home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава седьмая

НИГДЕ

Рыжий встал, развернулся и вышел. Во дворе прошел мимо затаившегося привратника, дальше едва ли не сбежал по лестнице, хлопнул калиткой – и уже только на улице он наконец остановился и задумался. Действительно, куда ему теперь идти? Было уже совсем темно, он стоял посреди незнакомого квартала в одном из самых неблагополучных районов города. Налево улица поднималась вверх, направо опускалась вниз. Рыжий повернул направо и пошел. Дойдя до перекрестка, он свернул, а вот куда, налево или направо, он не обратил внимания. Да и какая теперь в этом разница, сердито думал Рыжий и так и дальше пошел наобум. Сэнтей, вертелось в голове, сказал, что Башня велика, в ней много этажей, а он успел увидеть только два, а больше уже никогда не увидит. Ну и не надо!

Размышляя примерно таким образом, Рыжий шел дальше – вниз и еще вниз по улице. Шел и внимательно смотрел по сторонам, и видел, что на первых этажах окна везде были закрыты ставнями, а на вторых и выше зарешечены. То есть вверху был порядок. Зато внизу, на мостовых, творилось что-то невообразимое – везде отбросы, нечистоты, грязь, Рыжий скользил и то и дело спотыкался, под стопами у него постоянно что-то хлюпало. А какой там был смрад! А какая там была темень! Ну да это, думал Рыжий, теперь так по всему городу, фонари уже, может, с полгода нигде не горят. А может, и весь год, сердито думал Рыжий, теперь же кроме как на Королевской площади нигде во всем Бурке ночью огня не увидишь!

Но только он так подумал, как сразу увидел впереди огонь. Прямо на улице! Наверное, это они развели, без всякой радости подумал Рыжий, пошел на свет и не ошибся, потому что это и в самом деле был костер на рогатке, их пост. Они сидели у огня, хмельные и голодные, скучали. Завидев Рыжего, они сразу вскочили, обступили его и, ничего не говоря, бесцеремонно обыскали его, обнюхали, проверили жетон, потом долго светили факелом в глаза… Но ни к чему придраться не смогли и пропустили дальше. Рыжий прошел еще один квартал, а после только свернул за угол – и опять попал на рогатку. Там его опять обыскали, теперь уже с пристрастием. Но Рыжий молчал, не возмущался. Время же тогда было неспокойное, Бурк лихорадило, вчера, Рыжий слыхал за завтраком, горела Биржа, и вот теперь они ищут поджигателя. Есть слух, говорила хозяйка, что это козни Претендента, он вроде бы опять здесь, но, конечно, не сам, а только когти выпустил. А когти, они сами по себе – их отсекай хоть пять, хоть десять раз, а лапа-то цела! И тем Претендент и берет, что он скользкий, а скоро и не так еще возьмет, подумал Рыжий, отходя от костра в темноту, вот так-то вот! А прошлой осенью, думал он, идя дальше по улице, когда бунтовщиков рассеяли и Претендент бежал, многим казалось, что вот и всё, наконец с ним покончено! А он только отступил, скрылся в горах и отлежался, жир нагулял, а вот уже и когти выпустил – и сразу от Биржи одни головешки. Ну-ну!

Рыжий похмыкивал, шел дальше. На улицах, кроме него, никого, конечно, не было, только одни посты, и все огни были только от них, а так по всему Бурку была тьма. И тьма над всей Землей, мрачно подумал Рыжий, и где-то в этой тьме скрыта Башня. Как долго он искал ее! И как он был уверен, что если уже войдет в нее, то это уже навсегда. И вошел… Но та ли это была Башня, думал Рыжий, пытаясь себя успокоить, а если даже и не та, то нужно ли теперь искать другую? И вообще, все же остальные как-то живут всю свою жизнь и ничего не ищут. Или находят то, чего и быть не может, или то, что никому не нужно, а то и просто всякий вздор. Но они рады и ему. Нет, они даже счастливы! А он…

Но тут Рыжий остановился и удивлением посмотрел в сторону. Оттуда шел свет, пусть слабый, но все-таки и в этом свете он сразу различил высокие каменные ступени, арку, а в глубине ее дверь, а за дверью…

Храм! И, мало того, Рыжий сразу догадался, что это именно тот храм, в который он заходил когда-то давно, еще в первый день своего пребывания в Бурке. Тогда он был глуп, думал Рыжий, а какой он теперь? И почему он остановился? Подумав так, Рыжий унял дыхание, взошел по лестнице, а после, чуть склонив голову, вошел в открытую дверь храма. Там было очень тихо, а воздух легкий и как будто даже пьянящий. Со стен на Рыжего строго смотрели лики. Колонны закрывали свет. Едва слышно потрескивали горящие свечи…

Вдруг послышались чьи-то шаги! Они становились всё громче и громче!..

