home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава тридцать шестая

Сидни четыре года.

Я укладываю ее спать. Как обычно, она просит почитать сказку. Я устал, сегодня у меня был тяжелый день, но все равно сачкануть не удается. К тому же обойтись одной сказкой получается редко. Короткую выберешь или длинную, вроде «Златовласки» или «Трех медведей», она все равно потребует еще.

Но сегодня после первой сказки Сидни вдруг спрашивает:

— Почему у вас, кроме меня, никого нет?

— Еще детей?

Она кивает.

— Подожди, — говорю я, — может, когда-нибудь у тебя появится брат или сестра. — Сам я в это не верю. У нас со Сьюзен отношения уже не те, что прежде. Их испортили разговоры о деньгах, о будущем, о том, поднимусь ли я на ступеньку выше или останусь там, где сейчас.

— У всех моих приятелей есть братья и сестры, — говорит Сид.

— Им это нравится?

Она задумывается.

— У Аниты есть брат. Он старше ее и иногда подкрадывается сзади, чтобы положить ей в штаны грязь.

— Это плохо.

— А Триша говорит, что, как только родилась ее маленькая сестра, все внимание теперь на нее. Она сказала мне, что ждет, когда эта сестра куда-нибудь денется.

— И это тоже плохо.

Сид прижимает к себе лосенка Милта.

— Если бы у меня была сестра, я бы ее любила.

— Конечно, — говорю я.

— А разве у тебя и мамы хватило бы любви на нас двоих? — спрашивает она, немного подумав.

Я наклоняюсь и целую ее в лоб.

— У нас любви в избытке.

Она кивает. И вскоре засыпает умиротворенная.

Я воображаю, что во сне она видит кухню, где на плите на большой сковородке любовь. Ее много, как жареной картошки. Взяла себе на тарелку, съела; если показалось мало, можешь положить еще.


— Я не понял, что вы сказали, — произнес я через силу.

— Вы отец Патти, — повторила Кэрол Суэйн и улыбнулась: — Посмотрели бы вы сейчас на свое лицо.

— Но, миссис Суэйн, мы даже не были знакомы.

— Поверьте, это не всегда обязательно.

Я встал и, покачнувшись, оперся о стену.

— Я, пожалуй, пойду. Мы тут ни до чего не договоримся.

Кэрол посмотрела на меня:

— Я знаю о вас очень много. Хотите расскажу?

— Не надо.

— Нет уж, расскажу. Ваш отец умер в шестьдесят семь лет от рака легких — вам тогда было девятнадцать, хотя тут я могу немного ошибиться. Это не наследственное, он просто был заядлый курильщик. Вашей матери в то время было шестьдесят четыре, довольно здоровая женщина для своего возраста. Никаких признаков сердечной болезни, хотя среди ее родственников были сердечники. — Она не сводила с меня глаз. — Как?

Я стоял, не в силах пошевелиться. Ноги как будто приросли к полу.

— Сами вы были в отличной форме, — продолжила Кэрол. — Хотя от двадцатилетнего ничего иного и нельзя было ожидать. Вы переболели ветрянкой, корью, ну и другими детскими болезнями. В шесть лет вам удалили гланды. Надеюсь, они вас больше не беспокоят. — Она прервалась и посмотрела на меня. — Это все было написано в анкете донора спермы. А вот то, что после школы вы поступили в Бизнес-колледж в Бриджпорте, туда не вошло. Но легко было вычислить, поскольку это ближайшее учебное заведение к клинике. На той же улице. Большинство доноров приходили из этого колледжа. Студентам постоянно нужны деньги. А тут так легко заработать. Раз-раз, и все.

Я снова опустился в кресло, совершенно обессиленный.

— Может, теперь выпьете? — спросила Кэрол.

Я отрицательно мотнул головой. Затем сказал:

— Но разве имя донора не должно было держаться в секрете?

— А мне его никто в клинике не называл, — сказала она. — Дали прочитать несколько анкет, и я выбрала вас. Среди остального мне понравилось, что у вас были успехи по математике в школе и колледже. Вот почему он определил Бизнес-колледж.

— Кто «он»?

— Частный детектив, которого я наняла.

— Это было лет десять — двенадцать назад? — спросил я.

— Да, — ответила Кэрол Суэйн.

