home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


СРЕДИ ОВЕЦ

Ночь опустилась на болота Коннемары. С запада дул порывистый ветер, сотрясая верхушки немногочисленных деревьев. Скрюченные кусты на горных склонах, казалось, пригнулись еще больше. На небе сияла яркая луна, освещая одинокую путницу, которая прошла через ворота Онанэйр, перешла реку и сделала крюк, обходя Киллароне. Деревушка состояла из нескольких бедных крестьянских дворов. Собаки залаяли, но потом, испуганно поскуливая, поджали хвосты, узнав, кто нарушил их покой. Однако ночную путницу не интересовали ни собаки, ни люди, ни даже скот, который эти собаки охраняли.

Миновав дома, она пустилась бежать. Она бежала гораздо быстрее и легче, чем это смог бы человек. Скоро показалась следующая деревня. Путница снова сделала большой крюк, на этот раз на запад, так как именно там на холмах за рудником и была цель ее путешествия. Молодая женщина замедлила бег и посмотрела на голое место, которое, словно рана, светилось на склоне горы. На нем возвышалось несколько хижин, в которых жили рабочие: бледные худые мужчины, женщины и их дети, которые за нищенскую плату надрывались в круто спускающихся туннелях под землей или же при помощи молота и резца разделяли добытую породу на руду и вскрышные породы. Два тощих коня бегали по кругу, поднимая лебедкой клети. В отдельной хижине хранился черный порошок. Люди добывали руду из светлого мрамора и чернозеленой глубинной породы. Ненужное они сваливали в кучи, а ценную руду отвозили на конной упряжке в Утерард или к берегу ЛохКорриб. Какое же это было кощунство!

Лунный свет мягко окутывал грациозную женскую фигуру с длинными белыми волосами. Взгляд темнозеленых глаз все еще был направлен на рудник Гленгоула. Женщина до сих пор не привыкла к этому виду, хоть люди и добывали здесь серебряные и свинцовые руды уже почти тридцать лет. Несмотря на то что там никого не было видно и света в маленьких домах становилось все меньше, под землей еще работали. Благодаря острому слуху женщина расслышала голоса, потом увидела, как двое рабочих торопливо вылезли из шахты и отошли на несколько шагов. Взрыв сотряс землю. Из отверстий в горе повалило облако дыма и пыли и словно саваном покрыло изувеченную природу вокруг. Мужчины устало зашагали к своим хижинам. Длинный рабочий день наконец закончился. Завтра утром, когда пыль в туннелях уляжется, они достанут наверх отколовшиеся глыбы. Закрылась последняя дверь. Снова стало тихо.

Неожиданно женщина почувствовала движение позади себя. Она давно должна была учуять его, но дым от взрыва все еще притуплял ее чувства. Не успела она обернуться, как ее обхватили две сильные руки, заключив в железные объятия. Ани была сильной, но мужчина был еще сильнее. Она почувствовала его горячее дыхание у своего уха.

– Я ждал тебя. Ты опоздала. Разве ты не знаешь, что каждое мгновение без тебя кажется мне вечностью?

Он немного ослабил хватку, и она смогла повернуться к нему и посмотреть в его желтые глаза с красным блеском. Какой же он был большой и какой худой! Ани тоже обняла его и прижалась щекой к его груди.

– Я не могла прийти раньше. Прости. Мне не хотелось вызвать какиелибо подозрения, а поверь, это очень легко было сделать!

Перегрин отпустил ее и нежно погладил поднятое к нему лицо, когдато прекрасное, но теперь обезображенное двумя шрамами на правой щеке. На запястьях и лодыжках навсегда остались следы истязаний.

– Любовь моя, – прошептал он, – пойдем. Давай покинем это место и насладимся одиночеством болот.

Она лукаво улыбнулась ему и поцеловала в губы.

– Да, давай поохотимся. Ты же не хочешь сказать, что не чувствуешь голода?

– Нет, это было бы неправдой. И мне нравится лететь в лунном свете так же быстро, как ночной ветер, и, конечно, бок о бок с тобой.

