home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 8

Главная сила уорстрайдера не в броне, не в вооружении, а в маневренности и приспособляемости. Передвигаясь на гибких ногах, имея герметичный корпус и автономную систему жизнеобеспечения, позволяющую действовать в самом широком диапазоне атмосфер, начиная от коррозионно опасной, до глубокого вакуума, мамины эти проходят почти повсюду. Им приходилось взбираться вверх по горам, продираться сквозь лесные чащи и густые заросли, являющиеся для иных боевых и транспортных средств практически непреодолимым препятствием, переходить вброд заболоченные участки местности, им случалось даже действовать в морских глубинах, хотя мобильность их в такой среде существенно ограничена.

Бронированные боевые машины: Обзор современной военной техники Хейсаку Ариеши, 2523 год Всеобщей эры

Из внешнего мира Кате поступало чрезвычайно мало данных, в течение последних четырех часов она пребывала в полнейшей изоляции. От наружных датчиков, установленных на броне, к ней непрерывным потоком шли данные о температуре, давлении и других величинах, однако они не менялись, подтверждая, что несмотря на ад, который теперь разыгрывался на бетонированной площадке Порта Джефферсон, морские воды у каменистого обрыва мыса Диксон оставались спокойными.

Единственным связующим звеном с внешним миром был тонкий световодный кабель, пронизавший пятиметровую толщу воды, через который ее «Бог войны» RS-64D получал информацию извне. Информация ограничивалась узким сектором обзора и обеспечивала ей выход на радиочастоты военного времени. Это усугубляло гнетущее чувство ее изолированности от внешнего мира. Рудиментарные фобии – боязнь темноты, страх быть погребенной заживо – копошились где-то глубоко, у самой границы подсознания.

Иногда Катя даже сожалела о том, что так и не овладела навыками Кокородо – особым умением преодолевать психологические кризисы и стрессы. Этому специально учили в учебных подразделениях Космических Пехотинцев Империи. Конечно, пройдя курс боевой подготовки перед тем, как стать гвардейцем Гегемонии, Катя имела четкое представление о дисциплине и самодисциплине и сумела воспитать в себе способность сосредоточить мысли на мнемонических кодах. Но ничего не помогало ей преодолеть этот изматывающий страх, который подкрадывается к тебе в ожидании боя.

Четыре часа назад она приняла командование над тридцатью шестью уорстрайдерами, это была четвертая часть всего подразделения «Рейнджеров Конфедерации» и под прикрытием дымовой завесы они погрузились в воды у мыса Диксон. Опустившись на дно, экипажи выбросили наверх сенсоры и затаились в ожидании. Вода здесь даже в штиль была темной, почти непрозрачной, в ней плавала взвесь песка и ила, поднятого со дна прибрежным прибоем. Приливы у этих берегов Новой Америки, периодичность которых в значительной степени определялась висевшей в небе Колумбией, надвигались всегда степенно и неторопливо.

Мир находился с этим спутником в следующих взаимоотношениях – 5,2 стандартных дневных орбиты Колумбии к трем дням Новой Америки, каждый из которых насчитывал восемьдесят три часа. Во время отлива вода отступала от мыса Диксон на целый километр, образуя покрытую спутанными водорослями приливную полосу, а во время прилива граница прибоя подходила чуть ли не вплотную к порту. К счастью, нападение противника последовало как раз в тот момент, когда прилив достиг максимума. Задержись империалы на орбите еще на пару витков, и план Кати рухнул бы в одночасье.

В конце концов, ужас ожидания первой атаки кончился. Появились боевые машины противника, а еще через восемьдесят минут на западе стали мелькать первые кассетные снаряды, которые разбрасывали в атмосфере фольгу и другие отвлекающие псевдоцели, а за ними тянулись длинные шлейфы плазменных выхлопов. Все они устремлялись в район порта.

Слава Богу, челночный корабль с членами правительства Конфедерации и Фредом на борту несколько часов назад состыковались в пространстве с «Транслюксом», огромным пассажирским лайнером пятого поколения, способным совершать прыжки в гиперпространстве. Корабль этот принадлежал компании «Хайстар», известной своими проконфедератистскими взглядами. Большинство делегатов – сторонников Конфедерации – были сейчас в безопасности на пути к Мю Геркулеса, их сопровождал немногочисленный эскорт межзвездных кораблей Новой Америки.

Но генерал Синклер и высшие чины военного командования оставались на территории колонии. Слишком важна была для сторонников Конфедерации Новая Америка, как место зарождения идей Конфедерации, как символ сопротивления, как мир, чтобы они просто без боя капитулировали перед силами Империи.

И победа здесь, в космопорте, до того как силы Империи доберутся и захватят приморский плацдарм, могла в значительной степени осложнить дальнейшее продвижение врага, задержав его на неопределенное время, как это однажды уже произошло на Эриду.

– Готово, – передала Катя зашифрованный сигнал и он понесся к другим сенсорам, сквозь толщу морской воды, окружающую ее со всех сторон. Успех плана основывался на высокой степени слаженности и тщательной выверенности по времени. И если не удастся поднять все машины из моря одновременно, то их контратака обречена на поражение. Застыв на своем наблюдательном пункте, болтаясь на волнах в сотне метров от берега, Катя выжидала, пока волна неприятельской атаки не приткнется к берегу.

