Book: Властители. Новые создания



Властители. Новые создания
Властители. Новые создания

Джим Моррисон


Властители. Новые создания. 


Властители (отрывки)


Во чреве мы - слепые пещерные рыбы.


Засыпая, застегни сон вокруг своего тела, как перчатку. Свободный от времени и пространства. Свободный раствориться в струящемся лете.


Сон - океан, в который погружена каждая ночь.


Проснись утром взмокший, задыхающийся, с коклюшей болью в глазах.


Ничто. Воздух снаружи

Сжигает мои глаза.

Я вырву их

И избавлюсь от жжения.


Взлохмать горячую белизну

Городской полдень

Жители зоны бедствия

Поглощены.


(Санта-Ана - время ветров из пустыни)


Вырви решетку и выплеснись в водосток.

Поиск воды, влаги,

"влажность" актера, любовника.




Новые создания.

  посвящается Памеле Сьюзен  


I


Куртка змеиной кожи

Глаза индейца

Сверкающие волосы


Он движется в встревоженном,

Кишащем насекомыми воздухе

Нила


  II


Ты проходишь сквозь теплое лето

Мы видим твой стремительный распад

Твою дикость

Твою наполненную пустоту

Бледные леса на грани

заката.


Еще твои чудеса

Твои волшебные руки.


  III


Мучительная пастьба на скудных пастбищах

Животная печаль и диван

Провисает

Железные ставни раскрываются.


Старательное солнце вырисовывает

пыль, ножи, голоса.


Взывай из Пустыни

Взывай из лихорадки, внимая

влажным снам Короля Ацтеков.


  IV


Высокие и заросшие берега

пышные теплой зеленой угрозой.

Вскрой каналы.

Накажи отчаяние милой подружки сестры нашей

Хочешь мы будем такими всегда?

Ты обожаешь нас?

Когда ты вернешься

   захочешь ли играть с нами?


  V


Упади.

Являются быстрых враждебных позах странные боги.

Их мягкие рубашки объединяют

   одежду и шерсть.

Бесчисленны орнаменты рук их

   я них вены голубее крови

   манят и мелькают.

Их глаза неподвижны, как у ящера.

Их суховатые насекомые крики возбуждают

   новый ужас там, где страх уже царит.

Шелест секса по их коже.

Ветер уносит звук.

Оставь свой след на пораженной земле.


  VI


Раны, олени и стрелы

Всплески скрытых мелькающих ног

     около безучастных женщин.

Ужасающая покорность присутствующих.

В этих пещерах раздолье грабителю.

Раскованные бесчувственные танцы добычи.

Мальчишки бегут.

Девочки падая, кричат.

Воздух густ от дыма.

Мертво хрустящие ветки вытанцовывают лужи

     морской крови.


  VII


Женщина-ящерица

с твоими насекомыми глазами

с твоим диким изумлением

Теплая дочь тишины.

Яд.

Отвернись со скользящей стонущей мудростью.

Незакрывающиеся слепые глаза

     новые истории возникают за стенами

и просыпаются рычащие и скулящие

   причудливый рассвет снов.

Спящие собаки лежат.

Волк воет.

Зверю нет дела до войны.

Лес.

Шорох оборванных слов, захлебывающейся

реки.


  VIII


Змея, ящерица, глаз насекомого

доверчивая покорность охотника.

Быстро, в первоначальные времена, служа

   вкрадчивости и сну

Размалывая теплые леса в шевелящиеся бревна.


Теперь долину.

Теперь слипшиеся волосы.

Ударяя по глазам, расширяя небеса

за черепной костью.

Быстрый конец охоты.

Обними вздутую разорванную грудь

   и испачканную красным глотку.

Собаки злорадствуют.

Возьми ее домой.

Отнеси тело сестры нашей назад,

в лодку.


Пара Крыльев

Крушение

Сильное дуновение Кармы


Сирены


Смех и молодые голоса

в горах


Святые

Негр, Африка

Татуированные

     глаза как время.


Построй временное жилище, игры

и комнаты, играй там, прячься.


Первый человек стоял, меняя состояние

и частицы зрения

развертывали Флаги в его черепе


и ускорение, волосы, ногти, кожа

превращались медленно, кружились в

теплом аквариуме, теплое

вращение колеса.


