home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

А через несколько дней подполковник Корниловский, уже улыбчивый и дружески приветливый, перед строем поздравлял экипаж Паршина с правительственными наградами.

Энергично пожимал каждому руку и повторял:

— Вы гордость полка! От души поздравляю!

Высшее афганское руководство прислало в штаб Воздушной Армии благодарственное письмо, в котором высоко оценило боевые действия летчиков эскадрильи майора Екимова, особенно по минированию тайных горных проходов и троп на границе с Пакистаном. Такой масштабной операции в высокогорных районах и недоступных горных перевалах никто и никогда еще проводил. Этим минированием было заблокировано проникновение бандитских формирований в Афганскую Республику, доставка моджахедам оружия и боеприпасов. И отдельно благодарили за разгром крупного вооруженного соединения, которое направлялось в долины для поддержки антиправительственных банд Хекматиара.

В том бою, как официально сообщили в полк, было уничтожено шестьдесят четыре душмана, прошедших специальную диверсионную подготовку в лагере под Пешаваром, а также убиты два пакистанских военных советника и ближайший соратник Гульбеддина Хекматиара, один из влиятельных деятелей Исламской партии Афганистана Абдулла Аджиб-хан.

Экипаж вертолета стоял перед строем полка.

Невозмутимо-спокойный командир боевой машины капитан Сергей Паршин, счастливый и растерянно-смущенный летчик-оператор лейтенант Александр Беляк и улыбчивый бортовой техник старший лейтенант Иван Чубков.

Каждый был награжден орденом Красной Звезды.

Александр, смущенно стесняясь, изредка, лишь краем глаза поглядывал на правую сторону свой груди. На его форменной, выгоревшей на солнце, десятки раз стиранной и вновь пропитанной соленым потом, ставшей почти белесой гимнастерке ярким пятном красовался, сверкал густо алой, как кровь, эмалью новенький орден. Легендарная пятиконечная звездочка! Самый уважаемый и чтимый в армии орден. Такие он видел на груди у ветеранов-фронтовиков. Каждый из них, с нескрываемой гордостью рассказывал о своем подвиге, за который и был награжден.

Теперь и у него есть такой же!

Можно бы и погордиться. Есть чем. Но только Александр не умел гордиться, не умел выпячивать себя, показывать и выставлять свои преимущества. Он с детства был скромным и даже несколько застенчивым, призирал любую показуху и тех, кто по его понятиям, публично «выпендривался».

Беляк стоял, смущенный всеобщим вниманием и хвалебными словами в свой адрес, и мысленно благодарил судьбу. Тогда в Уфе, в республиканском военкомате на построении допризывников перед началом прохождения медицинской комиссии невидимая рука судьбы подтолкнула его, он отчаянно шагнул вперед и стал «двадцать вторым» кандидатом в летчики. Именно тогда его затаенная мечта начала сбываться. Он не ошибся и выбрал свой путь. Путь очень правильный, хотя опасный и тревожный, порой невыносимо тяжелый, но по-настоящему мужской и счастливый…

Став авиатором, Александр Беляк как бы перешел в иной разряд людей — тех, которым доступны необычные чувства и яркие впечатления полета. Он стал измерять расстояния иными, не земными мерками. В полете рождалось не иллюзорное, а вполне реальное чувство доступности любой точки земной поверхности. Это чувство трудно объяснить тому, кто сам не летал и не пережил, не ощутил своим нутром всю его необычность и полноту. Крылья самолета и лопасти вертолета изменяли понятие окружающего мира.

Так формировалось у Александра Беляка новое мышление.

Мышление летчика.

И еще Александр мысленно благодарил судьбу за то, что помогла ему удержаться и выстоять на выпускном четвертом курсе, когда его чуть-чуть не оженили. Как хватило сил и внутренней выдержки, чтобы не наломать дров, он и сам до сих пор не знает.

По странной случайности тогда активную роль тоже играл замполит — начальник политотдела училища…


предыдущая глава | Черное солнце Афганистана | cледующая глава