home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


~~~

Мойра проснулась от приятной щекотки в районе груди, и, приоткрыв один глаз, увидела Джареда, прикусывающего ее сосок. В комнате было еще темно, короткая стрелка на часах даже не добралась до пяти.

— Мама слишком рано отняла тебя от груди, да, Джаред?

Он фыркнул, но звук получился приглушенным.

— Очень смешно. Пошли в душ. У меня во рту словно дохлая крыса нагадила.

— Спасибо, очень наглядно. Тебе стоило бы подписи к открыткам сочинять...о-ой! Ну, правда стоило бы. А с чего это мы уже встаём?

— Не спится, — пробормотал Джаред, избегая встречаться с ней взглядом. — Всякий раз, стоит мне наконец отключиться, я… тут же просыпаюсь. Вставай.

Через несколько минут, быстро умывшись, он принялся намыливать каждый дюйм тела Мойры под обжигающе горячими струями воды. Мойра громко постанывала от удовольствия. Она всегда считала, что если после мытья кожа не покраснеет как следует, купание не засчитывается.

Про сон Джареда они не говорили. Она даже не была уверена, знает ли он, что ночью бродил по комнате, пытаясь стереть с рук кровь мертвой сестры. Мойра решила не упоминать об этом.

— Ты, наверное, самая умная женщина, которую я когда-либо знал, — неожиданно заявил Джаред, ополоснув ее грудь, а потом вновь намыливая руки и принимаясь скользить ладонями по мягким холмикам. — И уж конечно, самая красивая.

— С чего это ты? И спасибо. Наверное, ты прав. Насчет моего ума, я имею в виду.

— И такая скромная!

Мойра пожала мокрыми плечами.

— В детстве мать относилась ко мне как к кукле — такой маленькой очаровательной светловолосой куколке, которую нужно наряжать, холить и лелеять. Для нее имела значение лишь моя внешность. Поэтому и все остальные обращали внимание только на это. А я была умной девочкой. Действительно умной. Поэтому сейчас я предпочитаю говорить об этом. А как я выгляжу, мне не интересно.

— Я бы не сказал, что у тебя неинтересная внешность, красавица, — заметил Джаред. — Но я понимаю, насколько тебе должно было быть неприятно.

— Ага. Прости за это глупое лирическое отступление о «несчастном детстве бедняжки Мойры». — Она смущенно пожала плечами. — И кажется, грудь у меня уже достаточно чистая.

— Она грязная, — торжественно объявил Джаред. — Правда. Ужасно грязная. Я не успокоюсь, пока не смогу с нее есть.

Губы Мойры дрогнули.

— Да неужели?

Ощущения от его рук, скользящих по коже, казались просто божественными. Мойра еще секунду позволила себе понаслаждаться, а потом вернулась к теме поинтереснее:

— Значит, самая умная?

Стая принимала ее способности как должное, а тех мужчин, что не были с ней близко знакомы, ее мозги волновали в последнюю очередь. Замечательно и неожиданно встретить кого-то, кто не только обратил внимание на ее ум, но ещё и счёл это славным.

— Правда? Ты же, наверное, немало женщин знавал. — «Судя по твоему мастерству в постели, не одну тысячу».

— Ага, — небрежно заметил он. — У тебя IQ выше моего, наверное, пунктов на двадцать-тридцать. — Джаред говорил абсолютно невозмутимо, словно речь шла о размере бюста.

Мойра расширила глаза, не обращая внимания на горячие брызги.

— И тебя это ни капельки не волнует?

— Не-а. — Он небрежно пожал широкими плечами, по которым текли струйки воды. — У каждого есть свои сильные стороны

— Ну… — Мойра тщательно подбирала слова; давно ей не приходилось вести столь интересных разговоров. — Мои знания больше из книг. А ты... скорее хитрый, что ли. И часто, наверное, это даже лучше, чем разбираться в цифрах.

