home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава шестнадцатая.

Первый намек на охвативший нас шторм, я получил в виде волны потрясения среди учеников за другими столами, с последующим появлением знакомого запаха, который выдернул меня из мечтательности.

«Юрген», – сказал я, разворачиваясь к нему, уже зная, что что-то пошло чудовищно плохо; я думал так, потому что не было других причин, чтоб он тащил с собой мельту, вместо того, что оставить ее в своих апартаментах.

«Я считал, дела идут не слишком хорошо».

«Нет, сэр. Не идут», – подтвердил он.

«Суда еретиков выскочили из варпа по всей системе».

Как выяснилось, это было преувеличением, но не таким большим, как мне хотелось бы.

Я встал, забыв свой холодный рекафф и недоеденную булочку (но она не пропала; когда я поворачивался, я уверен что видел как булочка исчезает в одном из карманов Юргена и сделал мысленную заметку не принимать от него предложения подкрепиться в течении нескольких дней, пока совсем не буду в отчаянии).

«Пойдем, – сказал я. – нам нужно увидеть Роркинса».

Слух неизбежно уже пронесся по схоле, кадеты бежали к своим позициям и ученики, слишком молодые, чтоб быть направленными на службу, неопределенно шатались вокруг, или получали от своих учителей, чтоб не загораживали проходы.

Я с удовольствием отметил, что похоже никто не паниковал, ну по крайней мере пока.

По правде, некоторые из них, особенно молодые, похоже были более взволнованны, чем напуганы и категорически хотели побыстрее ввязаться в драку.

Что ж, пусть развлекаются, пока могут; зверская реальность боя вскоре скажет сама за себя.

Я нашел Роркинса и Жульен в импровизированном командном центре и должен признать, что я нашел его успокоительно знакомым, несмотря на неопытность большинства персонала, бегающих с поручениями и укомплектовывающие вокс и ауспекс кафедры.

Я провел так много времени в импровизированных штабах полков Имперской Гвардии, размещенных на множестве миров, захлестнутых непрерывным поток конфликтов, которые циркулировали в Империуме, что постоянный штаб, который я видел в Ритепате больше напоминал мне вербовочный плакат, чем функционирующее сооружение.

Атмосфера беспорядка, контрастом, кажется была более целеустремленная и направленная, по мне, так звучит как парадокс для любого, у кого нет военного опыта.

«Что происходит?» – спросил я и Роркинс взглянул на меня из-за экрана ауспекса с похоронным видом.

«Пожалуйста, передай мои поздравлению юной барышне, которую ты направил делать анализ угроз», – сказал он.

«На ее худший сценарий можно было смело ставить деньги».

«Тогда не плохо», – сказал я, как можно лучше пряча ужас.

Я сам видел построения Кайлы и худшее предположение действительно было очень плохим.

Достаточно большое количество барж вторжения просто потопят наших защитников, даже если пополнения ополченцев окажутся эффективными, хотя после моего инспекционного тура, у меня не было иллюзий, как это выйдет на деле, особенно если вторгавшихся будет поддерживать флот космических кораблей, класса крейсер, если не тяжелее.

«К счастью, командующий вовремя убрался», – вставила Жульен, показывая на изображение на гололите, отобранном в офисе Администратум и сервоприводы ее силовой брони немного хныкали при каждом её движении. Звук был такой, словно она была окружена роем насекомых.

Я взглянул на него, стараясь понять облако иконок начальных контактов, вертящихся вокруг Перлии.

«В любом случае, он кажется разбил первой волне носы».

«Что случилось?» – спросил я, немного занятый последние несколько дней, что уделить внимание тому, что вообще происходило.

Целестианка хихикнула.

«Они попытались использовать тот же трюк, чтоб прорваться через наш защитный периметр, который позволил сбросить им несколько шаттлов, правда теперь у них были десятки кораблей а Виситер заминировал подступы.

Даже те, которые не были подбиты, получат от обломков.

Наши истребители зачищают тех, кто до сих пор дергается».

Я начал понимать, почему такое множество контактов беспорядочно двигаются, или инертно дрейфуют в космосе.

