home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава десятая

Вместе с товарищами Рябой чувствовал себя удивительно уютно. Глупая, но, безусловно, самая опасная его ходка закончилась великолепно. Зона, поливаемая дождем, будто притихла, и по пути к Периметру огонь пришлось открывать лишь дважды — и оба раза по слепым псам, видимо, слегка потерявшим ориентировку. Они шли без остановок, почти не разговаривая, большинство аномалий на пути уже были знакомы. Колючую проволоку кусали в сумерках и тоже Молча. Будто точили втроем какую-то одну деталь.

— Если на «секрет» напоремся, — раскрыл наконец рот зануда Гоша, когда от дороги, по которой раскатывали патрули, их отделяло метров двести, — если напоремся… Я, наверное, сам застрелюсь.

— Ну, ты чего? — опешил Рябой.

— Да надоело все! — Гоша повернулся к Рябому и бешено сверкнул в темноте белками. — Вот мы идем, а сердце неспокойно! Как нас встретят? Первый раз так, и все из-за тебя!

— Ну, это самое… Не унывай, жандарм! Смотри, как хорошо фишка ложится. Еще немного, и дома.

— Хорош трепаться, — попросил Насвай.

Товарищи молчали всю дорогу, и для расслабившегося Рябого стало неожиданностью такое их настроение. У него-то на душе был праздник! Рябой подумал, что стоит быть осторожнее, что ситуация в «Штях» и правда непонятная… Но не мог он сейчас думать о плохом. Знать бы еще, что с Флер все в порядке, — и Рябой был бы счастлив.

Они счастливо и без помех преодолели Периметр — в этот странный, сопровождаемый грозой над Зоной дождь патрули торопились на базы. В «Шти» сегодня решили не идти, тем более что дождь поливал и Чернобыль-4. Но здесь по крайней мере не сверкали молнии, а раскаты грома от Зоны доносились едва-едва.

— Пошли ко мне, — предложил Насвай. — Хозяйка уже спать легла, мешать не будет.

— А пустит? — усомнился Рябой, вспомнив грозную старуху.

— Обматерит и впустит, — пообещал Насвай.

Так и случилось. Виртуозно сдобрив матом и русскую речь, и украинскую мову, хозяйка пространно поведала сталкерам, кто они такие, от кого и каким странным образом произошли и чего она им желает. Насвай в продолжении всего выступления стоял на коленях и обцеловывал натруженные руки ораторши. Наконец старуха устала, зевнула, отвесила постояльцу подзатыльник и ушла к себе.

В малогабаритной двухкомнатной квартирке сталкеру досталась половина комнаты — остальное место занимала откуда-то свезенная мебель, расставаться с которой хозяйка не желала. По утверждению Насвая, мебель «фонила», но не сильно. Для сталкера — сущие пустяки. Пока Насвай устраивал друзей на ночь, они, приняв душ и переодевшись в нашедшееся у друга «штатское», курили на кухне.

— Гоша, ну хорош уже злиться! — Рябой даже рискнул пихнуть его локтем в бок. — И не из таких ситуаций выкручивались. Завтра пойдем к Бубне все вместе, расскажем… Ну не зверь же он?

— Кто? — Гоша подавился дымом. — Бубна — не зверь?

— Ну… Кровь не пьет, во всяком случае. Я говорю: не убьет же? Я отработал как мог, вы как могли. А что у него, может, какие-то планы сорвались — мы не виноваты.

Гоша тяжело вздохнул.

— Дурак ты, Рябой. Если у Бубны сорвались планы, то в этом кто-то виноват. И конечно, не Бубна. Может быть, Шейх, может быть, Дезертир. Только всем проще, если это будем мы.

— Парни! — Насвай вышел из комнаты, держа в руке ПДА. — Нас вызывают. В «Шти», срочно.

— Вот! — Гоша сел на шаткий табурет. — Вот. А ты спрашиваешь, почему я себе пулю в лоб пустить хочу. Потому что…

— Ну, вы совсем раскисли! В крайнем случае отметелят. Первый раз, что ли? — Рябой на самом деле не был уверен, что приятелям доставалось в «Штях» так же часто, как ему. — Не унывайте, жандармы!

— Дурак ты, — сказал Насвай.

Рябой понял, что так оно, наверное, и есть. Он тоже сел. Ему казалось, что здесь, за Периметром, увильнувшему от смерти там, в Зоне, уже ничего не грозит. Друзья были иного мнения. И, похоже, были правы.

— Так пойдем или не пойдем?

Ему никто не ответил.


— Я вам что приказывал? Напомни.

