home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


9

На этот раз в ворота, как и положено, стучал слуга, роль которого доверили Алексу, и на этот раз их ждать не заставили, так как слуги были заранее предупреждены. Ворота тут же распахнулись, и карета въехала во внутренний двор замка. Собак предупредительно заперли на псарне, что не могло не радовать, так как в предстоящей операции, задуманной ликвидатором нулевого уровня, они ему здесь были не нужны. Карета остановилась около парадного входа в замок. Алекс, поспешавший за нею от ворот пешком, подоспел вовремя, чтобы распахнуть дверцу кареты. Первым вышел Денис. Следом за ним появилась принцесса. Она опять поработала с транслятором и вернула себе утреннее белоснежное платье и жемчужное ожерелье на шею. В этом наряде она была очаровательна! Граф помог ей спуститься на землю, окинул высокомерным взглядом двор и, увидев низко кланяющегося слугу баронессы, поманил его пальцем к себе. Слуга, не переставая подобострастно кланяться, приблизился.

– Как обстоят дела у почтенного барона? – строго спросил стажер.

– Уже лучше. Уже гораздо лучше. Он изволил прийти в сознание, откушать куриного бульону и теперь спит. Прикажете разбудить?

– Не надо, – небрежно махнул тросточкой Денис. – Больному нужен отдых и покой. Он в этом деле проходит как потерпевший, а мне в интересах следствия нужно пообщаться со свидетелями.

– Все слуги в вашем полном распоряжении.

– Сначала близкие родственники, – категорично заявил граф.

– Но… – слуга, явно растерявшись, замолчал.

– Что но?

– Видите ли, баронесса с дочками недавно уехала на бал.

– Со всеми дочками?

– Нет, только с родными… ой! – зажал себе рот слуга.

– Значит, Ангелика фон Дендри на месте, – удовлетворенно кивнул Денис. – Где ее можно найти?

– Ну… она обычно в это время на кухне…

– Вот как? – сделал удивленные глаза юноша. – И что она там делает?

– Она, знаете ли, со странностями, – начал оправдываться слуга, – обожает возиться по хозяйству, делать всю черную работу по дому, а сегодня ей баронесса столько заданий надавала… – Слуга опять замолчал, сообразив, что ляпнул лишнее.

– Понятно. Значит, на кухне?

– Или на заднем дворике. В него можно попасть с кухни через черный ход. Там есть небольшой огородик рядом с конюшнями и псарней. Ангелика любит в нем копаться.

– Суду все ясно, – тоном прокурора сказал Денис. – Кто еще кроме Ангелики и барона в замке?

– Кроме слуг больше никого.

– Тогда так. Провожаешь нас сейчас на кухню, потом собираешь всех слуг в покоях барона фон Дендри, и оттуда до утра ни ногой! Если увижу чью-нибудь любопытную морду во время следственного эксперимента – в батоги пущу. Лично буду пороть на конюшне. Понятно излагаю?

– Понятно, ваше сиятельство, – закивал слуга и повел грозных гостей на кухню.

Проведя их по лабиринтам коридоров первого этажа, он робко показал на невзрачную дверь, еще раз поклонился и поспешил удалиться. Отведать батогов ему не улыбалось. Как только его шаги затихли вдали, Денис окинул взглядом свою команду. Прекрасно понимая, что все нити дела в руках ликвидатора нулевого уровня, команда преданно ела его глазами. Все, включая Пьера, который, прослышав о кухне, поспешил пристроиться к следственной группе.

– А ты что здесь делаешь? – удивился Денис. – Почему не при карете?

– Все пошли, и я пошел, – простодушно пожал плечами Пьер.

– Да бог с ним, шеф. Пусть лучше на глазах будет, – сказал Алекс.

– Да, так и мне спокойней, – закивала Кэтран. – Мало ли на какие свинячьи подвиги его опять потянет.

– Ладно, на глазах так на глазах, – не стал возражать Денис, – но смотри, Алекс, сам сказал, что вы с ним одной веревочкой повязаны. Он уже и так слишком много знает. Если языком трепать начнет, спрос с тебя будет.

– Шеф, да я могила! – обрадовался кучер, которого мучил жуткий сушняк.

Господа изволили его заначку оприходовать, и он надеялся поправить здоровье чем-нибудь в замке барона.

– Вот туда в случае чего и закопаю, – посулил Денис. – Так, теперь ты, Кэтран, – обратился он к подруге. – Сейчас твое желание потолковать с Ангеликой исполнится. Не знаю, правда, что ты хочешь из нее выжать и что вообще из нее можно выжать, но я обещал – я сделал.

