home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава одиннадцатая.

Хорошо, я должен признать, что не смотря на мой скептицизм, было похоже, что Жульен знала о чем говорила.

Через день после выхода пиктов, вербовочные пункты были буквально осаждены.

Граждане записывались толпами, в нетерпении сложить головы за Императора, или что более вероятно, наивно предполагая, что кто-то за них сложит свою голову, оставив их доставать будущие поколения своими военными историями.

«Не то чтобы я жаловался, – сухо начал Роркинс. – но похоже, на нас свалилась еще одна проблема.

Один Император знает как нам прокормить и расположить их всех».

«Нам и не нужно», – уверил я его. Мы обходили парадный плац схолы, высеченная аквилла на каменной плитке до сих пор блестела от утренней росы а пара курсантов расплачивались за свои мелкие нарушения освещенной веками чисткой от мха зубными щетками.

«Сестра Жульен и я договорились».

Честно говоря мы не могли ввести столько много новобранцев в СПО без полной чистки ветхой командной структуры, так что мы решили оставить ополчение там, где они завербовались, жить в своих домах и питаться самостоятельно.

В любом случае компетентный солдат сможет собрать эту пеструю толпу добровольцев один раз в день, обычно вечером и научить их основам ведения огня из лазгана и прятать свои головы, когда кто-то начнет стрелять в ответ.

Если получится, что у нас будет еще немного времени, прежде чем враг появится, профессиональный солдат сможет передать им еще парочку полезных умений, на свое усмотрение.

«Довольно рискованно», – сказал Роркинс, от его дыхания исходил легкий пар, почти пропадая в перламутровой дымке предрассветного освещения.

«Что будет если враг придет, когда они не будут на службе?»

«Они соберутся в своих тренировочных зонах, как только зазвучит сирена», – ответил я.

Я пожал плечами, тактично признав некоторые свои сомнения.

«Один Император знает сколько из них придут, когда начнется пальба».

Роркин одарил меня мрачной улыбкой.

«Я думал это в вашей компетентности, комиссар.

Держать пушечное мясо на заметке».

«Легче сказать, чем сделать», – ответил я.

«Солдаты тренированны и дисциплинированны, даже стадо СПО.

Ополчение это просто гражданские с оружием».

«Тем более, они не должны быть оставлены бегать сами по себе большую часть времени», – сказал Роркинс.

«Напротив», – возразил я.

«Занятые своими обычными заботами, у них складывается иллюзию нормальности.

Это будет для них хорошей психологической поддержкой, когда реальность, наконец-то заставит обратить на себя внимание».

«Ну если так», – ответил Роркинс, мало убежденный.

Пользуясь возможностью, которую я так тщательно обдумал, я глубокомысленно кивнул.

«Вот почему я собираюсь провести несколько личных инспекций», – заметил я небрежно.

«Будет хорошо для морального духа появиться перед несколькими взводами ополчения, и в тоже время побеспокоить полевое командование СПО».

Я взглянул на схолу, пока говорил, смотрел на морозные завитки тумана вокруг зданий, хотя ближайшие башни скрывались как в засаде.

«Должен признать, что меня немного раздражает болтаться здесь ожидая начала шумихи».

Роркинс сочувственно улыбнулся, как один старый воин другому и согласно кивнул.

«Я понимаю о чем ты», – признал он.

«Если мне еще раз придется высиживаться на одной из встреч с этими фракнутыми из Ритепата, я кого-нибудь застрелю.

Скорее себя».

Он с завистью вздохнул.

«Никому из нас не нравится сидеть сложа руки».

«Я знаю, что это просто бестолково, – ответил я, осторожно отслеживая его реакцию. – но по крайней мере позволяет чувствовать, что мы хоть что-то делаем.

А если это ещё и позволит повысить полевую эффективность, если все пойдет хреново, то это неплохо.»

«Нет, я думаю, нет.»

Роркинс покачал головой.

«Когда вы отправляетесь?»

«Этим утром», – сказал я.

Спайр разогрел Аквиллу и был готов, Юрген как раз сейчас, когда мы разговаривали, паковал мой вещмешок вещами и я не видел причин задерживаться.

«Я только хочу перед уходом по быстрому переговорить с Браскером.»

«Браскер?» – Роркинс выглядел изумленным.

«Зачем, во имя Земли?»

«Просто кое-какие административные дела», – сказал я мягко.

Несмотря на то, что Донал, как и обещал, перепроверил разведданные, он так и не смог найти вероятные цели налетчиков и сейчас настало самое время для того, чтобы изменить подход.

