home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 67

Кэтрин резко нажала на тормоза, остановила машину у дома Джулии и чертыхнулась, увидев у порога детский велосипед. Оставив сумку в машине, она подбежала к входной двери, без стука распахнула ее и вошла в столовую. Джулия сидела за столом с тремя мальчишками.

– Джулия, – задыхаясь от бега, выпалила она. – Мне необходимо переговорить с тобой. В гостиной.

Отложив букварь, Джулия улыбнулась своим ученикам и сказала:

– Вилли, почитай немного вслух. Я скоро вернусь. Безошибочно почувствовав, что происходит нечто важное, Вилли Дженкинс читал лишь до тех пор, пока Джулия не оказалась вне пределов слышимости, после чего подмигнул своим двум приятелям.

– Сейчас что-то будет, – понизив голос, сообщил он и переместился на стуле таким образом, чтобы получше видеть гостиную.

Джонни Эверетт оглянулся через плечо и развернул инвалидную коляску. Теперь он смотрел в том же направлении, что и Вилли. Тим Уимпл, чья правая нога была ампутирована выше колена, последовал примеру друзей.

Решив разведать обстановку более детально, Вилли на цыпочках подкрался к двери.

– Мисс Кахилл включает телевизор… – шепотом сообщил он и продолжил наблюдение.

Встревоженно следя за тем, как Кэтрин щелкает переключателем в поисках какого-то канала, Джулия поняла, что подруга хочет ей что-то сообщить о Заке.

– Кэтрин? – сдавленным голосом позвала она, чувствуя, что не сможет долго выносить это напряженное молчание. – Что случилось? Говори же! Не молчи! Я должна знать. Что-то с Заком, да? Что-то плохое?

– Нет, – Кэтрин отступила от телевизора и повернулась к подруге. – Ты все узнаешь из новостей. В четыре тридцать будет специальный выпуск. – Сверившись с часами, она добавила:

– Через минуту.

– Что произошло? – теряя остатки самообладания, воскликнула Джулия.

– Хорошие новости, – горько рассмеялась Кэтрин. – Или плохие. Все зависит от того, как на это посмотреть. Джулия, он…

Кэтрин осеклась и сделала погромче звук. Телевизионный диктор сообщал, что они прерывают свои передачи для специального выпуска новостей, и на экране появилось знакомое лицо Тома Брокоу.

– Добрый день, леди и джентльмены, – начал он, – ровно час назад Захарий Бенедикт был освобожден из тюрьмы города Амарилло, штат Техас, где он отбывал сорокапятилетний срок за убийство своей жены, актрисы Рейчел Эванс. Адвокаты Бенедикта добились его освобождения на основании официального заявления, сделанного Эмили Макдэниелс, которая снималась в фильме «Судьба» вместе с Бенедиктом, Рейчел Эванс и Тони Остином.

Кэтрин почувствовала, как пальцы Джулии до боли сжали ее руку. Брокоу продолжал говорить в своей обычной, бесстрастной манере:

– Судя по информации, которой располагает Эн-би-си, заявление мисс Макдэниелс сводилось к тому, что два дня назад ее отец, Джордж Макдэниелс, признался ей в том, что убил Рейчел Эванс и Тони Остина, который был застрелен в своей лос-анжелесской квартире месяц назад.

Из груди Джулии вырвался мучительный стон. В нем было все – страдание, радость и непереносимое чувство вины. Судорожно ухватившись за спинку стула, чтобы не упасть, она как завороженная смотрела на экран. Камера была установлена у ворот амариллской тюрьмы. Одетый в темный костюм и галстук, Зак направлялся к ожидающему его лимузину.

Брокоу продолжал комментировать происходящее:

– В сопровождении своих калифорнийских адвокатов Захарий Бенедикт вышел из тюрьмы свободным человеком.

8 машине его ожидал старый друг – известный финансист и промышленник Мэтью Фаррел, чья непоколебимая вера в невиновность Бенедикта не была секретом ни для полиции, ни для журналистов. Справа от ворот вы можете увидеть хорошо вам знакомое лицо молодой женщины. Хотя ее знаменитые ямочки в данный момент и не видны, я уверен, что вы ее без труда узнаете. Судя по всему, в ее планы совсем не входило попадать в кадр – она приехала в Амарилло лишь затем, чтобы убедиться, что Захарий Бенедикт благополучно выйдет на свободу.

Зак внезапно заметил Эмили Макдэниелс, стоявшую рядом с мужем в толпе зевак, резко остановился и медленно пошел к ней.

Сквозь пелену слез Джулия смотрела на то, как Зак обнимает Эмили, что-то говорит ей и ее мужу, разворачивается, подходит к машине и исчезает за затемненными стеклами лимузина.

Брокоу продолжал свой рассказ:

– Как только местным репортерам стало известно об освобождении Бенедикта, они устремились в аэропорт в надежде получить хоть какое-то заявление. Однако к тому времени Бенедикт и Фаррел уже улетели из Амарилло на личном самолете последнего. Эн-би-си стало известно, что они направились в Лос-Анджелес, где у Мэтью Фаррела имеется собственный дом, который, правда, в последнее время снимает актер Пол Рестерман с женой.