– Я и сама теперь сомневаюсь, что от этой беседы будет толк, – честно призналась принцесса. – По-хорошему надо ехать за баронессой на бал и следить за ней. Мы уже знаем, что именно она с Темным Мастером связана. Но, по предсказанию моей подруги, Ангелика фон Дендри ключевая фигура в этом деле…

– И потом, – поднял палец Денис, – мы не имеем права бросить несчастную обкуренную девушку в беде.

– Ты хотел сказать, околдованную, – поправила стажера Кэтран.

– Я в этом уже сильно сомневаюсь, но суть дела это не меняет. Итак, слушай и запоминай. Чтобы спасти девчонку, надо отправить ее на королевский бал…

– С ума сошел? – опешила Кэтран. – Что она там будет делать? Сопли своим подолом вытирать?

– Да хоть собственными трусами! – начал сердиться Денис. – Главное, ее туда отправить. Зуб даю, она там устроит фурор и отобьет принца не только у своих сестер, но и у всех придворных дам.

– Слушай, у нас столько времени было на подготовку операции, – принцесса тоже начала сердиться. – Ты что, раньше нас проинструктировать не мог?

– Не мог, – отрезал Денис. – Валька, гад, такого в своей сказочке накрутил, что ситуация в любой момент может измениться. Приходится вносить корректировки на ходу. Так ты будешь меня слушать или нет?

– Буду, – насупилась Кэтран.

– Тогда так. Сейчас будешь изображать добрую фею, крестную нашей Золушки.

Алекс невольно фыркнул, представив себе эту картину, и тут же схлопотал от «доброй» феи подзатыльник.

– Понимаю, – сочувственно посмотрел на принцессу Денис, – задача сложная, но ради общего дела придется потерпеть. Теперь вы, – повернулся юноша к Алексу и Пьеру, – особо перед Золушкой не мелькайте. Вы на подхвате. Ваша задача – охранять. Чтоб никто посторонний беседе Кэтран и Ангелики не мешал. И попробуйте только сорвать мне операцию. Пасть порву! За мной!

Юноша толкнул дверь и решительно вошел внутрь. Его команда, впечатленная внушением, робко двинулась за ним следом. Золушки на кухне не оказалось. Пойдя мимо разделочных столов и гор кастрюль, Денис на всякий случай заглянул за печку.

– Ты что там ищешь? – прошептала Кэтран.

– По непроверенным данным, дочка барона обожает спать здесь на золе. Пока данные не подтверждаются. Зола есть, Золушки нет.

Кэтран приоткрыла дверь черного хода, ведущего на задний двор, и выглянула наружу.

– Я ее нашла.

– Очень хорошо. Пьер, Алекс, вы свою задачу знаете. Охранять! – Стажер поспешил к подруге и оттащил от двери, предварительно аккуратно прикрыв ее. – Катька, последние инструкции, – азартно прошептал он ей, – срочно превращайся в благообразную старушку с крылышками за спиной, с твоим транслятором это как два пальца об асфальт, волшебную палочку себе сооруди. Будешь ею махать…

Кэтран взмыла в воздух. Ее белое платье заискрилось блестками, за спиной затрепетали стрекозиные крылья, а транслятор превратился в элегантную палочку, чем-то напоминающую школьную указку.

– Ты у меня талант, – одобрил Денис, – но слушаешь невнимательно. Я просил превратиться в старушку…

– Перебьешься, – прорычала Кэтран.

– Как скажешь, ласковая моя, – не стал спорить стажер, – будем считать, что, несмотря на твой преклонный возраст, ты хорошо сохранилась. Фея как-никак. Идем дальше. Сейчас ты подлетаешь к ней, говоришь, что ты фея, помнишь ее вот с такого возраста, – изобразил Денис мамашу, баюкающую младенца на руках, – и, видя, как злая мачеха над нею издевается, решила ее примерно наказать.

– Крестницу? – потребовала уточнения Кэтран.

– Злую мачеху. Нашла время прикалываться, – опять начал сердиться стажер. – Мачеху наказать, а Золушку наградить. Скажешь, что достала ей билеты на королевский бал.

– Какие билеты? – опешила принцесса.

– Приглашение, – поправился стажер.

Пока Денис инструктировал принцессу, Пьер шарил по кухне в поисках чего-нибудь для поправки здоровья, но, как назло, ничего подходящего найти не мог. Стояла, правда, на печке железная кружка с каким-то подозрительным отваром, но он долго не решался взять ее в руки. Однако сушняк его уже так одолел, что сил терпеть больше не было, и кучер рискнул попробовать. Первый глоток заставил его поморщиться, второй пошел лучше, а после третьего он уже, не мудрствуя лукаво, добил содержимое кружки залпом… И перед глазами все завертелось. Не допитый Золушкой «чаек», заваренный для нее баронессой, шарахнул оборотня по мозгам.

