home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава седьмая

— А вот и Осиное Гнездо! — гордо сообщил ведомым Рябой и встал, будто любуясь чем-то невыразимо прекрасным.

— Я не думал, что это выглядит вот так… — протянул Фарид.

— Фотографию не прислали? — Теперь сталкер мог иронизировать. — Ай-ай! Недоработка.

Да и кому могло бы прийти в голову фотографировать Осиное Гнездо? В каком-нибудь другом месте оно стало бы достопримечательностью, но только не в Зоне.

Какая-то сила свалила в одну кучу, изрядно помяв, груду автомашин, трансформаторную будку, несколько киосков и много других вещей поменьше. Говорили, что где-то в самой глубине кучи лежит товарный вагон, но Рябой не знал, правда ли это.

— Больше всего похоже на автомобильную свалку. Знаете, когда уже на переплавку готовят… — Фарид поправил золотые очки, одно из стеклышек которых уже треснуло. — И что же, мутанты здесь не живут?

— Живут! И хорошо живут, сволочи.

— Тогда почему Осиное Гнездо отмечено как «место для ночевки»? — Фарид покачал картой, которую держал в руке. — Тут сказано, что здесь безопасно.

— А я эту карту не составлял, — хмыкнул Рябой. — И остальные ваши «путеводители» тоже. Тут хорошо ночевать, потому что Выброс переждать можно, в глубине. А еще потому, что входов много, и все они заперты для мутантов. А мы войдем. Прикройте меня! Кайл, ты Держишь тыл!

Конечно, мутанты, и не слишком безобидные, забредали к Осиному Гнезду нередко. Пищевая цепочка Зоны, как ей и полагается, замкнута. Твари покрупнее жрут тех, кто мельче, чтобы достаться им в виде падали, когда сами сдохнут. Именно поэтому отсутствие в прямой видимости крыс вселяло в Рябого надежду. Если нет крыс — значит нет падали, а тогда скорее всего и серьезного хищника здесь нет уже несколько часов.

Сталкеры обжили в Зоне много мест. Внешне это никак не проявлялось на Осином Гнезде, но на самом деле внутри груды металлолома существовал целый лабиринт узких переходов со множеством выходов наружу. Задачей каждого сталкера, уходя, было «правильно запереть» входы в Осиное Гнездо. Этому закону подчинялись все, даже военные сталкеры и мародеры, — если в Зоне застанет Выброс, убежище пригодится всем. И тогда наступит нечто вроде «водяного перемирия».

Рябой, не наблюдая пока ничего подозрительного, подошел к знакомому бесколесному джипу, торчавшему из кучи малы багажником. Дверца была подперта снаружи веткой — плохая защита, но хороший знак. Однако Зона есть Зона. Поговаривали, что зомби, «дикие» шатуны и еще некоторые обитатели Зоны могут специально подстраивать такие ловушки. Рябой допускал это, но сам никогда не сталкивался с полной имитацией действий человека.

Он осторожно открыл ржавый багажник, вытащил пару аккумуляторов и приподнял надорванную обивку. Дна багажник не имел — вниз, в темноту, вело аккуратно выпиленное отверстие. Рябой, держа наготове оружие, посветил туда фонариком. Все в порядке: тонкая проволока крест-накрест пересекала ход. Растяжка — ловушка для бюрера или особо хитрого кровососа.

Не успел Рябой протянуть руку, как что-то звякнуло рядом. Он отпрыгнул, поднимая винтовку. Шейх как ни в чем не бывало копался в распахнутом капоте «Волги». Не удержавшись, сталкер отвесил по жирному заду хорошего пинка.

— Ничего не трогать! — хрипло прошептал он. — Ничего! Без! Моей! Команды! Не трогать!

Шейх, бормоча какие-то свои народные ругательства, отступил. Костяшки пальцев, сжимавших винтовку, побелели.

— Вы не имеете право так себя вести! — дрожащим голосом возмутился Фарид. — Вы проводник!

Рябой оглянулся не на него, а на его винтовку. Все в порядке, ствол смотрит вниз. «Госпожа Кайл» вообще не оглянулась.

— Здесь могут быть мины! Ловушки! Ничего не трогать, а смотреть по сторонам, и…

Пуля пробила поднятую дверцу багажника. Конечно, именно этот сектор должен был держать Шейх! Но «его величество» не привык выполнять команды. Рябой выстрелил в падении, вдоль предполагаемой траектории. В ответ прилетела еще одна пуля, взрывшая землю совсем рядом. Целились явно в него, хотя и Шейх, и его секретарь представляли куда более удобные мишени.

Рябой перекатился и увидел прямо перед собой выбежавшего из-за разбитого фургона зомби. Бывший человек держал в руках пожарный топор. Тут же его голова буквально взорвалась от выстрела Кайл, во все стороны разлетелась черная вонючая жижа.

