home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 9

Когда-нибудь полководцы сумеют разглядеть сквозь дым битв и свои, и вражеские диспозиции, чтобы обрести, наконец, возможность в полной мере направлять ход баталии. И вот тогда военная наука станет достойна своего высокого имени, она станет действительно наукой, а не расплывчатым, полуслепым блужданьем, каковым она является сейчас.

После поражения в битве против сил Маньчжурии у Танчжоу под Пекином Генерал Саджи Хатанака, 2212 год Всеобщей эры

Командование силами защитников Конфедерации было возложено на генерала Мэтана Грира, крупного, неуклюжего мужчину с неровным, словно высеченным из, шероховатого камня лицом, фанатично преданного делу Конфедерации.

Родом с Свободы, выросший в обеспеченной семье, в ранней юности Грир был отправлен родителями на Землю получать образование. Сначала он окончил Массачусетский технологический институт, затем по полной программе прошел подготовку для службы в Гвардии Гегемонии, а позже закончил Военную академию в Осаке. Карьеру Мэтана Грира под знаменами Гегемонии вряд ли можно было охарактеризовать как блестящую, но зато она была достаточно длительная. Его боевой опыт исчерпывался лишь участием в сражениях с ксенами в 2515 году, когда на его плечах красовались еще погоны младшего лейтенанта, кроме того, двадцать два года спустя в чине полковника Грир командовал полком в период кампании на Лунг Ши.

Разочарование в Империи и Гегемонии последовало после того, как правительство решило возложить вину за катастрофу на Лунг Ши на служивших Империи гайджинов, а также события, свидетелем которых он стал на Свободе, когда войска Империи были направлены туда для подавления мятежа. Сразу же после печально известной резни тридцать восьмого года он подал в отставку и вернулся на Свободу, где взял на себя командование повстанческим полком. Шесть месяцев спустя, один из генералов-конфедератов предложил ему пост в Военном Командовании Силами Конфедерации – ВКСК.

Грир был толковым, хоть и не отличающимся избытком воображения, офицером. Включение его в состав штаба ВКСК частично было продиктовано политическими соображениями – это был своего рода ответ тем из представителей Свободы, кто опасался, что ставленники Новой Америки захватили все главенствующие позиции в войсках конфедератов. Он и сам понимал это, но главным была и оставалась его страстная вера в независимость. Как командира его можно было назвать консервативным и осторожным, в сейчас, наблюдая битву за Порт-Джефферсон, развернувшуюся перед ним в ВИР-реальности, он прекрасно понимал, что главное в этом сражении не столько одержать победу, сколько не потерпеть поражение.

Соединенный цефлинком с ИИ Центра управления ВКСК, генерал Грир пребывал в надежно защищенном бункере на пятисотметровой глубине в толще горы Стоунмаунтин, возвышавшейся над Генри. Внутренний его взор, однако, был поглощен происходившим в Порт-Джефферсоне сражением, он наблюдал битву, разыгравшуюся там, как бы с высоты птичьего полета.

Панорама очень походила на те военные игры, которые ему не раз приходилось программировать в академии. Разбросанные по полю боя сенсоры, включающие миниатюрные дистанционно управляемые летательные аппараты, передавали постоянный поток информации в ИИ Центра управления – данные о разрядке энергии, об уровнях радиации, данные радаров, визуальные изображения, – словом, все, вплоть до издаваемых боевыми машинами звуков – все это накладывалось на особую программу, предназначенную для поступления таких данных, и в виде трехмерного изображения выдавалось на особую карту – электронный макет, поверхность которой была усеяна крохотными, высотой не больше сантиметра, голографическими изображениями уорстрайдеров. Еще меньшие, медленно передвигающиеся пятнышки синего цвета служили для обозначения сухопутных войск конфедератов.

Конечно, обстановка на этой панорамной карте не могла быть точной копией того, что происходило на поле боя. Скорость и нанофляж боевых машин сильно затрудняли определение их местонахождения на этой карте-макете и то, что генерал наблюдал теперь, было самой лучшей работой ИИ. Обширные участки карты представляли собой просто «белые пятна» – незамаркированные территории, на которые данных об обстановке просто не было, строго говоря, там могло происходить что угодно. Что поделаешь – иногда даже ИИ вкупе с цефлинками было не под силу пробиться сквозь вековечную завесу дыма сражений.

