home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Молдавский покойник

А в Москве меня ожидало не очень приятное известие. Во время моего отсутствия Светик обслужила какую-то респектабельную московскую дамочку, и та, часа два тщетно прождав «хозяина квартиры» где-то в Свиблове, устроила грандиозный скандал. Светик не выдержала и открытым текстом послала дамочку куда подальше. Та пригрозила обратиться в милицию, и неглупой Светке было очевидно, что на сей раз это не пустая угроза.

Я вмиг примчался в офис, чтобы успеть спасти хотя бы деньги. И вовремя. Уничтожив все копии чеков, выданных клиентам, и выкинув в мусоропровод липовую печать, я рассовал наличность по карманам, выключил офисные телефоны, наполнил высокий хайбол купленным накануне кальвадосом и развалился в кресле, закинув ноги на стол. Гости не заставили себя ждать – уже через полчаса помещение заполнили собой шесть огромных амбалов в одинаковых серых одеждах.

– Оперуполномоченный уголовного розыска Майоров Юрий Владимирович, восемнадцатое отделение милиции, – представился один из них. – Документики на вашу организацию предъявите, пожалуйста.

– Да, пожалуйста, – глядя менту прямо в глаза, я протянул ему пачку моих липовых бумажонок. Он с неохотой их полистал, вяло бросил на стол и несколько секунд помялся.

– Тут на вас заявление поступило от обманутой гражданки.

– Да нет, начальник, – по-прежнему уверенно глядя ему в глаза, ответил я, – неправильными терминами оперируешь, – для общения с малозначимым опером я сознательно выбрал фамильярный тон. – В договорчике всё указано. Никого сроду не обманывали. Всё по закону, – я пододвинул менту образец договора. – Квартиру ей искать мы не обязывались. Мы обязывались предоставлять ей ежедневно поступающую информацию о свободном жилищном фонде города, выставленном в аренду. Что неуклонно и делаем. А искать себе квартиру она должна сама.

– Да не крути ты мне мозги, – устало ответил опер и раздражённо оттолкнул бумажку с образцом. – Сам знаю. Таких шарашкиных конторок на моём участке, как конём насрано. И каждый день заявления поступают. Но на этот раз, ребятки, дело серьёзное, – и он выжидающе посмотрел на меня тягучим взглядом.

Я приподнялся в кресле, дохнул на него через стол нежным яблочным ароматом кальвадоса и взглядом предложил удалить из помещения его гоблинов. Мент, очевидно, только этого и ждал – он повёл бровью, и амбалы, шаркая ботинками, вереницей выволоклись в коридор. За ними, сгибаясь под моим тяжёлым взглядом, пулей устремилась моя горе-менеджерша.

– Ну? – кратко спросил я оперуполномоченного.

– Чего «ну», – в тон мне ответствовало должностное лицо. – Полторы штуки баксов. Ежемесячно. И трудись на здоровье. Мне Валерка-завхоз про тебя уже давно рассказал, мы по-любому бы заглянули. А тут такой повод серьёзный.

– Хорошо, начальник. Полторы так полторы, – вслух сказал я, а сам подумал: «Хрен тебе по всей твоей жирной морде!» – Что это за тётка-то, начальник?

– На, я тебе её визитку оставлю. Позвонишь ей, извинишься за недоразумение. И найди ей квартиру, а то меня в доску задолбают, – и опер небрежно швырнул по столу визитку с гербом и двумя флагами, государственным российским триколором и красным московским «Победоносцем». – Бабло сейчас отдашь или как?

– Нету при себе столько, начальник, – я допил кальвадос и со стуком поставил на стол пустой стакан. – Скажи, куда занести, послезавтра всё будет.

– Да куда… Заноси прямо в кабинет. Пиши адрес… Малый Сухаревский переулок, дом четыре, строение два. Уголовный розыск, кабинет тридцать девять. Спросишь меня, любой покажет, – мент тяжело привстал и направился к выходу. – И это… Не затягивай. Чтобы послезавтра. А то неприятности будут. Бывай здоров.

– И тебе не хворать, начальник. До послезавтра, – я внимательно рассмотрел визитку скандальной клиентки. Чёрным по белому на ней были пропечатаны инициалы, а чуть ниже указана должность: директор департамента потребительского рынка и услуг мэрии Москвы.

Я понял, что благодаря жадности опера мы очень дёшево отделались. И расценил это, как некий знак свыше. Да и, если совсем уж положа руку на сердце, заниматься подобными полужульническими операциями мне было уже тошно донельзя. Поэтому я легко принял решение свернуть лавочку.

В кабинет вошла Светка. В её умных глазах светился испуг. Я вкратце описал ситуацию.

– Чего делать будем, Женька? Платить?

– Нет, Светик. Платить мы им не будем.

– А как тогда работать?

– Никак, солнце. Сегодня мы закрываемся.

– Как это закрываемся?!! – Светик вытаращила глаза. – Зачем? Мы же вполне способны заплатить эти полторы штуки. Зато нас больше не будут беспокоить. Я тебя не понимаю, Жень.

– А тебе и не надо понимать, – я достал из ящика стола калькулятор, постучал пальцами по клавишам и отсчитал несколько крупных купюр. – Вот твои деньги. Вот зарплата твоей подруги, передашь сама. А нашей организации больше нет. Нам здорово повезло, этот жадный ментяра не проверил наших документов и даже фамилий у нас не спросил. А это очень хорошо. Потому что мне вовсе не улыбается светиться в ментовских сводках и архивах. Мне нравится быть чистым перед законом. И второго шанса я им не дам.

– Жень, – Светка помялась, поёрзала на стуле. – А… ты не мог бы… В общем, дай мне этот пакет документов, а? Я тебе за него деньги отдам.

– А, вот ты о чём, – улыбнулся я. – Не надо денег, забирай просто так. Я всё равно его выкинуть собирался.

– Вот и отлично, – Светка довольно заулыбалась. – Понимаешь, Жень, бизнес очень уж хороший. Жалко оставлять. Да и куда мне деваться теперь? В какой-нибудь офис на зарплату не хочу. А тут все отработано уже. А с ментами я сама разберусь.

– Я тебя понимаю, Свет. Нет проблем. Желаю успеха в бизнесе, – я поцеловал Светку в щёчку, поместил в портфель початую бутылку кальвадоса и вышел в коридор. Ещё не успев дойти до лифта, я услышал, как наперебой зазвонили сразу же включённые Светкой офисные телефоны. Предприимчивая девчонка не желала упустить ни одного клиента.


* * * | Гастарбайтер | * * *