Бубна сидел в своем вечном кресле и рисовал что-то в блокноте. На ковре перед ним стояли Барбос и Флер, чуть позади, у дверей, переминался с ноги на ногу Гоблин. Вышибала не часто бывал в кабинете шефа и по этому случаю несколько возбудился. Ему так и хотелось постучать Барбоса наглой барыжной мордой о столешницу перед Бубной. Но распоряжения пока не поступало.

— Бубна, а что я? — Барбос успел по пути неплохо «накатить» для храбрости. — Ты Храпу указания давал. Может, Разсемь в курсе был. А я только делал, что Храп скажет.

— Заткнись! — Бубна саданул кулаком по столу, и Гоблин чуть придвинулся к барыге. — Заткнись! Вот на этом месте ты стоял, когда я вам всем сказал: идти за Шейхом как привязанным! Себя не показывать! А потом приказал, чтобы вы хоть голову этого Шейха, но принесли мне обязательно!

— Это потом! — запротестовал Барбос. — Это когда мы уже по Зоне шли! Я и не знал…

Как-то само собой сболтнулось лишнее, но босс будто и не услышал. Он вырвал листок из блокнота, скомкал и зло швырнул в корзину.

— Барбос, если ты мне хоть о чем-то умолчал…

— Я клянусь, все выложил! Вот и она, — Барбос пихнул в бок старавшуюся быть незаметной Флер, — и она подтвердит! Два клоуна просто сбежали куда-то, Храп и Разсемь подорвались, а что мне было делать?

— Меня спросить! — взревел Бубна. — Меня! Почему ты то появлялся на связи, то исчезал?!

— Да там какая-то аномалия… — Барыга развел руками. — Бубна, ну ты же знаешь: Зона есть Зона. Прости, если что не так… Отработаю.

— Маловероятно, — отчетливо произнес Бубна.

Мощные руки Гоблина сами собой потянулись к шее Барбоса, но вышибала пока еще мог их контролировать. Он ждал приказа босса, как праздника.

— Там, внизу, сидят люди. Гоблин тебя к ним отведет. — Бубна снова начал что-то рисовать. — Да, еще… Дезертира встречали в Зоне?

— Нет.

Барбос почувствовал, что стремительно трезвеет. Он не знал этих «людей», ждущих его внизу, но как-то сразу понял, что они, на данный момент, страшнее Бубны.

— Плохо, что не встречали. Ладно, иди к этим людям и все им расскажи. И девку возьми с собой. Только боюсь, они все равно тебе не поверят. Но это уже не мои проблемы. Мои приказы ты не выполняешь, так что я умываю руки.

Бубна показал свои и правда чисто вымытые лопатообразные ладони. Почувствовав момент, расстроенный Гоблин ухватил барыгу за плечо и вытолкнул за дверь. Флер послушно засеменила следом.

Увидев, что его ожидают всего лишь двое, Барбос облегченно вздохнул. В «Штях» начинался вечерний разгул, девочки выходили на подиум, помещение заволакивал табачный дым. Но для особых гостей нашлось тихое местечко. Один, восточной внешности, с тонкими усиками и аккуратной бородкой, курил сигару. Барбосу бросились в глаза ухоженные, блестящие ногти. Второй, рыжеватый и курносый, тянул пиво из бокала.

— Это Барбос! — Гоблин толкнул сталкера к гостям и ушел.

Флер, которую никак не представили, остановилась, не дойдя до стола. Она всерьез подумывала скрыться через посудомойку, но пока не решила, насколько опасно остаться.

— Очень рад! — сказал рыжеватый, пододвигая Барбосу стул. Тонкие усики благожелательно, но требовательно указали рукой: садись. — Я Вячеслав, переводчик. А этого господина зовите Абу.

— Просто Абу? — не понял Барбос.

— Господин Абу, — уточнил Вячеслав и отхлебнул пиво. — Кстати, он понимает по-русски. Итак, вы ушли в Зону вместе с господином Шейхом?

— Ничего подобного! — Барбос сел, закинул ногу на ногу и обернулся к Флер. — Девушка, принеси мне пивка. И себе что-нибудь прихвати.

С трудом сдержав вздох облегчения, Флер скрылась в клубах дыма. Конечно, поведение нахала Барбоса ей не слишком понравилось, но двое за столиком нравились еще меньше.

— Я никуда не ходил с Шейхом. Я только… Был в группе, обеспечивающей его безопасность. Но возникли обстоятельства, двое Моих друзей погибли, я сам чудом остался жив, так что… Чем могу помочь?

— Где Шейх? — спросил рыжеватый, вытирая салфеткой губы. — И сколько стоит привести его сюда. Или принести.