Однако система эта предоставляла генералу такую возможность наблюдения за обстановкой на поле битвы, о которой ни Наполеон, ни Паттон, ни даже Хатанака и мечтать не могли. Видя перед собой миниатюрное объемное изображение любой военной машины, иначе говоря, тактической единицы, генерал Грир мог получить и о ней, и о ее экипаже любые необходимые сведения, узнать ее тип, курс следования, данные о ее пилоте или экипаже в целом; он имел возможность тут же по цефлинку связаться с кем угодно из пилотов или командиров подразделения, хотя обычно каналами этой связи занимался полковник Вайс, старший офицер штаба, отвечавший за этот участок работы.

Из своего уникального наблюдательного пункта он каждым своим нервом чувствовал ход битвы, видел, как она скатывалась от полукружия Порт-Джефферсона к сверкающим группам зданий самого города. Он видел, как наступали неприятельские войска, видел, как целые куски вдруг окрашивались в красный цвет. Это означало, что эти участки территории переходили под контроль империалов. Рейнджеры и батальоны местных повстанцев Вайса двигались им навстречу, чтобы воспрепятствовать вторжению. Главная линия обороны была отброшена к северной окраине Порт-Джефферсона – огромному промышленному центру и участку космопорта, известному под названием Бракстон.

Он наблюдал и за разыгравшейся на берегу драмой с подразделением полковника Алессандро, за этими тридцатью «Шагающими смертями», единой линией ступившими на бетонированную площадку космопорта, чтобы тут же оказаться ловко окруженными у главных зданий космопорта почти сотней «Тачи» империалов.

Но Грир, недурно подкованный во всем, что касалось военной теории, не поколебался в своей вере в незыблемость ее основных постулатов: тот, у кого меньше сил, не может потеснить или окружить более сильного; для атаки всегда необходимо преимущество и, как минимум, тройное; внутренние линии коммуникации и передвижений всегда важнее внешних; пехота не может противостоять в поле бронемашинам противника.

Ведь силы Конфедерации, обладавшие более мощными машинами, лишь едва дотягивали до противника по их численности. Японскому командующему, окруженному в Порт-Джефферсоне, оставалось лишь прорвать единственный узкий участок, заблокированный машинами конфедератов. А прорвать его, сломать эту оборону ничего не стоило – при первой же попытке атаки оборонявшиеся были превращены в фарш.

Положение усугублялось еще и тем, что по меньшей мере две роты атакующих находились на берегу, рассеянные по огромной территории в городах, у ферм, на склонах гор между космопортом и столицей. Подразделения повстанцев Нью-Уэми под командованием генерала Крюгера прекрасно отдавали себе отчет в том, что нападавшие обязательно соберут свои разрозненные силы в кулак и начнут оттеснять защитников, чтобы изолировать мыс Диксон от материка. И когда это произойдет, рейнджеры окажутся в ловушке, отрезанными от основных сил конфедератов. Грир уже даже видел, как эта западня раскрывается перед ними… и знал, что ему делать, чтобы избежать этого.

Грир уже хотел было обратиться к Тревису Синклеру, Дарвину Смиту или к кому-нибудь из лидеров Конфедерации, но тут же отказался от этой идеи. Генерала устраивала роль спасителя молодой армии Новой Америки – ведь сам Синклер одобрил его схему развертывания сил и план самого сражения. Он, Мэтан Грир, еще покажет всем этим из Новой Америки, на что способен человек из Свободы, имеющий за плечами настоящее военное образование!

– Полковник Вайс! – громко произнес он, ища голографическое изображение командующего силами рейнджеров. – Полковник Вайс! Жду вас на связь!

Ответа не последовало, и Грир уже стал подумывать о том, не пал ли в бою этот полковник Вайс. Кто же, в таком случае, его заместитель? Когда перед его внутренним взором возникла схема состава командования, он нахмурился. Алессандро? Он вспомнил, что когда-то ему бросилось в глаза, что полковник Алессандро – женщина, но тогда он просто не воспринял это всерьез. Вплоть до последнего месяца она не командовала подразделением крупнее роты, и он откровенно сомневался в том, что она окажется способной взять на себя такое значительное и сложное подразделение как полк.

Так где же этот чертов Вайс?

Изучая красиво расположенные боевые порядки цветных фигурок на карте, генерал Грир секунду или две терзался искушением оставить все как есть – засада под командованием полковника Алессандро, несомненно, заставит империалов пережить небольшой шок и даже отступить.

