home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 54

Но надолго ее выдержки не хватило. Несколько минут спустя торжествующая Сэм примчалась обратно, водрузила папку перед Маккордом, ткнула пальцем в один из прежних нью-йоркских адресов Ли и, смилостивившись над сгоравшими от любопытства Уомэком и Шредером, объявила:

— Ли Мэннинг жила на Грейт-Джонс-стрит, еще когда была студенткой Нью-Йоркского университета.

Маккорд бросил взгляд на адрес, сунул руку в ящик стола и выхватил телефонный справочник.

— Я уже проверила, — сообщила Сэм, усаживаясь. — Там зарегистрированы ресторан и супермаркет. Последний находится на этой улице вот уже сорок пять лет. Как раз в квартале от бывшего дома Ли Мэннинг. Я также проверила, где работал тогда Валенте. Представляете себе, именно там и как раз в тот период, когда Ли Мэннинг жила по соседству.

Шредер удостоил Ли одобрительного, почти отцовского кивка, но тут же деловито спросил:

— А когда именно она там жила?

Услышав ответ, он прищурился и задумчиво уставился в потолок.

— Значит, к тому времени, как она встретила Валенте, тот уже отбыл срок за убийство…

Никто ничего не ответил. Все и так было достаточно ясно. К тому же они так успели вызубрить биографию Валенте, что знали ее не хуже собственной.

— Давайте попробуем набросать иной сценарий отношений Валенте и Мэннинг и посмотрим, сработает ли он, — предложил Шредер. — Валенте знакомится с Ли Кендалл, когда та живет в двух шагах от магазина, и между ними завязывается роман. Он, естественно, рассказывает ей историю своей жизни, и поскольку Валенте — крутой ублюдок и гордится этим, то и не скрывает своего пребывания в тюрьме за убийство. По каким-то причинам они охладевают друг к другу, и каждый идет своей дорогой. Она выходит за Мэннинга. Валенте занимается махинациями. Они больше не видятся. К тому же нужно учесть, что у них с самого начала было мало общего, верно?

— Верно, — подтвердил Уомэк. — Давай дальше, я с тобой.

— Проходит четырнадцать лет, — продолжал Шредер. — В один прекрасный день Ли Мэннинг узнает, что муж ее обманывает или отмывает незаконные деньги либо еще что-то. Итак, к кому она обратится и попросит совета? Кто из ее приятелей знаком с убийством не понаслышке?

— Она звонит старому дружку с Грейт-Джонс-стрит, — громко вставил Уомэк.

— Точно. Звонит из автомата, он заезжает за ней, и они беседуют в машине. После этого они пару раз встречаются точно таким же образом, чтобы обговорить планы, но только и всего. Этим объясняется полное отсутствие доказательств их связи. Потому что никакой связи не было.

Он вдруг замолчал и снова нахмурился.

— Если хорошенько подумать, вполне возможно, вряд ли она ни с того ни с сего позвонила Валенте. Секретарь Мэннинга сказала, что убитый последние несколько недель перед смертью пытался заключить с Валенте какой-то контракт. Может, сам Мэннинг и привел Валенте к жене, а уж та сразу сообразила, что старый приятель, как никто, сумеет поспособствовать в избавлении от ненавистного мужа… А, не важно, что именно там было, — отмахнулся Шредер, тряхнув большой головой. — Главное, что в ночь перед тем, как навсегда упокоить старичка Логана, тот внезапно решает, что неплохо бы умаслить потенциального инвестора, пригласив его на вечеринку в честь Ли. Секретарь миссис Мэннинг, Бренна-как-ее-там, особо подчеркнула, что сам Мэннинг в последнюю минуту добавил имя Валенте к списку гостей.

— Поэтому Валенте идет на вечеринку, но по очевидным причинам он и миссис Мэннинг старательно делают вид, что не знают друг друга, — заключил Уомэк, с уважением глядя на напарника. — Сэм, а ты почему хмуришься? Не согласна?

