home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 25

Шредер заехал за Сэм час спустя после зловещей находки, но когда они приехали, медицинский эксперт и следственная бригада были уже на месте. Шредер остановился в хвосте длинной цепочки машин, выстроившихся у обочины, и потопал вслед за Сэм по узкой скользкой дорожке, вытоптанной с пятницы в снегу тяжелыми сапогами.

Хижина прилепилась к высокому, поросшему деревьями холму, что давало возможность любоваться красочной широкой панорамой горного пейзажа из передних окон. Гараж оказался за углом, на обратной стороне того же холма.

— Кто мог подумать, что в этом чертовом холме есть дыра? — шипел Шредер, когда они проходили мимо хижины к гаражу, руководствуясь свежими отпечатками подошв.

Маккорд стоял у открытых дверей гаража, наблюдая, как следственная бригада методически обыскивает каждый клочок стены и пола, берет образцы и делает снимки. Еще двое членов бригады стояли рядом с Маккордом, ожидая своей очереди войти.

— Что у нас есть? — спросил Шредер.

Маккорд хотел что-то сказать, но медэксперт Херберт Найлз, тяжеловесный мужчина с румяными щеками и синими наушниками, как раз проходивший мимо двери, посчитал, что вопрос обращен к нему.

— У нас есть труп, Шредер, — жизнерадостно объявил он. — Миленький, идеально сохранившийся благодаря подземной морозилке, в которой он сидел. Не так красив, как на фото в водительских правах, но это определенно Логан Мэннинг.

Продолжая говорить, медик вошел в гараж, наклонился над джипом и преспокойно поднял сначала одну руку трупа, потом другую, смазывая внешние стороны кистей, пальцы и ладони пропитанными липкой жидкостью тампонами, чтобы проверить наличие следов пороха.

— Кроме того, мы имеем также самострельную рану в правый висок…

Сэм отодвинулась в сторону, чтобы получше рассмотреть тело, бессильно обвисшее между рулем и дверцей. Окно, на котором лежала голова, густо забрызгано кровью и мозговым веществом. Окно со стороны пассажира полуоткрыто и не повреждено.

— А оружие? — допытывался Шредер.

— У ноги жертвы лежит револьвер тридцать восьмого калибра, из которого недавно стреляли, с двумя пустыми гнездами в магазине.

Найлз прервался, чтобы положить последний липкий тампон в пакет для сбора улик, и записал, с какой части руки взята проба.

— Одна пуля проникла в череп и вышла слева, прошила окно со стороны водителя и застряла в стене.

— А как насчет второй? — поинтересовался Шредер.

— Думаю, вполне логично заключить, что он не стрелял после того, как вышиб себе мозги. По-видимому, в первый раз он промахнулся или, что более вероятно и как считаю я, стрелял по пустым пивным банкам или забору, и не сейчас, а давно.

После перевода в «убойный» отдел Сэм успела поработать только с двумя медиками. Оба казались такими же безрадостными, как и выполняемая ими работа. Херберт Найлз был главой отдела медицинской экспертизы и, несмотря на многословие, оказался гораздо добросовестнее, чем более серьезно настроенные медики, находившиеся у него в подчинении.

Она глянула на Маккорда, но тот наблюдал за одним из работников следственной бригады, который только что закончил делать снимки и с помощью фонарика обследовал старые банки и коробки на стальных полках в поисках второй пули.

Найлз отступил от джипа и стащил резиновые перчатки.

— Свет уж больно паршивый, а аккумулятор джипа сел. У бригады есть мощные фонари, но для них нет места, пока мы не выкатим машину. — И, обратившись к тем, кто стоял рядом с Маккордом, объявил:

— Я закончил. Давайте выкатывайте машину, а потом мы уложим мистера Мэннинга в мешок, прикрепим бирку, заберем с собой и уступим место вам. А вы, Маккорд, должно быть, завтра на рассвете захотите узнать, что там с этими мазками?

Маккорд вместо ответа поднял брови.

— Ладно, — вздохнул Найлз, — позвоню часа через четыре. Значит, у меня есть три с половиной часа, чтобы вернуться, и полчаса, чтобы посмотреть пробы под микроскопом. Если предположить, что ваш мертвец ни разу не побывал в тепле последнюю неделю, следы пороха на руках должны присутствовать, и экспертиза это покажет. Но чтобы сверить отпечатки и выполнить все процедуры, нужно время, так что потерпите до завтра. И не воображайте, что я с точностью установлю время смерти. Тело Мэннинга прекрасно сохранилось. Никаких следов разложения.

— Без проблем, — заверил Маккорд. — Детектив Литлтон уже вычислила, когда погиб Мэннинг.

Только сейчас он взглянул на Сэм, впервые с самого ее приезда.

— Верно, детектив?

Сэм сдвинула пониже солнечные очки и укоризненно уставилась на него поверх оправы. Опять он застает ее врасплох своими внезапными проверками!

— Думаю, время смерти — прошлое воскресенье, между тремя часами дня и тремя утра следующих суток, возможно, ближе к трем часам дня.

— И как вы пришли к такому заключению? — поинтересовался Найлз.

— На джип нанесло дюйма два снега, а это означает, что Мэннинг поставил машину в гараж где-то после двух, когда снегопад начался всерьез. К трем часам на земле лежали сугробы высотой почти полтора фута, так что заносы полностью забаррикадировали дверь, не давая Мэннингу ни вывести джип, ни закатить обратно. Снег разгребли только сегодня утром, и, следовательно, труп все это время пробыл в гараже.