Барбос не спеша, выдержав паузу, закурил. Разговор, похоже, получался деловой. Сам он в Зону соваться не собирался, но мог найти людей, которые могли бы привести потерявшегося человека. Если, конечно, он еще жив. В чем Барбос сильно сомневался, да только зачем об этом знать заказчикам? Барыга навалился на стол и как мог обаятельно улыбнулся господину Али.

— А вы, простите, ему кто будете?

— Родственник, — ответил за шефа Вячеслав. — Близкий. Ты на вопросы-то отвечай.

— Я не знаю, где Шейх. — Барбос опять откинулся на спинку стула. — Но, чтобы вы меня поняли правильно, расскажу все по порядку…

К тому моменту, когда Флер вернулась с пивом, всем видом изображая из себя ни к чему не причастную официантку, Барбос успел закончить короткий рассказ. Флер поставила перед ним кружку и снова заняла позицию в шаге от стола. Сама она успела опрокинуть рюмочку на кухне, куда бармен Джо щедро передавал для поварих и официанток «сливки», оставшиеся в стаканах клиентов. Заговорить с кем-то из знакомых и напроситься на угощение ей почему-то казалось сейчас лишним. Господин Абу смерил Флер внимательным, но холодным взглядом и что-то сказал по-арабски Вячеславу.

— Нам нужно поговорить в другом месте, — сказал переводчик и достал телефон. — Карту посмотреть, еще кое-что…

— Да мне и здесь уютно! — как мог беспечно заметил Барбос. — Пиво свежее!

— Моча, — отрезал Вячеслав. — Ваш хозяин, Бубна, сказал, что ты в нашем распоряжении. Эта женщина много знает?

— Она уходила с Шейхом, потом была с нами. — Барбос понял, что спорить смысла не имеет. Не пойдет сам, так Гоблин упакует и отнесет. — Испугалась, сбежала от их группы, пришлось подобрать… — Обычная дура. Флер!

Барбос позвал ее, не оборачиваясь. Ничего пока не понимая, она приблизилась.

— Скажи там, что за эту мочу, как правильно сказал Вячеслав, я платить не собираюсь! — Неожиданно выбросив вверх длинную жилистую руку, Барбос за шею притянул Флер к кружке. — Смотри, что там плавает!

— Ты совсем, что ли, офонарел, эй, козел!

Но рука Барбоса крепко стискивала цыплячью шею Флер, а ее длинный нос уже макнулся в пиво. Она едва расслышала, как он шепнул:

— Ствол. Где хочешь. Сейчас.

Вырвавшись наконец из цепкого объятия Барбоса, она автоматически приняла протянутую им кружку и, получив в качестве напутствия тычок меж лопаток, выпорхнула в общий зал. Вячеслав и господин Абу уже стояли, переводчик с кем-то говорил по телефону. Вздохнув, поднялся и сталкер.

— Надеюсь, вы меня не слишком задержите? Знаете, есть планы на романтический вечер, я ведь только что из-за Периметра…

— Ну конечно! — Вячеслав взял его под руку. — Идем. Не тяни резину.

Господин Абу держался сзади. Позволил ли Бубна пронести этому парню в бар оружие, Барбос не знал и пока не был готов рисковать. Даже если удастся смыться от неприятной пары — как потом иметь дело с Бубной? Кроме того, оставался неплохой шанс, что с господином Али получится вести бизнес. По крайней мере в Зону он, в отличие от смешного толстячка Шейха, лезть вроде бы не собирался.

Флер между тем метнулась на улицу. Там, у черного хода, частенько стояли вышедшие проветриться сталкеры. Шансов найти у них оружие, да еще быстро, было немного — если бы в «Шти» позволяли ходить со стволами, тут были бы трупы каждый день. И все же… Сталкеры не любят ходить с пустыми руками.

В этот раз возле мусорных бачков, покачиваясь, стояли человек пять.

— Мальчики! — Флер попыталась быть любезной. — Там у Барбоса, кажется, проблемы… Уводят его, чужие.

— Бубна с ними ласков, а Барбос на него работает. Пусть сами разберутся.

— Там жареным пахнет! — настаивала Флер. — Может, ствол какой есть? Под мою ответственность.

— Да уж, у тебя ответственность известная! — Лысый и совершенно пьяный сталкер, имени которого Флер не помнила, хлопнул ее по заду. — Тебе-то что до Барбоса? Он с такими, как ты, не дружит, у него деньги есть!

В другое время лететь бы лысому кубарем через мусорные бачки, но теперь Флер терпеливо переждала взрыв пьяного хохота. В голове ее будто гудел тревожный зуммер.

