home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Игра со смертью

В три часа дня я вышел из квартиры, сказав Блейку, что пойду погулять. Был понедельник 4 сентября 1967 года. Прошел по улице Куйбышева, мимо штаб-квартиры компартии, мимо ГУМа, огромного универсального магазина, который внутри весьма напоминает тюрьму Уормвуд-Скрабс при одном существенном различии: продавщицы в этом магазине улыбаются гораздо реже тюремных надзирателей. Далее через Красную площадь, Кремлевскую набережную вышел к Москве-реке, перешел ее по одному из мостов и оказался на набережной Мориса Тореза. Именно здесь располагается посольство Великобритании в СССР.

Подходя к нему, я заметил, что у ближайшего входа милиционера не было. Он, видимо, зашел в будку к своему напарнику. Там же был и начальник караула. Когда я проходил мимо них, все трое о чем-то оживленно говорили. У второго входа я резко повернул направо и быстро зашел во двор. Уголками глаз я заметил, как милиционеры сразу же отпрянули друг от друга и уставились на меня в немом изумлении. Я быстро поднялся по ступенькам и вошел в дверь. Справа от нее за столом сидел средних лет человек.

— Это посольство Великобритании?

— Да.

— Прекрасно. Меня зовут Шон Бёрк. Меня разыскивает Скотленд-Ярд в связи с делом о побеге шпиона Джорджа Блейка из тюрьмы Уормвуд-Скрабс в Лондоне.

Я пришел с повинной.

Служащий посольства пристально посмотрел на меня.

Я показал взглядом в сторону входной двери.

— Для меня чрезвычайно рискованно покидать это помещение.

— Хорошо, я сейчас кого-нибудь приглашу оттуда. Подождите здесь.

Вскоре в комнату вошел человек, который осведомился, чем он может быть мне полезным. Я представился и кратко объяснил свое положение. Сотрудник посольства извинился, вышел и вскоре вернулся вместе с еще двумя своими коллегами. Одному из них было около сорока, другому — не больше двадцати пяти. Оба были черноволосыми, одеты в темные костюмы и выглядели очень по-английски.

— Меня зовут Шон Бёрк. Скотленд-Ярд разыскивает меня в связи с побегом Джорджа Блейка из тюрьмы в Лондоне. Я явился с повинной.

Дипломаты широко улыбнулись.

— И что же мы можем для вас сделать?

Вопрос удивил меня.

— Я надеялся, что вы сможете мне помочь вернуться в Англию.

— У вас есть паспорт?

— Нет.

— Как вы въехали в СССР?

— По фальшивому паспорту.

— Где этот паспорт сейчас?

— Его у меня забрали сотрудники КГБ.

— Вы не являетесь британским подданным?

— Нет, я ирландец.

Англичане посмотрели друг на друга и опять заулыбались.

— Как, по вашему мнению, можем мы помогать ирландскому подданному?

— Но ведь суду меня хотят предать англичане, а не ирландцы, протестовал я.

Англичане пожали плечеми.

— Где сейчас находится Блейк?

— Он живет в Москве, в той же квартире, что и я.

— По какому адресу?

— Я предпочитаю пока воздерживаться от ответа на этот вопрос. Квартира принадлежит КГБ, а я ведь все пока еще в Москве.

Дипломаты, которые затем представились как Пел и Дэвид, переглянулись, попросили разрешения остзвягь меня на несколько минут, а потом вернулись с еще одним сотрудником посольства.

— Это — мистер Хэррис, консул. Возможно, он сможет вам помочь, — сказал Дэвид.

— Здравствуйте, мистер Бёрк, прошу садиться. Насколько я понимаю, у вас нет паспорта.

Он подумал немного, потом наклонился в мою сторону и подвинул мне блокнот.

— Если вы напишете здесь своз полное имя, дату и место рождения и ваш адрес в Ирландии, н попробую получить для вас паспорт.

Я написал все, что было нужно. Oн прочел, кивнул одобрительно и попросил зайти вновь через неделю. Я уставился на него в недоумении.