— Теперь понятно, кто тогда наводил обо мне справки. На проверку кредитной истории это не было похоже. Я не знал, что и подумать. А потом расспросы обо мне прекратились и все быстро забылось. Совсем недавно мне об этом напомнила бывшая жена. Но то, что вы рассказали, к происходящему сейчас отношения не имеет.

— Действительно, не имеет, — согласилась она. — Понимаете, завести ребенка у нас с Роналдом никак не получалось. Он все сваливал на меня, а я пошла, проверилась, и врач велел прийти ему. Роналд долго упирался, но потом все же пошел, и выяснилось, что это из-за него. А мне очень хотелось иметь ребенка, и я пошла в эту клинику, где предлагали искусственное осеменение. Роналд вроде не возражал. Вот так.

— Наверное, это было ему не очень приятно.

Кэрол задумчиво кивнула:

— Он так и не смог ее полюбить. А однажды, знаете, даже чуть не убил девочку.

Я кивнул:

— Оставил ее запертую на жаре в машине.

— Патти вам это рассказала?

— Да.

— Вот идиот. Говорил, что просто забыл, а мне пришлось сделать вид, что поверила, хотя, если честно, сомнения были. Брак наш к тому времени уже катился под откос, а тут я почувствовала, что с меня хватит. Предложила ему отвалить, и он с радостью согласился.

— Жаль, — сказал я.

— А чего жалеть? — Кэрол махнула рукой. — Без него стало лучше. Я тогда неплохо зарабатывала в фирме Сикорского. Была помощником менеджера по изготовлению пластиковых форм. От Роналда чеки приходили очень редко. Да и зачем ему было поддерживать ребенка, к которому он не имел никакого отношения. И потом во мне зародилась мечта. Я начала думать: а вдруг этот человек, от которого получилась Патти, не женат, вдруг он добрый, достойный мужчина? Мы познакомимся, потом я ему все расскажу, и он станет ей настоящим любящим отцом. Понимаете?

— Понимаю.

— А вы? — Она потянулась через столик и коснулась моей руки. — Вы когда-нибудь над этим задумывались? Когда-нибудь останавливались и думали, что, возможно, где-то растет ребенок? Ваш ребенок, ваша кровь. Заходили в супермаркет, видели там парня, который укладывает на полку товар, и в голове вдруг мелькало: «А может, это мой сын? Может, в этой девушке, которая сейчас принимает у меня заказ на гамбургер, течет моя кровь?»

— Да, — ответил я, подождав, пока ко мне вернется голос. — Иногда.

— Надо же. — Она убрала руку. — Я думала, вы об этом сразу забыли.

— Действительно забыл, надолго, — устало произнес я. — В те годы это был просто способ заработать денег, чтобы весело провести уик-энд. Только потом, пожив, я начал размышлять о значении моего поступка.

— А жене вы об этом рассказывали?

— Нет, — признался я. — Не рассказывал.

— Так вот, — продолжила Кэрол, — мне втемяшилось в голову, что надо найти биологического отца Патти и что он нас полюбит, войдет в нашу жизнь. В общем, все будет как в кино. У одной моей приятельницы был знакомый частный детектив. Она дала мне его телефон, но позвонить я решилась только через два месяца. Попросила узнать данные донора спермы. Если это только возможно, поскольку клиника твердо соблюдала конфиденциальность. Я дала ему копию вашей анкеты, и он вычислил вас методом исключения. Начал с колледжа. Достал списки студентов за три года того периода, вычеркнул умерших, таких было несколько, затем посмотрел, кто из студентов в девятнадцать лет потерял отца, которому в момент смерти было шестьдесят семь. Такой был в списке один — вы. Зная фамилию и имя, детективу было уже не трудно найти вас среди служащих автосалона «Тойота». Он сходил туда, взял вашу визитку с фото и передал мне.

Я слушал затаив дыхание. Мне никогда не приходило в голову, что Патти может быть похожа на меня, но бывали времена, когда я чуть ли не подсознательно замечал, что у них с Сидни похожие манеры. Они одинаково вскидывали брови и морщили нос.

— Детектив написал для меня отчет, откуда я узнала, что вы женаты и у вас есть дочка. Вот тогда и умерла моя мечта.

— Но вы все же пришли в автосалон, — сказал я.

— Просто чтобы увидеть вас. Только один раз. Затем я постаралась все забыть и стала жить дальше своей жизнью.


Глава тридцать пятая | Бойся самого худшего | Глава тридцать седьмая