— Ну дайте ему хоть шанс!

— Да какой там шанс? У них четыре машины громил за воротами! — Лысый почесал голову. — Так почему ты за него вписалась?

— Времени нет! — Флер заметалась, подыскивая среди валявшегося кучей инвентаря хоть что-то пригодное. Но не швабру же ему нести и не лопату? — Его уводят! Он меня отмазал, понимаете?

— Держи! — Лысый вынул из-за пояса маленький револьвер. — Должен был продать сегодня, да встреча не вышла. Не возвращаться же было? Пронес, — объяснил он товарищам. — Только под твою ответственность, Флер! Если кто-то узнает, откуда пушка, не посмотрю, что дама!

Не тратя времени на благодарность, Флер метнулась обратно в зал. Не торопясь, раскланиваясь со всеми знакомыми, Барбос как раз успел дойти до входной двери. Флер на бегу схватила с чьего-то стола кружку и забежала перед сталкером.

— Вот, попробуй: это хорошее?

— Да пошла ты! — Барыга отпихнул ее в сторону, успев тайком перехватить револьвер. — Иди свежего, свежего пивка поищи! А то глядишь, до утра не доживешь!

Прежде чем покинуть «Шти», господин Абу снова внимательно посмотрел на Флер. Она залпом выпила пиво и весело помахала кружкой:

— Свежее! Пока-пока!

Господин Али не ответил и вышел вслед за Барбосом и переводчиком. Повернувшись, Флер наткнулась на суровый взгляд Гоблина.

— А тебя почему не взяли?

— Сказали: потом, завтра поговорят! — беспечно кивнула ему Флер и проскользнула мимо.

Впервые в жизни она пожалела, что рядом нет Рябого. Этому недотепе хотя бы можно доверять — пошел бы и посмотрел, что там снаружи. Из «Штей» следовало как можно скорее выбираться. Как утренняя официантка, Флер знала все щелки, но как узнать о судьбе Барбоса? Который отчего-то решил ее спасти.

«Что ж, ты о себе больше думал, а я тоже сделала, что могла!» — Флер мысленно пожелала барыге удачи и прошмыгнула на кухню.

Барбос между тем и в самом деле не думал о Флер. Он попытался с ее помощью обзавестись оружием, и план, по счастью, удался. Тащить девчонку с собой не имело смысла: строптива и болтлива, он еще в Зоне едва удержался, чтобы ее не отлупить. А ведь все еще могло обернуться хорошо. Если господин Абу — деловой человек, то…

— Садитесь в машину! — Вячеслав распахнул перед ним дверь дорогой иномарки.

— Знаете, мне хотелось бы сначала кое о чем договориться…

Барбосу не дали договориться ни о чем: два дюжих парня в костюмах и при галстуках затолкали его на заднее сиденье. В следующий миг к горлу барыги приставили нож, а умелые руки принялись ощупывать карманы. Он покрепче сжал в руке револьвер и с тоской подумал, что как бы дело ни обернулось, а умело вложенные в местный бизнес денежки пропали. Господин Абу — неделовой человек.

— Бубна сказал, что в баре все без оружия, но мы любим проверять сами! — Вячеслав сел рядом с шофером, который и держал нож. — И еще: мы вообще всегда все проверяем сами. И то, что ты рассказал, тоже будем проверять очень тщательно. Специалисты у нас хорошие, на быструю смерть не рассчитывай, так что мой совет: не запирайся!

— Я понял, крыса, я уже все понял!

Первым пулю получил тот секьюрити, что справа, — в него было неудобно стрелять, пришлось потратить секунду на изготовку. Потом получил свое шофер, прямо под подбородок. Нож лишь слегка оцарапал Барбосу кадык. Второй охранник успел навалиться, и переводчик выскочил из машины. Барбосу пришлось потратить еще два патрона, прежде чем ему удалось выбраться.

Люди господина Абу бежали, казалось, со всех сторон, одинаковые в своих костюмах при неверном свете фонаря. Прикрываясь телом мертвого секьюрити, Барбос выстрелил еще раз и бросил револьвер — нужно было освободить руку, чтобы забраться в подплечную кобуру мертвеца. В тело секьюрити впилось сразу несколько пуль, Барбос упал, тут же получил и первую свою: в бедро.

— Сталкеры!! — взревел он, зная, что это бесполезно. — На помощь!

Пальцы наконец нащупали пистолет. Он оказался на предохранителе, и Барбоса достали еще раз, снова в ногу, а кто-то уже наваливался сзади. Он выстрелил через плечо, перекатился и был совсем близок к тому, чтобы уползти в кусты, когда охранники получили команду и открыли огонь на поражение.

