home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

А хочет ли он с ней трахнуться? Он действительно хочет сделать именно это? Пока он раздумывает над этим, раздается звон дверного звонка. Глубокий, мелодичный дин-дон — в точности такой же звук, каким звенит звонок его матери, старомодный звон, думает он, звук из его детства — сотрясает маленький дом.

Сделав шаг назад, он дает Ким пройти к передней двери, а затем отступает в дальний угол комнаты, откуда, как он надеется, гость не сможет его увидеть, кто бы это ни был. Только что они орали и, может, даже начали бы драться — прямо как тогда, много лет назад, — и он не хочет, чтобы кто-то его здесь видел. Он определенно не хочет, чтобы его знали здесь как отца Лили — ни какие-то друзья Ким, ни один из ее рукастых соседей. Сейчас он даже не хочет, чтобы таким его увидела Лили — беззащитным. Он же всегда отрицал перед ней, что бывал жесток с ее матерью.

Ему внезапно становится стыдно за самого себя, несмотря на то, что он понимает, его серьезно провоцировали, его нельзя обвинять в том, что он действовал в целях самозащиты, именно такие действия он готов был предпринять. Или же какие-то другие действия. Например, изнасилование, вдруг думает он, вот только он знает, что это не будет изнасилованием, потому что Ким сама спросила — хочет ли он с ней трахнуться. Она хотела этого. Это была ее идея. Не так ли?

С огромным облегчением он слышит детский голос, по крайней мере юный голос девочки-тинейджера — голос, не слишком отличающийся от голоса Лили — но это определенно не Лили. Он слышит, как этот голосок говорит Ким:

— Ким, а Лили дома?

— Нет, дорогая, она где-то гуляет, — говорит Ким. — Я думала, она с тобой, милая. Ты пыталась звонить Заре?

— Да, — слышит Марк, как говорит девочка. — Она не с ней.

— А Дан? — говорит Ким.

— Да, ему я тоже звонила, — говорит девочка.

— А ей на мобильный? — говорит Ким.

— Я пробовала, — говорит девочка. — И я послала ей кучу сообщений, но она не отвечает.

— Она, вероятно, посадила батарейку, — говорит Ким. — Ты знаешь, она постоянно звонит по этому телефону. Вероятно, пошла в город по магазинам. Бабушка прислала ей денег, так что, может, она отправилась купить себе каких-нибудь вещей.

— Да, — говорит девочка. — Вероятно. Я зайду попозже.

— Окей, — говорит Ким. — Только не слишком поздно, дорогая.

— Ну тогда пока, — прощается девочка.

Марк смотрит, как Ким захлопывает дверь и идет обратно в комнату, на мгновение останавливается, окидывает взглядом подарок для Лили, который по-прежнему стоит на полу рядом со входной дверью.

— Ну и что в этой коробке? — говорит она.

— Компьютер, — говорит он. — Совершенно новый.

— То для Лил у него нет лишних денег, а тут вдруг такое, — говорит она.

— Да, так и есть, — говорит он.

— Ну что ж, жаль, что ее здесь нет, чтобы открыть это, да? — говорит она. — Кто знает, когда она вернется. Она обычно пропускает чай. Я не знаю, что ты собираешься делать, но мне надо разбудить Зака. Не знаю, хочу ли я, чтобы ты шастал по моему дому, пока я буду наверху. Я тебя знаю.

— Минуту назад ты хотела, чтобы я поднялся с тобой наверх, — говорит он.

— Ты никогда меня не понимал, Марк, правда? — говорит она. — Никогда не понимал.

— Да срать я хотел на попытки понять тебя, — говорит он. — Ты-то меня ни капли не волнуешь — сюрприз, сюрприз. Все, что меня волнует прямо сейчас, — это моя девочка, у которой день рождения.

— Я так и знала, — говорит она.

— Чего нельзя сказать о тебе, — обвиняет он, не зная, получилось ли у него подобрать нужные слова. Но он думает, Ким поняла, что он имеет в виду — Марк единственный человек, которого действительно волнует судьба Лили, который действительно будет заботиться о ее благополучии, ее местопребывании, ее психике, в день ее рождения. И каждый хуев день ее жизни.


Глава 9 | Детские шалости | Глава 1