— Зайти через неделю! Я пришел сюда сегодня без ведома КГБ, проскочил в посольство, пока милиционеры отвернулись. Разве вы не можете предоставить мне убежище?

— Мы не можем предоставить вам yбежища, мистер Бёрк, — голос консула звучал с искренней симпатией. — Вы — ирландский подданный, и, если мы попытаемся сделать представление русским по вашему поводу, они поднимут нас на смех и просто посоветуют не лезть в чужие дела.

— В Москве есть какое-нибудь ирландское представительство?

— Боюсь, что нет. Ирландия не представлена ни в одной коммунистической стране.[7]

Очень медленно я поднялся и подошел к окну. Оба милиционера с решительным видом стояли на своих постах и смотрели в сторону посольства. Теперь мимо них уже не проскочишь.

Я опустил оконную занавеску и повернулся к британским дипломатам.

— Джентльмены, — начал я, — весьма маловероятно, что вы снова увидите меня или что-либо услышите обо мне, и я позволю себе воспользоваться этой возможностью, чтобы сделать заявление, которое, надеюсь, будет доведено до сведения соответствующих инстанций.

Действительно, это я организовал побег Джорджа Блейка из тюрьмы. Сделал я это совершенно самостоятельно.

КГБ не имел к побегу никакого отношения. На финансирование операции ушла небольшая сумма, ее мне удалось одолжить у друзей, которые не имели ни малейшего представления, на что мне понадобились деньги. Блейк и я сразу же после побега покинули Великобританию и пробрались в Восточный Берлин по фальшивым паспортам, которые я ранее приобрел. Мы пересекли границу английского сектора Западного Берлина и установили контакт с КГБ. Неделю мы пробыли в Берлине, а затем на военном самолете были доставлены в Москву. С тех пор я живу в одной квартире с Блейком. Я не собирался оставаться в Москве больше, чем на несколько месяцев, но теперь они не хотят меня отпускать. Говорят, что Блейк повинен в смерти 42 агентов и сотрудников британских секретных служб. Блейк сумел убедить меня и многих других людей, что это не соответствует действительности.

Теперь я верю, что он несет за это ответственность.

Я прошел на середину комнаты и повернулся лицом к англичанам.

— На прошлой неделе мне удалось подслушать, как Блейк советовал представителю КГБ убить меня.

Теперь — все.

Я подошел к двери и увидел решетку вентиляционного отверстия.

— Эта комната прослушивается?

— Мы полагаем, что да, — подтвердил Дэвид.

— Надеюсь, Блейк услышит эту запись. Для меня это будет своего рода утешением.

После посещения посольства я в течение целого часа бесцельно бродил по Москве. В 7.30 вечера я оказался на бульваре около Арбатской площади. К этому времени в КГБ должны были уже все знать. Около станции метро «Арбатская» зашел в телефонную будку и набрал номер нашей квартиры. Трубку взял Блейк.

— Привет, это Шон.

— Здравствуй.

— Слушай внимательно. У меня для тебя важные новости. Я только что был в английском посольстве и попросил их помочь мне выехать в Ирландию.

— Где, где ты был? В английском посольстве? — заорал в трубку Блейк.

— Да, — ответил я спокойно.

— Ты дурак, законченный идиот! Почему ты это сделал?

— Потому что мне опротивели ты, КГБ и вся эта жизнь в стиле плаща и кинжала. Мне надоело быть пешкой в твоих мелочных попытках отомстить британской контрразведке. Меня вообще тошнит от всех этих ухищрений.

Я хочу нормальной жизни, вернуться в Ирландию по настоящему паспорту, выданному на мое собственное имя.

Англичане просили меня вновь зайти через неделю за паспортом. Потом я пойду в советский МИД и подам заявление на выездную визу. С сегодняшнего дня я буду действовать по принципу «все карты на стол». Я больше не хочу иметь никаких дел ни с тобой, ни с КГБ.

— Ты действительно полный дурак, даже глупее, чем я думал. Откуда ты звонишь?

— Из автомата где-то в Москве, — и я повесил трубку.

Выйдя на улицу, сразу зашел в метро и сел на поезд, идущий в западном направлении. Не имея представления о том, куда, собственно, еду, я твердо знал, что мне необходимо как можно быстрее выбираться из центра города.