— Вот сволочь! — Вячеслав трясущейся рукой пригладил волосы. — Спецназовец какой-то, что ли?

— Сталкер, — коротко ответил ему господин Абу и так же коротко влепил затрещину.

— А я-то при чем? — вполголоса проворчал переводчик. — Сказали припугнуть, я припугнул…

Сталкеры, шагавшие к «Штям», слышали издали эту перестрелку, но большого значения ей не придали. Так уж вышло, что вернувшийся из Зоны сталкер чувствует себя в обычном мире в преувеличенной безопасности. Особенно если успел выпить сперва «с возвращением», а потом «чтобы Бубна нам головы не оторвал». Да и мало ли кто может палить спьяну в таком городке, как Чернобыль-4? Но даже если бы трое приятелей были ближе и услышали крик Барбоса, сделать бы ничего не смогли — в «Шти» ходят без оружия, нарушители строго наказываются.

Выбора, идти или не идти, у них, по сути, не было. Конечно, пессимиста Гошу пришлось уговаривать и чуть ли не упаивать, но исход был предрешен. Если главный человек в городе хочет тебя видеть — надо идти. Бубна и в Зоне достанет, бывали такие случаи.

— Я думаю, мы вот как скажем! — рассуждал некрепкий на спиртное Насвай, помахивая в такт мыслям полупустой бутылкой водки. — Мы скажем, что на нас химера напала. Мы замешкались в том лесу, отбивались, ну и отстали. А потом погнались, но нас Дезертир остановил.

— Это если он подтвердит… — Гоша брел, как на плаху. — А что скажет этот гад, неизвестно. А Бубна ему поверит, у Бубны с Дезертиром дела. О которых мы ни черта не знаем…

— Надо побыстрее к тому прибору переходить! — предложил Рябой. — Вот что на берегу произошло — этого Бубна может и не знать.

Возле входа в «Шти» стояли несколько машин, суетились люди. Сталкеры замедлили шаг. На них недружелюбно поглядывали странные плечистые парни в костюмах, но вопросов не задавали. Вдруг сбоку, из совершенно темного переулка, послышались чьи-то осторожные шаги. Насвай по привычке вскинул руку, все остановились. Миг — и в круге света от фонарного столба появилась Флер. Она шла прямо на Рябого, угрожающе выставив вперед длинные крепкие ногти. Увидев «ухажера», просто бросившего ее в Зоне ради Норис, Флер забыла об осторожности. И так достаточно терпела последнее время, а тут еще успела немного выпить с подружками.

— Ах ты сволочь! Пьешь, гуляешь, гад?!

На ее крик обернулся рыжеватый человек и тут же позвал кого-то. Флер не обратила на это никакого внимания, единственной ее Целью было вцепиться в наглую морду Рябого.

— Флер! — Сталкер тоже обо все позабыл. — Наконец-то я знаю, что с тобой все в порядке!

Он обнял ее раньше, чем Флер успела исполнить задуманное. С минуту Рябой даже терпел крайне болезненные удары каблуками по стопам, но потом девицу пришлось отпустить. И все равно он был счастлив.

— Прости, прости! — Он упал на колени. — Прости, Флер, но так было надо!

— Вот той сучке было надо?! Мне не надо — а ей надо, ты и побежал, да? Ах ты, мразь!

Насвай от души веселился, а вот Гоша оставался мрачен. Их неслышно окружили незнакомцы и отпускать без разговора явно не собирались. Один, с тонкими усиками, встал за спиной Флер и внимательно слушал. Она заметила это и поняла, что пора бы сдать назад, пока не поздно. Назад, в темный переулок, из которого она так опрометчиво вышла.

— Я тебе все расскажу! — Рябой на коленях полз за отступающей Флер. — Все как было!

— Нет, нет! С тобой, — Флер вытянула в его сторону палец, — мне разговаривать больше не о чем!

— Оп!

Рябой никогда не отличался ловкостью рук, но в этот раз действовал как фокусник: миг, и на пальце Флер засиял перстень Шейха. За ее спиной ахнул тонкоусый.

— Какой же ты идиот! — в ужасе прошептала Флер. — Какой же ты идиот!

Она сняла перстень и протянула его господину Абу.

— Я не знаю, чье это! Это вот он принес!

Абу принял перстень, внимательно рассмотрел. Он хорошо знал эту вещицу. Жестом подозвав переводчика, он о чем-то спросил его по-арабски. Флер нагнулась к Рябому.

— Беги, придурок! Барбос остывает, ты следующий!