— В головы! — одобрительно крикнул Рябой, высматривая того, первого, с охотничьим ружьем. Он узнал оружие по звуку выстрела. — Стреляйте им в головы, наверняка!

Затарахтел АК, и тут же ему завторил «хопфул»: Фарид, не догадавшись прижаться к машинам, отступал к лесу, поливая огнем Осиное Гнездо наугад. Рябой наконец заметил подрагивающий ствол — зомби, подчиняющемуся чьим-то командам, не так просто загнать патроны в стволы. За спиной залаяла еще одна винтовка, но Рябой не оглянулся. Он отбежал от Гнезда, увеличивая угол, всадил короткую очередь в трясущуюся голову «охотника» и вернулся под прикрытие джипа, успев заметить еще двух подбегающих противников. Как минимум один из них был вооружен.

«Плюс автоматчик! — отметил про себя Рябой. — Целая банда! Кто же вами управляет, парни? Где он?»

Зомби — что куклы в опытных руках. И есть такой кукловод в Зоне, имя ему — контролер. Рябой не любил всуе поминать эту тварь, так дорого порой обходились встречи с ним. И главная опасность, конечно, не в зомби, хотя те и вооружены. Стрелки они скверные. Страшно то, что, убивая каждого из них, освобождаешь контролеру часть силы. Силы, которую он может применить для захвата кого-то из твоей команды. Или даже тебя самого.

— У вас есть что-нибудь, защищающее от пси-воздействий?! — крикнул он Шейху, вступившему в азартную перестрелку с зомби-автоматчиком, засевшим где-то наверху «автосвалки».

— Да!! — весело крикнул Шейх, выскочил из-за укрытия и дал длинную очередь от живота. Ну просто Голливуд. — Пуф-пуф! Не бояться!

— Пуф-пуф, придурок… — проворчал Рябой и то ползком, то перебежками рванул вокруг Осиного Гнезда. — Будем надеяться, что сработает ваше оборудование…

Он прикончил еще двух зомби, вооруженных какими-то железяками. Все — солдаты, форма вроде немецкая. Но с контролером уже давно: поизносились, оборвались, похудели. Где-то поблизости сидит кукловод. Как его найти?

Очередь из «хопфула» разнесла единственное уцелевшее стекло в стареньком «Опеле». Рябой оглянулся и увидел безжизненные, и все равно перепуганные глаза Фарида. Увидел их сталкер уже через прицел, но палец замер на спусковом крючке. Ну что, подвело ваше хваленое оборудование?.. Фарид медленно, будто находясь под каким-то наркотиком, вел стволом. Еще немного, и Рябой окажется в зоне поражения. Пора стрелять.

Рябой был готов, но «госпожа Кайл» успела раньше и оглушила Фарида прикладом. Потом она зачем-то полезла к нему в рюкзак, отложив оружие, и Рябому пришлось подбежать к ней, чтобы прикрыть. Терять людей дальше некуда — и без того три стрелка осталось, считая даже не вполне вменяемого Шейха.

— Он не включил блокиратор пси-волн! — объяснила «госпожа Кайл». — Дурак.

— А у меня, например, его просто нет! — Рябой вычислил автоматчика и достал его одной очередью. — Надо взять АК, иначе контролер пришлет еще кого-нибудь. Где же он, сволочь такая?!

— А вот… — «Госпожа Кайл» показала ему экран маленького радара. Красная точка на границе действия прибора смещалась в сторону Грязного Ручья. — Уходит, кажется. Догоним? Держись ближе ко мне, оборудование тебя накроет.

Новые выстрелы слились в один звук с нечеловеческим воем Шейха. Можно было подумать, что ему враз оторвали все конечности и выпустили кишки. Однако когда Рябой подбежал, оказалось, что пуля из охотничьего ружья, подобранного другим стрелком, всего лишь обожгла ему щеку.

— Да что ж ты так орешь-то?! — вскипел Рябой. — Йодом помажь!

И снова пришлось перекатиться — послышались новые выстрелы со стороны леса. Однако в кустах мелькнула знакомая фигура в черном комбинезоне.

— Норис! — заорал Рябой, указывая рукой направление. — Там контролер! Дуй к нам ближе!

Когда девушка подбежала, стрельба уже закончилась. Зомби ушли, ведомые своим хозяином, который скрылся из зоны действия радара.

— Темнеет, идти за ним слишком опасно, — решил Рябой. — Ночуем. Все вместе.

Шейх только кивнул, ненавидящим взглядом буравя Норис. Зато «госпожа Кайл» расцвела широкой улыбкой и приобняла ее, так что Норис пришлось выкручиваться. Рябой немного отдохнул и вернулся к делу. Из соображений сталкерской этики он отогнал всех подальше и быстро снял растяжки. Дело не сложное, главное, чтобы фонарик был и руки не дрожали. В принципе контролер, может, и справился бы с такой задачкой. Только ему страшно. Трусливая тварь, что сказать. Привык подставлять других, в этом его суть. А зомби слишком заторможены.