— Знаю, — небрежно согласился Джаред.

— И кто из нас теперь скромничает? — Мойра ущипнула его, а он шлепнул ее по руке.

— Осторожно, у меня невероятная реакция, я могу искалечить тебя.

— Как же, как же.

Его улыбка поблекла, и взгляд стал рассеянным, словно он смотрел не на Мойру, а сквозь нее. Его мысли оказались далеко отсюда.

— Я всегда был хорошим бойцом. Разбивал головы, и все такое. В детстве мне доводилось немало драться — знаешь, парни всегда вились вокруг моей сестры, ее звали Рене…

— Я знаю.

Джаред замолк, руки на ее груди замерли, а синие глаза превратились в узкие щелочки.

— Откуда?

— Она снилась тебе прошлой ночью. Ты звал ее по имени.

— О. — Мойра так и не поняла, чем был вызван румянец, проступивший на его лице, — горячей водой или внезапным смущением. — Ясно. Слушай, надеюсь, я тебя не зацепил? Иногда из-за кошмара я мечусь на кровати. Или хожу во сне.

— Нет, — солгала она. Вообще-то ночью она заработала впечатляющий синяк под глазом. Но к утру он уже рассосался.

— О, ну слава богу.

Мойра налила в ладонь немного шампуня и принялась мыть Джареду волосы, перебирая пальцами длинные пряди. Он рефлекторно изогнулся под ее прикосновениями, а затем продолжил:

— Как бы там ни было, мне приходилось держать ее парней в рамках приличия при помощи кулаков, понимаешь? А отец незадолго до смерти записал меня во всевозможные секции боевых искусств, бокса и всякого такого. Хотел не позволить мне вляпаться в неприятности — он считал, что пока я колочу других на ринге, я буду слишком уставать, чтобы ввязываться в драки. В общем, когда я окончил школу, то мог с легкость надрать задницу любому. И морская пехота была только рада заполучить меня в свои ряды.

— Не сомневаюсь. Значит, поэтому ты решил сам найти убийцу Рене? Защищать её было твоей обязанностью. И когда в тот раз ты не справился, то самое меньшее, что ты мог сделать…

— Угу.

Они умолкли. Джаред, сполоснув волосы, начал мыльными руками ласкать спину и попку Мойры.

«Его оружие это его тело», — подумала Мойра. Он использовал все свое умение драться, чтобы, словно ищейка, выследить убийцу сестры. Именно поэтому он так легко справился с Мойрой. Она всегда воспринимала свою физическую силу как должное. Но приемы карате не помогут, когда в лоб тебе нацелен пистолет. А Джаред — не интеллектуал и не цирковой силач. Он хитрый, быстрый и с легкостью застаёт других врасплох.

«Он гораздо больше похож на волка, чем я», — подумала вдруг она с восторгом.

Может быть, это и есть Он? Ей не придется беспокоиться о том, что она случайно поранит его — он в состоянии сам позаботиться о себе. И уж конечно, не проблема, если он нечаянно навредит ей… На Мойре все быстро заживает, а иногда боль может быть даже приятной. И самое главное, его ничуть не смущает, что она просто ходячий калькулятор. Уже только ради этого стоило бы остаться с Джаредом.

Но ее волнение вдруг угасло, когда она вспомнила об одном простом, но беспощадном факте: Джаред не имел ни малейшего понятия о том, кто она на самом деле. Стоит ему узнать, он быстро — моментально! — исчезнет из её жизни. Если только не сочтёт, что и она тоже виновна в гибели его сестры.

Мойра грустно спросила себя, когда же все успело перевернуться с ног на голову. Вчера она жаждала его смерти. Сегодня слезы наворачивались на глаза при одной мысли о разлуке.

Тем временем его мыльные руки продолжали поглаживать ее тело, а затем твердая плоть прижалась к животу, когда Джаред крепко обнял Мойру, прижимая к себе.