Ани прижалась к нему всем телом и еще раз поцеловала. Перегрин ответил на ее поцелуй и объятия с такой страстью, что, наверное, сломал бы ей ребра, если бы она была обыкновенной женщиной. Потом он отступил на шаг и запрокинул голову, словно в немом крике. Она смотрела, как меняется его лицо: оно стало вытягиваться, пока не превратилось в волчью морду. Тело вздрогнуло и изогнулось. Перегрин упал на четыре лапы. Сквозь его кожу пробивалась шерсть. Только глаза остались прежними. Ани знала, каким невероятным доказательством любви и доверия было то обстоятельство, что он позволял ей присутствовать во время его превращения. А ведь в этот момент оборотень был более всего уязвим. Теперь перед ней стоял серый волк и смотрел на нее желтыми глазами. Она почувствовала его нетерпение.

– Подожди, любимый. Скоро я буду готова.

Ани закрыла глаза и подняла руки. Ее пальцы скрючились, губы зашевелились, произнося беззвучные слова. Облако тумана окутало ее и закружилось. А когда новый порыв ветра разогнал туман, на ее месте уже стояла волчица. Она была немного меньше, шерсть была несколько светлее, чем у большого серого волка, взгляд которого все еще был направлен на нее. Перегрин радостно завыл. Волчица потерлась о его бок и лизнула нос, после чего внезапно ринулась прочь. Ее ликующий вой раздался уже изза кустов. Перегрин не заставил себя долго ждать. Он ответил на ее призыв и последовал за ней.

Вирад приплыли из Лондона только следующей ночью, хотя находились ближе всего к Ирландии. Возможно, Мэрвин был прав: они сделали это намеренно и так, чтобы ирландцы поняли это. В любом случае Алисе показалось, что тон Доннаха был немного прохладнее, когда он приветствовал Малколма, Ирен, Ровену и их слуг. Он не стал демонстрировать перед ними свои способности, вместо этого сразу же отправив их к другим юным вампирам. Все собрались на большом дворе за сторожкой, из которой происходило наблюдение за подъемным мостом. Юные наследники с нетерпением ждали, кто же станет их первым наставником и чему он будет их учить.

Алиса попыталась незаметно подобраться ближе к Малколму. Он был все так же хорош и еще больше возмужал. Он был большим и сильным. У него были глаза сияющего синего цвета и белокурые волосы, немного отливающие медью. Малколму исполнилось семнадцать. Скоро будет проведен ритуал, и его примут в ряды взрослых вампиров. Алиса была рада, что он решил провести этот год в академии. Она испытала теплое чувство, когда подошла к нему и он приветливо ей улыбнулся.

– Алиса, как я рад видеть тебя снова!

– Я тоже, – смущенно проговорила она и услышала, что ее голос прозвучал както странно. – Я, конечно, имею в виду «видеть тебя снова», а не то, что ты сказал…

Алиса запнулась и смущенно замолчала. Да что с ней такое?

Малколм улыбнулся еще шире, но это не было похоже на оскорбительную насмешку Франца Леопольда. Теперь она должна была сказать чтото, что вызвало бы восхищение в его глазах или смех. Но в голове у Алисы было пусто. Ей не оставалось ничего иного, как молча смотреть на него и спрашивать себя, что с ней происходит.

– Как прошло плавание? Все хорошо? – наконец спросил Малколм. Наверное, для того, чтобы покончить с неловкой паузой.

Алиса кивнула:

– Да, это было очень увлекательно. Я еще никогда не путешествовала на корабле, хоть мы и живем на пристани. Мы плыли на том же корабле, что и Дракас. А потом ночью на палубе я наткнулась на Франца Леопольда.

– Какая трагическая встреча! – теперь в голосе Малколма отчетливо слышалась ирония.

– В ней не было ничего трагического! – возразила Алиса. – Хоть встретиться с ним можно было бы и позже!

Малколм поднял брови.

– Неужели? Чтото не верится. Я бы скорее подумал, что за лето ты соскучишься по вашим словесным дуэлям.

– Соскучусь по Францу Леопольду?! – воскликнула Алиса громче, чем собиралась. – Совершенно нет! Если я по комуто и соскучилась, то только по Иви и Лучиано, – и по тебе, по твоим синим глазам, при взгляде на которые у меня подкашиваются ноги,  – но точно не по этому надменному…

– …элегантному и красноречивому вампиру, с которым ты не можешь сравниться в уме и красноречии?