Зажав фонарик в зубах и пожелав самому себе не унывать, Рябой проник внутрь Осиного Гнезда. Собственно, таких входов ему было известно не меньше десятка, но не все они годились для их группы. Хоть и потеряли шестерых, а все же не двоим калачиком свернуться — нужно пространство. Как раз здесь такое имелось. Протиснувшись глубже и убедившись, что все в порядке, Рябой аккуратно разминировал и тут же забаррикадировал изнутри еще два выхода — на всякий случай. Растяжки нужно было убрать обязательно, иначе ночью из-за какого-нибудь мутанта может так шарахнуть внутри, что барабанные перепонки вынесет.

— Добро пожаловать! — Он выбрался наружу и широким жестом пригласил всех. — Не унывай, жандармерия! Ночуем разувшись, как люди.

— А что это у вас за присказка странная, про жандармов? — спросил Фарид, подталкиваемый к багажнику джипа Шейхом.

— Да ты не спрашивай, ты полезай. Сумерки начинают, скверное время.

Фарид забрался внутрь, даже не испугавшись прикрепленных проволокой к стенкам лаза гранат. Или он их просто не заметил? Рябой не стал снимать гранаты — все равно утром придется на место вешать. Прежде всего Шейх передал секретарю три своих любимых ящика, и лишь потом забрался внутрь сам.

— Проходите дальше, там салон микроавтобуса есть, просторно! — крикнул вниз Рябой. — Норис, ты ведь с нами?

— Конечно! — Девушка внимательно наблюдала за лесом. — Только я последней пойду, в кабине КАМАЗа заночую. Не хочу к ним.

Рябой только кивнул — знает дело! «Госпожа Кайл», передав последние рюкзаки, тоже скрылась в убежище. Когда спустился Рябой, она с сомнением изучала домкрат, подпиравший продавленную крышу «коридора».

— И это выдержит?

— Пока держит! Ты, главное, не трогай ничего без нужды.

Из вежливости он сперва зашел к «дорогим гостям», расположившимся в салоне микроавтобуса. Все сиденья отсюда были убраны, а в центре крышу подпирала стопка батарей парового отопления. Получалось вполне уютно. Рябой подошел к толстому листу железа, отделявшему их «отсек» от соседнего, и проверил болты. Гаечный ключ, как и положено, лежал тут же. Пока им не нужно забираться глубже, пусть будет заперто.

— На этом можно сидеть? — Фарид брезгливо разглядывал несколько аккуратно сложенных старых одеял. — Нет насекомых?

— Только ты! — обиделся Рябой. — Вот пришел бы сюда голый и босый, спасибо бы сказал! Особенно зимой.

Кроме одеял, прежние посетители оставили стопку старых журналов, пару колод замасленных карт, несколько вскрытых и недоеденных пачек галет, охотничью двустволку с разбитым прикладом и прочую мелочь, которая иногда может пригодиться.

— Батареи фонариков все же экономьте! — по-хозяйски распорядился Рябой. — Мало ли что… Никогда не знаешь, насколько застрял.

— Нет! Нет! — засмеялся Шейх. — Уходить завтра рано!

Он снова был в прекрасном настроении. Ну что делать с этим жирным старым извращенцем? Чем-то он был даже симпатичен Рябому.

— Связи здесь не будет, все экранировано, — напомнил он Фариду, копавшемуся, кажется, с коммуникатором. — И такой вопрос… У вас есть подключение к сталкерской сети?

Фарид сделал вид, что не услышал вопроса. Зато «госпожа Кайл», за столбом из паровых батарей готовившая ужин, откликнулась:

— Есть, но мы им почти не пользовались. Нас не должны засечь.

— ПДА не засечешь! — уверенно сказал Рябой.

— Ни в чем нельзя быть уверенной. Если есть теоретическая возможность, что тебя ведут, — значит тебя ведут. Так надо рассуждать.

Она подала хозяину первую банку. По салону распространился аппетитный запах баранины.

— Саморазогревающиеся опять? — Сталкер покачал головой. — Баловство.

— Ты не будешь?

— Нет, кусок в горло не лезет… — Это было правдой. Снова рушились планы, но куда идти, если рядом контролер? Ожидание выматывало. — Вы, когда связывались, ничего там не видели о Флер? Так вышло, что я ее бросил, можно сказать… Безоружную, по вашей милости!

— Эта не пропадет! — уверенно сказала «госпожа». — Нет, ничего не видела про нее. Правда, правда! Но кое-что было. Ты уж не расстраивайся… Ваши ПДА каким-то образом были уничтожены. Кто-то тяжелый по ним прошел, наверное. Мы выбросили их там же, возле луга. И в вашей сети были сообщения… Я не помню точно. Нечто вроде «вероятно, погиб, причина — раздавлен». И про тебя, и про твою женщину. Подпись, кажется, «Че». Есть такой человек? Это было с час назад, когда мы шли от ручья.