Пещерная рыба, угри и серые саламандры

покачиваются ночью во сне.


Идея видения бежит

червя. Океан его -

земля, тело - глаза его.


   Существует теория, что причиной рождения является желание ребенка покинуть утробу. Но на фотографии шея лошадиного зародыша отвернута внутрь, а ноги выставлены наружу.


Это причина всему:


Глотай молоко из груди,

пока оно не кончится.


Выжимай изобилие на краю,

пока кафельный бассейн не присвоит его.


Он глотает семя, свою гордость,

пока бледным ртом ног своих


она сосет корень, страшась, что

мир уничтожит дитя.


Когда я умру, разве не поглотит меня

земля, или море, если

суждено мне погибнуть в море?


Г о р о д. Улей. Или разоренный муравейник. У всех его обитателей один благородный прародитель.


Сказки Старых Времен

Открытие Священного Пруда

заставляет звучать иначе

Плач ребенка в глухо поведанной тишине.


Дикая собака

Священный зверь


Найди ее!


Он идет, чтобы увидеть девушку

из гетто.

Темные первобытные улицы.

Лачуга, освещенная свечой.

Она колдунья

Женщина-пророк

Волшебница

Пышно облаченная

В прошлое.


Звезды

Луна

Она читает будущее

По твоей руке.


Стены ослепительно красны

Лестница

Пронзительный резкий крик.

Она видит предвестья.

"Ты тоже"

"Не ходи"

Он спасается.

Вновь звучит музыка.


Клоака

"Спасение"

Соблазн двигаться по кругу.


Негритянские бунты.


Бойся Властителей, скрывающихся среди нас.

Властители среди нас.

Рожденные от лени и трусости.


Он говорил мне. Он испугал

меня смехом. Он взял

меня за руку и ввел меня сквозь

тишину в застывше нашептанные

Колокола.


Двое юношей

проходят сквозь лесок


Они снимают что-то

на улице, перед

нашим домом.


Идущие в мятеже

Рвущиеся к домам

лужайкам

     внезапно ожившим

     бегущими людьми.


Я не врубился, что они сделали

с этой девушкой

Милосердная свора

Они пели безумные песни

Прибивая ее руки

К призрачному

Дереву


Я видел линчевание

Встречал странных людей

   из южных болот

Их речь - кипарис

Зов рыбы и песнь птицы

Корни и знаки

     сами того не ведая

они стали поводырями к белым

богам.


Вооруженный лагерь

Армия армия

сжигающая себя в

празднествах.


И вот тихий парад

уже начался.

Холодные просторы

усталой земли

погружаются

в спокойствие вечера.


Облака бледнеют

и умирают.

Солнце, оранжевый череп,

тихо шепча, становится

островом, и исчезает.


Здесь они

наблюдают

нас все

погрузится во тьму.

Свет меняется.

Мы почувствовали,

по колено в ласкающем воздухе

как проснувшиеся корабли

движутся мимо подобно поездам.

Трещина рта опять

искривлена судорогой.

Гонорея.

Вели девушке идти домой

Нам нужен свидетель

для убийства.


  II


Художники Ада

воздвигают мольберты в парках

ужасный пейзаж,

здесь горожане отдыхают тревожно,

страшась диких шаек юнцов.


Я не могу поверить, что это происходит

я не могу поверить, что все эти люди

презрительно кривятся при виде друг друга

и пятятся прочь

оскалясь,

взъерошив загривок, ворча, на

этом убийце-ветру.


Я - убийца призраков

являющий вам

мое благословенное ремесло


Такие дела

радости больше нет

из радостей смерть лишь

пришла.


Так ты осмелишься

отрицать мое

величие

мою доброту

и милосердие?

Попробуй

ты сгоришь

как и все

в святости


И ни за какие

деньги

не купите

лишней минуты себе

вы, дети призраков

там внизу

в пугающем мире


Ты одинок

и нет нужды в других

ты и надоевшая тебе

отлучившая от груди

сделавшая тебя мужчиной

мать


  III


Убийца из фотоавтомата

хрупкий бандит

из своего укрытия


Убей меня!

Убей дитя, создавшее

Тебя.