«Проклятые СПО», – сказал Роркинс, хватая микрофон вокса, у преисполненного благоговейным страхом молодца в униформе кадета-штурмовика.

«Они никогда не учатся.

Коричневый, отойди и преследуй шаттлы».

«Да, сэр», – не к месту жизнерадостный голос, уверил его.

Пилот, кем бы он не был, видимо оставил свой вокс канал открытым, когда переключался на свою командную сеть эскадрона, так как мы услышали как он передает приказ с явным энтузиазмом, который холодил мою кровь.

«Верно, вы все это слышали.

Талли хо!»

«Император, дай мне сил», – сказал Роркинс от души и я внимательно взглянул на гололит.

«Как они могли попасть на одну и ту же уловку дважды?»

«Летчики слишком самоуверенны в целях, в такой богатой обстановке», – сказал я ему, как-то разделив стакан амасека и поворчав по поводу людей под нашей юрисдикцией с одним из коллег из флота (1).

«Не большое оправдание, если они позволят пройти шаттлам», – сказал Роркинс, с трудом сдерживая свой нрав.

Он повернулся к операторам ауспекса.

«Как только вы хорошо приемлемо рассчитаете их посадочные зоны, предупредите ближайшие гарнизоны.

Мы должны остановить их на подлете, но мы так же должны добить их, если они подбиты».

«Хорошо, сэр», – ответил ближайший кадет.

По правде, у истребителей не было ни одного шанса перехватить все транспорты адских еретиков, поэтому спортивный энтузиазм бойца в конечном счете не обойдется нам дорого.

Я попытался представить, насколько больше бы их теперь спускалось на нас, если бы не гамбит Вистера с минами и содрогнулся от увиденной картинки; они бы просто захлестнули нас и планета пала бы в течении нескольких часов. И это стало бы концом всего.

А теперь, кажется, благодаря тактической смекалке коммодора, у нас был шанс побороться, по крайней мере до прибытия второй волны.

«Мы, кажется, учли большую часть их транспортов», – сказал я, пытаясь разобраться в снежной буре символов.

Как я уже говорил, умение разбираться в хитросплетениях космического боя никогда не было моей сильной стороной.

Роркинс кивнул.

«Смотрите сюда», – сказал он, увеличив зону обзора так, что стала видна вторая волна.

«По большей части это боевые корабли.

Но все-же их сопровождают одно или два торговых судна.

Один император знает, что они несут.»

«Их элиту», – сказал я.

«Как и в прошлый раз, первая волна будет состоять из пушечного мяса, задача которого потрепать нас и захватить плацдармы там, где получится.

Те что задержались будут настоящими войнами, ждущими своего шанса захватить…» – я поправился как раз вовремя, – «независимо от того, будет ли их цель сопротивляться.»

«Я расценил их тактику так-же», – согласился Роркинс.

«Под элитой,» – сказала Жульен, – «Вы имеете в виду Легионы Предателей?» Только человек, такой же квалифицированный в чтении оттенков выражения, как я, смог бы уловить слабую нотку отвращения, появившуюся в этот момент в её голосе.

«Это возможно», – сказал я, сам пугаясь этой мысли.

Я уже много раз встречался с этой испорченной пародией на Астартес Императора, оставшись целым, скорее благодаря удачу, чем расчету.

«Но если кто то из них и будет среди свиты Варана, то их будет немного и они будут сильно рассредоточены.»

Я надеюсь.

На моей памяти с флотом вторжения находилось всего несколько советников, большая часть Космических Десантников Хаоса предпочитала вести свои собственные бои по своим собственным приказам: например, друг с другом, если под рукой не было других противников.

Я успокаивающе улыбнулся.

«Они крепки, не сомневайтесь в этом, но и они могут быть разбиты; мне доводилось это делать.»

«Любой противник может быть побежден если за вами стоит Император», – сказала Жульен, выглядя более похожей на других Сестер Битвы, чем мне приходилось видеть, но сейчас скорее ради собственной выгоды, я полагаю.

