home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 31

Дэрин слушала, как старый механик спорит с Алеком.

Чтобы понять смысл беседы, не нужно было знать немецкий: хватило одного слова «цеппелин», чтобы ее радость превратилась в ужас. Так это не спасатели! Их обнаружили немцы!

Клопп в чем-то убеждал Алека. Как догадывалась Дэрин — вернуться в замок и оставить «Левиафан» на растерзание цеппелинам. Воздушные корабли еще не заметили штурмовик. Когда «Левиафан» уничтожат, цеппелины уберутся восвояси и Алек с друзьями сможет дальше спокойно жить в своем замке.

Доктор Барлоу как раз собиралась присоединиться к спору, когда Дэрин положила ей руку на плечо. Она совершенно точно знала, что надо сделать.

— Твой друг Фольгер у нас, Алек, ты не забыл?

— Не забыл, — мрачно сказал тот. — Похоже, он предусмотрел и такой вариант и строго-настрого приказал Клоппу спрятать меня, если сюда явятся германские войска.

Дэрин вздохнула. Этот Фольгер тоже был малость со сдвигом.

Алек перешел на немецкий. Теперь он приказывал Клоппу отцепить груз. Просто удивительно, сколько слов в немецком языке почти совпадали с английским, если хорошо прислушаться. Одно было ясно — Алеку не удается переубедить старика. Клопп скрестил руки на груди и несколько раз повторил «найн» и «нихт». Как понял бы любой тупица, на смешном языке жестянщиков это означало «нет».

Бауэр и Хоффман наверняка подчинятся именно Клоппу, а не Алеку, хотя понятно, что он — очень важный мальчик в стране жестянщиков. Без их помощи шагоход застрянет здесь, как собака на привязи.

Дэрин потянулась к ножу-стропорезу, но решила, что второй раз брать Алека в заложники будет неоригинально. Кроме того, она обещала ему больше так не делать.

Однако времени на споры у них все равно не осталось.

Рукоятью ножа Дэрин изо всех сил треснула Клоппа по металлическому шлему. Раздался звон; шлем сполз старику на глаза, заглушив его последние возражения.

— Дай мне топор, — потребовала Дэрин, оборачиваясь к Алеку.


Дэрин быстро слезала по цепной лестнице, сунув топор за пояс. Снег здесь был глубже, чем на склоне; когда Дэрин спрыгнула вниз, он мгновенно набился ей в ботинки. Ногам стало жутко холодно.

Она внимательно следила за тем, как Клопп мастерил «упряжь» для шагохода, и знала ее слабое место. Концы цепи были припаяны к двум железным заклепкам на передке саней. Саму цепь пропустили сквозь кольцо на броне машины. Если отрубить хотя бы один конец цепи, та просто выскользнет и груз отцепится.

Но цепь была толстой — каждое звено с запястье Дэрин. Она выбрала правую сторону саней. Сварка здесь выглядела более небрежной, дерево покрывали застывшие капли металла. Дэрин зачерпнула пригоршню снега и высыпала на одно из звеньев. Вдруг Алек прав и металл от мороза становится хрупким?

— Отлично, — пробормотала она, вскидывая топор. — Поехали!

От первого удара цепь только закачалась.

«Она провисает, — подумала Дэрин. — Так не годится! У нас не хватит времени!»

Воздушные корабли между тем значительно приблизились. Дэрин уже могла разглядеть железные кресты на хвостовом оперении. Серебристая поверхность цеппелинов сияла в свете утреннего солнца.

— Мистер Шарп! — В отверстии люка появилась голова доктора Барлоу. — Мы можем вам чем-нибудь помочь?

— Да! — крикнула Дэрин. — Натяните цепь! Ученая дама исчезла, и через мгновение двигатели штурмовика заворчали, просыпаясь. Машина шагнула вперед, цепь рывком натянулась, сани дернулись. Дэрин высыпала еще пригоршню снега.

Отдача от следующего удара была такой жесткой, что девочка едва не вскрикнула от резкой боли в руках. Потом наклонилась, рассматривая металл. Лезвие топора оставило отчетливую зарубку, сам топор тоже выщербился, но цепь была по-прежнему крепка.

— Черт побери!

— Что-нибудь еще? — тут же выглянула из люка доктор Барлоу.

Вместо ответа Дэрин нанесла еще один удар. Топор вырвался из рук и, сверкнув в воздухе, отлетел на несколько ярдов.

— Осторожнее! — воскликнула леди.

Девочка молча склонилась над цепью. Кажется, на одном из звеньев появилась крошечная трещина, но этого недостаточно. Хотя, если постараться…

— Скажите Алеку — пусть дернет нас! — закричала она. — Пусть резко потянет сани!

Доктор Барлоу кивнула. Вскоре штурмовик взревел, как настоящий зверь. Машина медленно пошла вперед, при каждом шаге глубоко зарываясь в снег. Дэрин видела, как ее железные ноги высекают искры из камней. Сани дернулись вперед, толкнув Дэрин под колени, словно огромная собака, пытающаяся обратить на себя внимание.

Надтреснутое звено заскрипело. Трещина становилась шире при каждом рывке штурмовика. Дэрин попятилась. Когда цепь лопнет, ее концы могут и пришибить…

Девочка подняла глаза к небу. Цеппелины разделились. Теперь они заходили с двух сторон, чтобы жертва никуда не ускользнула. Небо пестрело от птиц: летучие орды «Левиафана» поднимались по тревоге, но сам летающий кит неподвижно лежал на снегу, такой же беспомощный, как настоящий кит, выброшенный на берег.

— Вот зараза! — отчаянно взвыла она, бросаясь к тому месту, куда упал топор, и выуживая его из сугроба.