Слишком большой риск. По всей карте ширились участки «белых пятен», они уже покрыли довольно солидный кусок территории космопорта и территорию между мысом Диксон и столицей. Это означало, что сенсоры либо пришли в негодность, либо оказались под агрессивным воздействием наноагентов, распылявшихся над всем полем боя. Если продолжать выжидать, то в этом случае он потеряет контроль над ситуацией в целом, и не исключено, что рейнджеры – единственное подразделение Конфедерации такого рода – будут просто уничтожены, едва появившись на свет.

Нет, он не станет так рисковать. Спасти армию, по мнению Грира, было всегда важнее, чем одержать победу.

– Полковник Вайс! Это генерал Грир, из ВКСК! Где вы находитесь?

– Это… это Вайс. – Голос полковника срывался. – Я… я сейчас не имею возможности говорить с вами, генерал.

Грир приблизил в своем внутреннем взоре изображение машины Вайса, это был «Бог войны», помеченный мигавшей звездочкой. Машины, следовавшие за ним, припали к земле у сооруженной поспешно нанобаррикады, защищавшей промышленные объекты и фабрики Бракстона. В данный момент линия обороны казалась достаточно надежной, чтобы защитить мыс Диксона, но в течение нескольких последних минут натиск усилился. Пехотинцы уже отступали беспорядочными толпами, оставляя космопорт и Бракстон, теснимые надвигающимися на них с металлическим лязгом титанов.

– Вайс, вы слышите меня? Космопорт потерян, и вам грозит быть отрезанными! Готовьте цефлинк к приему оперативных указаний!

– Готов к приему!

Не переставая размышлять, Грир послал всю имевшуюся у него информацию из имитатора боевой обстановки в цефлинк полковника Вайса. Данные эти недвусмысленно показывали Вайсу то, чего он, находясь на поле боя, видеть не мог – широкий полуостров, который он оборонял, вот-вот мог быть отрезан империалами.

– Я… я понял вас, генерал, – ответил Вайс секунду спустя. – Каковы будут ваши распоряжения?

– Отходить к Монро. – Монро был довольно крупным городом, почти слившимся с Джефферсоном, располагавшимся на материке как раз между столицей и Порт-Джефферсоном. – Соединитесь с генералом Крюгером. Я сейчас готовлюсь выслать ему подкрепление.

– Приказ принят, – последовал ответ Вайса. – Мы отходим.

– Полковник Алессандро! – еще раз попытался вызвать Катю генерал Грир. – Вы слышите нас?

И снова эта ненавистная тишина. Грир больше всего на свете терпеть не мог молчания в эфире, если он обращался по цефлинку ко всему подразделению. Отдельные командиры, видимо, тяготели к независимости или были слишком уже захвачены боевым запалом. У них, видите ли, не было времени на этих докучливых старших офицеров, которые откуда-то из бункера, надежно защищенные, наблюдают бой со стороны. И эта Катя Алессандро, насколько он теперь понимал, тоже не являлась исключением.

– Полковник Алессандро! Вас вызывает Командование силами Конфедерации! Ответьте!

– ВКСК, это капитан Хэган, – ответил наконец мужской голос. – Полковник ранена, и мне кажется, что ее линия выведена из строя.

– Принято. Кто там у вас за командира, Хэган?

– Гм, видимо, все же я.

– Приказываю вам отступать. Вместе с полковником Вайсом вы направляетесь в Монро.

– Гм. Сейчас это невозможно, генерал. У нас, гм…

– Меня не интересует, что у вас там возможно, а что нет, черт бы вас побрал! Вас каждую минуту могут окружить! Так что выводите ваших людей и машины оттуда, да поживее! Ясно вам, капитан?

Не раз Грир напоминал себе, что пора бы уж привыкнуть к подобным вывертам этих упрямцев – младших офицеров. Они не видят дальше собственного носа и забывают, что в бою речь может идти о вещах, гораздо более важных, чем их личные амбиции. Он с облегчением отметил, что уорстрайдеры полковника Вайса уже начали отступать через фабричный комплекс, оставляя свои временные баррикады. Тридцать какой-то там страйдер Хэгана оказался в окружении, далеко отстав от своих, вблизи одного из неприятельских флангов, но, кажется, ему все же удалось прорваться через линию противника. Что ж, прекрасно. Если империалы и давали им крохотный шанс, необходимо было воспользоваться им и, проскользнув мимо вражеских флангов, опрометью броситься в Монро.

Прекрасный, блестящий маневр, заключил Грир, а теперь все зависит лишь от того, насколько быстро младшие офицеры сумеют выполнить этот приказ.

И на карте-макете Грир заметил, что темп отступления, хоть не очень заметно, но все же увеличился.



* * * | Ксенофобы | * * *