– А если эта больная не захочет ехать?

– Ты же слышала, она сама просилась. А если не захочет – убеди. Скажи, что это шанс выйти в люди, в большую жизнь. Обрисуй ей перспективы. Пусть представит себе подиум, где все сверкает, и она на нем зажигает…

– Как я ей объясню, если сама не знаю, что такое подиум?

– Извини, увлекся. Перепутал один забавный аттракцион с балом. Но смысл не в том. Главное, она должна очаровать на этом балу принца. Она там должна летать и порхать!

– А работа, которую ей мачеха задала?

– Это просто. Палочкой взмахнешь, появятся мыши, крысы, все по-быстрому переберут, и дело в шляпе!

– Мыши… – брезгливо поморщилась Кэтран.

– Если верить первоисточнику, их хлебом не корми, дай только что-нибудь перебрать, а потом по-быстренькому сотвори ей из какой-нибудь мышки лошадку, из тыквы – карету, из крысы – кучера, нацепи на Золушку наряд поприличней, на ножки хрустальные туфельки, запихивай ее в карету и с Богом!

– Слушай, что за бред?

– Поверь, это не мой бред. Так в первоисточнике написано, я не виноват, что…

Тихий скрип двери черного хода и грохот выпавшей из рук кучера кружки заставил их рывком развернуться.

– Куда?!! – дернулся было за Пьером Денис, но было уже поздно.

Кучер грузно вывалился из кухни на задний дворик и целеустремленно пополз в сторону любимого огородика Ангелики фон Дендри. Он прополз мимо Золушки, сидевшей на скамейке около мешков, которые баронесса приказал ей перебрать, добрался до грядок с огромными тыквами, свернулся там между ними калачиком и захрапел. Золушка проводила его отсутствующим взглядом и, как только он на этих грядках затих, опять вернулась к работе.

– Фу-у-у… – облегченно выдохнул Денис, – так, Кэтран, твой выход. Пора. Обрабатывай девчонку, пока еще кто-нибудь что-нибудь не учудил, – обжег он Алекса яростным взглядом.

– Ну я даже не знаю, – растерянно протянула Кэтран.

– Давай! Время уходит. Темнеет уже.

Денис, не церемонясь, подхватил парящую в воздухе принцессу за талию и выкинул ее в распахнутую дверь. Бросок был точный. Сметенная со скамейки Золушка покатилась по земле вместе со своим мешком, который только что перебирала. Как только вращение прекратилось, она, не вставая, по-собачьи потрясла головой, вытрясая из волос семена гречихи. Над нею парила Кэтран, глядя на убогую шальными глазами.

– Ой! А ты кто-о-о? – спросила Золушка.

– Я это… типа фея твоя… крестная… – выдала Кэтран и растерянно почесала «волшебной» палочкой затылок.

– А-а-а… вот она какая, фея-крестная.

Золушка встала, подтащила рассыпавшийся мешок к скамейке, села и вновь принялась за работу. Принцесса посмотрела на Дениса, маячившего в дверном проеме кухни. Стажер замахал руками, всем своим видом сигнализируя: давай, давай! Начинай обработку.

Кэтран вздохнула.

– Здравствуй, Золушка! – торжественно сказала она. – Я твоя крестная фея.

– Здравствуй, тетя фея, – отозвалась Золушка, не отрывая глаз от мешка.

– Я исполняю желания. У тебя есть какие-нибудь желания?

– Есть. Спать хочу.

– Еще бы не хотеть, – сердито пробурчал Денис, – после такого-то чая!

– А еще чего-нибудь хочешь? – спросила Кэтран.

– Матушка мне вот эти мешки перебрать приказала, – вздохнула Золушка.

– Так это просто. Сейчас я взмахну волшебной палочкой, и…

Земля зашевелилась, выпуская из всех нор полчища мышей. Оглушительно взвизгнув, Кэтран взмыла вверх от греха подальше и с ужасом уставилась на облепившую мешки серую массу. Несколько минут раздавался только писк и хруст, а затем мышиная армада отхлынула, оставив после себя пустые мешки, загаженные мышиным пометом. Как только последний хвостик скрылся под землей, Кэтран спланировала вниз.

– Вот видишь, как все просто, – неуверенно сказала она, – раз, и готово! Перебирать больше ничего не надо. Правда, хорошо?

