home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Пакт «Галифакс-Рачинский»

23 августа Сталин в протоколе к договору о нейтралитете и нападении между СССР и Германией оговаривает сохранение суверенитета Польши, а 25 августа в Лондоне достопочтенный виконт (и прочая, и прочая, и прочая) Галифакс, министр иностранных дел Великобритании с одной стороны, и посол Польши в Великобритании граф Рачинский с другой стороны, подписали Соглашение о взаимопомощи Великобритании и Польши, в котором оговорили пути дальнейших территориальных приобретений Польши. Да, именно так. Но поскольку, ввиду очевидных военных приготовлений Германии против Польши, говорить об этом открыто было не совсем удобно, начали виконт и граф со следующего.

«Статья 1. Если одна из Договаривающихся Сторон окажется вовлеченной в военные действия с европейской державой в результате агрессии последней против этой Договаривающейся Стороны, то другая Договаривающаяся Сторона немедленно окажет Договаривающейся Стороне, вовлеченной в военные действия, всю поддержку и помощь, которая в ее силах» [137].

Вы можете понять, о ком идет речь, – об агрессии какой европейской державы хлопочут графья? Ведь их в Европе было три: Франция, Германия и СССР. Франция союзник, посему отпадает. Кто – СССР или Германия – должен напасть на Договаривающиеся Стороны, чтобы пакт «Галифакс-Рачинский» вступил в действие? Любая из двух? Но тогда почему в статье 1 «европейская держава» стоит в единственном числе?

Это простофили Сталин и Гитлер что думают, то и пишут. А Галифакс и Рачинский – «умные политики», которые судьбы своих стран решают за столом переговоров, поэтому то, что они записали в Соглашение, не каждому дано понять. Им, впрочем, тоже. Поэтому Галифакс и Рачинский к Соглашению подписали секретный протокол, в котором разъяснили сами себе, что записали в доступном публике тексте Соглашения.

«Польское правительство и правительство Соединенного Королевства Великобритании в Северной Ирландии согласились со следующим пониманием соглашения о взаимопомощи, подписанного сегодня, как единственно правильным и имеющим обязательный характер:

a) Под выражением „европейская держава“, используемым в соглашении, понимается Германия.

b) В случае, если будут иметь место действия, соответствующее смыслу статей 1 и 2, со стороны европейской державы, иной, нежели Германия, Договаривающиеся Стороны вместе обсудят меры, которые будут совместно приняты» [138].

Итак, «европейская держава» это, пока все же Германия, но почему об этом прямо не написать? Ведь война уже у границ. В день подписания этого Соглашения в Польше были прекращены занятия в школах, реквизированы в пользу армии все легковые автомобили, началась эвакуация из Польши англичан и французов [139]. Зачем темнить?

Не знаю, какие мысли по этому поводу могут возникнуть у вас, но я не вижу другого ответа: этим Соглашением Великобритания и Польша хотели надавить на Гитлера (с которым Англия в это время вела закулисные переговоры), с целью заставить его отказаться от планов нападения на Польшу, но, одновременно, предложить ему напасть на СССР, поскольку пакт «Галифакс-Рачинский» легко мог быть трансформирован из антигерманского в антисоветский путем подстановки в его текст новой «европейской державы». Тем более что из дальнейшего текста следует, что договор не оборонительный, а наступательный. За открытой публике статьей 1 следовала открытая статья 2:

«Статья 2.1. Положения статьи 1 будут применяться также в случае любого действия европейской державы, которое явно ставит под угрозу, прямо или косвенно, независимость одной из Договаривающихся Сторон, и имеет такой характер, что сторона, которой это касается, сочтет жизненно важным оказать сопротивление своими вооруженными силами.

2.2. Если одна из Договаривающихся Сторон окажется вовлеченной в военные действия с европейской державой в результате действия этой державы, которое ставит под угрозу независимость или нейтралитет другого европейского государства таким образом, что это представляет явную угрозу безопасности этой Договаривающейся Стороны, то положения статьи 1 будут применяться, не нанося, однако, ущерба правам другого европейского государства, которого это касается» [140].

Как видите, без секретного протокола понять, что написано в статье 2, тоже невозможно. Но обратите внимание, что согласно статьи 2 Польша и Великобритания атакуют «европейскую державу» не после того, как она совершит агрессию против них, а по своему усмотрению, когда либо Великобритания, либо Польша «сочтут это жизненно важным», либо сочтут, что «это представляет явную угрозу безопасности этой Договаривающейся Стороны». Это, заметьте, не какой-то там раздел сфер интересов, по которому нельзя вести пропаганду вне своей сферы. Это прямое соглашение о нападении (причем публике было неизвестно на кого – на СССР или на Германию) с прямым посягательством на третьи страны. И эти страны перечислены в секретном протоколе к пакту «Галифакс-Рачинский».

