home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава восьмая.

«Кто здесь главный?» – спросил я, быстро спускаясь по скату и тщательно приняв вид целеустремленной энергичности.

Если я правильно прочитал показания ауспекса, то у нас оставалось всего несколько минут до прибытия врага и к тому времени я уже хотел удобно расположиться в командном бункере.

Сержант, командовавший группой солдат вытянулся в струнку возле ранее замеченного мной грузовика и немного нервно поприветствовал меня.

«Это я, сэр.

Сержант Бентен.»

«Комиссар Каин», – представился я так, словно он этого уже не знал.

«Было очень любезно с вашей стороны встретить меня.»

Я кивнул в сторону сопровождавших его девятерых солдат.

«Хотя я не ожидал эскорта.»

Я произнес эти слова, потому что полагал, что именно их и и ждали от такого скромного героя, как я.

А мне никогда не нравилось разочаровывать людей, особенно если был шанс что они проживут достаточно долго, чтобы затаить обиду.

Но не буду отрицать, я был рад их видеть: если подошедший враг захватит нас на открытом пространстве не помешает иметь десяток солдат с лазганами между мной и ордой поклоняющихся Хаосу психопатов.

С другой стороны, на то чтобы им всем погрузиться обратно, потребуются драгоценные мгновения.

Я вернул приветствие и, пытаясь скрыть нетерпение, шагнул к грузовику.

«Стоит начать двигаться.

Не думаю что у нас много времени.»

«Нет, сэр.»

Вентен забрался следом за мной, одновременно с запрыгнувшим на свое место водителем, который тут же взревел двигателем. Спасибо Императору, у него хватило ума не заглушить его.

«Мы видим приближающиеся контакты.

Но, уверен, вы это знаете.»

«Это было трудно не заметить», – ответил я ему, жалея что я не был так расслаблен, как пытался демонстрировать.

По крайней мере болваны в командном пункте, кажется, сообразили что происходит и начали реагировать с некоторым подобием эффективности.

Подразделение Гидр проревело нам на встречу, развертываясь вокруг посадочных площадок и взлетно-посадочных полос, используемых тяжелыми транспортниками (1). Их счетверенные стволы уставились в небо, ожидая первых признаков приближающегося врага.

По периметру в оружейные бежало много солдат, а когда мы начали двигаться, набирая скорость, к смежным с аэродромом строениям СПО, то я увидел что такая же беготня идет вокруг комплекса складов и бараков системы связи, отделенной от нас забором.

«Потушите все люминаторы», – передал я в командный центр.

Над нами не было дружественных самолетов и яркий свет, заливавший взлетно-посадочные полосы и площадки, только поможет врагам целится.

Через мгновение они потухли, вместе с освещением вокруг зданий СПО, а ещё через несколько мгновений в зданиях начали тухнуть окна.

Как только подступавшая ночь накрыла военные строения, отдаленные огна города засияли, казалось, ещё чище и сильнее и мне пришло в голову что моя стратегия была не лишена недостатков: если вражеские пилоты нас пропустят и устремятся к огням, то они сядут прямо в центре столицы.

Ну хорошо, сейчас уже слишком поздно беспокоиться по этому поводу, да и в любом случае я не думал что это будет иметь особое значение: из своего опыта я знал что силы Хаоса предпочитали убивать безоружных мирных жителей, а не вступать в затяжные бои с настоящими солдатами.

(В данном случае в качестве солдат выступали отбросы СПО, но ничего другого мы не имели и мне придется как можно лучше использовать их.)

Наш водитель потянулся к рукой к выключателю фар на приборной панели, но прежде чем щёлкнуть им, заколебался.

«Подожди», – сказал ему Бентен.

«Пусть глаза привыкнут.»

В начале перестрелки мы бы имели преимущество: наше ночное зрение уже работало, в то время как враги, выпрыгивая из кораблей. только пытались бы сориентироваться.

Почувствовав облегчение от того, что сержант это понял, я кивнул.

«Я бы не сказал что сейчас здесь есть кто-то, кто будет на нас нападать», – сказал я водителю ободряюще и тут же, словно ниоткуда, нам на встречу выскочила ещё одна Гидра, от которой мы еле успели увернуться.

Спустя несколько мгновений к нашему водителю вернулась уверенность и он погнал машину сквозь сгущающиеся сумерки.

Ворота в заборе системы связи становились все ближе, слабо видимые в желтоватом сиянии отдаленного города, и я уже начал надеяться что мы доберемся до них до того, как начнется нападение.

Естественно, я ошибся.

