тоже, — сказал Рэгл.

— Факт. — Уэйд кивнул. — Ладно, — добавил он философски, — придет и подождет нас в машине, что с ним станется. — С этими словами Уэйд покатил колесо.

Заправка, когда они туда добрались, была погружена в кромешную тьму. Видимо, владелец все запер и ушел домой.

— И дурак же я, — пробормотал Уэйд.

— Может, тут есть другая заправка? — спросил Рэгл.

— Не помню, — пробурчал Уэйд. — Ну как тебе это, а?

Он выглядел окончательно убитым и неспособным на дальнейшие действия.

— Пошли, — сказал Рэгл. — Надо что-то делать.

Они долго брели в темноте, пока впереди не замаячил красно-бело-голубой квадрат государственной заправки.

— Аминь, — выдохнул Уэйд. — Знаешь, — он повернулся к Рэглу, — я шел и молился, как чокнутый. И вот, видишь...

Солдат катил колесо быстрее и быстрее, выкрикивая победные возгласы и подбадривая Рэгла.

Чистенький подстриженный юноша в накрахмаленной Униформе встретил их без всякого интереса.

— Эй, дружище, — с порога начал Уэйд, — продай-ка нам вот такую шину. Давай выноси.

Заправщик отложил таблицу, в которой что-то черти взял из пепельницы сигарету и поднялся.

— Это от чего? — спросил он Уэйда.

— От седана «додж» тридцать шестого года. Юноша посветил на шину, пытаясь разобрать номер. Потом вытащил огромную амбарную книгу и принялся листать пронумерованные страницы. Рэглу казалось, что каждую страницу он просматривает раза по четыре, листая книгу туда и обратно. Наконец он ее захлопнул и сказал:

— Ничем не могу помочь.

— Ну и что вы предлагаете? — терпеливо спросил Рэгл. — Этот солдат и его приятель должны попасть на базу, иначе их посчитают самовольщиками.

Парень почесал кончик носа.

— Есть еще ремонтная мастерская в пяти милях отсюда.

— Мы не можем идти пять миль, — сказал Рэгл.

— Ладно, — заправщик махнул рукой. — Вон там стоит мой «форд»-пикап. Один из вас вместе с колесом останется здесь, а другой пусть едет. Мастерская у самого моря. На первом перекрестке. Привозите покрышку, и я вам ее здесь поставлю. За шесть долларов. — Он взял связку автомобильных ключей и протянул ее Рэглу. — Да, раз уж будете в той стороне, там через дорогу есть круглосуточный ресторан. Возьмите мне жареного мяса, сэндвич с сыром и солодовый напиток.

— Какой именно? — уточнил Рэгл.

— Пожалуй, ананасовый.

— Я остаюсь, — сказал Уэйд. — А ты поторопись!

Через несколько минут Рэгл уже выводил пикап на пустынную улицу. Потом развернулся и поехал в указанную заправщиком сторону.

Показались огни трассы.

Ну и ситуация, подумал Рэгл.


Глава 6 | Свихнувшееся время | Глава 8