«Именно так», – сказал Роркинс, по прежнему не отрываясь от отметок на гололите, как будто он таким образом мог попасть туда, вытащить Варана за шкирку из его флагмана и закончить все здесь и сейчас.

Он оглядел меня.

«Думаю, вы правы и это – его личная свита.

Домашние войска, если хотите.

Только один трон знает что это будет значить на практике.»

«Ничего хорошего», – сказал я, вспоминая свой долгий и горький опыт.

В течении следующих нескольких часов мы втроем просматривали поступающие отчеты, пытаясь получить полную картину расположения врага, после того как первые десантные шаттлы извергли свой груз фанатичных еретиков.

Как и прежде, несмотря на то, что скоординированные удары, которые они пытались нанести, были в общем отбиты, в живых их оставалось достаточно много, чтобы представлять собой значительную неприятность.

«Их первая атака была прямолинейна, – сказал наконец Роркинс, – но само по себе это мало что значит.

Они все ещё связывают собой слишком много наших людей.»

Что много было вполне очевидно.

СПО реагировали куда лучше,чем при первом вторжении, но у них и не было того оправдания, что их застали врасплох, поэтому я и не ожидал от них ничего меньшего. Связи по воксу с несколькими очевидными бездельниками было достаточно чтобы вселить в них страх перед Императором: я часто замечал что случайное упоминание о расстрельной команде здорово помогает сосредоточить внимание.

Ополчение тоже застряло в нескольких местах, но так неорганизованно, как я и ожидал, поэтому результаты их помощи были по меньшей мере смешанными.

Немногие подразделения, если таковые вообще имелись, утрудили себя координированием с местными СПО (у которых и так хватало забот), поэтому те, что оказывались в бою, были склонны, завидев шаттл, хватать свое новое оружие и бежать защищать собственные дома.

Некоторые дрались стойко, по крайней мере они были хорошо мотивированны, но гораздо чаще они сбегали, как только несли первые потери, или просто были сметены превосходящей огневой мощью и тактикой еретиков.

Но то единственное, зачем они были нужны, они делали хорошо – давали нам время, и к сумеркам (2) почти все вражеские плацдармы наконец-то были окружены и дальнейшее продвижение противника остановлено.

Обратной стороной было то, как Роркинс и указал пару часов назад, что эти действия использовали ресурсы в нашем распоряжении по полной.

Один Император знает, как мы управимся с Хаоситским подкреплением, когда они прибудут.

«Я думаю, они попытаются расширить зоны сопротивления», – сказал Роркинс, без содрогания принимая кружку рекаффа от Юргена, этого одного было для меня достаточно, чтоб понять насколько он измотан.

Жульен к тому времени уже ушла, поторопить технопровидцев из святыне Механикус, которые делали все что могли, для приведения силовых доспехов ее новичков хотя в какую-то боевую готовность, хотя исходя из того, что я видел, все, что они собирались сделать, это сжечь чудовищное количество ладана.

«Спасибо, Юрген».

Я с благодарностью принял свою кружку, интересуясь про себя, были ли шедший с ней бутерброд, тем самым, из буфета Чилинвала, затем решил, что слишком голоден, чтоб меня это волновало.

«Лучше сам перехвати что-нибудь.

Это будет длинная ночь».

«Хорошо, сэр».

Юрген удалился в удобный угол, и вскоре оттуда стали доноситься прихлебывания и чавканье и я вернул свое внимание к гололиту.

Разбросанные иконки контактов покрывали поверхность Перлии, как сыпь, от какой-то ядовитой заразы, и я начал изучать руны тактических данных, стараясь найти самое большое заражение.

Естественно, это не заняло много времени.

«Основной целью, кажется, опять стала столица», – сказал я и Роркинс устало кивнул, приближая изображение окрестностей Хавендауна.

Почти десяток боёв все еще продолжались где-то в центре самой столицы, в то же время значительное количество врага сконцентрировалось по периметру Ритепата, явно намеревающихся взять его как можно быстрее.

Хорошо, за это я не мог их винить, штурмовики, расположенные там, были единственной большой угрозой второй флотилии, и их нейтрализация была высшим приоритетом Варана.