Сверху пролетело что-то большое и тяжелое, завывающее как демон и воняющее как Юрген и обрушилось перед нами на рокрит, пропахав в нем траншею и заставив наш грузовик свернуть.

Водитель отчаянно закрутил баранку, когда покалеченный шатл, в извергавшихся вокруг него фонтанах рокритовых обломков, искр и пламени, словно он вырвался прямо из ада, заскользил в сторону забора, перед остановкой снеся это хрупкое сооружение.

Мы зацепили край образовавшейся борозды, каким-то чудом снова встали на колеса и с ревом пронеслись через целое озеро горящего прометия.

Спустя одну или две секунды горящие шины нашего грузовика взорвались, уже не способные удержать давление разогревающегося воздуха.

«Все наружу», – скомандовал я, когда наш грузовик виляя остановился.

В неподвижном автомобиле мы бы стали легкой добычей.

Мои ноги встали на твердую поверхность.

Я осмотрелся вокруг.

Гидры уже всерьёз взялись за подлетающие шаттлы, их орудия грохотали и полыхали в темноте ярко-оранжевыми вспышками, разрывая в клочья большинство вражеских десантных кораблей.

Что едва-ли было удивительно: когда один из них взорвался в воздухе за несколько сотен метров от нас и рухнул дождем огня, обломков и кусков тел на площадку, я смог увидеть в свете пожара, что большая часть его конструкции принадлежала не бронированному гражданскому судну, видимо, вынужденно используемому вместо ожидавшихся мной военных кораблей.

Что, в свою очередь, означала что эта небольшая экспедиция была второпях собрана и выслана впереди основных войск, хотя в то время я не мог полностью обдумать значение этого.

«Сюда, сэр!» – Бентен показал рукой на находящийся в стороне бункер того типа, которые всегда разбросаны вокруг аэродромов и космопортов и мы, не задаваясь вопросом о том, что в нем могло быть, побежали со всех ног.

Гражданское строение, чью дверь нам удалось убедить открыться всего несколькими выстрелами лазгана и ударом моего цепного меча, оказалось складом противопожарного оборудования.

(В тот момент мне это показалось ироничным.)

Мы забрались внутрь помещения, у которого, к счастью, оказались массивные стены и я расположил солдат так, чтобы обеспечить терпимый обстрел через дверь.

«Похоже, это здание можно защищать», – сказал Бентен и я мрачно кивнул.

«И нам придется это сделать», – сказал я.

Несмотря на все усилия стрелков Гидр несколько шаттлов сели более-менее целыми и из них полезли темные фигуры, по большей части хорошо подсвеченные огнем от их посадки, высматривая, с кем сцепиться.

Остальные их тоже видели: солдаты поспешили их перехватить, грузовики и легкие сервисные автомобили неслись через взлетно-посадочные полосы, увлеченно паля из установленных на них стабберов, а более медленные армейские Химеры подтягивались следом за ними, вращая башенками с мультилазерами, разыскивая самые большие концентрации врагов.

Но им не удалось проехать безнаказанно: некоторые из атакующих, вооруженых ракетными установками, начали так сноровисто обстреливать надвигавшиеся броневики, словно были членами расчетов Имперской гвардии.

Я почувствовал как закололи ладони, а потом вздрогнул, когда когда взорвалась одна из Химер; вместо того, чтобы тратить время на истеричное ликование, как все Хаоситские толпы, с которыми я сталкивался раньше, эти просто приготовились к следующему выстрелу.

«Цельтесь в расчеты с тяжелым оружием», – сказал я Бентену, который с явным энтузиазмом передал эту инструкцию остальной команде.

Враг нас пока не видел, но это был просто вопрос времени а я не хотел терять преимущество внезапности.

Если мы сможем выбить ракетометчиков и позволить Химерам работать без помех, то я смогу продолжить прерванную поездку под прикрытием брони, которая защитит меня от любого стрелкового оружия, которое могло бы быть у наших врагов.

Наш первый залп ударил им во фланг, убив нескольких стрелков и пару заряжающих и привлек к нам внимание их стрелков прикрытия.

К моему удивлению, забарабанивший по окружавшему нас твердому рокриту ответный огонь состоял из шторма лазерных лучей, а не был разнообразной смесью пуль устаревшего оружия или чего там они могли еще откопать и мои ладони начали зудеть ещё сильнее.

Что-то в этой ситуации было определенно неправильным.

«Мы получаем отчеты от трибунов в Хавендауне», – произнес в моей комм-бусине напряженный голос, явно в стрессе.

«Три вражеских шаттла приземлились в городе.