— По-моему, вполне логично, — одобрил Найлз, записывая в блокнот версию Сэм.

Маккорд тем временем решил заглянуть в хижину.

— Я смотрел снимки, сделанные розыскной бригадой на прошлой неделе, — сообщил он Литлтон, — но хочу, чтобы вы и Шредер рассказали мне, что видели своими глазами, и показали, где что стояло.

Несколько минут спустя они уже обсуждали наличие бокалов в кухонной раковине и единственного спального мешка на полу. Но тут один из экспертов просунул голову в дверь:

— Нашли вторую пулю, лейтенант! Все трое тут же повернулись.

— Где она была? — спросил Маккорд.

— Застряла в балках правой стены гаража.

Джип выдвинули наружу и сейчас проверяли на присутствие отпечатков пальцев и волокон, для чего установили высоковольтные лампы с питанием от батарей.

— Мы заметили бы ее раньше, если бы освещение было нормальным.

Эксперт подошел к стене и показал на свежую дырку в балке, на высоте примерно четырех с половиной футов от пола.

— Здесь проходит полка. Пулю что-нибудь загораживало? — спросила Сэм.

— Ничего. Никто не пытался ее скрыть. Мы просто не заметили ее. Сами видите, какая здесь темень кромешная.

Сэм молча определила расположение дыры и повернулась, сравнивая его с высотой, на которой находилось окно машины со стороны пассажирского сиденья.

— Интересно, правда? — пробормотал Шредер, очевидно, придя к тому же заключению. — Полагаю, окно со стороны пассажира было опущено, когда вы вошли сюда?

— Если оно опущено сейчас, значит, так и было с самого начала.

— Это точно? — нетерпеливо бросил Шредер. — Или означает: «Мне так кажется, возможно, так и было, по-моему, никто ничего не трогал»?

— Окна автоматически поднимаются и опускаются, а аккумулятор сел, так что скорее всего, когда они вошли сюда, все так и было, — тихо вступилась Сэм.

— Знаю, — раздраженно буркнул Шредер. — Но не желаю слышать, как всякие умники изгаляются в мой выходной день.

— Оно было определенно опущено, когда мы добрались сюда, детектив, — последовала уже более уважительная реплика.

— Благодарю, — парировал Шредер.

Час спустя Найлз увез тело Мэннинга, а Сэм и Шредер поплелись к дороге вслед за Маккордом.

— Сейчас два тридцать, — рассуждал Маккорд. — К тому времени как мы доберемся в город, Найлз уже должен определить, сам ли Мэннинг держал «тридцать восьмой», когда раздался выстрел. Как только мы все узнаем, сможем лично нанести визит вдове и своими глазами увидеть, как она воспримет печальные новости.

— Может, я предоставлю это удовольствие вам обоим? — предложил Шредер. — Мне пришлось пропустить день рождения внучки, и хотелось бы заехать и поцеловать ее, прежде чем она уснет. Ничего, если Сэм поедет с вами?

— Разумеется, — кивнул Маккорд.

Неожиданно вспыхнувшая вчера симпатия к нему удивляла и беспокоила Сэм. Настолько, что к вечеру она сделала весьма решительную и успешную попытку избавиться от нежелательных эмоций. В результате она сумела провести с ним в машине три с половиной часа, болтая на самые общие темы и не испытывая даже крошечного и совершенно неуместного трепета сексуального влечения.

На обратном пути между ними не случилось даже добродушной перепалки. Никакого оживленного обмена остротами. Никакого перехода на личности.

При этом Сэм тревожили только две вещи. Первая: ей ужасно не хватало всего этого. И вторая: похоже, Маккорд даже не заметил, что ей ужасно не хватает всего этого.

Часов около шести Маккорд остановился у придорожного магазинчика, чтобы купить сандвич, и, пока Сэм ждала в машине, позвонил Герберт Найлз. Он все еще рассматривал последний тампон под микроскопом, но ему явно не терпелось сообщить последние результаты, потому что, не успела Сэм взять телефон Маккорда, как услышала возбужденный голос медика:

— На правой ладони нет следов пороха, следовательно, он не заслонялся рукой во время выстрела, так что, вне всякого сомнения, именно его рука держала револьвер, когда была выпущена хотя бы одна из пуль. Но знаете, где еще я должен был найти следы пороха, если бы он спустил курок без всякой помощи?

Сэм вспомнила только еще одно место, с которого Найлз брал пробы.

— Тыльная сторона ладони?

— Совершенно верно. Сейчас я положил под микроскоп именно этот тампон, и он абсолютно чист. Так что здесь у вас не самоубийство, а убийство, детектив.

Сэм всеми силами пыталась не показать своего удивления, когда чуть позже передавала Маккорду слова эксперта.

— Найлз звонил. Чья-то рука легла поверх ладони Мэннинга и держала револьвер, когда он выстрелил.

— То есть на тыльной стороне не было следов пороха? — уточнил Маккорд, медленно расплываясь в улыбке.

Сэм покачала головой:

— Нет. Следы были только на пальцах правой руки.

— Я это знал, — тихо сказал Маккорд. — Знал, что так будет, как только эксперты выудили из стены вторую пулю. Меня всегда поражает…

— Что именно?

— До чего же глупые ошибки иногда совершают убийцы.


Глава 24 | Наконец-то вместе | Глава 26



Loading...