home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

Приблизительно в одно время с Аннет Горчев ехал в Тулон. Загадочный автомобиль начал свою игру с невинными жертвами. Когда Горчев поместил Андре под рояль, он поспешил к своей стоящей перед виллой наемной машине, чтобы поспеть на пятичасовой в Марсель. Приказ есть приказ.

Особенно приказ об аресте.

Его машина была в несколько потрепанном виде. Особенно бросалось в глаза отсутствие дверцы: по выезде из Монако он лишился ее, протискиваясь в стаде волов возле бойни. Подножку сорвало трамваем на повороте – это он помнил, но где он ухитрился так помять капот, и куда к чертям девалась фара? Ну да ладно…

Прежде всего, необходим аперитив! Машина затормозила у бистро деликатно и осторожно и даже никуда не врезалась – отчасти потому, что Горчев несколько навострился в водительском мастерстве, а главное – у бистро не стояло других машин. Дело в том, что стоянка была запрещена для всех видов транспорта, кроме автобуса: глаза прямо-таки слепил интернациональный знак – красный кружок на белом фойе. Для Горчева подобные пустяки не существовали, он радовался удачному «приземлению», хотя и не у бистро, а рядом, у кинематографа. – Один абсент, братец директор, – Горчев бросил монету на стойку, глотнул и… поперхнулся: в дальнем углу бистро он увидел злоумышленника, который напал на генерала, и перевязанного, оклеенного пластырем Лингстрема. Оба джентльмена вели серьезную беседу. Горчев прижался к стене так, чтобы занавес скрыл его от Лингстрема; второго – Портнифа – он не опасался, тот его не видел в лицо.

– С девушкой обращайтесь деликатно, Портниф. Главное для нас – авто. Когда вы будете говорить с маэстро?

– Через полтора часа, когда приеду в Тулон. У нас назначена встреча в «Техасе».

– Итак, девушку не стоит пугать. Главное – похитить машину. Доставьте ее в Канны, я буду ждать на улице, ведущей к парку… Счет!

Вон что затеял господин Лингстрем! Два прыжка – и Горчев на улице. Ну и ну!

Какое скопление транспорта! Уличное движение пришлось перекрыть, поскольку автобусы могли проехать лишь по встречной полосе, чтобы обогнуть машину Горчева. Группа полицейских проникла в кинозал, надеясь отыскать владельца машины; пришлось даже прервать демонстрацию фильма. Пытались направить поток в боковую улицу, образовалась пробка. По меньшей мере сотня столпившихся машин отчаянно гудела. Из центра выехала оперативная группа для наведения порядка.

Горчев понятия не имел, что тут произошло, да это его и не интересовало. Он торопливо сел в машину. В момент его окружили десятка два полицейских:

– Ваш автомобиль?

– Дорожных знаков не видите!?

– Какого черта здесь торчите? Горчев включил мотор и дал газ.

– Желательно, чтобы одновременно говорили не более двух взводов полицейских. Ну, в чем дело?

– Вы припарковались не по правилам.

– Это сейчас-то? Видели бы вы меня утром у кондитерской!

– Перечеркнутое «Р» означает: Стоянка запрещена.

– Помилуйте, господа, водить машину я умею, но расшифровывать ваши ребусы мне не по зубам. Писали бы на таблицах по-человечески, что можно, а чего нельзя.

Полицейский объяснил, что дело обойдется в двести франков, если он не хочет вызова в автоинспекцию. Горчев не хотел, а посему расплатился. Объезд знака, удостоверяющего наличие кинематографа, заставил его опрокинуть стол продавца конфет – восемьдесят франков. Как говорится, покупка по случаю.

До гостиницы все шло благополучно, и торможение стоило всего семьдесят франков – цена сбитого трехколесного велосипеда. Автомобиль тотчас окружили опытные прохожие: Горчева приняли за героя звездного пробега Афины-Монте-Карло, который по горам и равнинам, в снег и распутицу, по шоссе и бездорожью преодолевал труднейший маршрут. По машине сразу видно. Герой, однако, поднялся в княжеские апартаменты и направился к стенному шкафу. Господин Ванек только что кончил бриться.

– Добрый день, – приветствовал он шефа. – Вас разыскивали два господина.

– Кто такие?

– Не знаю.

– Чего они хотели?

– Не знаю.

– Вы им сказали мое имя?

– Я его не знаю.

– Как они выглядели, по крайней мере?

– Один, похоже, офицер, высокого ранга. Другой – худощавый, седой, в цивильном платье. Лицо смуглое, загорелое, глаза голубые.

– Лабу?

– Может быть. Я не разглядел.

– Черт, жалко. Ну ладно, – Горчев уселся в кресло. – Слушайте, драгоценнейший.

– Моя фамилия Ванек.

– Господин Ванек! Сейчас у вас есть наконец возможность показать себя. Вы будете лично представлять мою персону – вот как я вам доверяю!

– Будьте уверены, я…

– За один день представительства особое вознаграждение в тысячу франков. – Слушаю.

– Я записался в иностранный легион.

– Понимаю. Можете на время службы смело доверить мне ваши дела.

– Как раз наоборот. Вы должны сегодня явиться в форт Сен-Жан и заменить меня на воинском посту.

Господин Ванек подпрыгнул:

– Месье, это издевательство над репутацией легиона.

– Я вовсе не требую, чтобы вы приступили к воинской службе. Просто у меня вечером важное дело, и я не знал об этом, когда записывался в легион. Если не явлюсь в течение двадцати четырех часов, меня станут разыскивать по всей стране.

– Ваши инструкции? – господин Ванек выдвинул ящик для галстуков, потом ящик для обуви.

– Что вы ищете?

– Куда я положил свой завтрак? Ага, вот. Из встроенного ящика для туалетных принадлежностей одним нажатием кнопки появилась гребенка, платяная щетка, зеркальце для бритья и чашка чаю в тесном соседстве с гренками, колбасой и колодками для обуви.

– Итак, ваши инструкции.

– Вот вам удостоверение на мое имя. Вы поедете в Марсель, отметитесь в форте Сен-Жан, и завтра днем я сменю вас.

– А если вы не сможете приехать по независящим от вас обстоятельствам?

– Так как вас нет в списках легиона, держать вас не станут.

– Но за такой обман по головке не погладят.

– Вы штатский и не подчиняетесь военным властям, в крайнем случае – гражданскому суду.

– Хорошо.

– Вот вам билет и две тысячи в задаток, поскольку я знаю вас как джентльмена.

– Я не знаю о вас абсолютно ничего, но возьму деньги, поскольку чувствую, что я в вас не обманулся.

– Благодарю. Не бойтесь, я не рассеян и не забуду о вас.

– Рассеянность – гнуснейший из всех пороков, – изрек господин Ванек и размешал чай рожком для обуви. Несчастный! Он убежал бы сломя голову, если б хоть немного представлял, что на себя берет. Но у него не было никаких предчувствий.


предыдущая глава | Золотой автомобиль [Авантюрист] | cледующая глава