Рябой и правда почувствовал себя раздавленным. Приехали. Значит, сталкеры думают, что он мертв. Все — и Гоша с Насваем тоже. Конечно, Че иногда пишет вот так: «вероятно», но вероятность эта близка к ста процентам. Но если друзья, как он надеялся, подобрали Флер, то должны были дать Че опровержение? По крайней мере Гоша сделал бы это обязательно, с его-то педантичностью.

— А опровержений не было? — с надеждой спросил он. — Есть такая штука, когда…

— Не было, — уверенно сказала «госпожа Кайл» с полным ртом. — Но я соединилась на секунду и тут же выключилась. В тот момент — не было. Не сердись, так было надо.

Ожесточенно почесав голову, Рябой отправился в кабину КАМАЗа, их вторую «спальню». Пока они не выйдут из Осиного Гнезда, связи не будет, так что зря душу терзать?

— Не унывай, жандарм! — сказала ему Норис, которая все слышала. — Там и другие люди были.

— Где? — не понял Рябой, уже завернувшийся в одеяло.

— Ну там, возле оврага. Люди Бубны, из «Штей». Не убили же они ее? Все будет хорошо. — Она погасила фонарик, но спустя полминуты снова зажгла. — У нас тут кто-то сдох, или это твои носки?!

— Скорее берцы, — предположил Рябой, смутившись. — Носки на ногах, а ноги я одеялом обмотал.

— Молодец какой…

С брезгливой гримасой Норис выкинула обувь Рябого в «коридор», и снова наступила темнота.

В то время как Рябой полагал, что друзья давно ждут его у края картофельного поля, они и не думали туда идти. Гоша вообще отличался рассудительной неторопливостью, а Насвай был слишком напуган происходящим, чтобы лезть на рожон.

Поэтому, перебравшись вместе с примкнувшим к ним Дезертиром через овраг в Собачью деревню и кое-чем разжившись у трупов (а в Зоне это мародерством не считается), приятели предпочли не бежать за группой Храпа, а заняться делом более привычным. Тем более что Дезертир, осмотрев место схватки, удовлетворенно кивнул и куда-то ушел. Его никто не задерживал. Обойдя знакомые аномалии в округе и обнаружив несколько новых, они собрали некоторое количество артефактов и ближе к темноте вернулись в деревню.

Слепые псы, обитавшие в окрестностях деревни, особой агрессии не проявляли. Судя по всему, их слишком напугало появление кровососов.

— И меньше псов стало, — заметил Насвай, когда они проходили мимо трупов монстров. Над ними уже вовсю потрудились собаки, а теперь дело заканчивали огромные стаи крыс. — Кровососы, наверное, тут попировали денек-другой. Если б дольше, мы бы знали.

— Ага, — почти беспечно согласился Гоша. — Псов мало, кровососов перебили. Сейчас забаррикадируемся в том домике над оврагом, помнишь? Поужинаем, и спать. Сначала ты, хорошо? Я не высыпаюсь, когда под утро не сплю.

— Да ладно. Мне все равно. Стой!

Сталкеры упали по обе стороны от дороги, взяв на прицел кусты, в которых мелькнула фигура человека. Но спустя секунду оттуда высунулся ствол, на который был нацеплен черный шлем.

— Опять он здесь! — проворчал, отряхиваясь, Гоша, у которого враз испарилось хорошее настроение. — Ну что ему нужно?

— Что-то, наверное, нужно, — сделал вывод Насвай в меру своих Умственных способностей. — А может быть, он что-нибудь важное расскажет, а? Пошли скорей. И ночевать втроем веселее.

Дезертир и правда решил заночевать с ними. Насвай радовался, а Гоша насторожился: не такой человек Дезертир, чтобы искать компании. Про сталкера-одиночку известно было немного, и все с пометкой «вроде бы». Вроде бы был солдатом, вроде бы сбежал в Зону, что-то натворив, вроде бы исхитрился там выжить, вроде бы потом даже уезжал, но в итоге вернулся и с тех пор трется возле Чернобыля-4 то и дело пропадая за Периметром. Артефактов Дезертир приносил немного, но дорогих, сдавал не торгуясь, и в общем-то серьезных претензий к нему ни у кого не было. Вот только неприятный парень: неразговорчивый, друзей не заводит и, самое подозрительное, не пьет.

И вдруг этот Дезертир оказался прямо-таки в центре событий. Патруль расстрелял, но с Бубной вдруг помирился и вообще стал деловой до предела.

— Ты дальше куда пойдешь? — спросил для завязки разговора Гоша, пока Насвай суетился с ужином.

— Не решил еще. Завтра будет видно. А вы что делать собираетесь?