Убей будоражащего мысль

короля похоти

доведшего тебя до ручки.


Убей ненависть

болезнь

войну

печаль


Убей мерзость

Убей безумие


Убей фото мать убийство дерево

Убей меня.

Убей себя

Убей маленького слепого эльфа.


   Прекрасное чудовище

извергает  поток  крови  часов

 курантов бриллиантов ножей

  серебра монет и медяшек


 Исток  времени  и  тревоги

   запах  бутылки  виски

   капли на лезвии бритвы

  жидкие насекомые молотки

   и тонкие гвозди лапы

 птиц  орлиные перья и когти

     детали машин хром

    зубы волосы  черепки

  и керамики черепа в руинах

  нашего времени развалины у

       озера блестящие

 пивные банки ржавчина и траур

   менструальный осадок.


   Танцуй обнаженным на сломанных

   костях ноги кровь и краска

 стекло режет покровы твоего сознания

   и безразличный конец пустоты

    лодка пока люди

 штрихи капель в спокойных водоемах

    и уди древнюю форель

  из ее родной глубины. Чешуйки

   засохшая и блестящая зелень.

    Нож был украден.

   дорогой охотничий нож


   какими-то чудаками из

     другого лагеря за

      Озером.


  I


Друзья ли они нам

пробегающие трусцой

по тихим коридорам парламента


Мой сын не погибнет на войне

Он вернется

подсчитанный крестьянский голос Азиатского

рыбака


В последний раз ты говорил

что это единственный способ

нежный голос молодой девушки.


Бегучие и говорящие

зараженные зеленые

джунгли


Спроси оракула

горький ручей

крадись

они живут на речной воде


обезьянья любовь

служитель мантры


изготовитель бренди


Отравленные острова

отрава


Возьми прозрачное зерно

зловещего змеиного корня

с южного

берега


выход чудо

найдет тебя


Топор вгрызается внутрь

уверенно стуча

удар освобождает

снаряды времени от

прокаженной земли

запятнанной голодом и

цепляющейся за закон


Прошу

покажи нам свою косматую голову

и слезящиеся улыбающиеся глаза

недрогнувшие в огне

шелковую рубашку в цветах

режущую глаз, ожившую

паутину далекую ложь

телефонных гудков


приди, тихая

в эту попытку жизни


Всегда женственная, скрытная,

одетая в кожу, свободная,

отверженная, большая и слабая

Она была криком королевства

орды движущихся похотливых

ведунов


Где же твое воспитание

здесь, в залитой солнцем

пустыне

безграничные вселенные пыли

колючки кактуса, россыпь

побелевших камней, бутылки

и ржавые машины,

неплохой натюрморт.


Новый человек, солдат современности

пробирается узкими закоулками

сквозь загроможденные руины

когда-то напыщенного города,

нелепого ныне, ставшего

прибежищем крыс и насекомых


Он живет в машинах

бродит бессмысленно по

промерзшим школам

и не находит себе места

в тени послушания


Мониторы мертвы

Засыпанные великие сторожевые башни

чахнущие на западном побережье

так устали смотреть


если бы осталась хоть лошадь

чтобы на ней пересечь пустыню

или собака рядом

чтобы вынюхивать женщин

прикованных к позорному столбу


нет более резона

в постелях, ночью

чернота сожжена

Вглядись в городские гостиные

где танцует женщина

в европейском платье

знаменитые вальсы

как бы это было забавно

править пустынной землей


  II


Ярко-красные пальмы

Угрюмые берега

и многое

многое другое


Вот что знаем мы

что никто не свободен

в школьных воспоминаниях

непрощающих


лживых улыбок

непредставимые тяготы

выстраданы теми,

кто мало способен

к страданию


но все пройдет

ляг в зеленую траву

и улыбайся, размышляй, вглядывайся

в ее полное сходство

с блудящей Королевой,

что, кажется, влюблена

сейчас в этого кавалериста


Какой приятный запах, не так ли,

Сэр, известно ли Вам

со своенравной беспечностью

взгляд назад


24 июля 1968 года

Лос-Лос-АнджелесСоединенные Штаты, Гавайи.




[1] Энсенада  -  город в Мексике







home | Властители. Новые создания | settings

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу