home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню



Делократическое государство

Прежде всего, в этом государстве резко изменен принцип управления людьми.

Само управление, разумеется, осталось, поскольку без управления невозможно ничего получить в условиях разделения труда. Но если раньше управленцы наказывали и поощряли своих подчиненных с целью принудить их сделать поручаемое им Дело, то теперь право поощрять и наказывать было передано самому Делу.

Тот, кто имеет возможность поощрить и наказать, тот и имеет власть, по-гречески «кратос». Раньше власть имел руководящий орган — «бюро» — и управление людьми было бюрократическим. Теперь власть над людьми стало иметь Дело и принцип управления стал делократическим.

Делом Люди называют результат деятельности Человека, за который готовы платить те, кому этот результат предназначен. Делом управленца является организация работы своих подчиненных так, чтобы Дело организации, возглавляемой этим управленцем, было исполнено максимально эффективным способом.

Делом такой организации, как государство, является максимальная защита граждан в случаях, когда гражданам в одиночку или малыми группами трудно себя защитить. Дело государства — это и защита своих граждан от врага и от уголовника, и от болезней, и от беспомощности в старости, и от многого другого. Причем, защищают себя от всех этих напастей сами граждане этого государства, но организовывают их на это органы управления государством — те Люди, которые государством руководят. И если они это свое Дело делают добросовестно, то защищенность граждан все время возрастает и от этого их жизнь становится все лучше и лучше.

Это следует запомнить, чтобы понять, как граждане России превратили бюрократов у власти в делократов. Учитывая, что в конечном итоге Делом высшей власти в России является все улучшающаяся жизнь народа, они дали этому Делу возможность поощрять и наказывать власть.

Технически это было исполнено так. Избираемые всеобщим голосованием Президент, депутаты Госдумы России и члены Совета республики по окончании срока своего правления в момент выборов новых составов органов власти России подвергались суду избирателей. Каждый избиратель выносил свой приговор на основании собственного восприятия своей жизни. Если по его личному мнению жизнь улучшилась, то он писал в своем вердикте оценку сменяемому составу власти — «достойны поощрения». Если он не видел оснований поощрять, то писал «без последствий». Но если по его мнению жизнь ухудшилась, то он писал «достойны наказания». И если так считало большинство, то сменяемый состав власти этим приговором в полном составе осуждался на тюремное заключение на срок, равный сроку пребывания у власти. Людям, приходящим во власть, ничего не оставалось делать, как служить только народу. (Мыслимые и немыслимые возможности перехитрить народ были пресечены еще в Законе о суде народа над властью).

С принятием закона, делократизирующего высшую власть в России, началась делократизация всей жизни в России и, хотя это тогда мало кто понимал, началось реальное строительство Гуманизма.

На описываемый момент во главе России от Президента, Госдумы в 450 человек и Совета республики в 178 человек остался только один коллективный выборный орган в 100 человек.

Начав делократизацию, граждане России столкнулись с необходимостью давать новые термины новым должностям и органам. Встал вопрос: выдумывать ли новые слова или воспользоваться очень старыми в новом значении? Тем более, что новые органы и должности в чем-то отдаленно напоминали своих древних предшественников и предшественниц. Вот и решили использовать старые слова в их новом смысле.

Поэтому новый высший выборный орган власти в России был назван архаическим словом Земский Собор, в просторечьи — Собор, имея в виду, что в него собираются представители со всей земли Российской. Депутатов Собора в просторечьи называют земцами.

Никакой прирост России новыми землями и людьми численность Собора не менял — увеличивались округа, от которых избирались земцы. Дело в том, что Собор это управляющий страной орган и свою численность он определяет из потребностей управления, а не представительства.

Решение по любому вопросу принимают все земцы, но в узкоспециальных вопросах сначала разбираются комиссии Собора (по военным вопросам, по экономическим, по иностранным делам и т.д.). Эти комиссии нецелесообразно иметь численностью более, чем в 5 человек, поскольку опыт показывает, что при большем количестве любых комиссий остальные члены, как правило, не задействованы. Подсчитав, сколько таких комиссий нужно, Собор пришел к выводу, что 100 человек земцев для России размером хоть в Земной шар больше чем достаточно.