— Тоже завтра поглядим, — в тон ответил Гоша. — Хорошие ботинки. Америка?

— Не знаю. Там, возле ЧАЭС, фургон армейский есть с экипировкой. Проходил недавно, взял, — беспечно пояснил Дезертир, прозвучало это как «в магазине за углом». — Если вы свободны, у меня было бы для вас дело.

Гоша молчал, стараясь выдержать холодный взгляд Дезертира. Но поединку помешал любопытный Насвай.

— Какое дело, говори!

— Мне нужно кое-что отнести к Янтарному озеру. Знаете там Разлом, недалеко от берега?

— Если он еще там, — мрачно уточнил Гоша, который меньше всего хотел идти к Янтарю. — Я там был Выброса три-четыре назад, все могло измениться.

— Не изменилось, Разлом там, — уверил его Дезертир. — Вот возле этого Разлома есть дуб, он там один. Груз надо будет подвесить на этот дуб, только повыше — чтобы в листве не видно было. Влезть там удобно.

— Сколько платишь? — опять влез Насвай.

— Да подожди! — осадил его Гоша. — Что за груз прежде всего. Мы тебе не носильщики, парень!

— Был бы тяжелый груз, я бы его сюда дотащить не смог в одиночку. Так, килограмм двадцать — двадцать пять. И… — Дезертир сделал паузу, прислушиваясь к вою за забитым досками окном. — Снорк. Не люблю этих тварей. Бывшие люди, убивать неприятно. А привяжется — придется стрелять…

— Что за груз? — настойчиво повторил Гоша.

— Приборы. Так что, пожалуйста, осторожнее. Я хочу кое-какие наблюдения провести возле озера.

— Там научники наблюдают, это их дело. А тебе зачем? — Насвай рассмеялся. — А, как хочешь! Сколько платишь?

Дезертир достал из-за пазухи пачку евро под резинкой и бросил на сколоченный из обломков мебели стол.

— Сколько есть, столько и плачу. Посчитай — хватит?

Насвай схватил деньги, а его приятель опять скривился.

«Сволочь ты высокомерная! — Гоша не любил Дезертира. — Что ты там можешь наблюдать? Лучше бы рассказал правду: что делал с плотями и почему Сабж говорил, что тебя надо убить…»

— Хорошо платишь! — удивился Насвай. — Богатый, да?

— Я много хожу, много приношу. — Дезертир потянул носом. — Готова ваша похлебка! Думайте до утра. Если согласны — буду признателен. Мне просто в другое место очень нужно заскочить.

— Я даже не спрашиваю, в какое!

— Правильно делаешь, — улыбнулся Дезертир. — Расклад такой: сделаете для меня эту малость — я и заплачу, и Бубне за вас словечко замолвлю.

— И как тебя такого Зона терпит?! — не выдержал Гоша.

— Не просто терпит, а отпускать не хочет. — Дезертир перестал улыбаться. — Как и вас всех. Ты когда-нибудь думал, что такое случилось с твоей душой, что постоянно ходишь едва ли не на верную смерть, а остановиться не можешь?

— Хватит! — потребовал Насвай, которому предложение Дезертира очень понравилось. — Хватит ругаться. Давайте есть и отдыхать.

После ужина Дезертир занялся чисткой оружия, а два сталкера отошли в сторону, чтобы покурить в щели и посоветоваться.

— Хорошая ходка выйдет! — горячо сказал Насвай. — Да сам посчитай деньги! И пустяк какой — отнести что-то.

— Не люблю Янтарь, — буркнул его компаньон. — А этот гад еще про души говорит. Вот там-то души и пропадают, на Янтарном озере! Пси-установка или еще какая-то дрянь… Да сам знаешь.

— Знаю. Но мы ведь подписываемся только до берега дойти. Это просто! Конечно, там военные могут быть, да и научники люди опасные, если свидетелей нет… Но дело хорошее, Гоша! А иначе куда сунемся? Сзади Бубна, впереди Храп!

— Вот потому и не хочется мне. Дезертир лучше нас все знает, а ничего рассказывать не хочет. Гонит нас вслепую… — Гоша вздохнул. — Хоть монетку бросай. Давай уж утром решим.

Ночь прошла спокойно, а утром они, конечно, согласились. Разогнав выстрелами редких псов, сталкеры вышли в деревню, и Дезертир показал им груз. Тяжелый черный футляр из кожзаменителя оказался подвешен к ветке дерева — именно так, как предстояло с ним поступить на берегу Янтарного озера.

— И много у тебя всякого висит в Зоне? — кисло спросил Гоша.

— И не только у меня! — рассмеялся Дезертир. — С весны до осени — лучший тайник! Правда, веревку нужно кровью псевдопса пропитывать. Крысы его больше всех боятся и не лезут. А вообще могут и на дерево забраться, мелкие твари.