К ним незаметно подошел Франц Леопольд и подмигнул Алисе. И, к неудовольствию юной вампирши, она действительно несколько мгновений не могла придумать, что же ей ответить. Слишком сильно она боялась, что венец сможет прочитать ее мысли. Но Малколм снова помог ей прервать неловкое молчание.

– Твой брат, судя по всему, восхищен оборонительными сооружениями замка.

Алиса посмотрела на Таммо, который забрался на ствол огромной старой пушки и как раз в этот момент наклонился, чтобы заглянуть внутрь.

Вампирша улыбнулась.

– Есть одна интересная история о трех пушках. Мэрвин недавно рассказал ее нам. Эти пушки находились на корабле под названием «Жирона». Он входил в состав испанской «Непобедимой армады», которая в 1558 году поплыла в Англию, выступив против королевы Елизаветы Первой. Во время шторма «Жирона» налетела на рифы недалеко от берега. Сокровищ с корабля хватило роду МакДоналсов на постройку этого замка, а еще им удалось спрятать эти пушки.

В этот момент к ним наконец подошла вампирша клана Лицана, которая должна была начать их обучение в Ирландии. К удивлению Алисы, это была служанка Катриона.

Она провела их через ворота и мост к передовым укреплениям замка. Вампиры вышли через главные ворота.

Перед ними открылась широкая равнина, лишь вдалеке виднелась гряда холмов. Трава при солнечном свете определенно должна была быть сочного зеленого цвета. Вдоль дороги были выложены стены из валунов. А по краям тропинок, изборожденных следами от тележек, рос боярышник, терн и фуксии. Между кустарниками и стенами паслись овцы. Время от времени по пути попадались низенькие хижины с поросшими мхом крышами, из труб которых поднимался слабый дымок. К каждому дому был обязательно пристроен сарай или хлев для лошади или пары коз.

Катриона молча вела их вперед. Большинство Лицана не носили обуви, так же как и эта служанка, и у них была похожая одежда. И мужчины и женщины облачались либо в длинные платья, либо в штаны и туники до колен. Одежда была сделана из мягкой струящейся ткани зеленого или коричневого цвета. Это позволяло не выделяться в ночи, слившись с природой. По приказу Доннаха еще ранним вечером такая одежда была роздана гостям, как наследникам, так и слугам. Как и следовало ожидать, Дракас из Вены стали бурно протестовать, но ирландского предводителя ничто не могло поколебать. Единственная уступка, которую он сделал, – это облегающие ботинки из мягкой кожи, которые Доннах предложил всем желающим. Кроме Дракас и Вирад обувь взял и Лучиано. Алиса же наслаждалась ощущением прохладной влажной земли под босыми ногами. Из своего багажа она захватила лишь маленькую сумку, которую повязала на пояс. В этой сумке она хранила несколько вещей, от которых не могла отказаться. Ведь никогда не знаешь, что может случиться! Новая одежда Алисы была бледнозеленого цвета и даже отливала голубым в лунном свете. Штаны и туника так мягко облегали ее тело, что она почти не чувствовала их, и что самое главное – ткань не издавала ни малейшего шороха.

Вампиры свернули в ложбину. Здесь телеги оставили глубокую колею в размокшей от дождя земле. Кусты по бокам выросли в непроглядную стену, образовав зеленый туннель. Со всех сторон доносились шорохи и писк. Под кустами, следя за ними, блестели маленькие желтые и красные глаза. Потом изгородь резко закончилась и вдоль дороги возвышалась лишь невысокая стена из валунов.

Катриона грациозно перепрыгнула через стену и приземлилась на сочную траву, которой порос невысокий холм. Алиса повторила за ней прыжок, в то время как Лучиано сначала залез на стену, а потом упал в траву.

Лицана подождала, пока вокруг нее соберутся все наследники. Тени гостей остались несколько в стороне под деревьями, внимательно наблюдая за подопечными. Алиса увидела, что Хиндрик стоял рядом с Франческо и Леонардой, которые служили кузине Лучиано Кьяре. Вампир Винсент в детском обличье держался возле двух других слуг лондонских наследников. Скорее всего, он снова приехал с полным собранием сочинений о вампирах, аккуратно сложенных в нескольких гробах. И только Пирас из Парижа опять явились без слуг.

