home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


2

«Вулкания» оказалась поистине роскошным пароходом. Непрестанно жужжали вентиляторы, слуги разносили прохладительные напитки, черные штиблеты проворно сновали вверх-вниз по лестнице, нежно позвякивали бокалы, а динамо-машина новейшей марки – сердце корабля, снабженная всевозможными резиновыми прокладками, работала почти бесшумно. «Инженер» Ливен несколько опоздал к ужину, так как ему пришлось изрядно повозиться со смокингом. Пассажиры первого класса уже собрались в кают-компании – огромном салоне с ослепительно сверкающим паркетом; дамы все до единой в шелковых платьях, мужчины в смокингах. Особенный фурор произвел доктор Верхаген, также не пожалевший время на туалет и в результате остановивший свой выбор на полосато-зеленом костюме для игры в гольф. Всеобщий шок присутствующих он принял за восхищение. Гарри Ливен, разведчик нефтяных месторождений, от неожиданности уронил на брюки ложку с каким-то белым соусом.

В этот момент в кают-компанию вошел принц Сюдэссекский в сопровождении капитана британской армии. Принцу, состоящему в побочном родстве с английским королевским домом, на вид можно было дать не больше девятнадцати, хотя на самом деле ему пошел двадцать третий год. Стройный молодой человек с тонкими чертами лица, невзирая на юный возраст, носил чин полковника королевской гвардии. Сопровождавший его капитан генерального штаба Брэдфорд был коренастым среднего роста мужчиной лет сорока с серьезным, умным лицом. По отношению к принцу Сюдэссекскому он держался так, словно был его флигель-адъютантом. Его высочество пожелал во время путешествия принимать участие в трапезах за общим столом. Глядя на этого хрупкого молодого человека и его лицо с девически нежной кожей, трудно было угадать в нем закаленного солдата и превосходного стратега: не так давно он весьма успешно выполнил поручение министра колоний, уладив миром конфликт с вождем одного из влиятельнейших пленен Кении, когда война казалась неизбежной. О принце поговаривали как о будущем государственном секретаре по колониальным вопросам, тем более что опыта ему было не занимать: пять лет воинской службы он провел в африканских и индийских колониях.

Принц Сюдэссекский отвесил общий поклон и представился гостям, в ответ на что все, будто по команде, встали.

– Занятный тип, – шепнул доктор Верхаген своему другу-инженеру. И, подумав, чуть слышно добавил: – Иногда военный мундир производит не меньшее впечатление, чем костюм для игры в гольф.

Принц всячески старался завязать непринужденную беседу с соседями по столу, однако те чувствовали себя довольно скованно. К несчастью, доктор Верхаген также сидел поблизости, и принц – должно быть, пораженный его столь экстравагантным костюмом, – обратился к нему:

– Вы впервые путешествуете в тропики, сударь?

– О нет, сэр, – несколько смутившись ответил Ржавый. – Я занимаюсь изучением сонной болезни. Меня зовут доктор Верхаген.

– Доктор Верхаген? Постойте! Ага, вспомнил! Года два назад в одном из британских научных журналов была напечатана ваша статья о распространении сонной болезни в бассейне Конго.

– Неужто моя статья привлекла ваше внимание, сэр? – растерянно пробормотал «ученый».

– Разумеется! Сонная болезнь причиняет немало хлопот нашим колониальным войскам. Рад познакомиться с вами, доктор. Особенно любопытным мне кажется ваше замечание о социальной и моральной взаимосвязи инкубационного периода болезни с криминогенной обстановкой среди туземцев.

– Да-да, знаете ли, весьма примечательная взаимосвязь… По-моему, ваше высочество, лучше отложить разговор до другого случая. Боюсь, присутствующим эта тема не так уж интересна, – выкрутился Ржавый.

Принца не удивило странное поведение ученого. Он привык, что люди теряются перед его высоким титулом и не способны непринужденно вести беседу с ним.

Спокойный взгляд капитана Брэдфорда был прикован к физиономии Ржавого. Чувствовалось, что он не из тех, кого проведешь. «Ну и документы мне подсунул этот Морбитцер, черт бы его побрал!» – про себя подосадовал Ржавый и испытал истинное облегчение, когда ужин подошел к концу.


Приятели стояли рядышком возле палубного ограждения. Малец в смокинге был чудо как хорош и походил на профессионального танцора. Вот только бы не это неизменно грустное выражение его лица! Ржавый прекрасно отдавал себе отчет, что, не проникнись он симпатией к этому юноше, ему бы и в голову не пришла идея основания столь странного акционерного общества. Сами по себе деньги его никогда не прельщали… Примерно такие мысли владели им, когда он повернул к своей каюте. В центральной части судна, непосредственно под капитанским мостиком, находились рядом две каюты: принца и капитана Брэдфорда. Качка здесь была менее ощутимой, поэтому апартаменты эти считались на корабле наилучшими. Из иллюминатора пробивался свет и доносилась негромкая беседа.

Вдруг Ржавый замер как вкопанный и весь обратился в слух.

Из каюты ясно, отчетливо слышался голос принца:

– Так ты уверен, что Томас Ливен сейчас в Индокитае?

– Уверен на сто процентов, ваше высочество!


предыдущая глава | Пропавший крейсер | cледующая глава