— Кровью псевдопса?.. — Насвай принюхался. — Фу! Она же гнилая вся!

— Конечно. Но все равно работает, уж не знаю почему. Дохлых псов жрут запросто, а крови отдельно — боятся. В Зоне много таких странностей.

На том, собственно, разговор и закончился. Гоша и Насвай вернулись к полуразрушенному дому, где оставили некоторые вещи и артефакты, а Дезертир пошел осмотреться. Конечно, больше они его не увидели — и Гошу это ничуть не удивило. В отличие от Насвая.

— Почему всегда уходит, не прощаясь! — лютовал он. — Как с человеком говорили, сделку заключили! А он — просто ушел, и все?!

— Говно он, — вынес вердикт Гоша. — А нам теперь придется идти на Янтарь. Нельзя подставить одновременно и Бубну, и его. Хотя Бубну вообще нельзя подставлять… Но Бубне мы хоть наврать что-нибудь можем. А этому не получится.

— Не уважает нас! — дошло наконец до Насвая, и Гоша блаженно закатил глаза. — А вот куда он пошел? Отсюда… Вот здесь мы расстались. Может, он вообще назад пошел, к Периметру?! Может, он вообще ушел из Зоны, может, он уедет совсем — откуда я теперь знаю?!

— Да прекрати, — попросил Гоша. — Никто никуда не уедет, просто…

— Просто я не уважаю людей, которые не уважают меня!

Насвай решительно зашагал в сторону оврага. За углом развалин мелькнул слепой пес, и Гоша, перехватив поудобнее автоматическую винтовку, пошел за другом — а что делать? Только ждать, пока он успокоится.

Дойдя до самого края оврага, Насвай закурил. Грудь его тяжело вздымалась, и Гоша предпочел постоять в сторонке молча, переждать.

— Гоша, ну разве мы с тобой плохие люди, а? Мы сталкеры. Не лучше, но и не хуже других! Почему с нами такая ерунда: одних боимся, других боимся, третий с нами, как с шакалами… Мы что, мародеры?!

— Брат, нам бы выкрутиться, и…

— Надоело выкручиваться! Я никому подлян не делал, ни у кого ничего не украл! Я честный сталкер! Почему так?

— Да Рябой в говно ступил, вот и мы там оказались.

— Рябой… — Насвай неожиданно поубавил эмоций. — Рябой, может, мертв уже. Нас двое, а он там один с этими уродами. Нет, Рябого не трогай.

Гоша сплюнул. Никто его не понимал, это было досадно. Хотя Гоша привык.

— Пойми, нам о себе надо думать, а не о Рябом. Видел же: Бубна послал своих людей по нашему следу. А мы о таком не договаривались. Рябой влез в «мясорубку», мы-то при чем?

— Ну, да, — нехотя согласился Насвай. — Он сам влез. Из-за бабы. И какой бабы! Позорник. А вот это — что?

Гоша подошел поближе. На кирпиче были наскоро нацарапаны две буквы: «ОГ». Если бы не приметливый глаз Насвая, Гоша ни за что бы их не увидел.

— Царапал кто-то кому-то, — осторожно заметил он.

— «ОГ»! — Насвай торжествующе посмотрел на приятеля. — Осиное Гнездо, вот это что! И я этих букв тут раньше не видел.

— Мало ли кто мог нацарапать…

— Нет! Я бы помнил! Неделю назад здесь были — не видел! — Насваю нравилось быть следопытом. — А теперь есть. Значит, думаю так: Рябой царапал для нас. Он же обещал оставлять следы? Вот след. «ОГ» — Осиное Гнездо!

Гоша промолчал. Да, скорее всего так и было.

— Царапал вчера! — развивал Насвай мысль. — Значит, ночевали там! А что еще делать в Осином Гнезде?! Там место хорошее, запоры, двери, хоть Выброс пережидай. Значит, они идут… — Он осекся, прикинул еще раз. — Ну, если не совсем дураки, идут к Янтарю. Нам по дороге.

— Спасибо, брат, обрадовал! — Гоша низко поклонился. — Вот о чем я всю жизнь мечтал: не только пойти к Янтарному озеру, не только Дезертиру услужить, но еще и чтобы Рябой с группой придурков там был! И люди Бубны, которые норовят нас подстрелить! Спасибо.

Насвай молча смотрел на него, чувствуя себя в чем-то виноватым. Но в чем именно, он не понимал.

— Мы Дезертиру обещали, подписались… — осторожно напомнил он. — Гоша, не расстраивайся! Может, разминемся?

Гоша только покачал головой.

— Не разминемся, брат, чую.

— Придется идти. Подписались. Что в «Штях» скажут?

— Не хочу.

Гоша повернулся спиной к другу и пошел прочь.

— Гоша!

Он не ответил и через пару мгновений скрылся за поворотом извилистого берега оврага. Оставшись один, Насвай некоторое время сидел на земле с печальным выражением лица, а потом вскочил и побежал за приятелем.