Раз в 5 лет Собор переизбирается и подвергается суду избирателей. Надо сказать, что с самого начала действия Закона о суде народа над властью, даже в условиях, когда миллионы избирателей требовали посадить власть в тюрьму, большинства голосов эта мера никогда не набирала и весь народ еще ни разу не воспользовался своим правом репрессий над властью. А в описываемое мною время вердикт избирателей обычно состоял из «достойны благодарности» и «без последствий». Поэтому решение «без последствий» уже воспринималось как отрицательное, и новый состав Собора посылал представителей в те места, где голосов с таким вердиктом было много, чтобы уяснить себе, почему люди не совсем довольны властью.

От добра добра не ищут, и избиратели не склонны на выборах менять одних земцев на других. Но это заботит сам Собор, который не хочет, чтобы его состав вдруг постарел весь сразу. Поэтому земцы сами разбираются внутри Собора, кому пора покинуть должность, и в целом в ходе выборов Собор обновляется молодыми кадрами примерно на 20%, а нормально работающие земцы находятся у власти 20-25 лет подряд.

Какие-либо регулирующие жизнь Людей законы Собор принимает крайне редко, после тщательного рассмотрения.

(Надо сказать, что с делократизацией управления России первые годы Собор чаще всего занимался тем, что пачками отменял те законы, которые успела напринимать Государственная Дума. «Кретины в Думе, — писали тогда газеты, — непрерывно кричали о свободе, а сами напринимали столько законов, что человеку и шагу нельзя было сделать, чтобы не упереться в какую-либо идиотскую статью»).

Основной работой Собора является выяснение того, на что нужно направить общие силы народа, чтобы жизнь народа была еще лучше. Он рассматривает тысячи всевозможных проектов, оценивает их стоимость, возможности страны и срочность, пока не выбирает первоочередные и не сформирует очередной бюджет. При этом Собор не исходил и не исходит из того, сколько он налогов соберет, а исходит из необходимости осуществления тех или иных проектов. Лишних, не могущих быть использованными, денег Собор никогда с населения не собирал, и налоги из года в год меняются только в зависимости от готовности к осуществлению того или иного проекта.

К примеру, когда все было готово, Собор, собрав с народа деньги налогами, финансировал постройку в 5 лет ширококолейной железнодорожной магистрали от Калининграда до Владивостока, по которой атомные локомотивы гоняют составы-контейнеровозы весом 100 000 т со скоростью 300 км/час, что вдвое удешевило и ускорило доставку грузов по всей стране.

Точно так же Собор финансировал из общенародных денег строительство колонии для 300 человек на обратной стороне Луны с мощной техникой по исследованию Вселенной и мощными ангарами для сборки межпланетных кораблей.

То есть, Собор собирает с населения налоги только на те проекты, что по силам только всему народу. Для более мелких вопросов Собор деньги не собирает и лишь контролирует, чтобы осуществляемые в областях самостоятельные проекты не ухудшали положение всей страны.

Собор — высшая власть в стране и отвечает за все, даже за то, чем он непосредственно не управляет (по чему не издает законов и указов, и что не финансирует). Тем не менее он свято придерживается правила — не управлять из Москвы ничем и никем, если это управление можно эффективно осуществить без Москвы. Чем ближе управляющая инстанция к Делу, тем меньше промежуточных инстанций, тем эффективнее управление и тем экономичнее результат. Именно поэтому Собор, который по своему положению может вмешаться в любое дело в стране, реально вмешивается в дела областей очень редко, предоставляя народу полную свободу и самостоятельность.

Собор — самый главный законодатель в стране, но не единственный. По вышеуказанным соображениям приближения законов страны к исполняющим их людям, он основную массу своих законодательных прав делегировал общинам.



Жизнеобеспечение | Смысл жизни | Общины