Она смогла сказать это так, что Рябой начал выполнять команду, еще не дослушав ее до конца. Наперерез ему прыгнул дюжий секьюрити, но сталкер свернул к кустам. Ему, как и многим, не раз доводилось посещать эти кустики возле бара, с известной целью. Рябой нырнул головой вперед, перекатился по пропахшей мочой земле, прыгнул и оказался в темноте. Рванувшийся за ним секьюрити замешкался, зацепился за ветки расстегнутым пиджаком.

За Рябым бежали долго, но он упрямо кружил по неосвещенным, узким улочкам, твердо зная: за спиной неминуемая смерть. Охранники Абу не знали местности, а стрелять в темноте боялись: Рябой должен был говорить. Добравшись до «частного сектора», сталкер перемахнул знакомый заборчик, упал в огороде и затих. Он знал, что в этом дворе собаки нет, зато всех остальных друзей человека в районе его преследователи разбудили. Теперь оставалось только успокоить дыхание и подумать, как быть дальше. Времени на это хватало: до самого утра.

Флер, конечно, хотела, чтобы Рябой убежал. Сама она его, может быть, и пришибла бы, но отдавать каким-то заезжим извергам не собиралась. К тому же бегство сталкера весьма пригодилось и ей: часть секьюрити погналась за Рябым, часть принялась резво крутить его товарищей. Флер медленно, неслышно отступила назад, в переулок, и спустя минуту оказалась уже далеко от «Штей».

— Вы! — Вячеслав подошел к лежащим в позах морских звезд сталкерам. — Кто такие?

— Свободные сталкеры! — с вызовом отозвался Насвай. — Отзови своих псов, пожалеешь!

Первым ему ответил один из секьюрити — крепким ударом ногой под ребро.

— Кто был с вами? — Вячеслав дрожащими пальцами вытащил из пачки сигарету. — Как его зовут, где живет?

— А соленого не оближешь? — Насвай потерял бодрость духа, но не упрямство.

— Пожалей ребра! — посоветовал ему Гоша, услышав, как от очередного удара всхлипнул приятель. — Мы будем говорить только в присутствии Бубны.

— А если так?

Вячеслав пнул Гошу — неумело, да и обувь у него была для этого неподходящая.

— А если так, стреляй. Нам все равно.

Гоша, конечно, понимал, что при желании адрес Рябого можно вытрясти и из него, и из Насвая, тем более что в «Штях» этот адрес знает каждый второй. Но если уж сдавать позиции, то не спеша.

Вячеслав, морщась от боли в пальцах ноги, хотел обратиться за Помощью к одному из охранников, но на счастье Гоши вернулся господин Абу.

— К Бубне одного! — сказал он по-арабски переводчику. — Второго в машину и обыскать сначала, три раза обыскать! Где женщина?

Вячеслав только оглянулся на пустое место и развел руками.

— Ты баран! Твой отец баран!

Абу решительно пошел ко входу в «Шти». Там их уже ждали.

— Они шли к Бубне, по вызову! — хмуро сказал Гоблин. — Пропустите их, это не по нашим понятиям. А того, что сбежал, найдем, никуда не денется.

— Бубна готов говорить с нами? — спросил Вячеслав.

— Ждет… — Гоблин неохотно посторонился, видя, как волокут Гошу. — Второго-то отпустите!

— Позже! — на ходу сказал Абу с сильным акцентом.

Спустя минуту в сопровождении переводчика, трех секьюрити и Гоши он стоял перед Бубной.

— Надо отыскать этого человека! — сразу заговорил Вячеслав. — У него был перстень Су… господина Шейха. Мы имеем все основания полагать, что этот сталкер убил клиента.

— А я не имею таких оснований. — Бубна развел руками. — Хотел с ним поговорить, а вы не дали. Теперь ничего не знаю.

— Найдите его!

— Конечно, найду, — согласился Бубна. — Я — найду. А вы — нет. Не мешайте мне!

Вячеслав коротко переговорил с Абу и расправил плечи.

— Мы хотим напомнить вам, Бубна, что в наших силах легко раздавить ваш бизнес, а прежде всего вас самого. Ваши покровители не станут ссориться с нами, ведь вас так легко заменить.

— Вы мне угрожаете?

— Да! — ответил за переводчика Абу.

— Поймите, на кону многие десятки миллиардов долларов США! — продолжил Вячеслав. — В ваших же интересах как можно быстрее закончить дело. Если мы получим назад Шейха или его голову…

— Лучше голову? — хмыкнул Бубна. — Я уже давно понял.