Враг развертывается и стреляет в гражданское население.

Трибуны мобилизовали полицейские отряды охраны правопорядка, но не могут их сдержать.»

«Выделите один или два взвода им в поддержку», – проинструктировал я, жалея что не успел добраться до бункера, где у меня был бы хороший большой гололит, который помог бы мне увидеть расположение различных отрядов, не говоря уже о том, что там ощущалась великолепная нехватка еретиков, как раз пытающихся подпалить мне прическу.

Тут на меня накатило вдохновение и я выудил свой инфопланшет из кармана шинели.

«Обновите тактическую информацию на моем планшете.»

К счастью их техножрецы быстро сотворили нужные заклинания а мои комиссарские коды доступа позволили без проблем подключиться к сети СПО и я, наконец, смог бросить быстрый взгляд на расположение отрядов (2), в то время как Бентен с его солдатами с удовольствием закатывали в цинк еретиков.

Стены нашего импровизированного опорного пункта оказались крепки и, к моему тщательно скрытому изумлению, мы до сих пор не имели потерь.

«Третья рота, первый четвертый и шестой взводы», – сказал я.

«Они на транспорте и бездействуют.»

По крайней мере по моим данным они сидели в своих Химерах, готовые обрести смерть или славу, на главной дороге к Хавендауну, ожидая появления несуществующей орды еретиков.

«Но в этом случае южная часть периметра останется беззащитной», – сказал мне мой невидимый собеседник.

«Его не от кого будет защищать, пока враг не устанет убивать гражданских», – сказал я, надеясь что я был прав.

«Вводите их в бой и пусть они положат этому конец.»

Конечно, в тот момент я был больше заинтересован в спасении собственной шкуры, но я понимал, что если мы хотели иметь хоть какую-то надежду в долгосрочной перспективе удержать этот мир, нам было нужно убедить работяг в том, что мы можем их защитить.

Иначе мораль упадет ниже плинтуса и у нас не будет никакой возможности поддержать порядок в этом аду.

«Да, сэр.»

Кто бы там не командовал, ему явно не понравилось что я влезаю в управление войсками, но мне на это было наплевать; я не забыл что у меня оставалось более серьёзное задание от Инквизиции наравне с не менее серьёзной задачей остаться в живых, чтобы потом иметь возможность сказать: «а я вам говорил».

«Они продвигаются», – сказал мне Бентен, разрушив мою иллюзию что я нашел себе безопасную дырку, в которой можно пересидеть пока шум не утихнет.

«Стреляют в перебежках».

«Вы уверены?» – спросил я.

Из моего опыта вытекало что обычно силы Хаоса двигаются в едином нескоординированном порыве, вопя всякую богохульную тарабарщину и мило умирают сразу целыми группами, вместо того, чтобы демонстрировать хоть что-то, похожее на тактику.

Бентен кивнул, явно задетый подозрением в моём сомнении в его способностях и показал на дверной проем.

«Сами убедитесь», – сказал он.

«Я не сомневаюсь что вы правы, – сказал я, как можно лучше сглаживая ситуацию, – но это очень необычно.»

Я всматривался в сумерки поля боя, какое то мгновение неспособный отличить своих от чужих в сгущающемся мраке, который представлял опасность сам по себе.

Химеры и скоростные автомобили смяли их фланги и теперь, когда мы серьёзно уменьшили их возможности бороться с броней, большая часть сил Хаоса отступала в нашем направлении.

И это нехорошо.

Когда залп лазерных лучей выбил кратеры на защищавшем нас рокрите, я рефлекторно нырнул вниз, а потом несколько раз выстрелил в ответ из своего пистолета. Без особого, впрочем, успеха.

Как сержант и сказал, в то время как половина нападавших обстреливала нас, не давая поднять головы, остальные неясные фигуры торопливо двигались к нам, перебегая от укрытия к укрытию и пользуясь участками темноты.

«Убедились?» – спросил Бентен и я кивнул, внезапно почувствовав себя очень заинтересованным.

Рано или поздно один из них подберется достаточно близко, чтобы забросить к нам гранату и тогда все закончится.

«Да.»

«Мне редко доводилось видеть настолько дисциплинированные силы Хаоса», – сказал я, выискивая в базе данных нужный мне позывной.

Конечно, я всегда мог отдать приказ через командный центр, но, как вы заметили, я не особо им доверял, да и такое дело, как сохранение своей шкуры, я предпочитал никому не перепоручать.

Найдя то, что хотел, я подключился к комм-сети с помощью своего комиссарского кода.

