home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 15

— Ветеринарная клиника находится всего в нескольких кварталах отсюда, — сообщил Митчел, помогая ей сойти на пристань капитана Ходжеса в Филипсбурге, оживленном живописном городке на голландской территории Сен-Мартена. — Туда можно легко добраться пешком, но с вашей сумкой и собакой лучше взять такси.

— Вы, наверное, правы, — начала она, но тут зазвонил ее мобильник. Вынув его из сумочки, она посмотрела на номер звонившего. — Я должна ответить. Уезжая, я просила управляющего рестораном звонить на этот номер.

— Я пока заберу сумку, собаку и найду такси, — пообещал Митчел, отходя.

Кейт поднесла трубку к уху и закрыла ладонью другое, поскольку уличный шум был почти невыносим: с моря доносилось тарахтенье лодочных моторов, а по мостовой проносились машины. Под конец пришлось поставить звук на полную громкость.

— Я вас не слышала, Луис, но сейчас все в порядке. Вчера что-то случилось, о чем мне следует знать?

Медленно бредя вслед за Митчелом, Кейт слушала, как Луис Келлард перебирает все вчерашние события. Поставщик овощей привез только половину от заказанного, и фирменное блюдо закончилось к середине вечера; бармен отказался подавать спиртное пьяному, который закатил скандал, за что и был выброшен из ресторана; утром звонил его адвокат и пригрозил подать в суд, требуя возмещения за моральный ущерб, нанесенный клиенту; запас вин нужно пополнить еще до возвращения Кейт…

Не прекращая разговора, Кейт уселась на заднее сиденье такси, и Макс немедленно устроился рядом, так что ей пришлось забиться в уголок и уже оттуда давать Луису инструкции:

— Если адвокат перезвонит, не вступай с ним в спор. Просто переадресуй его к нашему адвокату. Какой бармен дежурил вчера? Джимми? Передай ему, что следует быть более тактичным. Отец говорил мне, что он ведет себя как настоящая примадонна и что давно пора бы его уволить. Ты поговорил с поставщиком овощей? Выяснил, почему наш заказ сократили вдвое?

Пока такси медленно катилось по Фронт-стрит, усеянной лавчонками и забитой туристами, Кейт слушала бесчисленные жалобы Луиса, стараясь как можно быстрее решить все проблемы, но чаще всего отвечала вопросом на вопрос:

— А как бы поступил мой отец?

К тому времени как разговор закончился, Кейт вовсю паниковала, чувствуя себя совершенно беспомощной и ничтожной.

— Перезвони сегодня, как только узнаешь, что случилось с заказом на овощи и почему столового белья вдруг перестало хватать, — напомнила она, перед тем как он повесил трубку,после чего закрыла телефон, сунула в сумочку и тяжело вздохнула-

Митчел повернулся к ней, недоуменно вскинув брови.

— Хотите спросить насчет этого звонка?

— Я невольно слышал все, что вы говорили, и несколько удивлен. У меня создалось впечатление, что вы социальный работник, а ресторан принадлежит вашему отцу. Похоже, вы решили управлять им вместо отца?

Кейт прерывисто вздохнула, но голос прозвучал ровно.

— Мой отец мертв. Убит по пути домой из ресторана, три недели назад поздно ночью. Полиция считает, что это обычное разбойное нападение, потому что несколько дней назад в этом же квартале произошел еще один подобный случай.

— И теперь вы пытаетесь управлять рестораном?

Кейт кивнула.

— Уволилась с работы, чтобы целиком посвятить себя отцовскому делу. Я работала в ресторане неполный день, когда училась в старших классах и колледже, но не уверена, что смогу достойно заметить отца. Я… — Она осеклась и опустила глаза, запоздало сообразив, что Макс, положив голову ей на колени, встревоженно смотрит на нее.

— Боитесь, что потерпите неудачу? — тихо докончил за нее Митчел.

— Перепугана до смерти, — призналась Кейт.

— Может, лучше его продать?

— Это не так легко сделать, как кажется. Мой отец любил этот ресторан и вложил в него всю душу. Он и меня любил, и поскольку большую часть времени проводил в ресторане, многие мои счастливые воспоминания связаны с этим местом. Ресторан был частью нас обоих. Теперь это все, что осталось от него… вернее, от нас… это трудно объяснить…

Удивленная внезапным желанием рассказать Митчелу о жизни с отцом, она молча гладила Макса, пытаясь справиться с ненужным порывом.

После долгой нерешительной паузы она искоса взглянула на Митчела, ожидая встретить рассеянный или скучающий взгляд. А наткнулась на пристально-сочувственный.

— Продолжайте, — попросил он.

Кейт попыталась доходчивее объяснить, почему ресторан хранил дорогие воспоминания о счастливых минутах жизни с отцом, и остановилась на первом, что пришло в голову:

— Обычно ресторан был закрыт днем, поэтому в детстве примерно с трех до пяти я делала уроки, сидя за стойкой бара рядом с отцом, пока тот занимался своими делами. И всякий раз, когда мне требовалась помощь, я обращалась к нему. Собственно, мы и сидели рядом, поскольку для него это было единственным способом убедиться, что я действительно делаю домашние задания. Вообще он любил математику, историю и естествознание, но ненавидел английскую грамматику и правописание. Ая так люто ненавидела все предметы, поэтому, чтобы сквитаться с отцом, заставляла заниматься со мной грамматикой и правописанием.

