home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


2001 год

Виктор Иванович Корнеев стоял на палубе антикварного теплохода «Синильга», грузившего лес в маленьком финском порту Ловиса, и смолил папиросу — старому доброму «Беломору» он так и не изменял, несмотря на теперешнее обилие в магазинах и ларьках любых западных сигарет.


Дальние рейсы остались в прошлом: теперь Корнеев работал суперинтендантом в солидной судоходной компании и если и бывал на пароходах, то совсем в ином качестве и кратковременно — в командировках. Он вёл свою группу судов (одним из которых и была древняя «Синильга»), отвечал за их техническое состояние и снабжение, за своевременное прохождение очередных регистровых освидетельствований и оформление соответствующих документов, за ремонт, за оперативное разрешение то и дело возникавших с его подопечными судами форс-мажорных ситуаций. В общем, делал всё от него зависящее, чтобы суда его группы исправно ходили из порта в порт и возили грузы или ловили рыбу, принося судовладельцам желаемую прибыль.


Все дела на борту «Синильги» закончены, можно отправляться обратно в Питер. На машине час до границы и часа три после её пересечения — чистой езды не так много. Всё зависит от того, как долго они проторчат на КПП в Торфяном — там можно и зависнуть, — а при хорошем раскладе оказаться дома около полуночи вполне реально.


И где там Сашку черти давят? Уехал час назад по местным магазинам — его кошка, тварь избалованная, жрёт только «Вискас», и не изготовленный в Одессе на Малой Арнаутской, а исключительно настоящий, зарубежного разлива, — и пора бы ему уже вернуться. Животных Виктор любил, но его домашний питомец по кличке Капот, полосатый котяра с ангельским голоском и бандитской мордой, исправно поедал отечественное мясо и рыбьи головы и не претендовал на деликатесы из так называемых цивилизованных стран.


В кармане куртки заверещал сотовый телефон. Корнеев вынул трубку — на дисплее высветился его домашний номер. «Интересно, — подумал Виктор, нажимая кнопку, — что там такое? Вряд ли Татьяна стала бы звонить на трубку по международному тарифу только из-за того, что Капот-бестия расколотил очередную чашку или прищемил лапу. Мобильник служебный, и платит фирма, но список звонков иногда проверяют, и можно нарваться на выговор за перерасход лимита в личных целях».


— Да, Танюша.


— Витя, вы там уже знаете? — голос жены дрожал от волнения.


— Знаем что?


— В Америке какой-то грандиозный теракт, самолёты врезались в здания World Trade Center на Манхэттене! Тут по телевизору чуть ли не по всем программам крутят повторы. Ты когда вернёшься?


— Мы уже собираемся. Не волнуйся, через несколько часов буду дома.


…Очень поздно ночью (или очень рано утром — три часа пополуночи можно считать и так, и этак) они с Таней сидели перед телевизором, на экране которого шла и шла одна и та же видеозапись.


…Чёрный дым, вытекающий из горящей башни Всемирного Торгового Центра в Нью-Йорке… Медленно летящий на уровне средних этажей громадного небоскрёба самолёт… Вот он разворачивается, и… По серому телу второго здания словно полоснул исполинский клинок, из длинной резаной раны, пересёкшей почти всю толщу гигантского сооружения, выплёскивается пылающая кровь смертельно раненого титана… Потом башня плавно оседает вертикально вниз, стоймя, не отклоняясь в сторону, словно проваливаясь под землю… Клубы густой серой пыли растекаются по ущельям улиц… И люди: бегущие, кричащие, плачущие…


Когда в очередной раз появился кадр с изображением мечущихся в панике людей, Корнеев вдруг сказал жене:


— Знаешь, а ведь это, — и он показал глазами на телеэкран, по которому медленно и неотвратимо расползалось серое облако, похожее на неведомого монстра, глотающего одну за другой замершие посередине улицы автомашины, — я уже где-то видел. Только вот никак не могу вспомнить название фильма…


* * * | Криптоистория Третьей планеты | * * *