«Вакка Ферреус, это Комиссар Каин, прошу взять на борт мой эскорт.»

Как всегда, я говорил так, словно моей первоочередной задачей было обеспечение благосостояние бывших со мной солдат, а не моя собственная несчастная шкура.

«Мы прижаты огнем и враг сейчас подойдет вплотную.»

«Вакка Феррус принял», – ответил голос, в котором слышалось слабое благоговение, и ближайшая Химера понеслась в нашем направлении, плюясь сверкающей смертью из мультилазера в главной башне и дыряря двигавшихся к нам еретиков из установленного впереди тяжелого болтера.

На неё тут же обрушился залп стрелкового огня, усыпав броню следами ожогов и окружив нимбом разноцветных искр от испарявшейся от выстрелов краски, но, кажется, не повредив ничего важного и через несколько мгновений она остановилась возле нашего убежища.

Водитель развернул гусеничный броневик так, чтоб основное вооружение и самая мощная броня смотрели в сторону вражеских солдат и с лязгом опустил трап на рокрит перед нами.

«Сюда!» – командир экипажа с лазерным пистолетом ждал нас внутри и жестами подгонял нас.

«Мы вас прикроем!»

«Весьма обязан», – сказал я ему, немного задержавшись, чтобы удостовериться что никого из солдат не подстрелит пробравшийся сбоку вражеский пехотинец во время короткой, но неприятной перебежки через открытое пространство.

Ничего не произошло и я последовал за ними мгновением спустя, действительно не понимая что оставшись последним в здании я только что снова подтвердил свою незаслуженную репутацию заботящегося о солдатах комиссара.

Я пробежал уже пол пути по открытому пространству, когда краем глаза заметил движение и все понял.

Конечно, как я и боялся, враг обошел нас с флангов: просто они не были настолько глупы, чтобы выдать свое положение, убив нескольких солдат, когда у них был шанс пристрелить Героя Империума.

Я поднял свой лазерный пистолет, но потом заколебался: фигуры во мраке, кажется, были одеты в стандартную броню зенитной артиллерии с эмблемами Муниторума.

«Комиссар, погодите!» – Лидер солдат кричал мне на бегу.

«У меня есть сообщение из командного бункера!»

Я выстрелил в него, сразу утратив все сомнения и он упал, но солдаты продолжали бежать, поднимая свои лазганы.

К счастью, разыгрывая свой маскарад они отвели стволы и теперь им снова нужно было прицелиться прежде чем выстрелить в меня; это дало мне долю секунды и я использовал её, нырнув в раскрытый люк Химеры, из которого тек теплый желтый свет.

Мне вслед ударил залп лаз-лучей, но, к счастью, невозможно одновременно бежать и точно стрелять, поэтому я свалился с ног и перекатился, в качестве ущерба получив слой грязи на шинели и несколько дырок в полах, там, куда попали наиболее удачные выстрелы.

«Комиссар! Как вы узнали?» – командир Химеры, по имени Сержант Блис, если верить трафаретной надписи на его бронежилете, выглядел ошеломленным.

«Если бы из бункеры было что сообщить, они передали бы его по воксу», – ответил я, когда тяжелая броневая плита наконец поднялась, оградив нас от целой бури выстрелов.

И очень вовремя: даже на бегу можно пострелять достаточно много, чтобы в итоге куда-то попасть, особенно если вы стреляете в набитый автомобиль, что, кажется, и делала большая часть отделения еретиков.

Башенка над нами захныкала сервомоторами, быстро развернулась, её мультилазер дважды рявкнул и снаружи все затихло.

Я повернулся к Бентену.

«Выходим наружу», – сказал я.

«Нужно добить их до того как они успеют перегруппироваться.»

«Очень хорошо, сэр», – сказал он, явно решив предоставить командование мне.

Больше чем когда-либо мне хотелось следовать своему первоначальному плану, удрав в бункер и предоставив СПО завершить чистку, но что-то в войсках еретиков продолжало волновать меня и я знал что не смогу успокоиться пока не выясню что именно.

И главное, я знал что Эмберли будет очень недовольна, если я не подтвержу или опровергну родившуюся у меня тревожную мысль.

«Включите освещение», – сказал я Блису.

К этому времени у нас уже не было особого преимущества в сражении в темноте, а я хотел совершенно точно удостовериться в том, что я найду.

Если он и был удивлен, то ничем этого не выдал а просто кивнул в ответ и включил внешний управляемый люминатор когда опустился скат.

Снаружи была такая же путаница, как и в большинстве перестрелок, в которых мне довелось побывать: люди бегали, падали, кричали, стреляли друг в друга, темнота разрывалась мерцающими оранжевыми огнями в тех местах где продолжала гореть техника и развалины зданий.