Блейк наверняка сразу позвонил в КГБ, и они уже организовали поиск. На такси я доехал до Измайловского парка.

В парке я начал в который раз размышлять о своем положении. Постепенно я осознал, что выбирать мне приходится всего лишь между двумя способами отправиться на тот свет. Завтра истрачу свой последний рубль, и что дальше? Сколько протяну? Три дня, четыре? Ночи становятся все холоднее, долго не продержаться. А какова альтернатива? Пуля. Она все решит мгновенно. Так зачем же цепляться за жизнь, когда конец один. Я взглянул на остатки колбасы, с минуту колебался, потом забросил ее в кусты. Решение было принято.

Выйдя из парка, я сел на метро и доехал до станции «Курская», ближайшей от нашей квартиры. Из автомата я позвонил Блейку. Он сам взял трубку и сразу стал уговаривать меня вернуться, приводя всевозможные аргументы.

— Ладно, я сейчас приеду.

— Вот и хорошо! Ты принял здравое решение, — в голосе Блейка я услышал подлинное облегчение.

— Я буду через полчаса.

До дома мне было ходьбы всего минуты три, но у меня были основания скрыть это. По боковой дорожке я подошел к парадной двери дома и, не вызывая лифта и стараясь производить как можно меньше шума, поднялся наверх. У нашей двери остановился и приложил ухо к замочной скважине. Блейк по телефону говорил со Стэном.

— Привет, он возвращается… Да, он уже на пути сюда.

…Да, будет здесь примерно через 20 минут… Да… Да…

Хорошо, но вам лучше сюда кого-нибудь послать, чтобы проследить за его приходом и убедиться, что за ним нет «хвоста»… Хорошо… Стэн, я позвоню, когда он придет.

Пока.

Я подождал пять минут и потом позвонил. Дверь открыл Блейк.

— Ну, ну, вот ты и вернулся. Я ждал тебя немного позже.

— Мне повезло с автобусом.

— Видик у тебя довольно помятый. Ванна тебе не помешает, а я пока приготовлю что-нибудь поесть.

Дверь из столовой открылась, и в прихожую вошел Виктор. Мы поздоровались.

— Последние две ночи Виктор спал здесь, — объяснил Блейк. — Мы не знали, что с тобой случилось или в чьи руки ты попал, так что они решили послать сюда Виктора сразу же после того, как ты позвонил.

На Викторе был темный костюм и под левой рукой у него что-то заметно выпирало.

— Ну что ж, пойду в ванную, прошу меня извинить, — сказал я.

После ванны и яичницы с ветчиной и помидорами я по предложению Блейка, которое на этот раз совпадало с моим желанием, пошел в свою комнату отдохнуть. Открыв ящик стола, убедился, что мои ожидания подтвердились: отсутствовали все бумаги, фотографии, негативы, а также первая часть моей рукописи с рассказом о побеге.

Заснуть я не мог и только делал вид, что сплю. Было слышно, как пришел Стэн. Блейк зашел в мою комнату, убедился, что я мирно посапываю, и вернулся к своему гостю. Я прислушался. Блейк говорил Стэну, что он прочел мою рукопись и, по его мнению, она не содержит нежелательной информации.

Два часа спустя я «проснулся» и стал нарочито громко заправлять кровать. Через пять минут Стэн, Виктор и Блейк вошли в мою комнату. Мы поговорили все вместе несколько минут, потом Блейк пошел провожать Виктора, и я остался с глазу на глаз со Стэном.

— Когда начнется допрос? — спросил я, пристально глядя на собеседника.

— Не надо воспринимать все так формально. Дазай поговорим как друзья. Ни о каком допросе или расследовании не может быть и речи.

— Хорошо, слушай. — и я поведал ему о своей «одиссее».

— А нужно ли было все это делать, Шон?

— Я думаю, нужно. На карту поставлена мол жизнь, мое будущее. Поэтому я вправе действовать для защиты своих интересов так, как считаю нужным. Когда я приехал в Москву, ты сам сказал мне, что я пробуду здесь всего несколько месяцев. А в прошлую пятницу ты объявил, что мнэ придется остаться здесь по крайней мере на пять лет.

