home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 6

Бог не торгуется

Хлопоты по восстановлению документов оказались вовсе не изнурительными. Возможно, потому, что Андрей готовился к хождению по инстанциям, как по кругам ада. Но чиновничьи кабинеты на филиалы преисподней все-таки не тянули. А ожидание в очередях скрашивалось чтением газет и журналов, торопиться ему было некуда.

В перерывах между сбором справок и писанием заявлений на восстановление сгоревших документов он продолжал бомбить. Забавно, что его никто не принимал за того, кем он выступал, — неудачником, зарабатывающим частным извозом. Трудно было поверить, что молодой человек, хорошо одетый, разъезжающий на импортном дорогом автомобиле, стреляет сотни на московских дорогах. Мнения пассажиров было до смешного одинаковы — его принимали за водителя, халтурившего втайне от хозяина. Так и спрашивали: «Кого возишь?» или «Калымишь втихую?» или «По какому ведомству твой шеф?».

В зависимости от настроения Андрей отвечал, что возит наркобарона, или депутата Госдумы, или директора Черкизовской барахолки. Почему-то наркобарон и торгаш вызывали больше почтения, чем депутат.

Так, как в первый день, на «новой работе» ему больше не везло, никто долларовыми купюрами не бросался. Андрей не гнушался и парой сотен рублей за одну поездку. На круг выходило от двух до трех тысяч за день. Для Андрея, с учетом долгов банку, это был даже не прожиточный минимум. Мариванна считала, что он гребет деньги лопатой из золотой жилы. Радовалась за Андрея. Он насмотрелся человеческих физиономий на много лет вперед. Засыпал вечером и перед глазами — мельтешение лиц, мужских и женских, старых и молодых, тех, что из очередей, и тех, что принадлежали пассажирам. Физически он уставал и выматывался, но это было только на пользу — меньше времени для мыслей о Марине.

Петька активно выздоравливал. Маленький шельмец, он уже чувствовал, что взрослые простят ему сейчас любые капризы, и нахально этим пользовался. Когда Андрей возвращался домой, Петька отказывался сидеть в манеже или ползать по ковру, требовал, чтобы Андрей брал его на руки и развлекал.

Клавдия Тимофеевна по-прежнему приходила, но уже не два раза в день, а один. Рекомендовала Пете пройти курс массажа. Если в таком раннем возрасте подготовить скелет и мышцы ребенка к сидению и хождению, то многих ортопедических проблем, которыми поголовно страдают дети, в будущем можно избежать. Массажистов сейчас развелось как собак нерезаных, но доверяться кому попало нельзя. Она может договориться с отличным специалистом Дубининой Светланой Николаевной, но Петю надо будет возить в сто пятнадцатую поликлинику.

— Договаривайтесь, — согласился Андрей.

Хотя совершенно не представлял, как возить Петьку на массаж, когда выйдет на работу. Ведь не до скончания века бомбить. У него уже есть несколько предложений, но все — ступенька вниз по сравнению со старой работой, и в материальном плане, и с точки зрения престижности.

Светлана Николаевна оказалась такой же кудесницей, как Клавдия Тимофеевна. Массажистка творила с ребенком чудеса. Разомнет голого Петьку с головы до ног, потом положит на спину, навалится на него, захватит головку с двух сторон ладонями. Петьке не нравится — орет, корчится, Светлана Николаевна точно угадывает момент, когда он набирает в легкие особенно много воздуха для очередного вопля, зажимает ему большими пальцами ноздри и резко наклоняет его голову — так, что подбородок оказывается припечатанным к груди, рот закрыт. И, снова угадав момент, отпускает ноздри. Из Петькиного носа вырываются струи мокроты. Да много! А ведь ему регулярно отсасывают сопли резиновой грушей! За три-четыре экзекуции Петька выдает на-гора лужу харкотины, остатки болезни.

Повторять ее манипуляции Андрею или Марии Ивановне массажистка строго запретила — еще сломаете ребенку шею. Да они бы и не отважились.


предыдущая глава | Отпуск по уходу | cледующая глава