Если кто-то из моих знакомых и мог найти нужные мне отчеты среди миллиардов кусков лишней информации, которую Администратум собрал и забыл за эти годы, то это был казначей. К тому же он был достаточно лишен воображения, чтобы не задавать лишних вопросов о том, почему я хотел взглянуть на них.

Я надеюсь.

«Как думаете, где он?»

«В своей квартире, полагаю», – сказал Роркинс закутываясь в плащ так, словно предрассветный холод был придуман как его личное оскорбление.

«По крайней мере, если у него есть какие-то мозги.»

«Я поищу его там», – сказал я.

Прекрасно.

Я сомневаюсь что он обрадуется, когда я разбужу его так рано но это не моя проблема, зато рядом не будет подстлушивающих наш разговор любопытных ушей.

С другой стороны, я не собирался доверять свое маленькое дело самому нескромному человеку в сегментуме, но я был уверен что несколько фраз о военном положении и необходимости сохранения тайны заставят его придержать язык.

В любом случае, источник любой утечки о поручении, которое я ему дам, будет вполне очевиден.

Перекинувшись с Роркинсом ещё несколькими словами мы разошлись, он к своим лекционным залам, которые присвоил в качестве импровизированного штаба, а я через главный плац к жилым зданиям, где были квартиры Браскера и других представителей верхушки администрации.

Как и ожидалось, иерархи очень хорошо устроились, разместившись по прибытии в помещениях Экклезиархии, и заняв комнаты, считавшиеся едва ли не лучшими из-за того что буквально в нескольких шагах от них находилась часовня с предоставляемыми ею услугами.

Адепты Администратума расположились в центре комплекса схолы, где они, теоретически, могли следить за беспроблемным функционированием учреждения с минимальными усилиями, а по краям разместили отправленных на пенсию ветеранов, вроде меня, Роркинса и Виситера.

(Жульен, конечно, была вместе с озабоченными Императором.)

Единственная группа, ещё больше удаленная от центра была представлена малочисленным штатом бездельников Адептус Механикус, которые, ко всеобщему и разделяемому ими облегчению, большую часть времени были предоставлены сами себе. (1)

Учитывая мою нелепо раздутую на Перлии репутацию, меня бы без вопросов переселили в один из главных корпусов, если бы я захотел поднять этот вопрос, но я, конечно, не стал делать ничего подобного.

С одной стороны это бы плохо сочеталось с представлением о скромности моих воображаемых достижений, которое мне нравилось культивировать и которое так хорошо позволяло мне время от времени уползать по своим делам без явных подозрений в том, что я халтурил.

Но больше всего мне понравились выделенные мне комнаты: там был отличный вид на горы из окон, приятная компания стареющих ветеранов и мне не нужно было каждые пять минут терпеть доносящиеся из часовни звуки колокола и запахи (2).

Не говоря уже о том, что они располагались близко к посадочной площадке шаттлов и гаражу транспорта, в чем я находил определенный плюс.

Я всегда спокойнее спал, когда знал что если все станет плохо, то под рукой всегда есть запасной выход.

(Что, по моему опыту, в большинстве случаев было просто вопросом времени.)

Этим ранним утром вокруг было мало людей, кроме прислуги схолы, спешащей по своим делам, поэтому я смог проделать свой путь до главного входа в жильё Адептус без возбуждения многочисленных слухов(3).

И только придя, я приостановился у основания резной деревянной лестницы, потому что понял что понятия не имею где находились комнаты Браскера.

К счастью, быстрой разведки оказалось достаточно чтобы определить местоположение швейцара, спрятанного под поднимающимися ступеньками и бездельничающего в это время дня, вместе с доской из полированного торнбура, имена жильцов на которой были тщательно прорисованы и инкрустированы более светлым деревом.

Согласно небольшой скользящей панели рядом с именем Браскера, которую можно было перемещать, поочередно закрывая два набора надписей, казначей жил здесь, поэтому я осторожно подсмотрел его номер и поднялся по лестнице, чтобы найти его.

По своей привычке, которая проявлялась в незнакомом здании, я двигался украдкой, что было лучше чем предоставить шанс кому-то, сидящему в засаде с намерением подстрелить меня.

Возможно, из за того, что я при этом прислушивался к звукам более пристально чем обычно, подняв руку чтобы постучать я услышал слабый звук в квартире Браскера.

Ну, это было неплохо: если он уже бодрствовал, то он не обидится на меня за то, что я его разбудил.

Прямо перед тем как мои костяшки ударились о деревянную панель, я уверен, что услыхал приглушенный звук разговора.

Прежде чем я сообразил, моя рука импульсивно постучала. Таким образом, не оставил себе выбора, подождать или заглянуть внутрь.