Катриона подняла руки, и еще до того, как она произнесла первое слово, внимание присутствующих было направлено на нее.

– Итак, начнем. Превратиться в животное и вернуть себе прежний облик не так уж просто. Сначала нужно хорошо изучить животное, в которое вы хотите обратиться, узнать, как оно воспринимает окружающий мир: видит, слышит звуки и запахи, как двигается. Поэтому мы начнем с того, что будем исследовать этих созданий. Даже если мы просто позовем их и захотим управлять ими, подчинив своей воле, нам следует сначала научиться проникать в их разум. Как вы думаете, от чего это может зависеть?

Она посмотрела на учеников. Естественно, никто не изъявил желания ответить. Дракас молчали, потому что считали ниже своего достоинства участвовать в занятиях, Джоанн и Фернанд вообще не слушали, а шептались с Таммо. Вирад из Лондона, наверное, предложили бы какойнибудь ответ, если бы вопрос задала не ирландка. А Лучиано лишь пожал плечами. Алиса нерешительно подняла руку.

– Да? Алиса де Фамалия, правильно?

– Да, профессор. Мне кажется, что с высокоразвитыми существами проделать такое труднее, чем с более простыми.

– Хорошая мысль, но ты не должна называть меня профессором. Меня зовут Катриона. Есть еще какиенибудь соображения?

На этот раз вызвалась Кьяра. Даже в свободном одеянии ей удавалось выглядеть женственной и утонченной. А ведь ей, как Алисе и Лучиано, было всего четырнадцать. У нее было круглое лицо и длинные черные локоны.

– Я думаю, что превратиться в маленькое существо сложнее, чем в большое.

Катриона кивнула.

– Хорошая мысль. Другие мнения?

Наконец вызвался Малколм. Он посмотрел Катрионе в глаза и сказал:

– Все зависит от воли!

– Ты можешь объяснить нам свою мысль? – Катриона спокойно выдержала его взгляд.

– Даже не представляю, чтобы подобное было позволено комуто из наших теней, – услышала Алиса голос Анны Кристины. – Она ведь нечистокровная! Ее нужно поставить на место!

Катриона проигнорировала ее слова, попрежнему глядя на Малколма.

– Так что с волей?

– Возьмем, например, человека. Подчинить человека со слабой волей намного проще, чем человека с сильным характером.

Катриона снова кивнула.

– Хорошо, давайте подытожим три самых важных момента: величина, уровень развития и сила духа или сила воли живого существа, как выразился Малколм. У мыши воля слабее, но это животное развито значительно больше, чем насекомое, хотя они оба очень маленькие. Но именно поэтому направить мышь в соответствии с ее природой несложно. Заставить ее сделать чтото сверх ее способностей или обратиться в нее, напротив, не так просто. С другой стороны, летучая мышь – высокоразвитое животное, но в процессе эволюции она приобрела способность летать, а мы – нет, и размер у нее небольшой. А основная проблема в превращении в волка, который близок нам по характеру и образу жизни, заключается в силе его воли. Гораздо легче обратиться в волка, чем приказать ему!

– Но Иви же может приказывать Сеймоуру, – сказал Лучиано. – Он слушается ее и не отходит от нее ни на шаг.

Катриона посмотрела на него.

– Да, Сеймоур не отходит от нее ни на шаг. Но выполняет ли он приказание ИвиМэри или делает это по собственной воле?

Слова Катрионы вызвали у Алисы смутные воспоминания. Она мысленно вернулась в Рим, к событиям, связанным с Иви и Сеймоуром, и какоето время не слушала Катриону. Та продолжала говорить о трудностях физического обращения и проблеме сохранения ясности собственного разума, чтобы не потеряться в разуме животного.

– И поэтому мы начнем с подчинения слабовольных животных, – закончила Лицана вступительную часть.

Катриона развернулась, немного подняла руки и взмахнула ими, словно приглашая когото войти.

– Ах, наверное, она выманивает крыс и мышей из нор? – съязвил Лучиано.

– Нет, не крыс и не мышей, – возразила Кьяра и показала на белые пятна, которые появились из темноты и стали медленно приближаться. – Овцы! – И она захихикала.