— Не ваше дело! — вскипел переводчик. — Ваше дело выполнить заказ, тем более мы за него еще и заплатим! Соберите всех свидетелем, допросите, а потом отдайте нам — мы умеем допрашивать лучше!

Бубна молчал, что-то чирикая в блокноте. Потом вырвал и скомкал листок, поднял круглую голову.

— Все? — Не дождавшись ответа, Бубна продолжил: — Сегодня погибло три или четыре ваших человека… А я ведь, согласитесь, не имею к этому отношения. Здесь не Зона, но ее дыхание долетает и сюда… А она не любит таких, как вы. Дальше: мой бизнес — это мои проблемы. А то, что вы не уследили, что за завещание ваш старик написал, — ваши проблемы. Я обещал вам помочь, не мешайте мне.

Абу выступил вперед, заставив оттесненного секьюрити к дверям Гоблина дернуться.

— Сталкер! — Абу поднял один палец и тут же второй: — Женщина!

— А бабу вы вообще сами прозевали, я вам ее на тарелочке спустил! — почти мягко улыбнулся Бубна. — Никто, кроме меня, не решит ваших проблем. Дайте мне поговорить с этим хлопцем.

Абу кивнул охране и первым покинул кабинет. Когда Бубна и Гоша остались наедине, босс со всей силы запустил пресс-папье в стену.

— Что вы там вытворяли, а?! — взревел он. — Все как на подбор! Что вы там творили?! Нюх потеряли, а?! Вам уже наплевать, зачем я вас туда послал?!

Гоша уныло рассматривал грязные мыски кроссовок. Он уже понял, что прямо сейчас Бубна его не убьет, но подозревал, что будущее может оказаться куда страшнее.

— Докладывай! — приказал, немного остыв, Бубна.

Стараясь быть убедительным, Гоша в общих чертах изложил свою версию событий в Зоне. Атаку химеры, которая сбросила его и Насвая со следа Шейха, Бубна проглотил легко, а вот услышав о Дезертире, начал багроветь.

— Что значит — доставить груз на Янтарное озеро?! Какой груз?

— Ну, прибор, вот такой. — Гоша показал руками размер. — Килограмм двадцать — двадцать пять. Подвесили на дуб возле Разлома, как он сказал. И еще! — Гоша едва не забыл самое главное. — Еще Дезертир сказал, что это ты приказал! А мы поверили — он же у тебя был, разговаривал, в курсе всего.

— Я приказал? Ты же говоришь, он заплатил хорошо!

— Ну… А что? — Гоша поднял на босса невинные глаза и только поэтому смог увернуться от брошенной в него авторучки. — Одно другому не мешает.

— Принеси ручку! — Бубна ожесточенно почесал затылок. — Где сам Дезертир?

— А как ящик свой расстрелял, так и ушел. — Гоша прямо-таки с поклоном подал авторучку с золотым пером. Какой босс не любит подхалимов и тех, кто глупее его? — Мы не знаем куда. Рябой прибежал еле живой. Вроде Дезертир его спас как-то. Он под контролером был, или даже сам Шейх им командовал, надо его найти и спросить.

— Кого? — уныло спросил Бубна, снова чирикая в блокноте.

— Ну, Рябого. Да мы найдем, Бубна! Куда он денется?

— Дезертира надо искать, а не Рябого… — проворчал босс. — Эх, ноги мои ноги! Не съел бы их «холодец» проклятый, пошел бы сам! Хочешь сделать хорошо — сделай сам, верно говорят.

Гоша тактично молчал — Бубна когда-то выжил, угодив в аномалию Холодец, но остался без ног. Редкий случай, особенно если учесть, что из Зоны его все же вытащили.

— Ладно, будем пока искать Рябого и надеяться, что Дезертир жив, — сказал Бубна, немного успокоившись.

— Да мы мигом! — воспрял Гоша. — Рябого найти — раз плюнуть! Значит, к себе он не пойдет. Ко мне или к Насваю тоже и к Флер не пойдет. И, значит…

— А ты здесь при чем? — оборвал его босс. — Нет, ты иди к этому Абу. Расскажешь ему все, кроме… — Бубна задумался было, но лишь махнул рукой. — Да все равно ты ему все расскажешь! Там допросят как надо. Иди.

Дверь тут же открылась — Гоблин услышал звонок. Гоша хотел было что-то еще сказать, но им снова овладел беспросветный пессимизм.

— Отведи этого к Абу, — приказал Бубна вышибале. — И скажи, что я настоятельно прошу моих людей не портить. А если портить, то не сильно… Все, шагай.