— Но, Шон, я ведь только хотел, чтобы ты рассмотрел это предложение. Если тебе так не терпелось вернуться домой, ты должен был сказать мне об этом, и я бы все устроил.

— Стэн, я все-таки продолжаю считать, что нашел лучший вариант. Меньше хлопот для всех. Вам не нужно будет беспокоиться о фальшивых документах для меня.

Все можно решить гораздо проще. Я вернусь в Ирландию и буду бороться в суде против выдачи меня англичанам.

Стэн пожал плечами.

— Хорошо, будь по-твоему. Здесь решаешь только ты сам. Я приму необходимые меры. Не думаю, что целесообразно получать паспорт в английском посольстве. Тогда они будут слишком много знать о твоих планах, они могут попытаться перехватить тебя по дороге в Ирландию. Думаю, что нам следует использовать другой канал.

Готов ты положиться в этом на меня?

— Безусловно.

— Спасибо, Шон.

Я взглянул на Блейка, который давно уже вернулся.

Он казался растерянным и сердитым, но не проронил ни слова.

— Ты очень торопишься в Ирландию или мог бы подождать еще несколько месяцев? — спросил Стэн.

— Теперь, когда я знаю наверняка, что еду и что ты лично этим займешься, лишние несколько месяцев не играют роли.

Стэн вздохнул с облегчением.

— Я рад, что ты так смотришь на это. Наше положение, джентльмены, представляется мне следующим образом. До понедельника англичане не знали, что вы находитесь здесь. Но теперь, когда им стало известно, где вы, они могут начать за вами охотиться. Существует реальная опасность, что Эм-Ай-6 и даже ЦРУ предпримут попытку вашего захвата. Поэтому я предлагаю покинуть на время Москву. Для вас будет организована поездка по Советскому Союзу. В любом случае она будет увлекательной, так что мы совместим полезное с приятным. Желательно, чтобы вы не появлялись в Москве по крайней мере месяц.

— Звучит интригующе, — заставил себя улыбнуться Блейк. — Когда мы выезжаем?

— Приблизительно через неделю. Мне придется проделать большую подготовительную работу. Но в течение этой недели у тебя будет охрана. Не валяй дурака, Шон.

Речь идет нэ о слежке, а об охране. Она нужна для твоей же безопасности. Мы не должны быть чрезмерно самоуверенными и недооценивать противника.

Он поднялся, чтобы идти.

— Охрана начнет работать с завтрашнего утра, — потом помедлил немного и посмотрел на меня: — Кстати, Шон, пожалуйста, не ходи больше в английское посольство. Если ты это сделаешь, у меня лично будут большие неприятности.

— Договорились, Стэн. Я обещаю, что этого не случится.

Наша поездка по СССР началась 23 сентября, когда мы ночным поездом выехали в Ленинград. Нас сопровождал сотрудник КГБ Слава. В Ленинграде к нам были приставлены два переводчика Интуриста, потому что наши с Блейком представления о хорошем времяпрепровождении были абсолютно разными. Блейк мог целыми днями ходить по музеям и картинным галереям, часами торчать в Эрмитаже. Я предпочитал пивоваренные заводы и заводы шампанских вин.

Наше пребывание в Ленинграде задало тон всей поездке. В каждом аэропорту или на железнодорожном вокзале нас поджидал автомобиль, принадлежавший КГБ. Размещали нас в лучших гостиницах. Принимали по высшему разряду. Хозяевам объясняли, что Блейк и я — «официальные высокопоставленные представители Великобритании, которые путешествуют по СССР в качестве гостей Советского правительства».

Из Ленинграда мы направились в Вильнюс, затем в Одессу.

После Одессы мы провели неделю в Сочи, купаясь и загорая, потом две недели в Армении. Затем, пробыв девять дней в Узбекистане, мы перебрались в Кисловодск. 15 ноября наша поездка закончилась, и мы прибыли в Москву.


В Москве | Побег Джорджа Блейка | Возвращение в Ирландию