home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 73

Стоя в гостиной в ожидании приезда «скорой», Маккорд в нескольких словах рассказал Уомэку и Шредеру о событиях последнего часа. Дверь квартиры была распахнута, в холле толпились полицейские, так что он старался не повышать голоса, но Сэм все же слышала каждое слово, поскольку сидела почти рядом и набрасывала заметки для протокола, который все равно пришлось бы заполнять.

На середине предложения Маккорд неожиданно осекся, и Сэм, подняв глаза, заметила, как он вытаскивает из кармана сотовый. Трубка вибрировала, и он нетерпеливо глянул на имя звонившего, но тут же тихо выругался и потянулся к телевизионному пульту, лежавшему на журнальном столике у колена Сэм. Поспешно переключая каналы, Маккорд мотнул головой в сторону окна и спросил Шредера:

— Что там творится на улице?

Шредер подошел к окну и посмотрел вниз.

— Сумасшедший дом. Машины «скорой», патрульные и десятки…

— …передвижных телевизионных станций, — с отвращением закончил за него Маккорд. — Должно быть, уже пронюхали что-то, и Труманти звонит мне насчет этого.

В этот момент канал, на котором он остановился, прервал передачу, и диктор объявил:

— Неожиданная развязка дела об убийстве Логана Мэннинга. Наш репортер Джефф Корбитт находится в самой гуще событий, на Пятой авеню, у дома, где Логан Мэннинг жил со своей женой, актрисой Ли Кендалл. Джефф, что у вас происходит?

— Настоящее столпотворение, — откликнулся репортер, стоявший перед зданием с микрофоном в руке. — Полиция отгородила вестибюль и часть тротуара. Минуту назад умчались три машины «скорой», а еще с десяток остались. С одной уехал и Майкл Валенте.

— Его задержала полиция? — жадно допытывался диктор.

— Нет, он поднялся в машину вместе с миссис Мэннинг. Похоже, Валенте снова проскользнул сквозь раскинутую полицией сеть, хотя на этот раз следствие вел Митчелл Маккорд. По моим сведениям, он сейчас наверху.

Диктор разочарованно покачал головой, очевидно, расстроенный известием об очередной победе Валенте.

— Мы связались с секретарем комиссара полиции Труманти, и нас заверили, что вскоре комиссар сделает официальное заявление специально для редакции новостей, — объявил он.

Сотовый Сэм залился звонкой трелью. Ему вторили телефоны Шредера и Уомэка.

— Не отвечайте на звонки, — резко предупредил Маккорд, когда Шредер попытался нажать на кнопку. Он мгновенно отдернул палец, но все же с тревогой заметил:

— Это капитан Холланд.

— И вправду Холланд, — согласился Уомэк, глядя на экран.

Телефон Сэм снова ожил.

— Да, мне он тоже звонил, — пробормотала она.

— А второй звонок от кого? — спросил Маккорд.

— Отчим, — коротко бросила Сэм, снова взглянув на телефон.

— Сейчас я ему перезвоню. Нужно узнать один телефонный номер.

Он протянул руку, и Сэм отдала ему телефон.

— Послушайте, — начал он повелительно, — мне нужно, чтобы сегодня вы отключили телефоны и не говорили об этом деле ни с одной живой душой. Сам я сейчас позвоню мэру Эдельману и попробую убедить его провести пресс-конференцию, не доверяя этого дела Труманти. Независимо от того, что ответит мне мэр, я собираюсь сделать короткое заявление для прессы, прямо сейчас, и полностью очистить Валенте от подозрений в убийстве Мэннинга. Это, пусть и ненадолго, отобьет у Труманти охоту общаться с репортерами напрямую и пытаться снова очернить Валенте.

