home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Последние дни в блоке «Г»

Блейк очень обрадовался, когда я получил разрешение на перевод в общежитие.

— Сколько же пройдет времени до твоего новоселья? — спросил он.

— По крайней мере месяц. Возможно, и больше. Меня должен принять сначала представитель министерства труда, а затем со мной побеседует мой будущий работодатель.

— Хорошо, — сказал он. — Значит, у нас достаточно времени для окончательных приготовлений. Мы должны тщательно обсудить даже самые мелкие детали плана.

Когда ты переселишься из блока «Г», мы больше не будем иметь права на ошибку, а наша система связи должна быть ясной и эффективной. После твоего перехода в общежитие мы увидимся только после операции, если, конечно, она пройдет успешно.

— Правильно! — согласился я. — В течение следующего месяца мы должны тщательно наблюдать за распорядком дня и замечать все изменения или даже слухи о возможности перемен. Ты должен почаще ходить в кино, чтобы все привыкли видеть тебя там, а я займусь изучением обстановки в тюрьме в 6 часов вечера по субботам.

Я смогу делать это, вызвавшись помогать носить из столовой в кухню подносы и ведра из-под чая.

— Хорошая идея, — одобрил Блейк.

В начале ноября я встретился с представителем местного отделения министерства труда. Он записал все мои данные и сказал, что постарается устроить меня на работу как можно быстрее. События надвигались.

На следующий день мы с Блейком вновь прошлись по всему плану.

— Самое важное — связь, — сказал Блейк. — Каждый из нас должен точно знать, что имеет в виду другой. Давай еще раз проверим код.

— Сначала ты пошлешь мне такую записку: «Ты еще не достал книгу „Тысяча и одна ночь“»? Это будет означать, что ты готов к действиям. Когда у меня будет все готово для нашей операции, я пошлю тебе такое сообщение: «„Тысячу и одну ночь“ достал. Передам тебе в субботу», В заключение ты подтвердишь получение моего сигнала запиской: «Спасибо за хлопоты с книгой. Мне не терпится получить ее в субботу». Вот так!

— Очень хорошо, — улыбнулся Блейк.

— Все сообщения будут передаваться через Питера Мартина. (Питер Мартин был 26-летним лондонцем, профессиональным грабителем, отбывавшим в это время 6-летний срок за налет на почтовое отделение. Мы оба были с ним в хороших отношениях.)

— Все правильно. — Блейк сделал паузу. — А теперь послушай, как я собираюсь сообщить матери о том, что именно тебя посылаю к ней. У меня есть несколько семейных фотографий. Я разрежу одну из них пополам и во время свидания передам одну часть ей, а вторую отдам тебе. Когда вы встретитесь и соедините половинки, это убедит ее и рассеет сомнения.

— Но ведь твои свидания обставляются с особой строгостью. Ты встречаешься с матерью в специальном помещении, отдельно от других заключенных, и надзиратель все время наблюдает за вами.

— Это так, — сказал он. — Но, как правило, тюремщик ведет себя дружелюбно. Он садится как можно дальше от нас и не старается следить за любым нашим движением и прислушиваться к каждому слову. Мне не составит труда вложить фото ей в руку, когда мы будем сидеть за столом, беседовать, лакомиться шоколадом. Атмосфера действительно бывает очень свободной и неофициальной. Время от времени мы перебрасываемся парой слов по-голландски. Я могу намекнуть, чего ей следует ожидать, скажу ей: «Тебя посетит один человек, которому ты должна доверять. Он действует от моего имени». Очевидно, она сразу же догадается, что я собираюсь бежать.

Позже ты, естественно, сообщишь ей все детали, которые ей следует знать.

В последнюю неделю ноября служащий тюрьмы, ведавший общежитием и подчинявшийся заместителю директора, сообщил, что для меня подыскали работу на фабрике в Эктоне — примерно в миле от тюрьмы.

Тот же офицер встретил меня следующим утром в приемном отделении и проводил к главным воротам. В его руке был какой-то официальный документ. «Это, — объяснил он, — твое увольнительное удостоверение. Тебя отпускают до часу дня. А это рекомендательное письмо и 5 шиллингов на расходы».

Я прошел через дверь и впервые за 4 года оказался на свободе. После однообразной тюремной серости мир за воротами полыхнул мне в глаза яркостью красок. Я увидел несколько новых марок автомобилей. Юбки у девушек были короче, чем когда-либо раньше. Мне казалось, что все так и разглядывают меня, но на меня не обращали внимания. Автобус № 7 довез меня до ворот фабрики.

Мой будущий начальник, старший мастер, заведовавший всеми складами, под началом которого работало несколько сотен рабочих, крепко пожал мне руку.

— Прошу садиться! — сказал он с улыбкой. — Итак, мистер Бёрк, у нас пятидневная рабочая неделя с понедельника до пятницы, рабочее время — с 7.30 до 16.30. Будете зарабатывать около 16 фунтов в неделю. Если пожелаете, можете работать сверхурочно. Будете трудиться на складе № 224, с которого на конвейер поставляют электрические переключатели для военных машин: танков, бронетранспортеров и прочей техники.

Когда я вернулся в тюрьму, начальник общежития поинтересовался, когда я приступаю к работе. «В понедельник», — ответил я. «Отлично! Можешь перебираться в общежитие в пятницу».

Я встретился с Блейком в зале и сообщил ему новости.

В пятницу после ленча я болтался около южного угла блока «Г», недалеко от входа в приемное отделение, которым Блейк должен был бы воспользоваться на пути в библиотеку в случае осуществления второго варианта плана. Надзиратель заорал: «На прогулку! Всем во двор!»

Заключенные густой толпой стали медленно двигаться к боковому выходу, ведущему в прогулочный дворик.

Блейк показался из своей камеры и подошел ко мне.

— Счастливого пути, Шон. Я хочу подарить тебе этот сувенир, — он протянул мне открытку. — Правда, сюжет уже больше не соответствует обстоятельствам.

Он повернулся и зашагал на прогулку.

— До встречи! — крикнул я ему вслед, но он не ответил. Я взглянул на открытку. Среди цветов там сидела обезьянка в ошейнике, прикрепленном толстой цепью к тяжелому садовому катку. Мордашка обезьянки кривилась в жалобной гримасе.

Наконец после соблюдения всех формальностей, надсмотрщик отпер дверь, и я вышел из блока «Г» в последний раз. Вышел и не оглянулся.


«Ты поможешь мне бежать?» | Побег Джорджа Блейка | Вновь на свободе