Нет, догадался Рыжий, это не шаги, а это стучит его сердце. Рыжий перевел дыхание и опять прислушался. Было совершенно тихо. Рыжий осторожно вышел из-за колонны и еще раз осмотрелся. Храм был пуст, даже за кафедрой никого не было, а там была видна только большая развернутая книга. Р-ра, что-то здесь не так, подумал Рыжий, с опаской поднял голову и посмотрел вверх. Вверху были видны колонны, уходящие в темноту и там сходящиеся в свод…

Нет, свода, понял Рыжий, там как раз и не было, а колонны просто уходили в темноту. Там, в этой темноте, и очень-очень высоко, что-то едва заметно мерцало. Рыжий закрыл глаза, потом опять открыл. Мерцание усилилось. Теперь ему казалось, что это звезды, а темнота это ночное небо. То есть он был внизу, небо вверху… Но Рыжий вдруг почувствовал, что он сейчас упадет, но только не вниз, а вверх! Да-да, вот именно, вверх! Сорвется, полетит и разобьется! Он испугался, поспешно лег на пол, зажмурился и даже зацарапал лапами по плитам…

И тут над самой его головой раздался чей-то голос:

– Не бойся, брат!

Рыжий не двигался и тем более не отзывался. Тогда голос продолжал:

– Ты не один. Вставай.

Рыжий встал. Рядом с ним стоял зурр. Рыжий его сразу узнал – это был тот самый зурр, которого он видел здесь в первый день. Тогда Рыжий повел головой…

И колонн он уже не увидел. И храмовых стен тоже уже не было видно. Остался только один пол. Но какой! Куда ни повернись, куда ни посмотри, казалось, будто его плиты уложены до самого горизонта. От плит шел слабый свет. Они были из мрамора – из белоснежно-белого. А небо было черное, без звезд. Зурр улыбнулся и сказал:

– Ну вот ты и пришел сюда. Я знал, что ты когда-нибудь придешь. И ты об этом тоже знал. Ведь так?

– Нет, – шепотом ответил Рыжий. – Я просто шел мимо. И вдруг, я сам не знаю, почему…

И замолчал. Да, думал Рыжий, и действительно, почему он пришел именно сюда? И отчего он весь дрожит, ему разве холодно? И почему зурр смотрит на него так пристально, он разве перед зурром в чем-нибудь провинился? Ведь верит он Стоокому или не верит, это его право, таков здешний закон. К тому же, можно верить, но не приходить, а можно приходить и в то же время не верить, как делают многие… Нет, тут же подумал Рыжий, не об этом сейчас нужно думать, и замер, даже затаил дыхание. А зурр тихо сказал:

– Можно не верить – чувствовать. Вот почему ты здесь. И это только начало. Пойдем!

Что было в его голосе? Как будто ничего необычного и уж тем более властного. Но почему, Рыжий после часто спрашивал себя об этом, почему он ему тогда сразу же повиновался? Мало того: он даже не спросил, куда его зовут, а сразу пошел за зурром. Они шли и молчали. Плиты сверкали серебром, они были как снег. Нет, как Убежище…

Убежище, опять оно, гневно подумал Рыжий, остановился и посмотрел по сторонам, а после медленно поднял голову и посмотрел вверх. Луны на небе не было. А если бы даже и была, подумал Рыжий, ну и что, Луна – это обычная планета, такая же, как Солнце, Гелта, Эрнь и другие. Рыжий опустил голову и посмотрел на зурра. Зурр ничего не говорил, а просто стоял и ждал его. И они пошли дальше. Дул встречный ветер – все сильней и сильней. Морозило. По плитам замела поземка. В Лесу по льду идти легко, подумал Рыжий, когтями впиваешься в лед, вот и держишься. А здесь, на мраморе, не очень-то вопьешься! А зурр шел легко, не замедляя шага, должно быть, думал Рыжий, этот путь ему привычен.

И вдруг зурр начал говорить:

– Эти братья, они все лжецы. Не слушай их. Пусть даже это так, как они говорили, что будто во всем вообразимом и невообразимом пространстве для тебя нигде нет места. Ну и что! Значит, уйди в себя. Ведь ты – как и любой из нас – это еще одна Вселенная, бескрайняя и бесконечная, и там есть всё, что только может тебе пригодиться. Не отставай!