– Да, овцы, – подтвердила Катриона и снова повернулась к юным вампирам.

Первые пушистые овечки уже терлись черными головами о ее ноги и тихо блеяли. Казалось, они не осознавали опасности, которая нависла над ними, ведь они были сейчас окружены охотниками, которые быстрее и опаснее любого зверя.

Анна Кристина отшатнулась с выражением явного отвращения на лице.

– Мы что, должны заниматься этими вонючими овцами?

– А я считаю, что они пахнут вкусно, – возразил ей толстый Маурицио и облизнулся.

– В настоящий момент мы не рассматриваем овец как еду, – сказала Катриона, не повышая голоса, но тем не менее Маурицио немного пригнулся. – Теперь разделитесь по двое или по трое и подыщите себе овцу.

Алиса повернулась к Малколму. Их взгляды встретились, но Лучиано уже тянул ее за рукав.

– Пойдем, мы возьмем себе вон ту белую овцу. Она выглядит слишком ленивой, чтобы сопротивляться.

Пока Алиса думала, пригласить ли Малколма к ним, к нему подбежала Кьяра. Малколм вежливо поклонился и кивнул. Алиса почувствовала укол ревности и, резко отвернувшись, пошла вместе с Лучиано к овце, которую он выбрал.

– И что нам теперь делать? – спросил Лучиано и с нетерпением посмотрел на Катриону.

Он неожиданно помрачнел, и Алиса не особенно удивилась, когда позади них раздался голос Франца Леопольда.

– Вы нашли себе самый толстый экземпляр. Думаете, он просто не сможет убежать, или это Лучиано стремится к себе подобным?

– Что ты хочешь? – накинулся на него Лучиано.

– Помочь вам в ваших упражнениях, чтобы вы не опозорились перед всеми, – ответил Франц Леопольд.

– А ты не мог бы оставаться вместе со своими противными родственниками? – прошипел Лучиано.

– Если ты хоть немного умеешь считать, ты заметишь, что их уже трое. И кроме того они решили не выполнять это упражнение. Это ниже их достоинства.

Алиса с любопытством наблюдала за сценой, которая разыгралась внизу у стены. Катриона подошла к трем Дракас, которые стояли там, скрестив руки, всем своим видом показывая, что не собираются ничего делать.

– Неужели ты думаешь, что мы будем заниматься овцами? – Голос Анны Кристины прозвучал невероятно дерзко.

– Почему нет? Я задала вам это упражнение как раз потому, что эти животные не отличаются большим умом, и поэтому вы сможете справиться с заданием. А теперь идите и выберите себе овцу!

– Ты думаешь, мы позволим, чтобы нами командовала нечистокровная? – парировал Карл Филипп.

В этот момент Мэрвин судорожно вдохнул и испуганно уставился на Дракас, но лицо Катрионы сохраняло приветливое выражение. Только глаза немного сузились.

– Ну, я действительно думаю, что вы будете меня слушаться, так как вы приехали в Ирландию, чтобы чемуто у нас научиться.

Алиса увидела, как ее пальцы задвигались. Лица Дракас странным образом застыли. Потом венцы пошли по лугу, так, словно их потянули за нити, и остановились у одной пятнистой овцы, которая доверчиво заблеяла им навстречу.

– Теперь мы можем начинать. Я хотела бы, чтобы вы сконцентрировались на разуме вашего животного и заставили его следовать за вами. Будьте внимательны. Сейчас я уберу свой разум и снова освобожу волю стада.

– Это не может быть тяжело, – самонадеянно сказал Лучиано, но прежде чем хоть ктото из них успел отреагировать, толстая овца издала пронзительный крик и вместе с детенышем побежала прочь от них по лугу.

У других дела обстояли не лучше, и всего за несколько мгновений все овцы исчезли за холмом.

– А чего вы ожидали? Вы хищники, хуже волков. Чтобы понять это, овцам вполне достаточно инстинкта. А от диких зверей они всегда пытаются спастись бегством. Это их естественное поведение. Сейчас я верну стадо.