Затем она встала возле цепи, замахнулась и застыла, вслушиваясь в ритм двигателей штурмовика. Почувствовав, что сейчас будет рывок, она изо всех сил обрушила топор вниз…

Звено цепи раскололось пополам. Шагоход, освободившись от груза, резко рванулся вперед, вытягивая цепь, тарахтящую, как пулемет «максим». Свободный конец описал огромную дугу прямо над рубкой, заставив доктора Барлоу шмыгнуть обратно, выскользнул через якорное кольцо и устремился назад — прямо к Дэрин!

Левиафан

Она едва успела нырнуть в снег, когда железная змея с воем пронеслась над головой и врезалась в груз — прямо в мешки с мукой. Над санями поднялось густое белое облако. Цепь упала в снег и больше не двигалась.

Дэрин встала и раскашлялась, вытирая лицо. Она вся с ног до головы была в муке. Что-то настойчиво толкало ее под колени. Она оглянулась и обнаружила, что сани ползут по снегу, причем все быстрее. Но кто их тянул? Ах да… ведь сани стояли на склоне и последний рывок сдвинул их с места.

— Отлично, — пробормотала Дэрин и вскочила на край бывших ворот.

Скрип полозьев становился все громче. Дэрин выплюнула попавшую в рот муку и принялась отряхивать одежду, а когда подняла голову, то увидела, что штурмовик остановился. Алек спустил лестницу, ожидая, что она поднимется на борт. Сани катились прямо на машину!

С трудом сохраняя равновесие на куче ящиков, Дэрин поднялась на ноги и закричала, сложив руки рупором:

— Доктор Барлоу!

Никто ей не ответил и даже не выглянул из люка. Чем они там занимаются? Играют в шахматы?!

— Доктор Барлоу! — завопила она еще громче.

Наконец в люке показался черный котелок. Дэрин замахала руками, пытаясь одновременно изобразить сани, шагоход и их скорую тесную встречу. Глаза ученой дамы расширились при виде скользящей в ее сторону кучи груза. Черная шляпка снова скрылась из вида.

— Вовремя, — пробормотала Дэрин, цепляясь за веревки.

Сани быстро набирали скорость. Они уже ехали быстрее бегущего человека и продолжали разгоняться. Дэрин вжалась в ящики и бочки, стараясь не думать о том, что от нее останется, если она свалится и угодит под полозья.

Штурмовик наконец тронулся с места и прытко пошел вперед странным, виляющим шагом. Он сейчас напоминал обалдевшего от страха зверя, который мечется из стороны в сторону, не зная, куда бежать от настигающего хищника.

Дэрин нахмурилась. Не собираются ли они оставить ее тут на куче груза, а сами вступить в битву? Впрочем, Алек не походил на человека, способного бросить члена своей команды.

Над люком снова появилась доктор Барлоу. Она что-то кричала вниз, в кабину, — видно, пыталась заставить Алека действовать по своему плану. А сани тем временем уже догоняли штурмовик. Теперь они скользили быстрее, чем он бежал по рыхлому снегу. Дэрин бросила взгляд на кучу ящиков, нависающую над ней. Если два этих тяжеловеса столкнутся, она окажется точнехонько между ними!

— Пошевеливайтесь! — заорала она, пытаясь взобраться повыше.

Штурмовик все приближался. Наконец стало понятно, что доктор Барлоу вместе с Алеком сошли с ума: они не собирались убираться с пути! Машина шла размеренным шагом, чуть медленнее, чем сани. Дэрин пантомимой изобразила леди свое удивление. Та в ответ сделала движение, словно куда-то карабкалась. Брови Дэрин сдвинулись в недоумении — но тут она заметила свисающую из брюха шагохода лестницу.

Та развевалась позади штурмовика, словно оборванная леска воздушного змея.

— Вы правда думаете, что это хорошая мысль? — недоверчиво пробормотала девочка.

Лестница была цепной, с металлическими перекладинами — одно неловкое движение, и выбьет глаз или что-нибудь похуже!

Дэрин стиснула зубы. Если они там считают, что она в состоянии забраться в шагоход на ходу, по цепной лестнице, то она это сделает. В самом деле, у них нет ни единой лишней минуты — «Левиафану» помощь нужна немедленно!

Над ледником цеппелины жестянщиков уже вступили в бой. Стрекотали пулеметы, тучи стрелковых мышей вились вокруг вражеских гондол. Теперь Дэрин видела, что цеппелины довольно малы — не длиннее пары сотен ярдов, но беспомощно распластанному на снегу «Левиафану» было мало прока от превосходства в размере, а летучие мыши еще не восстановились после ночной битвы.

— Выбора нет, — прошептала Дэрин.

Штурмовик бежал уже совсем рядом — так близко, что снег из-под его огромных ног летел прямо ей в лицо. Лестница болталась вне досягаемости. Дэрин перебралась на самый передок саней, аккуратно балансируя на бочонке с сахаром. Вот теперь она уже может схватить лестницу — если прыгнет.

Дэрин приготовилась, сжала и разжала кулаки, выбрала перекладину… и ринулась в воздух.

Ее пальцы сомкнулись на ледяном металле. Через миг она уже повисла между ног шагохода, болтаясь во все стороны. Шум тут стоял чудовищный. Вокруг что-то лязгало, стучало, грохотало, ревело; выхлопные газы окутали ее черным облаком. Каждый огромный шаг машины грозил вырвать из рук перекладину, ноги дергались, не находя опоры. Лестница бешено раскачивалась, а Дэрин висела на ней, как рыба на крючке.


* * * | Левиафан | * * *