home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 2

Ночной клуб «Альфа-К...» располагался в доме № 53 по Ленинградскому шоссе и даже внешне напоминал притон довольно низкого пошиба: облупившаяся краска на стенах, замызганные фонари, покрытая грязными разводами вывеска. Чистоту тут явно не уважали. И публика в клубе собиралась соответствующая. В этом мы убедились, когда отпустили таксиста и, заплатив за вход, проникли в главный зал. Спертый дымный воздух, замызганные скатерти, грязный пол, вульгарно накрашенные шлюхи...

С кухни доносились не слишком приятные запахи прогорклого жира и подгоревшего мяса. А мужчины делились на три категории: плохо выбритые любители «зеленого змия», бледные испитые типы с лихорадочными глазами (очевидно, наркоманы) и надменные, прилично одетые уголовники. Надо думать – здешняя элита.

Судя по всему, метр (с физиономией Квазимодо) отнес нас с Костей к третьей категории, изобразил на страхолюдной роже подобие улыбки и подвел к отдельному, двухместному столику с относительно чистой скатертью. Повинуясь его знаку, к нам приблизился пожилой официант с помятым лицом.

– Кайф? Бухло? Девочек? – лаконично осведомился он.

– Ведро чифиря и двух пидорасов, – вспомнив анекдот про зэка в ресторане, проворчал я.

– Ага, шутка! – поразмыслив секунд тридцать, догадался халдей.

– Правильно. Сообразительный ты наш, – усмехнулся я. – А пожрать у вас тут разве не полагается?

– Что?

– Ну, типа, закусить.

– Значит, бухло, – подытожил он. – Чего предпочитаете: пиво, водку, вино, коньяк, шампанское?

– Давай водку, только не паленую. И зажевать – мяса там, салата. Короче, сам сообрази, – распорядился Костя.

– Заказ будет готов минут через десять. А вы пока покурите, посмотрите эстрадную программу, – не спеша удаляясь, посоветовал официант. Эстрадная программа представляла собой волосатого расхристанного мужика, испещренного наколками. Остервенело бренча на гитаре, он сиплым голосом распевал похабные частушки. А вокруг него приплясывали не в такт пять голых девиц не первой свежести.

– Перекур, – по прошествии пятнадцати минут объявил он, отложил гитару и, не тронувшись с места, запыхтел «косяком» с анашой. Девицы перемигнулись, спрыгнули со сцены и куда-то удалились.

– Ужин наш запаздывает, – констатировал я. – Зато специализация клуба понятна – проституция и открытое распространение наркотиков... Странно! Обычно тайные организации убийц стараются не дразнить понапрасну «органы». Насколько мне известно по опыту – все они внешне на редкость респектабельны.

– В любом правиле бывают исключения, – философски заметил Сибирцев. – Вспомни репутацию Могилы! Что он мокрушник – однозначно. А наглости господину Лисянскому не занимать. Везучести тоже.

– Так-то оно так, – нехотя согласился я. – Но как-то оно все... Ладно! Твои предложения по изъятию сего милого дядечки из его логова с целью последующего наркодопроса?! (Днем, готовясь к проведению операции, мы не выработали конкретного плана пленения Могилы и решили действовать экспромтом, исходя из обстоятельств. – Д.К.)

– Хамы они тут все, – задумчиво молвил Костя. – Таков, вероятно, здешний стиль поведения. А раз так – и нам церемониться не стоит.

– ??!!

– Сейчас увидишь.

Еще минуты через три вернулся вразвалочку наш официант с подносом в руках и водрузил на стол пузатый графин водки, два бокала, большую миску оливье и подозрительного вида жаркое.

– Секи сюда, – поманил его пальцем Сибирцев. – У нас срочное дело к Могиле.

– К кому?!!

– К твоему шефу, болван! – рявкнул Костя, одновременно сунув в карман засаленного фрака пятисотрублевку.

– Ну-у-у, даже не знаю, – замялся халдей.

Сибирцев без лишних слов добавил еще одну купюру.

– Хорошо, – сдался официант. – Схожу, доложу. Вас позовут, – и быстро (не то что раньше!) скрылся из зала.

Тем временем местный эстрадник завершил перекур и вновь загорланил частушки, хихикая и кривляясь как обезьяна. (Очевидно, под воздействием наркотика.) А подтанцовка тоже, видимо, «перекурившая» (а может, ширнувшаяся?), стала выделывать совсем уж неприличные па.

– Свинюшник, – гадливо скривился я. – Надо ж, блин, почти в центре города!

– Это вы спрашивали шефа? – громоподобно прозвучало в ушах. Рядом стояли незаметно приблизившихся два широкоплечих молодчика в темных костюмах.

– Ну, мы, – важно ответил Сибирцев.

– Пойдемте. Нам приказали проводить вас к нему.

– А далеко идти?

– Нет, его кабинет рядом, на первом этаже.

«Начинаются приключения, – подумал я, нащупывая в кармане рукоять пистолета. – Ребята с виду вежливые, но... чует сердце, будет веселье! Глаза их выдают с потрохами. Н-да-а! Жаль, бронежилеты надеть поленились!»

– Готовность номер один, – подал я Косте условный сигнал. Он понимающе опустил веки и первым поднялся из-за стола...

Мои подозрения полностью оправдались. Едва мы миновали зал и зашли в тускло освещенный холл с несколькими дверями в стенах, «гориллы» мигом отбросили напускную вежливость. Один ухватил меня за грудки здоровенной лапищей, а другой приставил к Костиному горлу нож.

– Попался, падла! – торжествующе пробасил первый. – Ща кончим твоего дружка, а ты с нами малость пооткровенничаешь...

