home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Цари Михаил Федорович и Алексей Михайлович

Когда царил в Москве государь-царь Михаил Федорович, понесла его супруга благоверная и родила наследника престолу царскому. Посылают гонца от женской палаты поведать царю, что родила царица наследника престолу царскому. Приходит гонец в царскую палату, крест кладет по-писаному, поклон ведет по-ученому, на две, на три, на четыре сторонки поклоняется, а царю великому в особину. Сам говорит такое слово:

— Михайло-царь Московский, великий государь, родила царица тебе наследника царскому престолу.

Царь ответа не дает. Второй раз проглаголил гонец:

— Царю! Царица родила наследника царскому престолу…

Третий раз глаголет гонец:

— Царь! Родила царица сына — наследника царскому престолу!

Глаголет царь Михаил Федорович в ответ таково слово:

— Ай же гонец, не царскому престолу явился наследник: родилась душам пагуба.

Растит Михайло-царь наследника до совершенных лет. Пристарел он, государь, в каменной Москве, — у царского престола, и начал писать рукописание, дописал до такого-то года и месяца, от такого-то числа и часа: в такой-то секунде явится змей трехглавый, — отрубить ему голову…

Однажды среди темной ночи взял государь-царь рукописание отца своего, царя Михаила Федоровича, в свои руки царские: сидит он на царском троне, со скипетром и в жезлах царских, и читает родительское рукописание, и недоумевает, что будет в такой-то час, в такой-то секунде: прослезился он; утер слезы на своем лице белом, и не знает, что делать. А сказано у родителя в рукописании: «Оденься в одежду и в шлем, встань к воротам, подойди ближе к дверям, обнажи саблю из ножен, и явится тебе змей трехглавый, — отрубить ему голову».

Встал государь-царь Алексей Михайлович с ложи царской, облачился в одежду, вынул саблю из ножен и встал к дверям хрустальным: «Господи, поведай, что написано у родителя моего, не могу в голову взять». Когда приходит та секунда, государь поднял саблю и хочет тому, кто откроет дверь, отрубить голову. Вдруг отворяет ворота патриарх Никон. Государь обрадовался и не знает, что делать. Тут забыл он и родительское завещание, и стал слушать Никона.

(«Древняя и новая Россия», 1879, т. 2, № 9)


Царица Марфа Ивановна | Предания русского народа | Никон