«а) Два правительства будут время от времени определять по взаимному соглашению гипотетические случаи действий Германии, подпадающих под действие статьи 2 соглашения.

b) До тех пор, пока два правительства не решат пересмотреть следующие положения этого параграфа, они будут считать: что случай, предусмотренный параграфом 1 статьи 2 соглашения, относится к Вольному городу Данцигу; что случаи, предусмотренные параграфом 2 статьи 2, относятся к Бельгии, Голландии, Литве.

c) Латвия и Эстония будут рассматриваться двумя правительствами как включенные в список стран, предусмотренных параграфом 2 статьи 2, начиная с момента, когда вступит в силу договоренность о взаимопомощи между Соединенным Королевством и третьим государством, которая распространяется на два названных государства.

d) Что касается Румынии, правительство Соединенного Королевства ссылается на гарантию, которую оно предоставило этой стране; а польское правительство ссылается на взаимные обязательства по румыно-польскому союзу, которые Польша никогда не рассматривала как несовместимые с ее традиционной дружбой с Венгрией» [141].

Думаю, если бы поименованные здесь страны узнали, что они фигурируют в этом договоре, они все взвились бы от негодования – ведь это Соглашение прямо попирало их независимость. Начнем по порядку.

Когда после Первой мировой войны определяли границы Польши, ей отрезали от Германии «коридор» – полосу земли к Балтийскому морю. Но на побережье этого коридора не было порта, и поэтому от Германии отрезали еще кусок – дельту Вислы с портом и городом Данциг. Но Польше его не передавали! Это была территория вольного города со своей валютой (гульденом), своим самоуправлением, из 400 тыс. жителей Данцига 95% были немцами. У Польши с Данцигом был таможенный союз, и внешние дела Данциг вел через министерство иностранных дел Польши. (СССР имел с Данцигом дипломатические отношения с 1924 г.) Данциг находился под защитой Лиги Наций (тогдашней ООН), и в нем был Верховный комиссар Лиги Наций для решения споров между Данцигом и Польшей [142]. Польша привыкла считать его своей собственностью, имела в Данциге свои военные базы, но ведь город-то оставался немецким. Пока Польша не задействовала на своем побережье порт Гдыню, немцев из Данцига такое положение устраивало, поскольку они переваливали весь морской экспорт и импорт Польши (2/3 от всего объема внешней торговли). Но с 1928 г. Польша начала направлять свой экспорт в Гдыню, экономическое положение Данцига резко ухудшилось. Лига Наций заставила Польшу выделить Данцигу квоту в грузообороте [143], но уже сам факт того, что Польша в любой момент могла удушить Данциг экономически, поставил вопрос о возвращении его в Германию. Действительно, если у Польши уже был свой порт, зачем тогда держать Данциг в состоянии вольного города? Доводов в защиту принадлежности Данцига Польше у поляков не было, вот, скажем, Риббентроп докладывал о своем разговоре с Беком 6 января 1939 г.:

«В ответ на это я разъяснил господину Беку следующее:

1. Как фюрер уже сказал, превыше всего для германской стороны ее безусловное стремление к окончательной, широкой и продиктованной великодушием консолидации взаимных отношений.

2. В связи с этим имеют значение три проблемы: а) Непосредственно германо-польские отношения.

Здесь мне представляется следующее решение:

Возвращение Данцига Германии с обеспечением всех экономических интересов Польши в этом районе, причем с наибольшей щедростью. Связь Германии с ее провинцией – Восточной Пруссией через экстерриториальную автостраду и железную дорогу. За это в качестве компенсации со стороны Германии – гарантия коридора и всей польской собственности, то есть окончательное и прочное признание взаимных границ» [144].

26 января Риббентроп снова убеждает:

«Г-н Бек, сказал я, должен понять, что пожелания немецкой стороны чрезвычайно умеренны, поскольку отторжение ценнейших частей германской территории и передача их Польше, осуществленные по Версальскому договору, и по сей день воспринимаются каждым немцем как огромная несправедливость, которая была возможна лишь во времена крайнего бессилия Германии. Если опросить 100 англичан или французов, то 99 из них без всякого согласились бы с тем, что возвращение Данцига, а также, как минимум, коридора является само собой разумеющимся требованием немецкой стороны.

На г. Бека мои доводы произвели впечатление, однако он снова сослался на то, что следует ожидать самого сильного политического сопротивления внутри страны, вследствие чего он не может оптимистически расценивать это дело; все же, сказал Бек, в дальнейшем он намерен серьезно обдумать наше предложение.

Я условился с г. Беком, что, если Лига Наций прекратит выполнение своих функций в отношении Данцига прежде, чем между Германией и Польшей будет заключен договор, включающий и Данциг, мы установим с ним контакт, чтобы найти решение, позволяющее выйти из этой ситуации» [145].

Не мудрено, что Галифакс и Рачинский спрятали Данциг в секретный протокол – как воспринял бы мир известие, что Польша и Великобритания развязали мировую войну из-за того, что им не принадлежало, – из-за Данцига – из-за того, что фактически присвоила себе Польша, проигнорировав Лигу Наций? Пойдем далее.