В это время года светало рано, нужно было торопиться. Не дожидаясь скорых утренних сумерек, Рябой, как только вокруг воцарилась тишина, выбрался на улочку и окольными путями вернулся почти к самым «Штям». Лежа на сырой земле летней чернобыльской ночью, он продрог до костей, но толковый план придумать смог.

Во-первых, нужно было спрятаться там, где его никто не станет искать. Но этого мало: еще желательно быть в курсе новостей городка, иначе игра в прятки долго не продлится. Более всего Рябого, конечно, интересовала судьба Флер.

«Дернул же меня черт перстнем светить… — думал он, шагая по влажной траве. — Но откуда я мог знать, что все решат, что я убил Шейха? Хотя стоило бы… Шейх жив, но выходит, что я его бросил у контролера. Свидетелей у меня — Норис и Дезертир. Надо их как-то искать, тогда Бубна, может быть, поверит и прикроет».

Рассуждая таким образом, он подобрался к небольшому рынку, где местные жители продавали самые обычные продукты, заламывая «сталкерскую» цену, приводившую в ужас случайных туристов. Рынок по случаю темного времени суток был пуст, слегка попахивало гнилью. Чуть в стороне, у покосившегося забора, стояла сбитая из фанеры не то будка, не то конура — обиталище местного юродивого.

Сталкеры звали его Джек-Помойка. Говорили, что когда-то он ходил в Зону, а потом умудрился пережить там Выброс и свихнулся. Джек-Помойка жил в неизвестно кем устроенной для него будке круглый год и стал самой обычной частью городского пейзажа. Кормился он в основном нераспроданным, подпорченным товаром, а поился сталкерами, многие из которых считали хорошей приметой проставиться Джеку. Как следствие, Джек практически не просыхал. Впрочем, его это совершенно устраивало: днем он распевал что-то невнятное, сидя перед своим жилищем с протянутой ладошкой, а вечером, совершенно пьяный, вползал внутрь.

Единственное, чем Джек-Помойка досаждал окружающим, — запах. Но сталкеры народ не брезгливый, в Зоне и не такого нанюхаешься. И еще, что было очень важно для Рябого, Джек любил заматываться в тряпье по самые глаза.

— Ну, как ты тут, братишка? — Морщась от режущей глаза вони, Рябой сунул голову в конуру. — Все равно водкой разит… Что ж, не унывай, жандарм: так надо!

На утро Джек кое-что припас: целых три недопитых бутылки разного рода жидкостей, одна гаже другой. Это было Рябому на руку. Он растолкал несчастного, едва ли не силком влил в него, сколько влезло, а потом аккуратно связал безвольное, что-то бормочущее тело. Тряпки Джека пришлось натянуть на себя — прятаться, так прятаться.

Конечно, возле конуры Джека-Помойки никто не стал бы устраивать обсуждение новостей. И все же хоть что-то узнать был шанс. А еще можно было многих увидеть — рынок просматривался целиком.

— Брли-брлу-брлооо… — пробормотал Рябой для репетиции. — Вроде получается. Ты не сердись на меня, Джек. Вся водка — твоя. Я, наоборот, можно сказать, за тебя поработаю немного. А ты лежи там, отдыхай.

В городке продолжалась спокойная ночь: где-то в паре кварталов шла драка, а с другой стороны, от близких «Штей», доносилось пьяное, зато многоголосое пение. Сталкеры понемногу покидали любимый бар. Несколько человек, покачиваясь, свернули в сторону рынка. Когда они проходили мимо, Рябой напряг слух до хруста в ушах.

— Деньги кончаются, блин… — сказал один голос. — Хотели завтра пойти, но Че передает, дело к Выбросу.

— Странно, вроде не так давно Зона успокоилась. Но ты слышал грозу за Периметром? Не хотел бы я там оказаться. Наверное, да, будет Выброс, — согласился второй. — А что за пальбы была у «Штей» сегодня? Гоблин сказал, чтобы с расспросами не лезли.

— Да все уже известно! — хрипло проворчал третий. — Барбоса пришили эти, приезжие. Вроде как за дело, Бубна сам его им отдал. Только я, скажу вам честно, при таких раскладах от Бубны буду держаться подальше!

Товарищи шумно согласились с ним. Они уже отошли на значительное расстояние, но Рябой сумел расслышать еще кое-что:

— …Дезертир вообще пришел как был, не переодеваясь. Первый раз на моих глазах выпил…

Рябой был готов бежать за ними на четвереньках, чтобы услышать больше, но начинало светать. Вздохнув, он вытянул ладонь.

— Брли-брлу-брлооо…


Глава девятая | Сердце дезертира | Глава одиннадцатая