Яркий белый свет нашей Химеры великолепно привлекал внимание и я какое то время смотрел искоса, пока мои глаза не приспособились, остро осознавая что в тот момент, когда я вошел в конус света, я стал магнитом для огня любого, ещё остававшегося в живых, еретика.

Я обернулся к Бентену.

«Огонь на подавление», – отдал я приказ и отделение выполнило его, открыв полностью автоматический заградительный огонь по ближайшему скоплению солдат Хаоса.

Стрелок Вакка Ферруса сделал то-же самое и они рассеялись, как стая диких уток, наткнувшихся на охотника.

Очень хорошо: я не собирался ждать другого шанса.

Я поспешно побежал, тщательно огибая остро воняющие следы ожогов и кучи обуглившихся хрящей, отмечавших место последнего упокоения пытавшейся заманить меня в засаду группы, пока не добрался до их бывшего лидера.

К моему удивлению он ещё шевелился, мой выстрел был частично поглощен его броней и когда он увидел меня, то попытался поднять оружие.

«Смерть лакеям бога-трупа!» – он задыхался, в глазах его светилось безумие и я ногой отшвырнул его лазган до того, как он смог нажать на спуск.

«И тебе добрый вечер», – сказал я, направив свой пистолет ему в голову.

Он в любом случае долго не протянет, но если все же попытается что-нибудь выкинуть, мне придется впустую потратить выстрел.

Быстрый взгляд на его униформу сказал мне все, что мне нужно было знать и холод чистого ужаса прокатился по моему позвоночнику.

Мое первое впечатление было правильным: это было стандартное снаряжение Муниторума.

Рельефная Имперская аквилла на шлеме и нагрудной пластине была грубо стерта, вероятно каким-то электроинструментом и на их месте был нарисован восьмиконечный символ Хаоса.

С его лазганом поступили точно так-же, и я оставил себе заметку уничтожить все захваченное оружие: если дух оружия был испорчен так – же как и души его владельцев, то оно уже никогда не сможет благополучно вернуться на службу Империуму.

«Что случилось на Мадасе?» – спросил я, узнав эмблему одного из подразделений их полков СПО на плече его френча (3).

Человек мгновение пытался вдохнуть, а потом, к моему удивлению, улыбнулся.

«Варан», – сказал он.

«Варан?» – спросил я расстроено, поскольку в то время это имя для меня ничего не значило.

«Кто такой Варан?»

«Он показал нам правду.

Он освободил нас.»

Замечательно. Вокруг полный аэродром умирающих еретиков, а я взялся допрашивать уже спятившего.

«Когда он придет, он сделает то-же самое с вами.»

«Не сделает, если это будет зависеть от меня,» сказал я, ощущая при этих словах странное предчувствие.

«Для меня всегда будет лучшим слово Императора.»

«Тогда вы прокляты вместе со своим гнилым господином.»

Помоги мне Император, но я клянусь, что он жалел меня.

Он едва не доставил мне неприятностей, когда я почти поздно заметил скрытое движение его руки.

«Смерть слугам…»

«Вы уже внесли свою лепту», – сказал я, нажимая на спуск.

Его голова взорвалась темно-красным туманом и тело резко откинулось обратно, на рокрит. Граната, которую он доставал из кармана снаряжения, медленно выкатилась из его руки и остановилась у моего ботинка.

«Сэр! Вы в порядке?» – спросил Бентен и я внезапно понял что стрельба вокруг нас практически затихла.

Я мгновение послушал переговоры в своей комм-бусине, которые подтвердили что сражение выиграно и покачал головой.

«Нет», – сказал я сержанту.

«Я обеспокоен.

И совершенно этим недоволен.»

Я повернулся и пошел обратно к присвоенной мною Химере, а мои ладони неистово зудели.

Ситуация действительно была очень неправильной, и если опыт всей моей жизни чего то стоил, то вскоре она станет ещё хуже.

(1) В СПО использовалось много атмосферных самолетов с банальным крылом, которые требовали разгона. И даже те, которые могли взлетать вертикально чаще всего тоже использовали взлетные полосы для максимальной загрузки.

(2) Не сомненно один из них был отдан Орелиусу именно для этих целей.

(3) Скорее, я предполагаю, потому что на всех было слово «Мадаса» огромными красными буквами, у него вряд ли было время тщательно их осматривать.


Глава седьмая. | Последнее противостояние Каина | ГЛАВА ДЕВЯТАЯ