— Мойра… Мойра, — прошептал он, слова едва слышались за шумом воды. — В тебя можно влюбиться. Но если ты что-то скрываешь от меня… — Он вошел в нее одним резким, грубым движением, и она подавила крик, в котором смешались радость и боль. — …Ты об этом пожалеешь.

В этом она не сомневалась.

Он поднял её, заставив обернуть ноги вокруг его талии, и, легко удерживая на весу, прижал к стене, словно бабочку к доске пришпилил.

Он врывался, толкался, пронзал ее. Было больно, потому что Мойра оказалась не готова, но ей нравилась его грубость. Неужели она действительно не снисходила до спаривания с людьми, полагая, что они слабы? Пусть Мойра и сильнее Джареда раза в три, но сейчас ей, лишённой опоры, оставалось лишь покорно принимать его.

Он заполнял ее, проникая до самых глубин. Его движения были гневными, но руки — удивительно нежными, и Мойра вдруг догадалась: «Он сердится, потому что ужасно… хочет меня. Но не может мне доверять».

А дальше думать она не смогла, всё внимание сосредоточилось на том, что Джаред вытворял с ней. Она выгнулась в его руках.

— Мне больно, — прошептала она.

— Знаю. — Он нежно лизнул мочку уха… и прикусил ее.

Теперь его толчки стали менее болезненными, потому что ее тело расслабилось, принимая его, а между ног повлажнело.

— Черт бы тебя побрал, — прошептал он, сверкнув глазами. — Я никогда не хотел этого. Охххххх…

— Извини, — выдохнула она.

— Ты такая скользкая, такая сладкая. Я уже почти… Сейчас я кончу, а... ты… нет.

— Попробуй только! — Но, едва успев выпалить это, она почувствовала, как он пульсирует внутри нее. Внезапно он отстранился, оставив ее дрожать от желания.

— Джаред…

— Ну и что же, черт возьми, нам делать, ясноглазая?

— Джаред…

— Это простой вопрос, Мойра, — снисходительно заметил он, нагло ущипнув ее за сосок. О, как же она его ненавидит! — В тебя можно влюбиться, но мне-то отвлекаться нельзя.

Пальцы скользнули ей между ног, нашли пульсирующий клитор, стали поглаживать, потирать его, даже очень-очень осторожно сжимать. Ноги Мойры дрожали, она едва не сползала на пол; голова металась из стороны в сторону по стене душевой кабины.

— Ты оказалась в самом центре этих неприятностей, красавица, и я тебе не завидую. Весь вопрос в том, что ты теперь собираешься делать?

— По-жа-луй-ста-а... — Слово вырвалось против воли, его просто вытянули из неё насильно. — Пожалуйста, Джаред, не заставляй меня просить.

— Но, солнышко, — раздался шепот у самого уха, — ты уже просишь.

Она потерянно застонала. Сжалившись, он опустился перед ней на колени, раздвинул ноги и стал целовать, ласкать, облизывать.

И сразу же мелкие судороги сотрясли ее тело, не принося облегчения, заставляя испытывать дикую животную похоть, желать большего, мечтать о нём внутри себя.

— Еще, — простонала она, требуя, настаивая. Умоляя.

Ничего не сказав, он вытащил ее из душевой кабины.

Капли воды стекали по их телам, когда Джаред, нагнув Мойру над ванной, брал ее снова и снова, пока крики не разнеслись эхом по комнате, а у нее больше не осталось сил держаться на ногах. Мойра рухнула на пол, все еще чувствуя спазмы последнего оргазма.

Так и не произнеся ни слова, Джаред поднял ее на ноги, вытер большим пушистым полотенцем, отнес в спальню, и бережно, как драгоценное сокровище, укутав одеялом, оставил ее дремать.

«Люди слабы? Черта с два», — успела подумать Мойра, проваливаясь в сон.


Глава 7 | Волчица Джареда | Глава 8