На краю холма уже появились первые животные и покорно засеменили к ним. На этот раз юные вампиры наблюдали за происходящим с большим уважением. Алиса почти сразу разглядела выбранную ими жирную овцу с ягненком и направилась к ней. Лучиано великодушно пропустил ее вперед, да и Франц Леопольд не возражал.

«Конечно, ведь он хочет насладиться моим провалом», – подумала Алиса и посмотрела на овцу, которая мирно паслась у ее ног.

«Естественно. Ты угадала»,  – прозвучал голос Франца Леопольда у нее в голове.

– Оставь! Мне нужно сосредоточиться.

Как же легко он проникал в ее мысли, и как тяжело ей было закрывать от него свой разум.

«Да, тебе так же сложно удержать при себе свои мысли, как и слова. Ты все время должна вмешиваться и давать комментарии. Такая уж ты есть».

– Приготовьтесь. Сейчас я начну медленно убирать свои мысли, – крикнула Катриона.

Алиса уставилась на овцу, которая замерла, не дожевав, и уставилась на Алису в ответ. Вампирша пыталась отыскать разум овцы, но находила лишь смутные чувства.

– Все хорошо. Тебе не нужно нас бояться, – сказала Алиса низким голосом, продолжая смотреть на овцу.

Она почувствовала, как внутри животного поднимается беспокойство и сопротивление, как его инстинкт подсказывает, что чтото здесь не так! Но тем не менее пока что ее овца не присоединилась к другим, которые снова пустились наутек.

«Ах, ты это делаешь лучше, чем я ожидал. Две родственные души, которые наконец встретились?»

Алису захлестнула волна гнева, разорвав связь с разумом овцы. Животное тут же с испуганным блеянием помчалось прочь.

– Большое спасибо! – рассердилась Алиса.

Так как за это время большая часть овец убежала, Катриона снова призвала стадо. Только Мэрвину удалось удержать животное рядом с собой, да еще и заставить его бегать за ним как собачонка. Это никого не удивило. В конце концов, он был Лицана и вырос в Ирландии. А вот что удивило Алису, и не только ее, это успехи обоих Пирас. Джоанн рассмеялась, когда овца лизнула ей руку.

– Дай и мне попробовать, – потребовал Таммо, и овца тут же обратилась в бегство.

Фернанд захихикал и почесал животик крысе, которую до сих пор повсюду таскал с собой. Она любила сидеть у него на плече, где могла нисколько не опасаться кота Маурицио.

Неудача Дракас была, скорее всего, связана с недостаточным усердием, в то время как Носферас просто не имели опыта в обращении с животными. Не только Лучиано, но и Кьяра не смогла удержать овец. После нескольких попыток Маурицио удалось подойти к овце, но потом им овладела жажда и он впился ей в шею. Однако животное с неожиданной силой вырвалось из его хватки и помчалось прочь.

Алиса повернулась к Францу Леопольду, который, по всей видимости, боролся с теми же трудностями, что и она.

– Но ведь для вас, Дракас, это должно быть легко. Вам же удается проникать в разум людей и вампиров и читать их мысли.

– Здесь не подходит это сравнение, – сказала Катриона, которая незаметно подошла к ним сзади. – Мысли людей и вампиров похожи. Они представляют собой привычный образец, в который нужно лишь вклиниться. Разум животных – иной.

– То есть ты хочешь сказать, что поставить себя на место этой глупой овцы труднее, чем на место человека или вампира? – фыркнул Франц Леопольд.

– Для высокоразвитого разума, который не готов опуститься до примитивного мышления и чувств животного, это просто невозможно!

Франц Леопольд сощурил глаза.

– Тогда дай нам чтонибудь посложнее.

– Например, это? – спросила Катриона и вытянула руку.

На другом конце луга со старого дерева поднялся орел и полетел прямо к ней. Он сел на вытянутую руку, обхватив ее когтями. Орел сложил крылья и внимательно посмотрел на Катриону, словно ожидал приказов.

– Да, это мне больше по вкусу.

В глазах венца загорелся огонек.

– Тогда позови его к себе. Если тебе это удастся, ты сможешь спокойно забыть об овце.

Алиса и Лучиано с любопытством ждали, что же произойдет. Алиса почувствовала, как Франц Леопольд сосредоточился. Он не мигая уставился на орла. Но тот, хоть и повернул к нему голову и посмотрел в ответ, даже не попытался слететь с руки Катрионы.