«Имеет смысл», – он согласился.

«Если они возьмут Хавендаун и Губернаторский дворец это сильно подорвет боевой дух гражданских.

Даже орки не смогли это сделать во время первой осады».

«Тогда мы должны сделать так, чтоб и у еретиков не получилось», – сказал я.

Силы СПО еще держали оборону, но ситуация было почти равной.

С растущим нехорошим предчувствием я увидел как Роркинс задумчиво кивнул и я подготовил себя к неизбежному.

«По мне, так наши люди могли бы это сделать, если бы им в затылок дышал комиссар», – сказал он.

«Это возможно не повредит», – ответил я, так спокойно, как мог изобразить, проклиная репутацию безрассудной храбрости так же пылко, как и всегда, когда меня загоняли в угол, где я должен был рисковать своей шеей встречая врага или потерять доверие и уважение людей, на которых я должен был произвести впечатление, чтоб сохранить хоть какой-то шанс на выживание.

«Пойду, посмотрю, какой транспорт сможет найти Юрген.»

Заметка редактора:

По своей привычке, Каин мало говорит о более общем ходе осады, предпочитая, как обычно, сосредоточить внимание на тех аспектах, которые доставляли неудобства ему лично.

Соответственно, я прилагаю краткую выдержку, которая дает немного более широкую картину.

Из «В самой черной ночи: Оценка тысячелетних войн», за авторством Аяепи Клотхир, 127.М42.

Высадка первой волны вражеских войск встретила более ожесточенное сопротивлением, чем еретики могли бы ожидать, и они понесли значительные потери.

Благодаря проницательному размещению минных полей ССО, большинство десантных кораблей было серьезно повреждено и неспособно высадить полный комплект войск, но высадившихся было достаточно, чтобы вовлечь защитников в битвы вокруг стратегических объектов и населенных центров по всему миру.

Региональные командные центры в Мидвейле и Фоллендайке были взяты после ожесточенных боев, последние защитники взорвали строения при отступлении, чтобы никаких полезных разведданных не попало в руки врага, в то время как более десятка городов, защищенных не более чем гражданским ополчением, которое комиссар Каин несколько тщеславно создал в подражание бывшим соотечественникам времен Первой Осады, было взято практически без боя.

К удивлению выживших гражданских, вместо ожидаемого разгула грабежей и кровопролития оккупационные силы остались дисциплинированными и в полном порядке, просто введя комендантский час и ожидая прибытия своего лидера.

Им не пришлось долго ждать.

Вторая волна флотилии прибыла на орбиту в течение нескольких часов, по пути преследуемая выжившими судами ССО, чей командир применил нестандартную тактику приближения на высокой скорости, шквального огня в упор и ухода от вражеского конвоя, прежде чем он мог привести свое оружие в действие.

В основном, это не приносило результатов, кроме раздражения, зато только один сторожевой катер попал под ответный огонь, большинство успевало вновь покинуть опасную зону до того, как в них могли прицелиться.

Хотя тяжелый крейсер Варана, «Непобедимый», был, разумеется, основной целью этих налетов, более легкие корабли сопровождения взяли на себя основную тяжесть повреждений, пара из них, по-видимому, получили легкие повреждения двигателей и радарных антенн, что, возможно, сделало их менее способными защищать себя в дальнейшем.

Несмотря на эти героические усилия, однако, «Непобедимый» захватил станцию над Хавендауном без видимых сложностей, и Варан лично присоединился к битве за сердце и душу Перлии.

И снова устойчивая местная легенда ставит комиссара Каина в центр этого конфликта, настаивая на том, что он и Воитель лично сражались друг с другом, хотя нет никаких надежных доказательств такой фантастической истории.

(1) Комиссариат надзирает за всеми ветками Имперской армии, за явным исключением космодесанта и Адептус Сороритас.

(2) Видимо, имелись в виду сумерки в Салубриа Парва, поскольку, конечно, бои шли по всей поверхности планеты.


ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. | Последнее противостояние Каина | ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