Сэм сразу поняла, что тот телефонный номер, который Маккорд хочет узнать у отчима, принадлежит мэру, и была бы счастлива позвонить сама, но Мак, очевидно, всеми силами стремился защитить свою команду. Решительно сунув руки в карманы, он объявил:

— Отныне я беру все это дело на себя. Вы, трое, держитесь подальше. Завтра напишете свои отчеты, но придерживайтесь только голых фактов и не упоминайте ни о логических рассуждениях, ни об умозаключениях, к которым пришли в процессе расследования. Вами руководил я, так что, если вас будут расспрашивать о причине ваших действий, валите все на меня.

— Какого черта мы должны все валить на кого-то? — возмутился — Шредер. — Мы все делали по правилам, раскрыли дело, а Сэм сэкономила государству чертову кучу денег, которые ушли бы на обвинение и содержание под стражей этой ненормальной, которая убила Мэннинга.

Новостной канал снова и снова передавал один и тот же сюжет. Маккорд нетерпеливо выключил телевизор и, крайне осторожно подбирая слова, заговорил:

— В процессе следствия лично я сумел накопать кучу неопровержимых доказательств, обличающих высшие чины нью-йоркского департамента полиции, затеявших долгую и достаточно удачную вендетту против Майкла Валенте с использованием огромного арсенала незаконных средств. Ну так вот: я намереваюсь представить эти свидетельства мэру, а если он не захочет их обнародовать, сделаю это сам.

Шредер и Уомэк обменялись мрачными взглядами.

— Мне не нравится стирать грязное белье департамента на людях, лейтенант, — высказался Шредер за себя и напарника. — Почему вы не хотите позволить отделу внутренних расследований справиться с этим делом? Пусть разбираются, это их обязанности…

— Это не тот случай, — коротко ответил Маккорд. — Валенте публично распинали в течение десятилетий, и делали это высший чин департамента и его подлипалы. Когда частное лицо становится объектом преследования полиции, это уже не только наше внутреннее дело. По крайней мере так считаю я. Поэтому хочу публичного оправдания и публичной мести. Валенте заслуживает и того и другого.

— А кто этот высший чин? — промямлил Уомэк.

— Труманти, — немного помолчав, Ответил Маккорд.

— Дерьмо! — выдохнул Уомэк. — Я боялся услышать именно это.

Сэм показалось, что страхи Уомэка только прибавили Маку холодной решимости. Он пожал плечами и пояснил:

— Мэр Эдельман унаследовал Труманти от своегр предшественника, так что между ними нет никаких политических связей, но после того, что скажу я, новый мэр, вероятно, захочет избежать открытого скандала, в котором замешана полиция. Тут вы правы, вполне возможно, что он тоже посчитает это нашим внутренним делом, которое следует решить без особой огласки. Я уверен, что он потребует немедленной отставки Труманти. Но я добиваюсь большего.

— Чего же именно? — поинтересовался Уомэк.

Мак удивленно поднял брови, словно ответ был очевиден:

— Я хочу при всех высечь Труманти по голой заднице. И не его одного. Разложить рядом с ним всех тех подлецов, которые сознательно сотрудничали с этим безумным мстительным подонком.

— Но что он сделал?

— Вам это знать не обязательно… — начал он, но тут прибыла следственная бригада, и Маккорд, оставив Сэм с мужчинами, пошел говорить со старшим.

— Ладно, Литлтон, давай выкладывай, — скомандовал Шредер. — Мы с Уомэком имеем полное право знать то же, что и ты. И не желаем тыкаться наугад в темноте, как слепые котята.

Сэм, поколебавшись, посмотрела в окно, на мерцающие огни великолепной панорамы города. Она понимала, почему Мак не хочет посвящать подчиненных в подробности неприятной истории. Но ведь они чувствуют себя несправедливо обиженными! Так тоже нельзя!