Оставим Великобритании Голландию и Бельгию и рассмотрим попавшую в протокол Литву. Литве, конечно, как я уже писал, любить Германию было не за что. Но поляков Литва просто ненавидела – в связи с тем, что поляки в 1920 г. нагло, вопреки требованию Антанты, отобрали у Литвы ее столицу Вильнюс (тогда Вильно).

Такой вот маленький штрих к польско-литовским отношениям. Маршал Пилсудский любил свою мать и перед своей смертью завещал перенести ее тело с литовской территории в тогда польский Вильно (сердце Пилсудского похоронено в могиле матери, а тело – в Кракове). Поскольку дипломатических отношений между Польшей и Литвой с 1920 г. не было, поляки запросили Литву через своего посла в Риге. Литве в таком вопросе отказать было невозможно, но поехать за телом должны были племянник Пилсудского и адъютант Пилсудского в чине капитана. Поляки догадались спросить, можно ли этому капитану появиться в Литве в польском мундире и Каунас запретил, поскольку возможна «порча этого мундира людьми, недоброжелательно относящимися к Польше» [146]. Поляки в этом смысле были уники – не было ни одного соседа, относящегося к ним хотя бы равнодушно.

И вот теперь Польша, согласно статьи 2 соглашения с Великобританией, тайно взялась защищать независимость Литвы без ее согласия на это, да еще и не ту независимость, которую хочет Литва, а ту, которую хочет Польша. Еще раз сравните эту наглость с протоколом о разделе сферы интересов между Германией и СССР, который и близко не посягал на независимость ни одной страны.

Ведь по пакту «Галифакс-Рачинский» Польша могла спокойно наблюдать, как Германия захватывает Литву, чтобы выйти к границам СССР, поскольку могла считать, что это не угрожает ее, Польши, безопасности. Но затем, когда Германия обессилится в войне с СССР, потребовать у Германии Литву себе, угрожая войной с собой и Англией. Потребовать и этим «восстановить независимость» Литвы таким образом, чтобы это не угрожало Польше. Как иначе истолкуешь §2 статьи 2 пакта «Галифакс-Рачинский»?

Что касается желания Великобритании якобы вскоре заключить военный союз с Латвией и Эстонией, отмеченного в секретном протоколе к пакту «Галифакс-Рачинский», то это неприкрытая провокация, с целью дать Германии повод оккупировать или подчинить себе данные государства. Ведь за четыре месяца до этого 17 апреля 1939 г. СССР официально предложил Великобритании создать военный союз, по которому:

«1. Англия, Франция, СССР заключают между собой соглашение сроком на 5-10 лет о взаимном обязательстве оказывать друг другу немедленно всяческую помощь, включая военную, в случае агрессии в Европе против любого из договаривающихся государств.

2. Англия, Франция, СССР обязуются оказывать всяческую, в том числе и военную, помощь восточноевропейским государствам, расположенным между Балтийским и Черным морями и граничащим с СССР, в случае агрессии против этих государств» [146].

И именно Великобритания отказалась от этого союза. По предложению СССР Латвии и Эстонии действительно можно было помочь, поскольку в союзе с Англией и Францией это делал бы СССР. Но как без Советского Союза Галифакс собирался оказывать военную помощь прибалтам?

И уж крайнюю подлость поляки совершили по отношению к румынам. Они ведь были военными союзниками Польши, пусть и против СССР, но союзниками. Но дело в том, что границы с Румынией немцы не имели и им, чтобы захватить или подчинить себе Румынию как плацдарм для нападения на СССР, нужно было действовать совместно со своей союзницей по Антикоминтерновскому пакту (с которой немцы уже поделили Чехословакию) Венгрией. И заявляя, что «взаимные обязательства по румыно-польскому союзу» Польша похерит во имя «традиционной дружбы с Венгрией», Польша согласовала с Великобританией, что она и пальцем не пошевелит, когда немцы будут насиловать Румынию.

Итак. Первоначально Германия планировала атаковать Польшу 26 августа 1939 г. На ее территорию немецкая разведка забросила диверсионные группы для захвата мостов, туннелей, перевалов. Приказ о переносе сроков не до всех дошел, группа оберлейтенанта Герцнера утром 26 августа захватила в Польше перевал Яблунковский и несколько часов с боями удерживала его [148]. Война Германии с Польшей уже шла. В такой ответственный момент Польше и Англии надо было бы обговаривать; сколько Польше нужно держаться без помощи, когда Англия начнет бомбить Германию; когда мобилизуется и т. д. и т. п.

А эти графские[7] польско-британские придурки, подписывая пакт «Галифакс-Рачинский», размечтались о том, как они стравят Германию с СССР и на этом поживятся.

Из склепа маршала Пилсудского в Кракове несся истошный вопль; «Идиоты!!!»


Попытка спасения Польши | Крестовый поход на Восток. «Жертвы» Второй мировой | Польские силы