– Пра-а-авда, – согласилась Золушка, подняла голову и уставилась на принцессу. – Ой, а ты кто?

– Я твоя фея-крестная, – сквозь зубы начала объяснять по-новому Кэтран, – пришла, чтобы помочь тебе попасть на королевский бал.

– Не-е-е… ты не пришла-а-а… – расплылась Золушка.

– В смысле как? – не поняла принцесса.

– Ты прилете-е-ела…

– Тьфу! Какая тебе, хрен, разница – пришла я или прилетела? Ты пойдешь на бал или нет?

– Не-е-т, не пойду-у-у…

– Почему?

– На бал не хо-о-одят, на бал е-е-ездят. Ой, а ты кто?

– Я твоя фея Золу… тьфу! Крестная!

– И чего тебе надо?

Глаза Кэтран стали бешеными. Она подлетела к стажеру, взяла его за грудки и начала трясти.

– Дэн! Я больше не могу! Я ее сейчас убью!

– И сначала на мне решила потренироваться? Спокойно, Кэт, с больными всегда трудно. Но уговорить ее надо.

– Как ее уговоришь? Она же заколдована. А что это за заклятие, распознать не могу. Я уж, пока над ней висела, чего только не перепробовала!

– Есть подозрение, что, пока она не очарует принца и он на ней не женится, заклятие не спадет! Так что гони ее во дворец! И побыстрее! У нас там тоже есть дела. За ее мачехой проследить надо. Распиши ей наконец все прелести бала… нет, не все. Она же сейчас как ребенок, вот и действуй соответствующе.

Получив ЦУ, Кэтран прикрыла глаза, сделала несколько глубоких вздохов и выдохов, заставляя себя успокоиться, и полетела обратно к Ангелике фон Дендри.

– Золушка, а во дворце хорошо, – сладким голосом сказала она, – там пирожное дают, мороженое, лимонад. Ты хочешь лимонад?

– Да.

– А пирожное?

– Да.

– Значит, ты хочешь на бал?

– Нет.

– ПОЧЕМУ?!!

– Там такой умненькой девочке делать не-е-ечего.

Денис с ужасом увидел, что волшебная палочка в руках его возлюбленной начала превращаться в дубинку, и понял, что сказку Вальки Шебалина надо срочно спасать. Еще немного, и она останется без главной героини. Метнувшись вперед, он отловил парящую в воздухе Кэт за ногу и отбуксировал ее обратно на кухню. Золушка его появления даже не заметила.

– Да как с ней работать? – бушевала Кэтран. – Она же дура! Она ничего понимать не хочет!

– Да, сестра милосердия из тебя не выйдет. С больными работать не умеешь. Ладно, меняем установку. Сейчас я ею займусь лично. Быстро наколдуй мне вместо шляпы беретик.

– Зачем?

– Представлюсь твоим пажом. Учеником волшебника. В данном случае волшебницы.

Кипящая от злости Кэтран с размаху внесла коррективы в его внешность, забыв, что волшебная палочка все еще имеет форму дубинки, но Денис был настороже и успел увернуться.

– Ладно, я все понял. Для этой простушки сойдет и так. Будь рядом, ничего не говори. Просто свети мор… личиком и молчи. Я все сделаю сам. Сейчас ты увидишь, как работают профессионалы.

Денис решительным шагом двинулся по направлению к Золушке. Следом за ним в кильватере плыла по воздуху мрачная Кэтран со своей дубинкой.

– Здравствуй, Золушка! – жизнерадостно сказал Денис.

– Здра-а-авствуй. А ты кто?

– Я мальчик-паж. Ученик твоей феи-крестной. Я тебе нравлюсь?

– Да-а-а… – расплылась Золушка, – ты краси-и-ивый мальчик.

Кэтран заскрежетала зубами.

– Хочешь поехать на бал?

– А ты там бу-у-удешь?

– Обязательно, Золушка, обязательно буду.

– Тогда пое-е-еду, только мне не-е-е на чем.

Юноша кинул победный взгляд на принцессу, но, не заметив на ее лице восторга по поводу своих успехов, поспешил продолжить подготовку Золушки к балу.

– Каретой, Золушка, мы тебя обеспечим. И лошадок к ней соорудим, и кучера. Мы ж с твоей феей-крестной все-таки волшебники.

Денис заметил выползших из опустевших мешков пару обожравшихся гречкой мышей, сцапал и продемонстрировал их Ангелике.

– Вот, кстати, подходящий материал. Из них и будем делать тебе лошадок. Любишь лошадок?

– Люблю-ю-ю. – Золушка взяла одну мышку за хвостик и уставилась на нее тупым взглядом. – А где у лошадки копытца?