Сэм не была уверена только в одном: не ясно, происходит ли ее решение выложить все начистоту из убежденности в правоте Шредера и Уомэка или из желания доказать, что в намерениях Мака играть в открытую нет ничего неэтичного, подлого или капризного. Поскольку Мак не приказал лично ей молчать, Сэм торопливо рассказала о том, как Валенте сначала подставили, а потом сделали объектом мести комиссара. Лица у мужчин постепенно вытягивались, и под конец рассказа оба откровенно злились. К сожалению, вернувшемуся Маккорду было достаточно одного взгляда, чтобы все понять.

— Ты им рассказала, — презрительно бросил он Сэм. Та сжалась под его осуждающим взглядом, но смело кивнула:

— Им было необходимо понять, что к чему.

Мак ничего не ответил, продолжая смотреть на нее.

— Теперь вы знаете все детали, — выговорил он наконец, — но это ничего не меняет. Все, что я говорил перед этим, остается в силе. Ваша поддержка мне ни к чему. Наоборот, мне нужно знать, что вы не путаетесь под ногами, когда начнется бой. Завтра с утра занимаетесь своими делами. И я требую, чтобы вы держали при себе свое мнение обо мне, этом деле и обо всем, что с ним связано. Ясно?

Шредер неохотно кивнул. Уомэк последовал его примеру. Маккорд долго сверлил глазами Сэм, прежде чем добавить:

— Это приказ, который касается всех. Прошу не путать с просьбой!

У Сэм и в мыслях не было последовать приказу, в том случае если придется выбирать между преданностью Маку и службой. Она вдруг поняла, что карьера куда менее важна, чем этические принципы. И совсем ничего не значит там, где речь идет о человеке, обладающем этими принципами. Мужчине, которого она любит, который готов поставить все на то, во что верит.

— Не спутаю, — тихо отозвалась она. Мак холодно кивнул, совершенно напрасно поверив в ее искренность.

— Сейчас я буду звонить мэру. Выйдя из дома, постарайтесь игнорировать репортеров.

Он отправился в кухню. Остальные задержались минут на десять, но Мака не было ни видно, ни слышно.

— У меня создалось отчетливое впечатление, что он ждет нашего ухода! — выпалил Шредер. Сэм была совершенно с ним согласна, но ей очень хотелось остаться, чтобы услышать разговор с мэром.

— Пойдем, Литлтон, ему понадобится не меньше часа, чтобы связаться с мэром, — уговаривал Уомэк, когда она замедлила шаг и беспокойно оглянулась на дверь кухни. — Он и без того зол на тебя, как сто чертей. Давай-ка отсюда, пока он не решил вышвырнуть тебя обратно в патрульную службу.

— Я не думала, что он так уж зол, — нехотя пробормотала Сэм, останавливаясь за дверью и натягивая серые замшевые туфли. Пришлось осадить строгим взглядом симпатичного молодого полицейского у лифта, который самым беззастенчивым образом подтолкнул локтем напарника, показав на ее ножки.

Уомэк рассеянно следил за ней, но мыслями постоянно возвращался к Маккорду и его вспыльчивому нраву.

— Говорю же, он вне себя. Поверь, единственное, что спасло тебя, был тот неоспоримый факт, что ты спасла его в перестрелке.

— Не-а, — возразил Шредер, когда они вошли в лифт. — Он вовсе не так уж и взбешен… просто сосредоточивался. Лично мне Мак больше всего напоминает товарный поезд, несущийся вниз с горы без тормозов, а Литлтон просто умудрилась очутиться слишком близко от рельсов.

Мужчины встали по бокам Сэм, и все трое принялись протискиваться через толпу орущих репортеров, жмурясь от слепящих вспышек.

Независимо от того, рассердился Мак или нет, Сэм все же хотела найти способ подождать и послушать, что он скажет прессе. Хорошо бы встать в сторонке и поддержать его морально. Но «сосредоточен» ли он или просто «зол как черт», умнее всего будет сделать, как он велел, и ехать домой. В конце концов, можно наблюдать за происходящим по телевизору.


Глава 72 | Наконец-то вместе | Глава 74



Loading...