— Я думала о грушах, которые Валенте послал ей в больницу, — пояснила Сэм. — Я всегда предполагала, что он знает о ее пристрастиях, потому что они не раз завтракали вместе в уютной квартирке, но, вполне возможно, Валенте просто вспомнил ее привычки и в момент ностальгии по прошлому привез ей в больницу корзину груш.

Шредер, удовлетворенно кивнув, обратился к Маккорду:

— Ну а вы, лейтенант? Как вам кажется, может…

Не успел он договорить, как телефон снова зазвонил. Маккорд поднял трубку, послушал и коротко бросил:

— Проведите их в помещение для допросов и попросите подождать. — Повесив трубку, он пояснил:

— Валенте и Бью-кенен уже здесь. — И не торопясь, без всякой спешки ответил на вопрос Шредера:

— В вашей версии есть один большой недостаток, а именно: федералы не зря называют Валенте Снеговиком — это самый расчетливый, хладнокровный и жестокий сукин сын из всех, с которыми им приходилось иметь дело. Судя по тому, что я слышал, он не станет помогать ни бывшей любовнице, ни кому другому, если только не увидит в этом какую-то выгоду для себя. Для того чтобы он согласился шлепнуть Логана Мэннинга с риском получить за это смертельный укол, Ли Мэннинг должна была предложить ему нечто такое, чего он страстно хотел.

. — А если это были грязные деньги ее муженька? — немедленно предположил Уомэк. — На мой взгляд, она не из тех, кто даст себе труд их отмывать.

— Да, весьма лакомая приманка для Валенте, тем более что денег там немерено, — согласился Маккорд. — Очевидно, миссис Мэннинг подсластила сделку, предложив себя, потому что между ними явно что-то есть.

В последовавшем молчании Сэм робко покачала головой:

— Мне очень жаль, но я не могу со всем этим согласиться.

— То есть как это не можете согласиться? — резко вскинулся Маккорд. — Версия Шредера крайне логично объясняет те странные несоответствия в их отношениях, которые не давали мне покоя. Теперь все стало на свои места.

— Но только до определенной степени. Теперь мы можем предположить, как и почему сообщники хранили в секрете свое знакомство, пока договаривались убить Мэннинга. Но в таком случае почему они послали к чертям всю осторожность еще до того, как обнаружили тело? Почему Валенте оказался настолько глуп, чтобы доставить ее в своем вертолете на место аварии, которое, как он предполагал, кишит копами? Почему выставляют напоказ свои отношения, когда, по всем статьям, должны выглядеть невинными? — Сэм обращалась ко всем троим, но последний вопрос задала непосредственно Маккорду. — Вы сказали, что Валенте расчетлив и все же открыто заходит к ней в квартиру, прошлой ночью пригласил на ужин, а потом провел с ней ночь, хотя ему известно о слежке. — Она подняла руки ладонями вверх. — Почему холодный, расчетливый человек решился на подобное?

— Судя по моему знанию низменной мужской натуры, — заявил Маккорд с издевательской улыбкой, — я полагал бы, что Ли Мэннинг предложила себя Валенте в качестве части вознаграждения, и он стремится поскорее получить обещанное.

— То есть, — с улыбкой уточнила Сэм, — он к ней неровно дышит? Так распалился, что жар пышет?

— Именно.

— Понятно. Итак, Снеговик оказался настолько горячим, что готов идти на смертельный риск ради того, чтобы быть с ней?

Маккорд вздохнул, но не стал спорить. Не мог.

— Я не говорю, что Валенте не убивал Логана Мэннинга, — продолжала Сэм, — но мы встречались, и не думаю, что он так уж нечеловечески холоден и бесчувствен, как вы воображаете. Я наблюдала за ним, когда «мерседес» миссис Мэннинг вытаскивали из карьера. Он был настолько потрясен и бледен, что выглядел положительно больным. Я также видела, как он нес ее на руках вверх по крутому холму через глубокий снег — из хижины на дорогу. Интересно, что вы думаете об этом?