— Гоша! Ну мы же вместе и…

Что-то в кустах, крупное, резко пахнущее, отпрыгнуло в сторону от его крика. Насвай вскинул «калаш» и хотел было стрелять, но испугался, что попадет в друга. Разобраться в показаниях детекторов ПДА он толком не мог и знал о них еще меньше, чем думали окружающие.

— Гоша! — закричал он, разрываясь между желанием догнать друга и вернуться на открытое место. — Гоша, я с тобой!

Он сделал еще шаг, и этот шаг должен был стать его последним шагом — снорк прыгнул. Чудовищное порождение Зоны, созданное ею из человека, пережившего Выброс, но утратившего всякое представление о своем прошлом, сперва шло за Гошей. Но новая цель была ближе, а еще пахла страхом. Снорк прыгнул метров на десять, в отточенном движении собираясь порвать сталкеру горло, но длинная очередь из автоматической винтовки прошила его от головы до живота.

— Я здесь, здесь! — бормотал Гоша, стаскивая за задние конечности, еще сохранившие на щиколотках остатки ботинок, страшного мутанта с упавшего товарища. — Насвай! Открой глаза!

— Я думал, все, — признался пострадавший. — Он упал на меня. И все. Я слышал выстрелы.

— Это я стрелял.

— Гоша, ты настоящий друг!

Выбираясь из объятий Насвая, Гоша понял: придется идти. Так решила Зона. Они отнесут груз Дезертира. Когда они пошли в деревню за прибором, Гоша заглянул в ПДА и увидел сообщения о вероятной гибели Рябого и Флер.

— Вот и все… — Насвай стянул с головы бейсболку.

— Ох, не все… — Гоша только сплюнул от злости. — Мы же знаем, что Флер не с Рябым. Как же они могли погибнуть одновременно? Храп их, что ли, раздавил? Нет, чую, не все… Но и опровергать пока нечего.

— И что это? — в то же самое время спросил Храп у Разсемя. — Палочки и камушек?

Разсемь умышленно не спешил, желая держаться подальше от стрелков Шейха. Поэтому группа шла медленно, а на ночевку сталкеры встали прямо в лесу, неподалеку от картофельного поля, с которого как раз доносилась канонада. Никто даже не заикнулся о том, чтобы подойти ближе. Флер, оказавшаяся в их компании, попробовала приставать с расспросами, но Храп повелел ей заткнуться.

— Ну, один из символов встречи, — пояснил более опытный сталкер. — Друг, я не знаю, как давно он тут лежит. Таких знаков по Зоне — груда!

— Мне наплевать, какая их груда! — злился Храп. — Мне важно знать: Рябой вернется сюда или нет? И с кем он тут собирался встретиться? С нами, что ли?

— Я не знаю, — терпеливо ответил Разсемь, которому Храп уже стоял поперек горла. — Мы же слышали вчера выстрелы? Это было там, на картошке.

— Мы потом и с других сторон слышали выстрелы! — вмешался Барбос. — Это Зона, тут часто стреляют! Может, они правее взяли, как все люди. Через поле только дураки и импотенты ходят.

Разсемь закатил глаза. Барбос достал его уже сильнее, чем Храп. Этот парень больше думал о себе, чем о деле, а в Зоне так не полагается.

— Через поле многие ходят, — как мог спокойнее ответил он. — Радиация сильная, да. Но если потом все смыть, то вроде ничего страшного.

— Мальчики, не надо на поле! — пискнула Флер, но на нее, как и с самого начала, никто не обратил внимания.

— Многие ходят, а многие не ходят! — опять вмешался Барбос. — Рябой что, совсем идиот?

— Совсем, — неожиданно поддержал Разсемя Храп. — Он тот еще клоун. Выходит, они уже возле Янтаря? А мы топчемся здесь… Плохо.

Разсемь промолчал. После того, как Храп устал, объявил привал, выпил коньяка и уснул до вечера, ему вообще не хотелось с ним разговаривать. Он честно будил патрона, но Храп лишь отмахивался. А Разсемь пошел в эту ходку за фиксированную плату и, в сущности, готов был хоть сейчас вернуться за Периметр. Тем более что Храп продолжил пить и с утра, под заботливо нарезанную Флер закуску. Такого Зона не любит.

— Через поле идти — все, про баб забыть! — настаивал Барбос. — Если они к Янтарю пошли, то и мы можем. Но как люди, а не вот так, по колено в радиации… Это же вам не танго в кровати — как захотел, так и влез! Тут надо культурнее и думать немножко.

Храп тяжело вздохнул. Он не выспался. Ночью, в лесу, ими собиралась полакомиться какая-то тварь, но подстрелить ее не удалось. А утром Бубна потребовал отчета. Храп как мог сдержаннее описал ситуацию. Бубна отозвался в том духе, что, мол, лучше бы он сам пошел. Это было нормально, хвалить Храпа хозяину не за что. Но спустя полчаса Бубна вышел на связь снова и сказал одно: без Шейха, пусть мертвого, не возвращайся. Все остальное не важно.