«Да?» – Браскер приоткрыл дверь настолько, чтобы посмотреть на меня и мгновение мы ошеломленно таращились друг на друга.

«Комиссар Каин.»

Он тщательно произнес мое имя, причем от удивления его голос звучал громче чем обычно, прежде чем он вспомнил о своих манерах и понизил его до нормального разговорного.

«Я думал что это кто-то из слуг.»

«Я в это не верю», – сказал я, все ещё покачиваясь от потрясения при виде его ночного одеяния.

На нем была ночная рубашка из пурпурного шелка, с какой то монограммой на нагрудном кармане, вышитой золотыми нитками.

«Я сожалею что побеспокоил вас в столь ранний час, но я собираюсь на день или два покинуть схолу и мне нужно срочно поговорить.»

«Я вижу.»

Ему это явно не нравилось, но он не хотел продемонстрировать невежливость.

«Я думаю, вам стоит войти.»

При этом он не отошел в сторону, а посмотрел на что-то внутри комнат, после чего с усилием взял себя в руки и открыл дверь.

Я не был уверен в том, что ожидал увидеть внутри: вероятно, груды бумаги и инфопланшеты.

Внутри оказался небольшой холл, ведущий в аккуратно обставленную гостиную, размером с мою собственную. закрытые двери вели, видимо в холл со спальней и ванной, хотя на самом деле я понятия не имею что там могло быть, мои собственные апартаменты были расположены по более линейному образцу.

Жалюзи были ещё опущены и когда мы вошли в зал Браскер зажег люминатор.

«Сожалею, у меня беспорядок», – сказал он извиняющимся тоном.

«Вчера вечером у меня был гость.»

На самом деле комната показалась мне совершенно опрятной, если не считать пары бокалов, стоящих вместе с графином на столике в углу, в которых, судя по запаху, ещё оставалось немного амасека и сложенной колоды карт на столе, рядом с грязными тарелками.

«Вы уверены что он не остался?» – спросил я, не в силах сопротивляться желанию немного подразнить его.

«Мне показалось, что перед тем как постучать, я слышал голоса.»

«Я смотрел новости», – сказал Браскер, немного покраснев, что ужасно контрастировало с его ночной рубашкой.

Я не видел никаких признаков пикта в его комнате но решил не придираться; независимо от того, кого он прятал (не нужно было много воображения, чтоб догадаться), это было его личное дело в буквальном смысле, насколько я мог судить.

Я бы поставил половину своей пенсии, что его гость сейчас в спальне, ждет, когда я уйду к фрагу, чтобы она могла вернуться к работе на кухне, или откуда она там, так что из общей вежливости я перешел прямо к делу, стараясь говорить так тихо, как возможно.

«Мне нужны некоторые старые записи, находящиеся в плохом состоянии», – сказал я без предисловий.

«Это не обещает быть легким, но это важно для обороны планеты, так что это должно быть сделано кем-то надежным, с широким кругом контактов в Администратуме.

Вы были первым человеком, о ком я подумал.»

«Действительно.»

Браскер посмотрел на меня со странным выражением лица.

«Я удивлен, что вы считаете меня достаточно надежным.

Я хорошо знаю, что у меня репутация легкомысленного и фривольного человека.»

«Репутация может быть обманчива», – сказал я.

«И в этом случае это будет вашим преимуществом.

Никто не посчитает это странным, если вы будете задавать вопросы, и никто не заподозрит, что вам доверили что-то, что должно остаться тайным.»

К моему облегчению, казначей медленно кивнул.

Я достаточно хорошо читаю людей, это моя работа, и я начал чувствовать, что, возможно, решение подойти к нему с моей маленькой проблемой не было таким уж большим риском.

«Вы можете положиться на меня», – сказал он через секунду.

«Но я могу поклясться на аквиле, если хотите.»

«Я уверен, что в этом нет необходимости», – сказал я, в свою очередь удивленный.

«Вашего слова мне вполне достаточно.

В конце концов, если вы примете поручение, вы будете действовать от имени Комиссариата.»

Другими словами, если бы он подвел меня, я бы имел право расстрелять его, хотя я это и не разъяснил; быстрый взгляд, который он кинул на оружие на моем поясе, ясно сказал мне, что он понял этот намек достаточно хорошо.

«Если я могу помочь защитить этот мир, я, конечно, в вашем распоряжении», – сказал Браскер.

Он наклонился немного ближе ко мне.

«Какие именно записи вы хотите, чтобы я нашел?»

«Все они здесь», – сказал я, протягивая ему планшет данных.

«Что-то об этих местах, какое-то указание на врага, хотя, клянусь Троном, я не представляю, что.