Маккорд взглянул на часы.

— В таком случае давайте потолкуем с ним, прежде чем я смогу решить сам.

Он позвонил секретарю Холланда, предупредил, что разговор сейчас начнется, и оттолкнул кресло.

— Если хотите знать мое мнение, — заявил Уомэк, вставая вместе с остальными, — детектив Литлтон считает Снеговика горячим парнем.

— Думаю, он очень привлекателен… как все экранные отрицательные герои — опасный, зловещий тип и тому подобное, — неловко пошутила Сэм, беря блокнот и карандаш, хотя, в сущности, сказала что думала. И в этот момент, случайно взглянув на выходившего из-за стола Маккорда, почувствовала себя пронзенной разящим, как два клинка, взглядом голубых глаз.

— Это действительно так? — осведомился он намеренно равнодушным тоном, разительно противоречившим этому самому взгляду.

— Нет, не совсем, — не колеблясь солгала, причем совершенно ненамеренно, Сэм. Пораженная вырвавшимся ответом, она поспешно повернулась и направилась вслед за Шредером и Уомэком к помещению для допросов, тщетно пытаясь осознать, что тут произошло. Выражение лица Маккорда означало, что он либо посчитал ее сторонницей подозреваемого и к тому же преступника, либо… либо попросту ревнует!

Нет, это не может быть ревностью, решила Сэм. Только не Маккорд. Невозможно.

Наскоро обдумав собственную реакцию, Сэм заключила, что отказалась от своего мнения о Валенте, не желая, чтобы Маккорд подумал, будто на ее профессиональное мнение может повлиять любой мужчина, каким бы привлекательным он ни был. Или — и эта возможность ей очень не понравилась — поскольку ревность была таким неприятным, разъедавшим душу чувством, ей ужасно не хотелось, чтобы оно хотя бы на миг поразило этого необыкновенного человека. Если последнее верно, тогда она питает к нему самые нежные чувства и он уже значит для нее куда больше, чем она предполагала. Но ведь это не так! Она никогда не поглупеет настолько, чтобы позволить такое!

Маккорд, поравнявшийся с ней, слегка улыбнулся и понизил голос:

— Думаю, мы с честью вышли из нашей первой любовной ссоры, верно?

Сэм чересчур резко свернула за угол и едва не упала.

Он избавил ее от необходимости отвечать, решительно перейдя к делу, тем более что они уже приближались к помещению для допросов.

— Шредер, хотите участвовать или понаблюдаете с другой стороны зеркала?

— Лучше понаблюдаю. Издали все лучше смотрится и оценивается.

Уомэк присоединился к напарнику. Маккорд взглянул на Сэм.

— Я бы хотела посидеть в комнате, — немедленно ответила та. — И неплохо будет, если вы спросите его об отношениях с миссис Мэннинг.

— Если он пришел предъявить неоспоримое алиби, нет смысла спрашивать ни о ней, ни о чем-то еще, потому что он отошьет меня и будет прав. Мистер Валенте, — ехидно продолжал Маккорд, — терпеть не может, когда мы лезем в его дела. Он однажды заставил государственных обвинителей потратить несколько месяцев на попытки заставить его показать какие-то документы, которые они хотели посмотреть в связи с обвинением в мошенничестве. Сначала его адвокаты тянули время, потом спорили, потом дошли до Верховного суда штата Нью-Йорк. И знаете, что было, когда Верховный суд все-таки постановил выдать документы?

— И что же?

— В них содержалось полное оправдание Валенте. И он это знал. Так что если у него железное алиби, он больше не поделится ни одной молекулой дополнительной информации. Мало того, я сам до конца не верю, что он пришел сюда по доброй воле. Такого до сих пор еще не бывало.


Глава 53 | Наконец-то вместе | Глава 55



Loading...