И они шли дальше, но уже всё медленней и медленней, потому что метель очень усилилась и теперь вокруг них была сплошная снежная пелена. Они шли наугад. Снег забивался в уши, в ноздри. И вот уже как будто ничего вокруг не осталось – ни Бурка, ни Равнины, ни даже самой Земли, а остался только один снег, колючий и непроглядный. А сам он, Рыжий, еще есть на свете? А что! Не такой это уже и глупый вопрос, думал Рыжий, отплевываясь от снега, ведь вполне может быть и такое, что тот, в чьем теле он сейчас скрывается, это совсем даже не он, а уже кто-нибудь другой…

И сразу споткнулся, заскользил, неловко завалился на бок… Но тут же вскочил… И ужаснулся! Вокруг была одна сплошная белая пелена, он ничего не видел и думал: где зурр?!.

– Сюда! Сюда! – тут же раздался голос зурра. – Ко мне!

Рыжий поспешно развернулся и пошел на голос. Шел в снежном мареве и ничего вокруг себя не видел. А зурр, идущий где-то совсем рядом, продолжал:

– Да, это так, каждый из нас – это еще одна Вселенная… Левей, еще левей бери. И ничего не бойся, потому что страх – это предчувствие близкой потери, но если тебе нечего терять или если ты теряешь то, что тебе и так не нужно, то чего страшиться? Сюда, еще сюда! А здесь осторожней!

Мела метель, выл ураганный ветер, уши давно уже были плотно забиты снегом… А голос зурра доносился до Рыжего ясно и чисто – так, как будто он звучал у него прямо в душе. Зурр говорил:

– Да, очень многое в жизни не нужно. Вот, скажем, Братство. Что такое Братство? Обман и ложь. Стоокий не был братом. И был за это убит. Поэтому есть только один страх – страх перед подлостью и низостью. И я предупреждаю тебя: опасайся сам знаешь кого. И ни на чью помощь уже не надейся. Вот даже взять меня. Кто я такой? Один из многих зурров, никем и нигде не уважаемых. Чем я смогу тебе помочь, если вдруг что случится? Ничем! А вот мы и пришли. Устал?

Рыжий молчал, его шатало, он едва держался на стопах, снег – нет, уже лед – был у него в ноздрях, и лед был на губах, и на веках.

– Где это мы? – спросил Рыжий чуть слышно.

– Нигде, – ответил зурр. – Ложись.

Рыжий послушно лег.

– Закрой глаза.

Закрыл.

– Спи!

Он заснул…

Нет, не заснул, а полетел! Сорвался вверх и падал, падал, падал! И вот уже вокруг него не осталось ничего – ни снега, ни метели, а было только темно и тихо. И еще были звезды – яркие, огромные. А он летел и узнавал созвездия, туманности. А где это Земля, подумал он и посмотрел по сторонам, но нигде ее не увидел. Тогда он медленно, потому что быстро не получалось, начал поворачивать голову…

– Нет! – сразу крикнул зурр. – Нельзя смотреть назад! Лети!

Рыжий послушался. Потом спросил:

– Ты где?

– Я рядом, – сказал зурр.

– Что это со мной такое? – спросил Рыжий.

– А ты не спрашивай, – ответил зурр. – Смотри внимательно! Кем ты был на Земле? Песчинкой. А здесь даже сама Земля как песчинка. А сам ты здесь кто?

– Я, – сказал Рыжий, – это я и только я. Но что это такое? Сон?

– Возможно, – сказал зурр. – Здесь же всё зависит от тебя.

И больше он уже не отзывался. Да Рыжий у него уже больше ничего и не спрашивал, а просто летел дальше и смотрел. Вот, видел, это Красная Звезда. Вот Восходящий Дым. Вот Гелта. А вот Эрнь – мерцающий, весь в блестках, шарик. А так как рядом с ним горит Забытая Свеча, то, значит, точно позади будет Земля. И если обернуться…

– Нет! – крикнул зурр. – Не смей! Прошу тебя!

И его голос был как гром! Бил в уши, рвал! Но Рыжий все же обернулся и увидел: огромный серый шар висел прямо над ним!..

И тут же полыхнула молния! И – слепота! В глазах – горящий снег! Рыжий вскочил…


Глава шестая РАЗУМНЫЙ ТРЕУГОЛЬНИК | Ведьмино отродье | Глава восьмая ТРАКТАТ