Я подозреваю, что это что-то старое, возможно, записи, оставшиеся с первой колонизации.

И я также хочу знать, есть ли какие-нибудь легенды об этих местах.»

«Легенды?» – Браскер выглядел озадаченным на мгновение.

«Я сделаю все возможное.

Но это звучит так, что записи будут по крайней мере неполными.»

«Вот почему мне нужен кто-то вашего калибра для поиска», – сказал я, думая, что немного лести на этом этапе не повредит.

«Я не подведу вас», – заверил меня Браскер, выглядя более серьезным, чем я когда-либо его видел.

«Если там что-нибудь есть, я это найду.»

«Я ценю это», – сказал я ему, собираясь уходить.

На пороге гостиной я остановился, пораженный новой и нежеланной мыслью.

«Если я не вернусь, или враг атакует до моего возвращения, передайте все, что сможете откопать, полковнику Роркинсу или сестре Жульен, и скажите им, что это я вас послал.

Они будут знать, что делать с этой информацией.»

Я надеюсь.

Ладно, я не планировал быть убитым в ближайшее время, так что, если повезет, наше маленькое соглашение просто останется между нами двумя.

И если все это уладится, и мы как-то сможем сохранить Перлию от когтей этого Варана, кем бы он ни был, я мог бы хорошо использовать связи Браскера в будущем, превратив его из случайного источника сплетен в первостепенный разведывательный источник для Эмберли.

Она всегда ценила маленькие сюрпризы, и несомненно была бы благодарна за некоторые крупицы информации, которые я бы получал от казначея к ее выгоде.

Конечно, у меня и в мыслях не было говорить ему на кого я работаю, но даже если он бы поработал в неведении, это не было бы большой проблемой.

Он уже удивил меня сегодня, очевидно успешно скрывая незаконное деяние Император знает как долго, так что он очевидно мог быть осторожен при необходимости.

Когда я вышел, я не мог не глянуть с любопытством на закрытую дверь в прихожей, которая скрывала его возлюбленную, задаваясь вопросом, что она смогла в нем разглядеть, но такие размышления были безрезультатны, а мне надо было на шаттл.

Так как рассветный морозец никуда не делся, я остановился на несколько минут в вестибюле, чтобы связаться по воксу с Юргеном и убедиться, что приготовления к нашему отправлению идут по плану.

Он заверил меня, что все было хорошо, и что он был на пути к посадочной площадке шаттла, так что я связался и со Спайром, чтобы дать ему знать, что я буду с ним почти сразу.

«Готов по первому вашему слову, комиссар», – весело заверил он меня.

Я как раз оборвал связь, когда услышал шаги, спускающиеся по лестнице, и, побуждаемый привычным чувством осторожности, отступил в тени каморки привратника.

Я не хотел, чтобы кто-то задавал неудобные вопросы о моих делах в блоке Администратума, особенно после внушения Браскеру того, как важно, чтобы никто не подумал о том, что он задает вопросы по моему поручению.

Кроме того, честно сказать, мне также пришло в голову, что, может быть, это подруга Браскера покидает помещение, и я не мог сопротивляться искушению получить представление о ней.

Ну, получил, и это был шок, могу я вам сказать.

После нескольких раздававшихся эхом шагов безошибочно узнаваемая фигура сестры Жульен показалась в поле зрения, закутанная в темный плащ, который почти размывал очертания ее зачехленного цепного меча, и поспешила выйти на светающий двор.

На мгновение я просто застыл в оцепенелом изумлении, глядя на нее: неудивительно, что Браскер был так уклончив.

Но к этому времени я уже знал, что она выпивает и играет в карты, так что, думаю, что не было большой натяжкой обнаружить, что она скрывает вкус и к более приятным развлечениям (4).

Тихо улыбаясь про себя, я вышел навстречу Юргену и Спайру, и несмотря на масштаб задачи, стоявшей передо мной, у меня на сердце было почти светло, когда наш шаттл поднялся с площадки.

Хорошо, что так обернулось: в последующие дни было очень мало поводов для улыбки.

(1) Вряд ли удивительно, так как отношения между Экклезиархией и последователями Омниссии обычно остаются в лучшем случае несколько натянутыми.

(2) Ладана, по-видимому.

(3) Понятное предположение для человека, который никогда не имел много дел со слугами; хотя, учитывая насколько они полезны как информаторы, я не сомневаюсь, что его присутствие было отмечено и подробно обсуждено ими.

(4) Не совсем так: вопреки распространенному мнению, Адепта Сороритас не требует от своих членов обета безбрачия, хотя немногие находят время воспользоваться этим шансом.


Глава десятая. | Последнее противостояние Каина | Глава двенадцатая.