— Барбос, ты бы чат полистал лучше, больше проку. Проверь, какие новости.

— Ой, а можно я? — снова попробовала влезть Флер. — Я быстро и вслух вам почитаю!

Ей снова никто не ответил. Как-то сразу, не сговариваясь, сталкеры стали игнорировать эту свалившуюся им на голову малахольную бабенку. Барыга, послушно перебросив снайперку за спину, занялся коммуникатором.

— Разсемь, ты отвечаешь, что мы с поля выйдем здоровыми?

— За Зону никто не может ответить, — сухо ответил сталкер, вглядываясь в картофельные ряды. — Храп, они пошли здесь, я уверен. А вон там, куда пальцем показываю, все примято в полукилометре от нас. Будто перепахали. Я такого прежде не видел.

— И? — Храп не любил намеков.

— Они прошли здесь, — повторил Разсемь, уже не удивляясь тупости начальника. — Дорогу я знаю, хочешь — проведу. От Осиного Гнезда будем в часе ходьбы. Там они скорее всего и ночевали. Значит, идут к Янтарю, как Бубна и подозревал.

— Я тебе этого не говорил! — вполголоса напомнил Храп, покосившись на Барбоса. — Это служебная информация. Что ж, тогда идем. Но с кем Рябой хотел тут встретиться?

— Да со своими парнями, наверное. Он, может, не знает, что они сошли со следа?

— Вот тоже дурак! Нашел, кому доверять — двум клоунам. Впрочем, он и сам… — Храп широко зевнул. Отвык он спать в лесу. — Барбос, ну! Есть информация какая?

— Приехали люди, серьезные люди. — Барбос не отрывался от экрана ПДА. — Были у Бубны. Похоже, старина Че немного потер базары в сети… В общем, эти люди хотят Шейха. И это очень серьезные люди.

Храп в очередной раз тяжело вздохнул и первым шагнул на поле, сразу глубоко провалившись в жирную землю. Ни одного сорняка не росло между рядами картофельных кустов. Тихонечко завыв, за ним пошла Флер — ей казалось, что чем ближе к Храпу, тем безопаснее.

— Возьмем этого коротышку — будем в шоколаде! — не оборачиваясь, сказал Храп. — Не возьмем — останемся жить в Зоне. За Периметром нам места не будет.

Барбос, бросив короткий взгляд на Разсемя, перехватил снайперку поудобнее и пошел за главным. Сталкер, прежде чем шагнуть на поле, мысленно пристрелил обоих. Подумал секунду и всадил пулю еще и Флер под лопатку — вот еще, подарочек! Но в Зоне долго мечтать нельзя, пришлось пойти и ему.

«Успеется, если совсем достанете, — успокаивал он себя. — Кто с Зоны вышел, тот и прав! Бубна, люди крутые… Выдохся в вас запах Зоны, парни, загнил. И уйти не можете, и дышать не в силах. Сами гниете. И недолго вам…»

Спустя несколько минут они подошли к месту вчерашней бойни. Десятки плотей лежали на поле нетронутыми — крысы и псы здесь не ходили. Запах стоял такой, что Флер сразу согнулась в три погибели, выплевывая завтрак. Пока Храп морщил могучий лоб, Разсемь отыскал и кровососа.

— Наверное, от Собачьей деревни их вел, — предположил сталкер. — Мстил за свой клан.

— А если посчитать трупы, то с Шейхом остался только секретарь этот и баба! — обрадовался Барбос. — Не, ну туз с шестерками и туз без шестерок — это две большие разницы! Рябой вообще не в счет, он, считай, на нашей стороне! Догоним и возьмем!

— Еще кто-то с ними.

Разсемь держал на ладони гильзы от винтовки Норис.

— Это не «хопфул». А у Рябого «калаш» — и где гильзы? Ничего не понимаю.

— Не надо ничего понимать! — обозлился Храп, глотнул из фляги и передернул затвор, без толку выкинув патрон в поле. — Идти и догнать! С какой стороны будет этот твой прожектор?

— Справа.

— Барбос! Ты тоже туда не смотри, пригодятся еще твои глаза. Веди, Разсемь!

— Погодите! — затараторила Флер. — Погодите, я винтовку возьму!

— Оставь! — сурово приказал Храп. — Обойдешься пока. Шевелим копытами, парни!

Храп надвинул козырек себе на правый глаз. Усмехнувшись, Разсемь пошел вперед. Он еще не слышал, чтобы от вечного прожектора спас просто какой-то козырек. Если Храп хочет сохранить зрение, будет промывать, как положено.


Глава шестая | Сердце дезертира | Глава восьмая