– Он не хочет открываться мне, – прохрипел Франц Леопольд. – Потому что ты этому мешаешь!

Катриона покачала головой.

– Орел – существо с высокоразвитым интеллектом, он распознал мои силы, поэтому решил остаться со мной. Я могу приказать орлу все, что позволено ему его природой. Я могла бы сказать ему, чтобы он принес мне крысу с плеча Фернанда.

– Нет! – закричал Фернанд, схватил возмущенно пискнувшую крысу и сунул ее за пазуху.

– Или одного из кроликов, которые резвятся вон там внизу.

Катриона не успела договорить, как орел расправил крылья и полетел прочь. Всего через несколько мгновений он вернулся с молодым кроликом в когтях и безропотно отдал Катрионе свою добычу.

Маурицио с голодным взглядом подошел ближе.

– Я тоже обязательно приручу такого орла.

– Чтобы он обеспечивал тебя кровью? – с серьезным выражением лица сказала Катриона. – Существуют гораздо более важные задачи, для решения которых они могли бы нам послужить. Мы, например, используем орлов, чтобы передавать сообщения. Но если на данный момент твое самое большое желание получить кровь – пожалуйста.

И она протянула ему еще теплого кролика. Маурицио с удивлением посмотрел на нее, но потом усмехнулся и вгрызся в бедное животное.

Катриона вновь повернулась к Францу Леопольду.

– Ну что? Я могу отпустить орла?

– Да, – неохотно проворчал венец, после чего побрел прочь в поисках убежавшей овцы.

Катриона же снова призвала овец, которые отделились от основного стада, и дала вампирам новое животное. Алисе как раз удалось положить руку на голову овцы, когда Лучиано удивленно воскликнул. Алиса подняла глаза.

– Этого не может быть!

Алисе даже показалось, что она услышала в голосе Лучиано чтото вроде зависти. Франц Леопольд спускался к ним с вершины холма, засунув руки в карманы, и выглядел очень довольным собой. А позади него семенили две овцы, мама и детеныш, и при этом старались не отставать от него. Подойдя к Алисе и Лучиано, Франц Леопольд вытянул руку, и животные легли у его ног.

– Это вам, – покровительственно сказал он. – Только не пугайте их.

– Как ты это сделал? – спросила Алиса.

– Ах, знаешь, это не так уж трудно, если быть готовым к тому, чтобы опуститься до уровня этих созданий. Конечно, я имею в виду для такого вампира, как я, – добавил он, бросив косой взгляд на Лучиано, – стоящего намного выше всех этих животных. Вы же сами должны понять, как справиться с заданием.

Лучиано снова гневно сжал кулаки, но Алиса лишь бросила на Франца Леопольда холодный взгляд.

– Хватит важничать. Это уже смешно.

Франц Леопольд приложил руку к груди и насмешливо поклонился.

– Ну, хорошо, тогда покажи, что ты можешь.

У Алисы были не такие большие успехи, как у Франца Леопольда, но тем не менее она смогла многому научиться этой ночью, пока Катриона наконец не отпустила овец и вампиры не вернулись в замок. Лучиано шел рядом с Алисой и огорченно молчал.

В Риме члены его семьи всегда показывали лучшие результаты, так как веками учились сопротивляться силе Церкви – даже если у Лучиано эта способность была развита меньше, чем у Кьяры и его кузена. Однако теперь ему и другим членам его семьи предстоял тяжелый год. Алиса любила трудности, и ей нравилось преодолевать их, добиваться успеха. Такое честолюбие было чуждо Лучиано. Алиса услышала, как он тихо вздохнул, но не знала, что сказать ему в утешение.

Бежавший перед ней Франц Леопольд внезапно остановился.

– Она вернулась, – прошептал он.

Он замер в конце дороги, пристально глядя на ворота, из которых вышли двое: белый волк и хрупкая вампирша с длинными серебряными волосами, развевающимися на ночном ветру. Иви и Сеймоур неторопливо направились к ним.


ЗНАМЕНИТЫЙ ЗАМОК ДАНЛЮС | Кровная месть | ВОЗВРАЩЕНИЕ ИВИ И СЕЙМОУРА