Не знаю, почему для допроса выбрали именно меня. Может, просто наобум. А может, сочли более слабым в моральном отношении? Но в любом случае они допустили грубую, непоправимую ошибку. Если бы глотку собирались резать мне, я бы, возможно, пощадил «резуна». Ну, сломал бы ему пару конечностей в воспитательных целях. А вот Костя... У него последнее время проблемы в семье. Жена стервозничает, от рук отбилась. Он стал очень нервный, несдержанный. Постоянно срывается по пустякам. Вот и сейчас...

– Ар-кх-х-х-х-х, – послышался сдавленный предсмертный хрип. Умело перехватив руку «второго», майор Сибирцев приемом боевого самбо всадил ему в туловище его же собственный нож.

– А-а-у-у-у! – отчаянно взвыл мой визави, попавшийся на болевой захват. – У-у-у-ат-пу-у-у-сти-и-и-и!!!

– Закрой варежку, чмо, – посоветовал я, легонько стукнув бандита в артерию, питающую кровью мозжечок. Он тут же заткнулся, обмяк и, похоже, выпал из реальности.[3]

Тихо скрипнула открываемая дверь.

– Закройся трупом! – крикнул я Сибирцеву, а сам плотно прижал к себе осоловевшего пленника.

– Т-р-р-р! – прошелестела очередь из бесшумного оружия. Часть пуль попала в Костин «щит», часть в мой. Стрелял вышедший из какой-то комнаты третий боевик – толстый, горбоносый, небритый.

– Держи!! – хором рявкнули мы, с силой швырнув в него обоих мертвецов. Попали точно. Не удержавшись на ногах, толстяк упал на пол, придавленный сразу двумя кровоточащими телами. Падая, он выронил оружие. Подоспевший первым Костя быстро подхватил «стечкин» с глушителем и сунул дымящийся ствол в лицо горбоносому.

– Завалю на хрен! – бешено прохрипел он.

– Ну, ну, братишка, не горячись, – примирительно сказал я. – Вдруг хмырина окажется нам полезен? Короче, не стреляй пока...

Как вы поняли, началась обычная игра в доброго и злого дядю. Игра эта стара как мир, но до сих пор срабатывает безотказно. (Надо лишь момент подходящий улучить, да психотип «ломаемого» правильно определить.) Мы с Сибирцевым не раз в нее «играли». Работа у нас такая. Вот только раньше роль «злого» всегда доставалась мне.

– Я пригожусь! Пригожусь! – на удивление тонким голосом пропищал толстяк. – Все что угодно! Клянусь!

Сибирцев, с явной неохотой, отвел ствол.

– Где Могила? – жестко спросил я. – Считаю до трех: раз...

– На деловой встрече, принимает товар! – поспешно выпалил бандит.

– Наркотики, небось? – прищурился я.

– Нет, их получили вчера.

– Тогда что?

– Доброволицу. Она будет главной героиней в жестком порнофильме с участием животных!

– Проститутку?

– Нет, – горбоносый позволил себе чуть усмехнуться, – приличная девушка из пресловутого «среднего класса».

– Ты решил пудрить нам мозги?! – взревел Костя, ткнув ему в зубы дулом «стечкина». – Ладно, блин!!! Тогда твои мозги я с удовольствием вышибу! – Палец майора начал выдавливать слабину спускового крючка.

В последний момент я успел перехватить руку разъяренного товарища, и бесшумная очередь врезалась в деревянную стену. Толстяк мгновенно обгадился со страху.

– Я не пудрю! – воняя экскрементами, завизжал он. – Я говорю чистую правду! Не убивайте!!!

– Ну, хорошо. Где происходит приемка «товара»? – спросил я.

– В зверинце! Там... и-ик... содержатся специально дрессированные собаки, козлы, павианы...

– Она закоренелая наркоманка, – догадался остывший Костя. – И с ней расплачиваются героином... или кокаином. Правильно?

– Не-е-ет! – с ужасом глядя на «злого дядю», выдавил пленник. – Я сам ничего там не пойму...

...Чв-пр-р...

– Ой! – содержимое его штанов вновь пополнилось. Запах дерьма резко усилился.

– Ты успокойся, – отодвинув в сторону Сибирцева и забрав у него «стечкин», – сказал я. – Давай потолкуем нормально, без истерик. Итак, доброволица не проститутка, не наркоманка, не нищая. Так?

– Так, – уныло подтвердил горбоносый.

– Психически нормальная? Не из дурдома?

– Нет. Я встречал потом некоторых на улицах. С солидными мужиками. На дорогих иномарках...

– И сколько ей платят за сие безобразие?

– Лично ей ничего! – Пленник с надеждой воззрился на меня. – Матерью клянусь! «Актрису» приводит какой-то человек, получает у Лисянского деньги и уходит. Женщина остается и сама, без принуждения раздевается. Сперва ее трахают наши ребята в масках, потом животные. Все снимается на камеру. А после она приводит себя в порядок, одевается и спокойно уходит. Даже денег на такси не берет. Видать, своих хватает.

– Бре-ед!!! Сплошное сумасшествие!!! – пробормотал Костя.

– Слишком долго болтаем, – раздраженно поморщился я. – Где зверинец, толстый?!

– В подвале клуба, в дальнем конце.

– Охрана по пути есть?

– Да.

– Много?

– Человек пять-шесть.

– Веди!!! – пинком ноги в бок я предложил «языку» подняться. – Да, еще, штаны поменяй. С тобой рядом находиться тошно!!!


* * * | Пропуск в ад | Глава 3