С трудом сдерживая рыдания, Джулия повернулась к Кэтрин и сказала охрипшим от волнения и слез голосом:

– Мэтт Фаррел никогда не переставал верить в него. По крайней мере у Зака оказался хотя бы один верный друг.

– Перестань казнить себя, – одернула ее Кэтрин, но тотчас же поняла, что Джулия все равно ничего не слышит. Ее взгляд был прикован к экрану, а слух воспринимал только слова Брокоу:

– Через несколько секунд мы будем транслировать пресс-конференцию прокурора города Амарилло Уильяма Уэсли…

На экране появился темноволосый человек лет тридцати с небольшим. Жестом утихомирив репортеров, которые размахивали микрофонами и наперебой выкрикивали вопросы, он надел очки и сказал:

– Попридержите свои вопросы до тех пор, пока я не сделаю заявление.

Подождав, когда окончательно утихнет шум и гул голосов, Уэсли достал свои записи и начал читать:

– Вчера мне позвонили адвокаты Захария Бенедикта и попросили о срочной встрече. Во время этой встречи, которая состоялась в моем рабочем кабинете, они предъявили мне юридически оформленное заявление Эмили Макдэниелс, в котором та сообщала о том, что ее отец, Джордж Андерсон Макдэниелс, признался в убийствах Рейчел Эванс и Энтони Остина. Мисс Макдэниелс, продиктовавшая это заявление капитану полиции Джону Джоргену из Орэндж Сити, Калифорния, также предъявила автоматический пистолет сорок пятого калибра, принадлежащий ее отцу. Предварительная баллистическая экспертиза, проведенная сегодня утром, показала, что пуля, убившая Остина, была выпущена из этого пистолета. Сразу после нашей встречи адвокаты господина Бенедикта потребовали его освобождения. С моей стороны не последовало никаких возражений, и после того, как приказ был подписан судьей Уолкоттом и заверен в Апелляционном суде, Захарий Бенедикт был выпущен на свободу. Правда, остались еще некоторые формальности, связанные с его побегом из тюрьмы два месяца назад, что теоретически является нарушением законов штата Техас. Однако мы считаем, что мистер Бенедикт уже заплатил достаточно высокую цену за свою кратковременную свободу. У вас есть ко мне какие-то вопросы? – обратился он к журналистам.

Вопросов было несколько десятков, но ответ последовал только на один, заданный, очевидно, самым горластым журналистом:

– Собираетесь ли вы возбуждать уголовное дело по факту похищения Захарием Бенедиктом Джулии Мэтисон?

– Это будет зависеть исключительно от мисс Мэтисон. От того, захочет ли она, чтобы подобное дело было возбуждено. Наша прокуратура не имеет к этому никакого отношения.

Стоя на пороге, Вилли Дженкинс с трудом оторвал взгляд от искаженного болью и страданием лица учительницы и повернулся к друзьям, которые не могли ни видеть, ни слышать происходящего на телеэкране.

– Это снова этот козел Бенедикт, – разъяренно прошептал он. – Его выпустили из тюрьмы, и теперь мисс Джулия плачет из-за него.

Подойдя к столу, Вилли собрал книжки и начал запихивать их в портфель.

– Нам лучше уйти. Мисс Мэтисон вряд ли захочет, чтобы мы видели, как она плачет. А судя по тому, что я видел, успокоится она еще очень нескоро.

Тим и Джонни начали поспешно собираться, но внезапно Джонни отложил в сторону книжки и повернул к Вилли озабоченное веснушчатое личико.

– Скажи, а почему мисс Мэтисон плачет из-за того, что по телевизору показывают Бенедикта?

Закончив собираться, Вилли развернул коляску Тима к двери.

– Мама говорит, что он разбил ей сердце. Наверное, поэтому. Мама еще говорит, что об этом знает весь город.

– Он козел, – сказал Тим.

– Самый настоящий, – поддержал его Джонни, отъезжая от стола и направляясь на кухню, откуда на улицу вел специальный трап.

На тротуаре перед домом мальчики ненадолго задержались, глядя через незанавешенное окно на плачущую учительницу, которую тщетно пыталась успокоить мисс Кахилл. Джулия заметила их, усилием воли заставила себя улыбнуться и помахала рукой, как бы говоря, что они поступили совершенно правильно, решив уйти.

Расстроенные и сбитые с толку, мальчики направились вниз по улице.

– Я ненавижу Захария Бенедикта, – вдруг сказал Джонни.

– Я тоже, – поддержал его Тим.

– Ага, и я, – согласился Вилли, подталкивая велосипед. И тотчас же добавил со свойственным ему практицизмом:

– Джонни, мы с тобой завтра придем в школу пораньше и предупредим всех, чтобы не валяли дурака и не расстраивали мисс Мэтисон. Никаких прогулов. Никаких плевательных трубочек на уроках. Тим, ты займешься футбольной командой. Предупреди всех ребят, что мисс Мэтисон нельзя волноваться. Понятно?

– Но они же спросят: почему? – резонно заметил Тим, ловко объезжая упавшую на дорогу ветку.

– Скажи, что Бенедикт разбил ей сердце и она плакала из-за него. В конце концов, это уже ни для кого не секрет, раз все взрослые об этом говорят.


Глава 66 | Само совершенство. Том 2 | Глава 68



Loading...