Митчел, не отвечая, вопросительно смотрел на нее, безмолвно требуя продолжать. Несколько удивленная его искренним интересом, Кейт решила привести еще один пример.

— Когда я была в четвертом классе, — подумав, заговорила она, — мне пришло в голову ездить на каток и брать уроки катания на коньках. Отцу не нравились те подростки, которые там ошивались, и вместо этого он записал меня в балетную школу, хотя я вовсе не желала заниматься балетом. Занятия там проходили дважды в неделю. Но балетная школа сгорела через день после моего первого урока — и на случай, если вы что-то заподозрили, я не имею к этому никакого отношения.

— Да я и подумать такое не посмел бы, — заверил Митчел.

Кейт поняла, что он не шутит, и едва не засмеялась. Похоже, он представлял ее кем-то вроде маленького ангела, а не дьявольского отродья, которым она и была в то время.

— Когда балетная школа сгорела, оказалось, что до ближайшей нужно добираться автобусом, а отец никогда бы этого не допустил. Но я ныла и ныла, как мне жаль преподавательницу и как ужасно, что меня лишили любимого занятия…

— И? — коротко спросил Митчел, когда Кейт остановилась передохнуть.

— Отец пригласил преподавательницу проводить занятия в ресторане. Господи, до чего же забавно было наблюдать, как он старался не морщиться, когда тридцать маленьких балерин в пачках дважды в неделю скакали по его столовой под аккомпанемент пианино, которое едва не разваливалось под пальцами грузной особы, весившей не менее трехсот фунтов!

Кейт с улыбкой замолчала, вспоминая о своих днях рождения, которые неизменно праздновались в ресторане. Поймав выжидающий взгляд Митчела, она пояснила:

— Я думата о праздниках. Каждый год, в мой день рождения, он устраивал большую вечеринку-сюрприз, на которую приглашал всех моих одноклассников. По всему залу были развешаны воздушные шары, и под конец всегда выносили чудесный торт, шоколадный, с розовой глазурью. Розовой — потому что я была девочкой. Задолго до этого он пытался одурачить меня, убеждая, что в этом году вечеринки не будет, потому что зал сдан под чье-то другое торжество. Или потому что денег нет, или потому что должен в этот день куда-то уехать. Он так искренне хотел меня удивить, что я, входя в ресторан и видя собравшихся гостей, всегда делала вид, что уж такого никак не ожидала.

— Но на самом деле вы вовсе не удивлялись.

— Ну разумеется. Ну как можно было не заметить большую кастрюлю с розовой глазурью за день до моего дня рождения, или ведерки с шоколадным мороженым, которыми был забит холодильник, или двести шаров и баллон с гелием в задней комнате. Кроме того, он всегда просил моих подруг оповестить всех одноклассников, а уж они все пересказывали мне.

— Да уж, где ему было вас одурачить! — ухмыльнулся Митчел.

Кейт тоже улыбнулась, но тут же, став серьезной, призналась:

— Нет, однажды, когда мне исполнилось четырнадцать, это ему удалось.

— И как же он обманул вас в тот раз?

— Решив вообще не устраивать вечеринку.

Чтобы отвлечь его от расспросов о том несчастном дне рождения, Кейт резко оборвала воспоминания и вернулась к его вопросу насчет продажи ресторана.

— Даже если я решу его продать, закрываться тем более нельзя. Ресторан должен работать. Так что у меня нет иного выбора, кроме как управлять им, что я и сделаю, если смогу конечно.

Вместо пустых слов утешения и заверений, что она, разумеется, прекрасно со всем справится, он молча обнял ее, словно успокаивая, и медленно потер ладонью обнаженное плечо. Кейт прислонилась к нему, позволяя мерным движениям хоть на несколько минут успокоить ее опасения насчет будущего.

— Мне очень жаль, что с вашим отцом случилось такое, — выдохнул он. — А я-то гадал, почему вчера в ресторане у вас было с собой руководство, как справиться с горем.

Кейт метнула на него растерянный взгляд:

— От вас ничего не ускользнет, верно?

— Нет, когда я сосредоточен на чем-то. Или на ком-то, — добавил он, многозначительно глядя на ее губы.

Понятно, что он намеренно флиртует с ней, пытаясь отвлечь и развеселить. Поэтому Кейт улыбнулась и сказала ему в тон:

— По-моему, вчера вы сосредоточились исключительно на своей рубашке.

— У меня редкий дар — умение сосредоточиться на двух вещах одновременно.

— У меня такой же, — весело заверила она, — поэтому именно мне совершенно ясно, что такси остановилось и водитель ждет, пока мы выйдем.


Глава 14 | Еще одно мгновение, или Каждый твой вздох | Глава 16



Loading...