Тут, похоже, у Кэтран сдали нервы, и у мышки появились копытца. Да еще какие! Разбухшая до неимоверных размеров мышь рванула вперед и поволокла за собой вцепившуюся ей в хвост Золушку, взрывая копытами землю. Около замковой стены мышь сделала крутой разворот, и бедняжку по инерции впечатало в каменную кладку.

– Я уже на балу? – слабым голосом спросила Золушка, оседая на землю.

– Считай, что уже там, – безнадежно махнул рукой Денис, наблюдая за сдувающейся на манер воздушного шарика мышью.

Юноша приблизился к Ангелике, помог ей сесть.

– Слава богу, хоть жива. Ну и чего ты этим добилась? – набросился он на Кэтран. – Как теперь она поедет на бал?

– Дэн, вот ты ее больной называешь, а больной, по-моему, ты! Посмотри на нее! Да ее не только на бал, к воротам дворца близко не подпустят!

– Так… ладно, планы меняются! Тогда Золушкой будешь ты, – тяжко вздохнул Денис. – Быстро принимай ее облик, только чтоб не такая замарашка была, и платье соответствующее себе сваргань.

Кэтран начала колдовать над своим транслятором-амулетом и вскоре преобразилась. Перед Денисом стояла отмытая от грязи симпатичная Золушка… вытирающая нос рукавом.

– Ты что, с ума сошла? – спросил принцессу Денис.

– Тьфу! Ты ж сказал в нее превратиться, – ответила «Золушка» голосом Кэтран.

Стажер посмотрел на дочь барона, тоже вытиравшую в тот момент нос рукавом.

– Будем надеяться, это не заразно. Кэт, я тебя прошу, не увлекайся. Твоя задача – не отпугнуть, а очаровать принца, отвлечь внимание его и толпы придворных на себя, пока я буду разбираться с баронессой. Побыть один вечерок секс-бомбой. Недолго. До 24.00. А потом пусть лошадки в мышей превращаются, кучер в крысу, карета в тыкву, а ты опять в саму себя. Только туфельки хрустальные пусть остаются как были… Так, что за небрежность в работе? Почему на тебе золотые туфельки? Я тебе что, черевички заказывал?

– Я еще не совсем сошла с ума, чтоб надевать хрустальные. Они при первом па на балу разобьются! Я ж порежусь! Хочешь без ног меня оставить?

– Тогда алмазные наколдуй! Их от хрустальных особо не отличишь!

– Ну да… и буду на балу как босая. Я уже два дня педикюр не делала. Дэн, признайся, ты меня на балу осрамить хочешь?

– Осрамится в случае чего Золушка, а не ты.

– Золушка? Гм-м-м… эту дурищу грех не подставить… Хотя и нет ее в том вины, но она меня успела достать! Ладно…

На ножках Кэтран появились алмазные туфельки, засверкавшие в красных лучах закатного солнца кровавыми бриллиантовыми бликами.

– Совсем другое дело! – одобрил Денис. – Теперь сооружай одноразовых лошадок, кучера и карету.

– А зачем они должны в полночь превращаться обратно в исходный материал? – поинтересовалась Кэтран, сотворяя из выманенных из норок крысы и мышек кучера и лошадей, а из тыквы карету, возникшую прямо на грядках. Карета была очень красивая. Белая, украшенная золотой чеканкой, полукруглая снизу, она плавно расширялась вверх, чем-то напоминая распустившуюся лилию.

– Если хорошо сыграешь свою роль, обезумевший от страсти принц будет гоняться за тобой по всему дворцу, а тебе, хочешь – не хочешь, придется удирать. Вот тогда-то полуночный бой курантов свое дело и сделает, – пояснил Денис, помогая девушке усесться в карету. – Алекс, открывай ворота! Наша Золушка готова ехать на бал!

Секретарь выскочил из кухни, откуда наблюдал за процессом подготовки главной героини его будущей сказки к балу, кинулся к скромным деревянным воротам заднего двора, откинул засов и широко распахнул створки, пропуская карету. Денис проводил ее взглядом и даже помахал ручкой вслед.

– Ну и нам трогаться пора. Сейчас поднимем Петьку…

Денис замолчал, уставившись на то место, где должен был лежать их кучер.

– А где Пьер? – подошел к нему управившийся с воротами секретарь.

– Ты не поверишь, Алекс, но на нем, кажется, уехала Кэтран.

Стажер грустно смотрел на грядки. Память у него была фотографическая. Все тыквы были на месте…


предыдущая глава | Невеста для императора | cледующая глава