Вот, теперь можно.

– Вперед!

Из-за того, что видимость была затруднена, Катя с трудом разбирала небольшой кусочек берега метрах в ста впереди от себя, почти скрытый в клубах дыма. Не отрывая пристального взора от узкого участка береговой кромки, она, подняв машину на ноги, двинулась вперед.

– Возьми управление, Кен, – обратилась она к младшему лейтенанту Кену Мобри, второму пилоту экипажа «Бога войны», состоявшего из трех человек. Третьей была техник по вооружению мичман Фрэнсин Дель Рей.

– Так точно, сэр, – отозвался Мобри, и «Бог войны» перешел под его управление.

Мобри был новичком, только что мобилизованным в одном из городов под названием Нью-Уэми, располагавшемся где-то на окраинах Новой Америки. Фрэнсин, до того как перейти на сторону восставших, четыре года прослужила в Гвардии Гегемонии, а до этого три года находилась в рядах добровольцев Новоамериканского ополчения. Сейчас Катя очень рассчитывала на эту Фрэнсин и ее железные нервы, не сомневаясь, что оружие на борту «Бога войны» в надежных руках, и могла целиком сосредоточиться на предстоящей контратаке.

И хотя сейчас машину вел Кен, Катя непрерывно следила за показаниями бортовых сенсоров, сообщавших ей обстановку на местности, «Бог войны», почти увязая в густом месиве крупнозернистого песка и камней, принесенных приливом, вышагивал по направлению к берегу. С трудом преодолевая сопротивление водной среды, медленно, до ужаса медленно почти шестидесятитонная махина волокла на себе раковину своего бронированного корпуса. Катя даже чувствовала, как холодный поток омывает ее кожу, мешая продвижению вперед.

И вот надстройки первой машины прорезали поверхность воды, первыми показались сенсоры, затем постепенно стал появляться и корпус. Вода с шумом устремлялась вниз по бокам уорстрайдера, по пазам бронированных панелей, и в первую секунду Катя была ослеплена солнечным светом и звуками внешнего мира. Она втянула сенсор, потом выдала команду на панорамный обзор. Впереди, окутанная дымом, береговая линия выглядела весьма угрожающе, прибитые к земле серые специфические клочья дыма говорили о том, что противник применяет облака нанорассеивания. В этой мгле тут и там мелькали яркие вспышки, сопровождаемые глухим рокотом, но никаких признаков появления неприятеля не было.

Дело пошло полегче – «Бог войны» почти выбрался из воды. Машина плыла вперед, пеня за собой воду, мощный торс ее вращался то в одну, то в другую сторону, угрожающе шевеля орудиями… и вдруг из жерла спаренной протонной пушки, вмонтированной в передний манипулятор, ударили две синеватых молнии. КО-125 «Акума», застывший со словно прилипшим к нему курсором в визире радарного прицела Кати на мгновение вспыхнул, словно бриллиант на солнце, распался на части, и тут же в море огненным дождем посыпались осколки.

– Да черт с ним, с этим аэрокосмолетом, – указала Катя Фрэнсин. – Лучше побереги заряды для тех, кто на берегу.

– И то правда, Катя, – ответила мичман. – Только ведь птичка эта очень хотела прощупать нас радаром.

– А вообще-то выстрел был неплохой, – решила все же приободрить ее Катя. – Но теперь, когда будем высаживаться на берег, советую стрелять из скоростной – во время контратаки нам необходимо ошарашить их всей нашей огневой мощью.

– Все ясно, сэр.

Вода кипела и пенилась в тех местах, где ее поверхности касались лучи лазеров. Направо и налево изломанной линией, вытянувшейся не меньше чем на километр, из воды поднимались остальные машины подразделения Кати и, выйдя на отмель, тут же вставали на свои телескопические ноги. Выбираясь в клочьях пены прибоя на каменистый, усыпанный галькой берег, они ступали в вязкую приливную полосу, которая всего несколько часов назад еще была дном моря. Под весом RS-64 скрипела галька, над ними жалобно проскулил одиночный шальной снаряд. Всклубившаяся дымовая завеса тут же привела в действие их нанофляж, сделавший их из черно-зеленых – цвета той воды, откуда они только что выбрались, – темно-серыми, под цвет поднимавшегося вверх дыма.

Машины в серо-зеленых пятнах наномаскировки казались огромными и, на первый взгляд, неповоротливыми. Вновь залаяла одна из протонных пушек «Бога войны», зацепив гребень волны, и вода тут же вскипела, послав вверх клочья пара. В ответ полыхнул лазер – изумрудная молния прорезала перенасыщенный туманом и дымом воздух. Катя ощутила, как луч хлестнул по броне, и хотя цефлинк, разумеется, не был в состоянии передать физическую боль, но все же чувство было такое, будто ее довольно ощутимо ткнули в бок, да еще слегка при этом кольнули.



* * * | Ксенофобы | * * *